Страсть, или как привлечь Антона Шастуна.

      Вспомнив об обещании, Арсений вздохнул и опустился на кровать. Запустив пятерню в смольные волосы, он недолгое время молчал, собираясь с мыслями. Нужно ли вообще знать это Антону?       — У меня был очень… плохой период в жизни, — на выдохе произнёс мужчина.       Парень развернулся к Арсению лицом и перекинул ногу на ногу, давая понять, что заинтересован и готов слушать предстоящий длинный рассказ.       — Так вот… Тогда, лет пять назад, я встречался с парнем. Он был, так скажем… эмоционально нестабильным, — замолчал Арсений, тщательно подбирая слова, — мы часто ругались и он, бывало, выгонял меня из моей же квартиры. Позже он связался с не очень хорошими людьми, и… так вышло.       — Придурок, — со звериным оскалом прокомментировал Антон, — он морил тебя голодом?       Попов лишь развёл руками и в миг их устало опустил между ног, облокачиваясь на изголовье.       — Вот гондон, — опустив голову выругался парень, — извини, что спросил…       — Я сам хотел тебе рассказать, так совпало, — оправдался Попов, — главное, что сейчас всё хорошо.       — У тебя есть прекрасная сестра и хороший друг, — воодушевляюще поговорил Антон, указывая на фотографию в резной лакированной рамке.       — И ты.       Повисла тишина, парень и не знал, что ответить. Сердце пропустило удар и на душе стало спокойнее. Он поднял голову и искренне улыбнулся, желая поддержать Арса хоть так.       Иногда парень поражается выносливости и целеустремлённости этого мужчины. Поражает его спокойствие и уверенность в своих действиях и эмоциях, что прослеживается даже в речи. Иногда он представляет, как бархатный низкий голос шепчет ему на ухо слова поддержки и он легко справляется с домашними делами, что раньше ему были не по силам.       Иногда он думает над тем, как сильно на него повлияло появление Попова в жизни. То, как он с интересом слушает его разговоры обо всём, что раньше ему казались какой-то глупостью и бредом, так как времени на разговоры у родителей и «друзей» не было. То, как он заботится о парне, элементарно готовит ему покушать и помогает убираться, поправляет его одежду или проявляет какие-либо другие знаки внимания и заботы. Кажется, что всё это — приятный сон и не более, но Шастун, хоть и уже привык, не забывает каждый раз благодарить Арсения за старания. Шастун такой Шастун.       — И я, — Антон поднялся, улыбаясь, и протянул руку мужчине, — чайник вскипел, идём.

***

      — Он пришёл либо пьяный, либо под наркотой… Я не разбирался, выгнал его из квартиры пинками. Заебал, — мужчина постучал по керамической поверхности и запустил в волосы пятерню, — извини за вот это всё…       — Ты правильно поступил, Арс, — говорит парень, отхлебнув из керамической кружки дымящимся напиток, — я тобой горжусь.       — Что бы я без тебя делал, Антон, — прошептал Попов, глядя в окно и подперев подбородок рукой.       — Простоквасил бы, — пустил смешок Шастун, откидываясь на стул, — ты огромный молодец, Арс. Ты из такого дерьма выбрался и сидишь сейчас здесь, пьёшь со мной чай, — с выражением изумления начал Антон, — живой и здоровый. Не это ли повод для гордости? Я восхищаюсь тобой. Я сам, — он эмоционально вскинул руку и тыкнул себя в грудь, — сам когда-то болезненно пережил какой-то жалкий отказ девчонки из школы, которая мне нравилась, а ты тут говоришь такое. Не извиняйся даже, ты собой гордиться должен! — подытожил парень и наконец расслабился, опустив руки на колени.       — Я горжусь, — улыбнулся Попов, — горжусь.       — Вот и всё, — Антон недолго думая нагнулся и накрыл своей ладонью руку Арсения, желая постараться расслабить мужчину.       Арсений, в свою очередь, поправил руку и положил её на стол ладонью вверх, довольно ощущая давно забытую теплоту прикосновений. Он погладил нежную и бархатную кожу большим пальцем, сжимая крепче. У Антона внезапно вспыхнули кончики ушей и появился на щеках лёгкий румянец, который он уже и не старался скрыть, но всё же поправил ткань капюшона толстовки, подстраховываясь.