Палящее солнце (The Blazing Sun)

С той ночи Гермиона и Драко были неразлучны. Распространяемые шепотом слухи превратились в оглушительный гул по всей школе, когда их увидели державшимися за руки в коридорах. Еще более шокирующим было то, что иногда Гермиона присоединялась к Драко за столом Слизерина за завтраком и наоборот. До экзаменов оставалось каких-то две недели, но эти совместные мгновения растягивали скоротечное время на столько, что, казалось, длится целая вечность. Обустройство совместного ночного времяпровождения, будь то сон или что-то поинтереснее, было таковым, что все закрывали на это глаза. Именно Гермиона, появившаяся у входа в подземелья Слизерина следующим вечером, задала тон на все последующие. Забини и Нотт сразу же приветствовали ее, а другие слизеринцы одобрительно кивали. Поэтому неудивительно, что вечером перед экзаменами они получили записку от директрисы с просьбой о встрече в ее кабинете. - Как ты думаешь, в чем дело? - прошептала Гермиона, когда они шли в сторону владений профессора через час после окончания ужина. Ночи теперь были ясными, поскольку они миновали день Весеннего равноденствия и стремительно приближались к Летнему солнцестоянию, что не могло не радовать. Гермиона посмотрела на счастливо улыбающегося слизеринца и ущипнула его за руку. - Даже это не испортит моего хорошего настроения, Грейнджер! - Я думала, ты теперь зовешь меня Гермионой, - проворчала она. Его низкий смех заставил что-то внутри ее живота перевернуться. Две недели по три оргазма за ночь имели тенденцию и к этому. Для них обоих. - Я называю тебя Грейнджер, когда хорошее настроение и у тебя и у меня. Или дразню. Выбирай сама, - небрежно предложил он. Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но не вовремя появившийся перед ними вход в кабинет Макгонагалл заставил притормозить с возражениями. - Магнификум хонорариум, - сказал Малфой, и статуя отодвинулась в сторону. - Я еще не закончила с тобой, - прошипела Гермиона и ущипнула его за бедро для пущей убедительности. Он снова рассмеялся. Через несколько секунд они оказались перед столом, за которым сидела директриса, сложив пальцы домиком и наблюдая за парой. - Мисс Грейнджер, мистер Малфой.... пожалуйста, садитесь. - Ее взгляд задержался на сцепленных руках вошедших двоих. Они неохотно расцепились и сели на разные стулья. - Не вышло за рамки и моего внимания то, что вы двое стали близки. Что великолепно в данных обстоятельствах. Гермиона попыталась поймать Драко краем глаза, но его лицо было абсолютно нейтральным. Нехороший знак. Последовало молчание, прежде чем Макгонагалл продолжила: - Поскольку мы накануне выпускных экзаменов, и вы двое провели так много часов в библиотеке, может быть, будет разумно оставаться порознь до тех пор, пока вы не закончите? Усталый разум - не союзник впечатляющих результатов, на которые, я знаю, вы оба способны. Блестящими глазами она смотрела на обоих своих звездных учеников: - Я не указываю вам. Просто предлагаю план действий, который смог бы максимально повысить вашу квалификацию на экзамене. Кроме того, - она взяла кусок пергамента и внимательно вгляделась в него, - Девять дней, и вы сдадите экзамены, а затем неделя выходных до Выпускного бала. - Макгонагалл отложила пергамент и слегка улыбнулась им обоим. - После этого у вас будет очень много времени. - Это все, директор? - спросил Малфой ровным голосом. На этот раз Гермиона схватила его за руку и сжала в своих пальцах. - Мы понимаем это, профессор, - подтвердила Гермиона. - С сегодняшнего вечера, да? Бесстрастный взгляд Макгонагалл переместился с Малфоя на Гермиону: - Да. Это мое предложение. - Спасибо, профессор, - Гермиона встала и потянула Драко, который тут же поднялся. - Удачи с ТРИТОНами, - крикнула МакГонагалл в их удаляющиеся спины. Драко мог поклясться, что слышал веселый смешок старой ведьмы. Гермиона потянула его за руку, чтобы найти более уединенное место, и подошла к нише, которая показалась более пустынной, чем другие. - Держи себя в руках, Малфой, - предупредила она его. Это привлекло его внимание. Гермиона редко называла его Малфоем, а если и называла, то только потому, что была либо серьезна, либо он вел себя как идиот. Или и то, и другое. В основном и то, и другое. Она прижала его к стене и положила обе руки ему на грудь. - Ты знаешь, что она права. Ты просто злишься, потому что кто-то другой указал тебе, как лучше действовать, вместо того, чтобы ты сам это понял. Верно? Гермиона позволила секундам молчания раствориться вокруг них. Теперь она понимала, как работает его разум. - Ты права, - выдохнул он в отчаянии. - Просто сейчас все так хорошо. - Он наклонился, чтобы запечатлеть целомудренный поцелуй на ее губах. - Я могу подождать. Это всего лишь девять дней и столько же одиноких ночей. Гермиона с притворным раздражением хлопнула его по плечу: - Мне действительно пора возвращаться в Гриффиндорскую башню. Они, наверное, забыли, как я выгляжу. - Сомнительно, учитывая количество взглядов, которые ты получала, - ухмыльнулся он, обнимая ее за талию. - Но ты же слышал слушок, не так ли? - Похоже, я становлюсь больше слизеринкой, - усмехнулась она. - Теперь нам нужно перестать тратить время впустую. Секс-комендантский час начнется с наступлением ночи. - Она посмотрела на все еще яркий вечер. - Итак, у нас есть полтора часа до начала... - Я думаю, мне стоит посетить Гриффиндорскую башню, не так ли? - Лицо Гермионы вытянулось от шока. В подземельях Слизерина границы поведения устанавливались в значительной степени каждой парой. И все были невероятно сдержанны. Неспособность уединиться обычно сопровождалась периодом вынужденного безбрачия. Затем она подумала о жалостливых взглядах, которые она получала на протяжении многих лет, и решила: - Пойдем, Малфой. Пока они быстро шли к самой высокой башне этого замка, мысли Гермионы были озабочены только тем, как она собственными руками приведет своего свирепого змея в логово львов.

***

Наступил Выпускной бал. После девяти ночей, когда они были вынуждены не прикасаться друг к другу, наконец наступила неделя свободы, во время которой Драко и Гермиона исчезли в своем собственном мире. Гуляли ли они вокруг Черного озера или сидели, наблюдая за звездами с Астрономической башни, они всегда были вместе. Даже Джинни, Нотт и Забини отступили от этой пары, чувствуя, что между ними происходит нечто невероятно редкое. Гермиона подозревала, что спокойный характер писем Гарри к ней предполагал, что он был в неком союзе и согласии к ее предпочтениям, поскольку такая реакция давала надежды, как минимум, на их крепкую дружбу с Драко. Оказалось, что его регулярные визиты в Париж, чтобы проведать Пэнси Паркинсон, все еще были в моде. Что заставляло ее беспокоиться о Джинни и Роне. И Луне в меньшей степени. Работа Рона с Джорджем набирала обороты, и его письма оставались на тему бизнеса и расспросов об ее академических занятиях. Похоже, они пришли к негласному решению не упоминать Малфоя. Вражда между двумя семьями должна была затянуться рано или поздно. Если вообще когда-нибудь. Пока все идет хорошо. В тишине его спальни в подземелье они также долго говорили о своих экзаменационных работах и о том, какими трудными они были. Оба были уверены, что все прошло хорошо. Гермиона чувствовала беспокойство Драко о том, что его результаты будут недостаточно хороши, чтобы получить достойную и желанную работу в Министерстве, из-за чего он застрянет на год, выполняя тяжелую работу. Гермиона беспокоилась о том, где она будет через пять лет. Они оба делали все, что могли, чтобы успокоить раздражение друг друга. Седьмые и восьмые курсы ждали за пределами Большого зала, пока студенты, ответственные за организацию, вносили последние штрихи в мероприятие. Гермиона и Драко оказались в компании с Забини, Ноттом, Джинни и Луной. Гермиона подозревала, что два волшебника Слизерина, очевидно, победили серьезную конкуренцию, чтобы сопровождать двух членов Серебряного трио. Она почувствовала легкое смущение из-за того, что была так поглощена своей жизнью с Драко, что пропустила происходящее жизни ее друзей. Она бросила виноватый взгляд на рыжеволосую, которая закатила глаза и высвободилась из рук Забини. - Малфой, не возражаешь, если я позаимствую твою девушку на несколько минут? - она подхватила свободную руку Гермионы и потянула ее прочь под несколько смешков. - Гермиона, не смей стоять там и чувствовать себя виноватой из-за того, что ты не знала или не спрашивала, что происходит в моей личной жизни. Тебе нужно было отдохнуть от всего того дерьма, через которое ты прошла за последние несколько лет. Мы, - она махнула рукой в сторону их группы. - Знали это. Дружба с Малфоем, плюс все остальное сделало тебя счастливой. Это то, что тебе было нужно - радость от учебы и подходящего волшебника, который согреет твою постель. - Джинни! - Воскликнула Гермиона. - Прекрати! Я чувствую себя дерьмово из-за того, что не знала и не заботилась о том, с кем ты можешь быть в отношениях. Особенно с Гарри... - Все в порядке, - сказала Джинни, обрывая ее. - Я благоговела перед ним еще до Хогвартса. - Она слабо улыбнулась. - Иногда мы просто перерастаем наши детские увлечения. Верно? Так что иди и проведи с нами беззаботный вечер и наслаждайся своим временем с Драко здесь, в Хогвартсе. Кто знает? Возможно, вы даже не раз увидите друг друга, когда мы разъедемся. Нет никаких правил, которые запрещали бы тебе это после окончания школы, не так ли? - Нет, но... - двери Большого зала открылись, и раздались радостные крики студентов, которые вбежали в Большой зал и в то же время группа Hewn City заиграла первую мелодию. Вечеринка началась. - Должны ли мы? - Гермиона посмотрела на Драко, который предлагал ей протянутую руку. Она улыбнулась, просунув свою ладонь в мягком бархате перчаток, сквозь его руку, сомкнувшись на сгибе его локтя, и они вышли в Холл. Ни о чем не заботясь в этом мире. В ту ночь Драко занимался любовью с Гермионой по особенному. Тихо. Мягко. Медленно. С величайшей нежностью, которую она когда-либо испытывала. Он играл на ее теле, как на арфе, и когда она впервые высвободилась, слеза скатилась по ее идеальной щеке. После этого Драко еще долго прижимал ее к себе, и они просто дышали в такт с ночью. Затем Гермиона взяла инициативу в свои руки и сделала то же самое с ним.

***

Забини увидел, как Гермиона левитировала свой багаж вниз по лестнице, ведущей с башни Гриффиндора, и дружелюбно улыбнулся ей. - Значит, пора идти? Куда сначала? - Гермиона одарила его такой же теплой улыбкой, отметив, что Джинни все еще не возвращалась в Общую гостиную. - В Нору с Джинни. Потом в Австралию, - его брови на мгновение нахмурились, но он не стал расспрашивать дальше. - Хорошо, что вы с Драко стали такими хорошими друзьями. Даже нечто большее, если я правильно понимаю? - Ухмылка, сопровождавшая вопрос, раздражала Гермиону. Она пожала плечами. - Кто знает? Мы и могли бы проводить каждый вечер, читая друг другу стихи, но, увы, это наше дело и ничье больше. - Полагаю, у него не было другого выбора, - пробормотал он. - Что ты имеешь в виду, Забини? - спросила Гермиона холодным тоном. Теперь Забини действительно вздрогнул: - Тебе не повредит знать, и в конце концов, ты все равно узнаешь. - Узнаю что, Забини? - она скрестила руки на груди, а багаж опустился на пол. - Мы с Драко заключили пари. Магией желания. Я выиграл. Он проиграл. В результате ему пришлось подружиться с тобой. Черты лица Гермионы отразили шок в ее душе: - Ты... ты… заставил его с помощью желания стать моим другом? - Нет! Нет! Магия вообще так не работает! Он просто должен был попытаться… Нотт согласился, что это было справедливо! - Забини, я клянусь Годриком, что ты не... Так манипулировать чувствами других! Это почти Непростительная магия. Почти как проклятие Империусом. - Это не так, Грейнджер. Он должен был попытаться, и если это не сработало, значит, что просто не сработало. Он шагнул к ней, и Гермиона немедленно сделала шаг назад. - Если бы я знала, - пробормотала она. - Никогда, никогда бы я не... Она остановилась, осознав, что Забини все еще был там. Гермиона посмотрела на него с сильным чувством тошноты и отвращения. Очевидно, друзья Драко волшебным образом заставили его подружиться с ней, а затем одно привело к другому, и она подарила ему свой самый интимный момент. Ее действительно тошнило. Сейчас. - Я знаю, что вы двое больше, чем друзья... - Ты ничего не знаешь, Забини! - воскликнула она, не заботясь о том, что другие студенты начали бросать взгляды в их сторону. Черты лица Блейза побледнели, когда он сунул руку в карман пальто: - Это говорит о другом. Вы любовники. И это хорошо... Гермиона была подавлена. Ее щеки запылали, когда Блейз показал ей трусики с той ночи. Ее. С той самой ночи, когда она впервые занялась сексом с Драко. «Блядь.» «Сколько слизеринцев видели это? Драко Малфой трахает Золотую Девочку и выставляет напоказ улики. Я не могу быть здесь. Я не могу.» - Оставь меня в покое, Забини, - она выпрямилась и левитировала свое нижнее белье. - Все вы, проклятые слизеринские змеи. Убирайся к черту из моей жизни и никогда больше не приближайся ко мне. Магия струилась с кончиков ее пальцев и вокруг кудрей. Блейз поспешно засунул трусики обратно в карман и сбежал от обезумевшей ведьмы. Гермиона заставила свой разум успокоиться, левитировала свои сундуки в кабинет директрисы Макгонагалл и унеслась прочь. Когда Драко прибыл на место происшествия, ее уже не было. Когда он пошел к директрисе, ему коротко сообщили, что мисс Грейнджер ушла с четкими инструкциями никому не говорить о пункте ее прибытия. Он покинул Хогвартс подавленным и побежденным. Лучшие дни его жизни превратились в пепел.