Наставник Геллерт

Поттер утирал полные боли одинокие слезы ладонью. Он чувствовал себя сквибом, неспособным колдовать. Так и не восстановившееся магическое ядро причиняло боль при любой попытке сотворить самое примитивное волшебство. — Как Гриндевальд меня ещё терпит? Чертов сквиб, — прошептал мальчик.

***

Кабинет озаряет столб огня. Пламя перекидывается на стену и красивые синие шторы. Хозяин помещения недовольно фыркает, призывая воду плавным, немного величавым взмахом руки. — Наследник Поттер, я просил зажечь свечу, а не спалить все левое крыло поместья, видите разницу? — лёгкий немецкий акцент выдает недовольство благородного аристократа. — Простите, сэр, — спешит невнятно протараторить черноволосый юноша. — Ваши извинения совершенно бессмысленны, — качает головой лорд.- Вложите в заклинание маленькую частицу своей силы. Закройте глаза, представьте огонек свечи. Почувствуйте, как магия течет от ядра к палочке, — Гриндевальд прислоняется бедром к столу, добавляя, что свеча справа и снова целиться в окно необязательно. — Insendio Геллерт поочередно переводит хмурый взгляд от догорающей стопки писем до абсолютно нетронутой свечи и наоборот. — Идите, наследник Поттер. — Хорошо, Лорд Гриндевальд. Доброй ночи, учитель. — Доброй… Закрывая дверь, Гарри слышит: — Уровень первого курса… Вторую неделю мучимся. О Мерлин, за что мне все это?

***

Тихий стук в дверь обрывает воспоминание. — Наследник Поттер, могу я войти? — Да, конечно, сэр, — проговаривает юноша, быстро вытирая слезы. Наставник проходит вглубь комнаты и садиться в кресло напротив кровати ученика. — Я хотел поговорить о ваших кошмарах, точнее о методах борьбы с ними. Гриндевальд внимательно вглядывается в чуть покрасневшие глаза. Ещё блестящие от слез, они светятся ярче убивающего проклятия. — Мистер Поттер, что вас беспокоит? — Ничего, учитель. Гарри смотрит в пол, имитируя необычайный интерес к мягкому молочному ковру. — Посмотрите мне в глаза. Старший волшебник откидывается в кресле. На нем простая белая рубашка и черные брюки. Краем глаза Гарри отмечает, как завораживающе спокойно и притягательно выглядит его наставник в таком образе. Нет никаких мрачных снейповских мантий, выражения недовольства на лице, как и едких оскорблений. Абсолютное спокойствие и немного усталости. Гриндевальд вызывает желание соответствовать, Снейп же только презрение и ярость. — Я не люблю повторять дважды, — голос мужчины все такой же, мягкий с едва заметной хрипотцой. — Тогда вы примените легилименцию, сэр. Нет, Поттер прекрасно знал, что Геллерт не нуждается в зрительном контакте, дабы улавливать поверхностные образы. Однако, это был их своеобразный ритуал. Гриндевальд таким образом, ставил Гарри в известность, что собирается проникнуть в его мысли. Негласная договоренность приносила юноше чувство безопасности и уединённости. Так необходимое после опыта жизни со Снейпом. Тот постоянно читал мысли Поттера, не стесняясь комментировать. — Расскажите сами, если хотите избежать легилименции. Волшебник смотрит на Гарри из-под полуприкрытых ресниц. — Я просто немного… расстроен из- за… — Гарри выдохнул, удивляясь, как же тяжело говорить о своих чувствах вот так, в лицо другому человеку. Геллерт не торопил юношу. На самом деле, он не собирался применять легилименцию. Часто вместо этого мужчина просто внимательно смотрел в глаза своему ученику. Маг хотел научить подростка говорить о себе и своих эмоциях, принимать и анализировать их. — У меня снова ничего не получилось, — тихо, на одном дыхании выдает юный волшебник. Геллерт встаёт и неспеша садиться рядом со своим подопечным. — Что не получилось, наследник Поттер? — мягко спросил старший маг, приобнимая юношу за плечи. — Наколдовать огонь. Я почти сквиб, — Гарри смотрит куда-то в даль. — У вас прекрасно получается творить его. Немного не хватает контроля, однако это поправимо. — Но я ведь не смог даже свечу зажечь, — как- то обречённо говорит Поттер. Гриндевальд несколько секунд о чем- то размышляет, а потом наклоняется, кладет ладонь на колено мальчику и шепчет в самое ухо: — Сдалась вам та свеча. В вашем возрасте вас должны волновать несколько другие вещи, наследник Поттер. Забудьте об этом куске воска. Займите себя чем-нибудь поинтереснее. Подросток вздрагивает и немного краснеет, но таки смотрит учителю в глаза. Мыслеобраз так ярко мерцает на поверхности, что волшебник банально не успевает закрыть сознание, считывая, воспоминание. — Наследник Поттер, поймите… — Вы ведь уже увидели, да? — прерывает его Поттер. — Да, ненамеренно, но уловил несколько образов. Гриндевальд размышляет стоит ли смущать подопечного ещё больше или всё-таки прекратить. Впрочем, справляться с очередной истерикой звучит куда менее привлекательно. Он аккуратно очерчивает скулу подростка большим пальцем и говорит с лёгким укором: — Подслушивать не хорошо, мой мальчик, — даже так это звучит куда приличнее аналогичного обращения Альбуса. — Как и читать чужие воспоминания, сэр, — эффект фразы портит неуверенный голос Гарри. — Один - один,— ухмыляется мужчина. Он совершенно не против, если ему могут ответь. Играть в обе стороны куда интереснее. Но буквально через несколько секунд Гриндевальд отстраняется и продолжает совершенно спокойно: — Наследник Поттер, я действительно был несколько раздосадован, вот только не вашими неудачами, а своими, — Геллерт гладит мальчика по спине, обдумывая следующую фразу, однако Гарри его опережает. — О чем вы, сэр? — непонимающий взгляд зелёных глаз заставляет старшего волшебника мягко улыбнуться. — Были бы нам нужны учителя, если бы все получалось идеально с первой попытки? Мы все разные, по-разному воспринимаем информацию, усваиваем материал, видим мир. Моя задача донести тебе знания, понятно и просто. Не получается так, попробуем разобраться с контролем над магией иначе, — спустя несколько секунд Гриндевальд добавляет: Прости, я не думал, что ты услышишь мою последнюю фразу и не предположил, как она может быть истолкована. Все же повторю ещё раз. Да, я был разочарован, но в очередной методике, а не в тебе. Геллерт обнял уже порядком сонного юношу и со смешком проговорил: — Вам пора спать, наследник Поттер. Сегодня Я огражу ваше сознание от кошмаров, а завтра объясню, как делать это самостоятельно. — Я ещё не хочу спать, сэр, — ответил Гарри. — Хорошо, не спите. Когда-то…- Гриндевальд стал рассказывать о работе над артефактами во времена пика его революции, как Розье взорвала половину лаборатории и что-то ещё, но подросток уже уснул под аккомпанемент приятного голоса наставника. Геллерт расположил пальцы на висках ученика, пробормотал что-то на валлийском и покинул комнату. Со всем остальным они разберутся завтра, а сегодня следует отдохнуть.