Храбрым судьба помогает

Четыре дня спустя... — Томми, объясни-ка: нахрена было от меня прятаться всё это время? Не сказать, что Том не ожидал этого вопроса. Но, в то же время, парень не придумал никакого вменяемого ответа, поэтому попробовал импровизировать: — Ну, как тебе сказать... Мне просто не хотелось лишний раз светится на публике с моим новым “портретом”. Ответ парня монахиню явно не устроил, поэтому в ответ Эда лишь фыркнула, и ещё раз обвела взглядом квартиру Тома, которая за последние дни сильно преобразилась. После новшеств, внесённых её хозяином, квартира выглядела как прибежище давно и бесповоротно свихнувшегося оружейника: на стенах сложно было с первого взгляда найти место, не занятое висящим на железных крючьях автоматом или пистолетом… Сам же хозяин квартиры сейчас болтался под потолком, зацепившись ногами за вделанный в стену турник. И хоть Том висел головой вниз, но такое положение вообще не мешало ему вполне неплохо поддерживать диалог. Да что уже говорить, он даже пищу употреблять умудрялся в таком положении! Полупустая пачка чипсов в правой руке была этому подтверждением... Тем временем взгляд монахини зацепился за небольшой участок, свободный от оружия — настенную полку, висящую чуть в стороне от турника. По центру полки стояла небольшая статуэтка какого-то, то ли африканского, то ли индуистского демона, сработанная из довольно редкого, и уж точно недешёвого, сорта чёрного дерева. Будто бы в ответ на взгляд Эды, демон недобро покосился в её сторону выпученными рыбьими глазами. Монахиня поморщилась, и прикурила новую сигарету. Если судить по её лицу, то она была абсолютно спокойна, но в тоже время над чем-то размышляла. Размышляла неторопливо и размеренно. Размышляла обо всём, и в тоже время ни о чём. Хотя нет, одна мысль была довольно конкретной, и явственно требовала быть озвученной. Именно это она и сделала: — Если ты не хотел лишний раз светиться, то нахрена попёрся к Палёной? — Мои деньги были у неё. — Только и всего? — Ага. Ну а тебе какое дело? Или может быть ты ревнуешь? — осведомился Том, улыбаясь и хрустя чипсами. — Да кому ты нужен, псих недоделанный! После этих слов в воздухе просвистела увесистая чашка, которую монахиня использовала вместо пепельницы. И хоть Эда явно метила в Тома, но в последний момент парень отклонился в сторону, и чашка с силой впечаталась в статуэтку демона. От удара чашка разлетелась на несколько крупных осколков, а статуэтка лишь пару раз качнулась. — Прямое попадание! — констатировал Том. — Пошути мне ещё тут! — недовольно проворчала Эда. Гнев исчез так же быстро, как и начался — И вообще, давай слезай оттуда! — Хорошо, — кивнул Том — Только чипсы доем. Кстати, чашку не обязательно было разбивать. — Обязательно. При нормальном общении у тебя просто мозги не работают! Или ты предпочёл, что бы я тебя попала? — Нет уж, спасибо! Затем в течение двух минут в комнате слышался громкий хруст, перемешанный с жалобным скрипом турника. А когда пачка, наконец, опустела, Том ловко перебросил своё тело через перекладину, и, прокрутив в воздухе двойное сальто, ловко приземлился на ноги. — Позёр! — фыркнула Эда. — Есть немного, — признался парень, подходя к мини-бару и извлёкая оттуда две бутылки минералки. Одну за три глотка выпил сам, а вторую протянул Эде — Держи. — А по крепче ничего нет? — Не-а. — Содержать мини-бар без пивка в нём — считай преступление! — Знаешь, если бы ты предупредила что зайдёшь, я, может быть, и купил бы что-нибудь алкогольное. — Если бы я тебя предупредила, то ты бы свалил в закат! — Ой, не надо из меня делать конченного отморозка! — оскорбился до глубины души Том — Я, между прочим, за эти четыре дня чуть окончательно чердаком не поехал! Так что поговорить с кем-то, кроме Зверя, мне даже в радость. Кстати, не знаю, что ты с ним сделала, пока я был на острове, но ты у него, теперь, в большем авторитете, чем я! Правда, мохнатый? — Гав! — подтвердил лежащий в углу Зверь. — Вот, что и требовалось доказать! — развел руками парень, и взглянув на пса, добавил — Предатель! — Грррр!!! — Что?! За языком следи! От этого Эда невольно улыбнулась. — Томми, вот как ты вообще, с таким то подходом, умудрился выжить на том острове? — А что не так? — Да всё! Ты же ребёнок натуральный! — Не, ну, справедливости ради стоит сказать, что там почти помер, — пожал плечами парень, опустошая вторую бутылку минералки — Меня Реви спасла. — То есть ты у неё теперь в долгу… — Ага. — А нахрена ты накупил это всё? — поинтересовалась монахиня, обводя рукой комнату. — Просто так. Просто потому, что могу. А потратив за эти дни херову тучу денег, и сидя без дела дома, я понял нехитрую аксиому: когда у человека из всего богатства только одёжка да автомат, он скромный и работящий. Ну а как только купюры перестают в карманы влезать, так всё дерьмо из него и лезет. А на то, что вылезло, новое налипает. По принципу подобное к подобному. И получается на выходе не человек, а натуральная воронка из отходов жизнедеятельности. И, подозреваю, что именно от этого многие миллионеры спиваются, садятся на иглу и, порой, кончают жизнь самоубийством. — Ахахахах! — рассмеялась Эда, и неожиданно состроив серьёзную физиономию добавила —Только лишаясь всего мирского человек становиться на шаг ближе к просветлению... Ты философствуешь о ненужности денег, сидя на огромной сумке с долларами? Круто, ничего не скажешь! — В этом то и прикол! Несмотря на все траты, у меня осталось ещё тысяч пятьдесят. Так что я вскоре выкуплю соседнюю квартиру, и отстрою там джакузи! Да и вообще, неужели ты ждала от меня рациональных и здравых рассуждений? Я же псих, беседующий с собаками! Неожиданно комната потонула в оглушительно громком звуке какой-то весёлой мелодии. Как выяснилось мгновение спустя, это надрывался мобильный телефон Тома. Видя такое дело, парень быстро ответил на звонок. — Слушаю. — Здравствуй, Том, — сказала трубка голосом мистера Чана — Как дела? Как жизнь? — Бывало и лучше. У вас что-то случилось? — С чего ты взял? — Обычно вы не звоните, что бы просто поболтать со мной. — Ты прав. Есть у меня для тебя небольшое дельце. Подъезжай по адресу, который я тебе уже сбросил. Подробности узнаешь на месте. — А, так это... — попытался что-то возразить Том, но звонок прервался. — Дай угадаю, твой босс звонил? — Ага. Сказал, что у него есть для меня очередное маленькое дельце. — Я бы на твоём месте никуда ни ехала… — зевнув, заявила Эда. — Это ещё почему? — Потому что это бессмысленно! У тебя же денег сейчас чуть больше, чем дохуя! Да и вообще, тут непроверенная инфа поступила, что после того, как вы на пару с Реви завалили Бехрама, группировка 14К сильно сдала позиции. И то, что Суньон их порубит в мелкий фарш, остаётся лишь вопросом времени. А к тому, что благодаря устранению опаснейшего конкурента по бизнесу, прибыль твоего босса, да и всей триады, выросла в разы... А вообще всё указывает на то, что твой босс мутит что-то масштабное. Недавно груз оружия и патронов у нас взял в три раза больше чем обычно… — Мистер Чан собрался откусить кусок пирога, который ему не по силам прожевать… — нахмурился Том — Ты к этому клонишь? — Не. Просто чтобы подкинуть тебе пищу для размышлений… — лениво зевнула монахиня. А между тем Том потихоньку собирался “на дело”... В частности — снарядил патронами пять обойм, одной зарядил привезенный с острова трофейный ПСС, а остальные рассовал по внутренним карманам куртки. К обоймам присоединились и его любимые боевые ножи, удобно скрытые в специальных мягких кожаных ножнах. Эти ножны парень пристраивал к куртке без малого полдня, но результат, по его мнению, стоил того: и любимое оружие укрыто от всяких неприятностей, и незаметное ношение стало гораздо удобнее. — Так, кажется, всё взял… — задумчиво пробубнил парень, похлопав себя по бокам куртки. — Не учишься ты ничему, — хмуро взглянув на парня проговорила Эда — И учиться не хочешь. И не понятно: то ли у тебя до сих пор детская дурь из головы не выветрилась, или просто крышу от жажды крови срывает? Ни о чем думать не хочешь, кроме перестрелок. Пока мозги по асфальту не разбросаешь… —Ты имеешь в виду… Закончить фразу не получилось. Вместо ответа монахиня стремительно поднялась со своего места, и с каким-то неестественным трепетом коснулась изуродованного лица парня. — Невожно… Тебе самому этого недостаточно, чтобы понять: даже у твоих навыков и личной удачи есть придел! Не каждый бой можно выиграть… Поэтому старайся трезво оценивать риски и не подставляйся по глупости, как вышло на том проклятом острове. Ведь если ты вдруг погибнешь… На мгновение девушка запнулась. В этот момент Тому показалось, что слова даются монахине с трудом, и от этого ему стало немного не по себе. Ведь Эда, которую считал образцом истинного наплевательства ко всему и вся, в очередной раз на мгновение показала себя настоящую… — Если ты вдруг погибнешь, — наконец добавила Эда, по видимому собравшись с мыслями — То мне будет тебя не хватать. — Оу… Правда? Ну… Я… — тут уже настала очередь Тома теряться и впадать в замешательство. И чтобы выкрутиться из сложившейся ситуации, которая создала в его больше замешательства, чем самая яростная перестрелка, он попытался всё свести к шутке — Леди, прошу меня простить, но за сим я откланиваюсь! А так как у вас имеется ключ от моих покоев, можете остаться тут. Или покинуть их в любой момент, как только сочтёте нужным! — Да пиздуй уже! Заебал! — зло прошипела Эда, явно разочарованная реакцией Тома. — Да ладно тебе, не злись, — напоследок Том попробовал сгладить углы — Спасибо тебе огромное. За всё. Благодаря тебе у меня есть над чем подумать... Но, знаешь, в этот раз я, пожалуй, всё же съезжу к мистеру Чану. Как ни крути, а пока что я работаю на него... Ну и ты видишь, как на меня безделье влияет! Я ж такими темпами окончательно ума лишусь! А так хоть какое-то занятие! Хмм... Может права Балалайка, и я всего-навсего адреналиновый торчок?! — Скорее всего... — медленно проговорила Эда — А знаешь, делай что хочешь! Если не терпеться ещё пару увечий получить, то вперёд! Мне уже надоело пытаться останавливать тебя от бессмысленного риска. — И правильно! — хохотнул Том — Неблагодарное это дело, пытаться меня от чего-либо остановить. Эй, блохастый, ты со мной? — Гав! — Тогда ни тормози! *** Кап… Кап… Кап… Этот противный звук сопровождал Тома на протяжении всего пути, и уже через несколько минут успел изрядно надоесть. Он трижды пожалел, что не взял с собой из машины музыкальный плеер… “А может всё это большой розыгрыш? — размышлял Том, пиная носком ботинка маленький камешек — Ну не верю я, что мистер Чан станет назначать встречу в ебучих катакомбах…” И действительно, всё окружающее пространство до жути напоминало катакомбы. Бетонные “кишкообразные” коридоры, с обшарпанными стенами, грязным потолком, кучами разнообразного хлама и скудным освещением — вот собственно и всё, что окружало Тома. — Да уж, пейзаж не самый позитивный… — вслух сказал себе парень, проведя кончиками по стене. От этого на пальцах остался серый пыльный след. Сдув пыль с рук, Том свернул за очередной поворот. Кап… Кап… Кап… Том давно бы уже бросил поиски, если бы не обострившиеся в последнее время инстинкты, подсказывающие что он на верном пути. “Твою мать! — мысленно выругался парень — Неужели нельзя было устроить встречу как обычно в офисе?! Или, на худой конец, в какой-нибудь занюханной забегаловке, на подобии “Жёлтого флага”. Чёрт, да что у них тут так капает?! Бррр! С каждой минутой мне всё больше не нравятся эти коридоры. Я в них как на ладони. Вот выйдет сейчас из-за ближайшего угла какой-нибудь тип с оружием в шаловливых ручонках, и всё. Можно считать, что отвоевался я. В сторону сместиться сто процентов не получиться, остаётся только на пол падать, и пробовать стрелять в ответ…” Пройдя ещё два или три поворота, Том наконец вышел к пункту назначения. Мистер Чан сидел на маленьком складном стульчике, и разглядывал рукоять одного из своих уникальных пистолетов, с лазурными драконами на рукоятках. В тусклом свете оружие казалось чем-то мистическим, почти потусторонним… Лишь когда Том прошёл половину коридора, глава триады соизволил поднять свой взгляд и кивнуть в знак приветствия. Том повторил кивок почти точь-в-точь, и хотел уже открыть рот, чтобы задать давно волнующий его вопрос по поводу столь странного места встречи, но мистер Чан опередил его. — Ну что же, парень, давай сразу к делу. Как видишь, обстановка не сильно располагает к длинному и наполненному чувствами диалогу. — Кстати об этом, — перебил Том — Что произошло, раз уж мы в таком месте беседуем? — Пока ничего такого. Но скоро может произойти. И, собственно, с твоей помощью я и собираюсь разобраться в нынешней ситуации. Как ты знаешь, сейчас в Роанапуре у руля стоим мы, и “Отель Москва”. Естественно, такое положение устраивает ни всех. По моей информации из очень надёжного источника, сегодня колумбийский картель, и другая, пока что плохо известная мне сторона, собираются провести крупную сделку. Что это за сделка я не знаю, но, подозреваю, что вряд ли её цель — добро, позитив, и бесплатное имбирное печень всем и каждому... — Моя цель — не дать сделке состоятся? — Именно! — Как-то это всё слишком просто. Я должен ещё что-нибудь знать? — на всякий случай уточнил Том. — Да. Скорее всего, охранять эту сделку скорее будут покруче, чем Форт Нокс. Так что, рекомендую хорошо подготовится. — С чего такие выводы? В ответ мистер Чан наморщил лоб, и слегка приподняв свои неизменные очки, устало проговорил: — Видишь ли какое дело… Мне очень не нравиться вторая сторона этой сделки. Вернее то, что моя весьма широкая агентурная сеть не смогла обнаружить ничего стоящего. Их след банально теряется в куче разномастных посредников, подставных банковских счетов, “фирм-однодневок”, и так далее. А чтобы выстроить что-то подобное, нужны неслабые связи, и ещё более неслабые финансы. Ни того, ни другого у простых лохов с улицы нет и быть не может. Так что гораздо логичнее исходить из того, что эти ребята довольно опасны. — Хмм… Что же, теперь понятно, — хмыкнул Том, почесав затылок скрытый капюшоном куртки — И действительно, недооценка противника — есть вещь, зачастую фатальная. — Рад, что ты со мной солидарен. — А какова цена вопроса? — Двадцать тысяч. — Маловато будет. Накиньте ещё десятку. — Парень, ты не в том положении чтобы торговаться. Бери что дают. — Ну, уж нет, — огрызнулся Том — С недавних пор в вопросе оплаты у меня появилось некое подобие принципиальности. Просто до меня, наконец, дошло — жизнь у меня одна, и если рисковать ей за копейки как-то совсем не хочется. Поэтому ищите других желающих подставлять свою шкуру под чужие пули, по сути, за “большое спасибо”. — Хмм… Наглости тебе не занимать. И где ты только этого набрался? — Да само как-то образовалось. Так мы договорились по поводу новой цены? — Договорились, — кивнул мистер Чан — Только эта акция одноразовая, и потом даже не вздумай права качать. Том уже развернулся, явно собираясь уходить, однако, не выдержав, вдруг спросил: — Мистер Чан, а всё же скажите: что вы тут делаете? Китаец язвительно ухмыльнулся. — Парень, запомни: много будешь знать — быстро состаришься. Или вообще до старости не доживёшь, что даже более вероятно . Поэтому… Хотя ладно… Работаю я здесь. Такой ответ тебя устроит? — Работаете? — Наркотики. — коротко бросил мистер Чан. От этого слова Том дёрнулся как от пощёчины. И это не осталось без внимания главы триады. — Том, вот только не начинай меня “лечить”. Вместо этого просто прими как факт — я далеко не святой. Как не святая Балалайка, и другие лидеры группировок в Роанапуре. И за время, проведённое здесь, мы пришли к простому выводу: этот бизнес не должен достаться одной лишь фармацевтической промышленности. — Фармацевтической промышленности? — недоверчиво изогнул бровь Том. — Именно! Война с наркотиками уже давно проиграна! Многие из них вообще запрещены лишь с одной целью — превратить любой человеческий опыт в излечимую болезнь. А я лишь работаю на перспективу! Поверь мне, в скором времени массово появятся лекарства, чтобы спать, чтобы просыпаться, лекарства, чтобы ходить в туалет, ну и для эрекции само собой. Для всех фармацевтов мира наше тело — бездонная нефтяная скважина недугов, которую можно нещадно эксплуатировать. Это и есть величайшее в истории мошенничество! Существуют относительно безобидные наркотики: например опиум, — но, к несчастью, их очень уж легко производить. Что же происходит дальше? Их ставят вне закона и находят замену, для производства которой необходима лаборатория. Берётся патент, и корпорации обеспечено сто лет безбедной жизни. А тем временем люди умирают от законно прописанных наркотиков или страдают хуже прежнего. Пока я работал полицейским в Гонконге, мне мельком доводилось сталкиваться с самыми разными “фармацевтическими продуктами”. От некоторых из них происходят впечатляющие мутации. Дети рождаются с растущими из глаз пальцами или с лицом на макушке. Ну, а другие препараты доводят людей до мании убийства. Ежегодно от прописанных лекарств только в США умирают более ста тысяч человек. Это больше, чем наркотики убивают за десятилетие. Кстати, самый главный убийца среди наркотиков — спиртное. Пивовары и хозяева ликёро-водочных заводов не любят нас, потому что мы предлагаем товар более высокого качества, он прямой конкурент их продукции. — Вас послушать, так от наркотиков одна только польза! — хрипло проговорил Том — А про жертвы, пусть и не такие большие, возьмём и дружно забудем, так?! И раз уж начали, то заодно спишем и тех, кого наркоманы убили ради очередной дозы?! — Не совсем. Конечно, несчастья случаются. Но каждый разумный человек, прежде чем первый раз уколоться, должен соблюдать элементарные правила. Вот почему я не одобряю продажу наркотиков детям — они склонны к бездумному и неоправданному риску. Но что поделаешь, от детей никуда не деться. Знаешь, что такое ксанакс, который официально продают во всех аптеках? Заменитель героина. А прозак? Дорогой заменитель марихуаны с той лишь разницей, что он не повышает настроение, а просто туманит сознание. Я, и подобные мне люди, занимаемся тем, что предлагаю знающим покупателям оригинал. То же самое с французским сыром. Камамбер lait cru, из-за бюрократического идиотизма в Европе запрещён. Поэтому любителям приходится покупать его незаконно, из-под прилавка. Впрочем, довольно лирики! Вот адрес, и помни: я жду от тебя результатов! И стоило мистеру Чану произнести это, как Том исчез. Исчез, как умел, тихо и едва ли не на глазах, растаяв в воздухе. “Похоже, он зол,— подумал мистер Чан, покрепче сжимая рукояти пистолетов, будто боясь, что они исчезнут из рук — Надо будет сделать себе пометку — лишний раз парня не провоцировать. Кажется, он начинает понемногу выходить из под контроля. А если этот вдруг решит восстать, то угомонить его будет нелегко”. *** Решив прислушаться к совету мистера Чана, Том заехал домой, чтобы как следует вооружиться. Взяв в руки свой любимый “Вихрь”, парень примерно минуту стоял как заворожённый. Мысленно он радовался, этой своеобразной встрече. И, как ему показалось, автомат тоже соскучился по своей кровавой работе, и был явно не против новой перестрелки. Слишком уж сильную и жуткую энергию, исходящую от оружия, уловил парень. Накрутив на ствол оружия дорогущий пламегаситель, и набрав с собой внушительный запас магазинов, Том молчаливой тенью выскользнул за дверь. После разговора с мистером Чаном на душе у Тома до сих пор скребли кошки. С чего бы это? Вроде как ничего такого китаец не сказал. По весьма смазанным принципам жил весь город, и чего уж греха таить, большая часть “цивилизованного” мира. Поэтому получалось, что упрекать мистера Чана в безнравственности, было, как минимум глупо. С тем же успехом Том мог обвинить в таких грехах всё остальное человечество, которое, вот уже несколько тысячелетий, с большим удовольствием истребляет само себя в самых разнообразных войнах. Но, всё же, Том чувствовал себя паршиво. Паршиво и всё тут. Будто бы в помои влез по самую щиколотку. Только сейчас всё было несколько сложнее. От обычных помоев отмыться можно сравнительно легко. А вот душу и разум очистить есть занятие весьма долгое и непростое. У некоторых вся жизнь на это уходит, и то не получается. “Наверное, стоит признать: в чём-то мистер Чан действительно прав, — думал Том, неторопливо топая к машине — Может быть, я действительно не понимаю крайне много. Да и он сам тот ещё комбинатор. Ведь большую часть задумок и планов мистера Чана я всегда понимал лишь постфактум. Но в следующий раз, за такую вот “правду”, я мистеру Чану морду набью. Ибо не вписывается в мою личную картину мира всякие бесчеловечные понятия. Ха, слышала бы эти мысли Реви! Готов поспорить, выдала бы что-то из разряда: раз ты такой чувствительный, не надо было в Роанапур перебираться! И ведь не поспоришь особо, ибо люди совестливые и чувствительные в подобных местах не выживают. Либо сбегают, либо погибают в первые же дни, становясь добычей менее совестливых конкурентов. Но мне повезло, я выжил. Даже некоторого успеха добился. Так, пора заканчивать это свободомыслие! Мне вскоре бой предстоит, так что лучше сконцентрироваться на деле. Впереди есть цель, от выполнения которой, в теории, зависит довольно многое. Поэтому сначала нужно выжить, а уж потом разбираться в истинном устройстве мира. А что делать для того, чтобы выжить, я знаю хорошо. А всё благодаря тем людям, которые, чисто из спортивного интереса, сделали из меня довольно мощную машину смерти. Ну, вперёд!" После такой прокачки мозг парня временно сдал свои позиции. Что и требовалось в нынешней ситуации. Потому как сомнения во время выполнения любой задачи — самый страшный враг. Вдруг сзади послышался настойчивый автомобильный гудок. Он обернулся, на всякий случай незаметно кладя руку на рукоять автомата. В паре метров от парня затормозил серебристый “митсубиси”. На сколько знал Том подобная машина могла стоить не на много меньше чем чугунный мост. Тонированное стекло медленно поползло вниз, а из-за него показалась дружелюбно улыбающаяся Балалайка. — Здравствуй. — Здравствуй. — Милый пёсик, — кивнула Балалайка в сторону Зверя, который с любопытством разглядывал её машину — Не кусается? — Ну, ты что! Разве не слышала, что собака — буквально отражение хозяина! — Именно поэтому я и спрашиваю. — Обидно осознавать, что ты считаешь меня чем-то вроде бешеного хорька... — сказал Том — Но может, скажешь, зачем ты здесь? — А как пёсика зовут? — проигнорировала вопрос парня Балалайка. — Зовут "Что тебе от меня нужно?" — не сдержался Том. — Интересная кличка. Я бы назвала по-другому. Впрочем, давай лучше о деле. Тебе недавно мистер Чан поручил сделку сорвать, так? — Допустим. А что такое? — Ничего. Просто я хочу тебе кое-что предложить… — загадочно прищурилась Балалайка. — Дай угадаю: мне нужно кинуть мистера Чана? — Ни в коем случае! Как закончишь работу, за которую тебя прозвали “Мясником”, просто позвони сначала мне и назови место. А через полчаса уже отчитаешься Чану. По рукам? — Не. Желательно не по рукам, а по курсу доллара. Проще говоря, какова цена вопроса? — Ого, не ожидала от тебя такого! — присвистнула Балалайка — Я думала, что ты до последнего будешь строить из себя принципиального недотрогу. — Заметь, я ещё не согласился. Так что там с деньгами? — Не переживай. В накладе не останешься. — А можно услышать точную цифру? — спросил Том. Этот разговор уже начал ему надоедать, и вёл он его чисто из вежливости и уважения к лидеру "Отеля Москва". — Хмм... Учитывая все риски... Тридцать тебя устроит? — Тысяч долларов? — Нет, советских "деревянных" рублей! — хмыкнула Балалайка — Так ты в деле? — Накинь ещё десятку, и я подумаю. — нагло улыбнулся Том. — Мне кажется ты начинаешь перегибать палку. Или после острова у тебя проснулась жадность? Хотя стоит признать — роль беспринципного отморозка тебе тяжело даётся. — Жадность тут не причём. Просто я, наконец, осознал свою ценность. Даже Бехрам — чокнутая сучка, признала, что такие специалисты как я — товар штучный! — Ну что ж, так и быть — я добавлю ещё десять тысяч. Главное не забудь про свою часть сделки. До встречи, Том! Тонированное стекло медленно поползло в этот раз вверх, и автомобиль резко сорвался с места. — И к чему это всё? — спросил парень, взглянув на Зверя. — Гав! — Да я понимаю, что ты не знаешь. Просто мысли вслух. Ладно, пошли, что ли работать... Внезапно мобильник в куртке несколько раз громко пискнул. Неспешно вытащив телефон, Том вновь увидел сообщение, пришедшее с номера, до этого отправившего ему нечто подобное. В этот раз текст был иным: “Приветствую! Я тут случайно узнал, что тебе поручили одно интересное задание. И вот тебе дружеское предостережение: не выполняй его. В противном случае ты рискуешь нажить себе сильного врага. Надеюсь, ты меня послушаешь. Удачи, и помни — оружие благочестиво лишь в руках тех, кому больше не на что надеяться. С верой в счастливый исход, твой таинственный доброжелатель!” — И что это за очередная записка сумасшедшего? — вслух удивился Том, прочитав сообщение — С какой это радости мне ни выполнять уже подписанный контракт? Да уж, ничего не понятно, зато очень интригует... Значится так, контракт я всё же выполню. А искать этого “доброжелателя”, чтобы спросить с него по полной за такие вот советы, буду потому меня пока времени нет. Эй, мохнатый, подъём! Работа никуда ни делась, поэтому вперёд… Зверь недовольно рыкнул, но упрямиться не стал, и неторопливо пошёл за своим хозяином. *** — Да ты в край охерел, козлина! — рявкнул Густаво, хватаясь за пистолет. Мгновение — и дульный срез уже смотрит наглому барыге точно в лоб. Но тот оказался не та прост. В ответ лишь скучающе повёл плечами, и махнул рукой своей охране, мол тише будьте. Затем просунул руку в карман своего чёрного пальто и вытащил оттуда три больших свёртка в банковской упаковке, и спокойным голосом сказал: — Всё это я добавлю к уже оговоренной цене. Думаю, это будет хорошей компенсацией за предоставленные неудобства. Что скажете? На мгновение Густаво замер. Мозг лихорадочно пытался подсчитать, сколько может быть в этих свёртках, и, конечно же, сколько из этого можно попробовать безнаказанно присвоить себе. Выходило не мало, поэтому колумбиец кивнул. — Чёрт с тобой! Мы договорились! — Отлично! — сдержано кивнул странный торговец — Приятно иметь дело с разумными людьми! “Да пошёл ты!” — подумал Густаво — Надеюсь…” Но мысль не успела окончательно оформиться, из-за вопля одного из охранников странного торговца. — Шеф, подозрительная машина в четырёх кварталах! Движется к нам! А через пару мгновений уже все явственно слышали рёв мощного двигателя неподалёку. Невольно все напряглись. В особенности охрана торговца. Десять человек внизу, и ещё семеро заняли позиции на крышах ближайшиз домов. Рожи у всех каменные, явно не обременённые печалью лишнего интеллекта. Перекаченные туши запакованы в пятнистые камуфляжи грязно-зелёного цвета. В руках каждый сжимал по английской штурмовой винтовке SA80. В общем, солидно о своей безопасности позаботился странный барыга. Густаво тоже взял с собой два десятка ребят покрепче, чисто на всякий случай. И вот, тот самый “случай” сейчас мчался к ним на скорости, ни меньше ста двадцати километров в час. Машина с красным драконом на боку вынырнула в полутёмный переулок неправдоподобно быстро... Град пуль, выпущенный по ней, почти весь прошёл мимо. Ну, не считать же серьёзным ущербом разбитое зеркало заднего вида, правда? А тем временем из окна машины, успевшей круто развернуться, ударила длинная очередь. И она оказалась гораздо результативнее, чем вся бестолковая пальба до этого. Шесть тел попадали на асфальт почти синхронно… Ещё двое из охраны торговца злобно выругались, и выпустили оружие, схватившись за животы. “Твою мать! Как так?! — шокировано думал Густаво — Только что же…” А машина уже остановилась. Из неё выскочил человек. Хотя нет, это был не человек. Повадками он напоминал невероятно шустрого, гибкого и ловкого зверя. Не умеют обычные люди двигаться так быстро, и стрелять настолько точно! Пытаться его подстрелить было всё равно, что пытаться попасть в сгусток тумана, мечущийся из стороны в сторону на сумасшедшей скорости. Бойцу, стоявшему рядом с Густаво и перезаряжавшему оружие, две пули разворотили голову, превратив череп в кровавое месиво. Другой стрелок, чуть поодаль, безуспешно пытался зажать ладонями пробитое горло… Получилось неважно, и через секунду он рухнул на колени, безуспешно пытаясь вдохнуть… Плохая, и очень болезненная смерть… А жуткий монстр всё продолжал напирать. Он почти не прятался за укрытиями, а лишь прыгал, уходил в кувырок, перекатывался, и метался из стороны в сторону. Но делал это так, что в какой-то момент начал буквально размываться в пространстве. — Что делать?! — неожиданно тонким голосом вскрикнул один из людей Густаво — Братва, нас тут реально положат! Панику можно было понять. Когда ты даже не можешь поцарапать врага, а он уже убил нескольких товарищей и вот-вот до остальных доберётся — это всегда пагубно влияет на боевой дух. Спасение пришло, откуда ни ждали… Бородатый торговец, которого окружили полукольцом оставшиеся телохранители, неожиданно гадко усмехнулся, и быстро порывшись во внутреннем кармане, метнул в сторону неведомого врага гранату. *** Том ожидал почти всего. И даже то, что ему под ноги может шлёпнуться граната тоже. “А вот это плохо! — краем сознания отметил Том — У меня есть секунда. Нет, наверное, меньше. Любой профессионал, если метает гранату, то выдернув чеку, выжидает секунду. А то и больше. От гранаты зависит. Хотя тут ребята погорячились… Самих же осколками посечь может. Да уж, похоже, здорово я их напугал, раз дело до гранат дошло… Блин, вот так всегда! Спасаться надо, а я о всякой ерунде думаю! Хотя, с другой стороны, так даже проще, чем всё это дело всерьёз осмысливать!” Пока разум парня паниковал, тренированное тело действовало само, на чистых инстинктах. Том от души заехал по гранате, как если бы это был обычный футбольный мяч, одновременно пытаясь отпрыгнуть в сторону. Получилось. Вот только не до конца… Граната пролетела пару метров и разорвалась. Но парню повезло: ни один осколок не попал по нему. Его лишь оглушило, хоть он и успел шлёпнуться на живот и открыть рот. “Твою мать! А нормально так шарахнуло! — вяло подумал Том, мотая головой чтобы избавиться от предательского головокружения — Я уж думал, что мне пиздец. Не, вроде обошлось. А ведь мог осколок прямо в раззявленный хавальник прилететь! Видимо мне действительно ну просто неприлично везёт! Однако это не значит, что я спася и могу спокойно лежать на холодном асфальте и рассуждать о вечном. Скорее всего, тот урод, метнувший в меня этот взрывной “киндер-сюрприз” уже лезет в подсумок за добавкой. Поэтому действовать надо быстро и смертоносно. Прямо как кобра, или еще, какая ядовитая пакость. Так, стоп! Отставить метафоры и аллегории! Пора и дальше крошить черепа!” Вскочив на ноги, парень прыгнул в сторону, уходя от возможных выстрелов. При этом “Вихрь” в его руках продолжал выплёвывать во врагов пули. Всё это отпечаталось в голове Тома как стоп-кадр из фильма, который останется в памяти даже если забудется вся остальная кинолента. Происходящее осознавалось с трудом. Чтобы сбить врагам прицел, парень ни секунды не оставался на одном месте, то падая, то прыгая, то перекатываясь, не забывая при этом стрелять. И попасть в такую мишень было действительно непросто… А учитывая то, что парень рвался вперёд ещё яростнее, победа обещала быть скорой… Неожиданно прицельный выстрел выбил несколько кусочков асфальта прямо из под ног Тома, заставив его резко метнуться влево. Скользнув взглядом по полю боя, парень приметил бородатого мужика, который выпустив ещё три пули, и довольно профессионально нырнул за труп одного из своих подчинённых. Подтянув к себе винтовку убитого, он попробовал поймать Тома в прицел. Но у него ничего не вышло. — Лови ответку! — рыкнул парень, и, прыгнув вперёд, очередью из пяти патронов разворотил своему противнику всю верхнюю часть тела. Труп, за которым тот укрылся, не был в состоянии обеспечить надлежащую защиту. “А ведь это пьянит… — отрешённо подумал Том, уходя в длинный перекат, и тут же вскакивая на ноги — Это ощущение… Когда автомат бьётся в руках словно живой, посылая во врага концентрированную смерть… Когда воздух вокруг полнится запахом сгоревшего пороха и крови. А ещё пьянит, когда враг стреляет в ответ, пытаясь убить меня. И есть только два варианта: гордо вышагивать среди града пуль, или попытаться сбежать, трусливо подставив спину для удара. В бою вообще бояться крайне не рекомендуется”. Ещё трое бойцов в камуфляже, вставшие на пути парня, рухнули, срезанные длинной очередью. А Том всё продвигался и продвигался вперёд, поглощаемый яростью и безумием. Он не пытался это сдерживать, воспринимая жажду крови как источник сил. И хоть этот источник туманил разум, мешая нормально думать, он помогал побеждать в схватке с превосходящим противником. Остальное не имело значения. Когда на кону стоит жизнь — все средства хороши. Между тем пули находили всё новых жертв… Вот ещё один несчастный получил свой свинцовый гостинец прямо в левый глаз, и неловко, будто неудачливый акробат, завалился на бок. А Том продолжал метаться из стороны в сторону... Поймав такой жуткий боевой кураж, парень не заметил, как закончился бой. Себя он смог осознать только когда последний противник рухнул на землю, хрипя и дёргаясь в агонии, а из его тела толчками выходила кровь, больше похожая на чёрный яд. Сам Том стоял чуть в стороне, и бездумно таращился на это, всё ещё рефлекторно давя на спуск автомата, хотя в нём давно кончились патроны. — Да уж… Дела… — рассеяно пробормотал Том, бросив пару взглядов по сторонам. Окровавленные мертвецы и целое море гильз его особо не впечатлили, поэтому парень перевёл взгляд на ночное небо. Даже мысль, что камуфлированных трупов на асфальте валяется тринадцать вместо положенных четырнадцати, нисколечко не взволновала парня. Подумаешь, сбежал один... Ничего страшного... — Ха, кажется, я победил. И меня даже не ранило. Ну, чудо только что произошло, не иначе. Я думал, что хоть один шальной осколок или пуля в мою драгоценную тушку уж точно прилетит. То есть, победа без потерь с моей стороны… А, нет. Блядь, куртку порвало рикошетом. Эх, жалко. Хорошая вещь, прямо таки качественная. Ладно, переживу… Просто как-то уж совсем в падлу мне заново нашивать ножны и потайные карманы. Покрутив затёкшей шеей, парень огляделся по сторонам. “Никогда бы не подумал, что в Роанапуре есть неблагополучный район… — пронеслось у Тома в голове — Но в жизни бывает и такое. Жутковатые, никому не нужные, но всё ж таки чудеса. Чёрт, а есть то как хочется! Желудок уже успел забыть про ту пачку чипсов, которую я сжевал недавно. Да и мистер Чан мне кофе с печеньками не предложил… Бля, а ведь странно получается: только что я перебил столько народу, а все мысли только о еде. Хотя, если задуматься, то у “ловцов удачи” вроде меня есть два основных удовольствия — поесть побольше, и поспать подольше. А уже остальное — не более чем опциональная добавка”. За то время, пока под черепной коробкой парня бегали навязчивые мысли о еде, прокаченный неведомыми специалистами мозг, воспринимал окружающую действительность. Пейзаж вокруг, сложился, прямо скажем, неприглядный. Обшарпанные дома с пустыми провалами окон, выстроились в два ряда, образую улицу. В противовес остальному городу, яркому и цветастому, тут не было ни одной неоновой вывески. Асфальт на тротуаре, а дороге, давно забывший, что такое ремонт, растрескался и раскрошился во многих местах. Но больше всего привлекало внимание двенадцатиэтажное здание. Неведомые строители так и не смогли закончить свой проект, так что сейчас оно возвышалось над всем вокруг на подобии меча гигантского рыцаря, который он зачем-то вбил в землю, перед тем как погибнуть. Мрачная картина, одним словом. Всё это дополняли плотные свинцовые тучи и редкие всполохи молний где-то вдалеке. Но дождя пока не было, лишь редкие раскаты грома предвещали скорую грозу. Конкретно в этом переулке припарковались сразу восемь разных машин. С одной стороны — пять чёрных джипов. С другой — небольшой грузовик и несколько серых “фольксвагенов”. Именно в сторону “фольксвагенов” и направился Том, слегка шаркая ногами. Присев на капот и устало размяв плечи, он зарядил в автомат последний оставшийся магазин. Поседев так с минуту, Том мотнул головой, крепко зажмурился, зевнул. “Как вернусь домой, надо будет как следует почистить ”Вихрь”, — размышлял он — После интенсивного использования оружию явно это не помешает. Нагара там дохера будет, готов поспорить…” От глубоких философских размышлений парня отвлёк странный звук, исходивший из грузовика. Будто бы кто-то ногтями по металлу тихо поскрёб. Услышав это, Том насторожился. Обойдя машину по широкой дуге, он рывком распахнул дверцу. Внутри грузовика было темно, даже нечеловечески обострённому зрению парня потребовалось примерно четверть минуты, для того чтобы начать распознавать хоть что-то. Говоря начистоту, исследовать груз, Тому решительно не хотелось. У правого борта пристроился большой красный ящик, а остальное пространство занимало что-то тёмное, наваленное горами и как попало. Может это были мешки с неизвестным содержимым, может брикеты какие-то, ну или непознанные трупы — Тому было без разницы. Если в мешках была, например, мука, а в брикетах сахар, то готовить блины парню было не в чем. Ну а трупы давно уже не вызывали у Тома каких-либо эмоций. В общем, гораздо полезнее для психики было просто оставить странный груз в покое. Парень уже собирался так и поступить. Он ещё раз прослушался, и решил, что в этот раз сверхчеловеческий слух подвёл его, подшутив над уставшим разумом. Ровно в туже секунду в глубине грузовика что-то шевельнулось, и послышался сдавленный, но в тоже время отчётливый стон. — Вот теперь точно не показалось! С этими словами парень шагнул внутрь автомобиля, и… И буквально окаменел от удивления. Среди всякой всячины на полу лежала девушка. Живая. Для покойника слишком уж шумно она дышала. На вид было ей лет семнадцать. Незнакомка обладала густой гривой огненно-рыжих волос, из-за которой создавалось впечатление, что по плечам у неё разливаются волны красного золота, аккуратными, в чём-то даже детскими чертами лица, и вполне неплохими модельными данными. Не, до старых добрых “девяносто-шестьдесят-девяносто” было конечно далеко, но, ни то чтобы очень. Вот только отнюдь не это заставило Тома замереть, как если бы неведомые злодеи, вдруг ни с того ни с сего, решили вдруг его заживо забетонировать. На левом предплечье девушка носила татуировку в виде надписи на латыни, сделанной изящным шрифтом: "Fortis fortuna adiuvat"... — Бля! — всё ещё продолжая офигевать, проговорил Том. Он даже автомат выронил, хотя раньше ни за что не позволил себе подобного — Пиздец! Чтобы собрать роящиеся под черепной коробкой мысли парню потребовалось минуты две. Затем он поднял с пола “Вихрь”, и выбрался из грузовика, пребывая в крайней степени душевного смятения. — Что же получается в сухом остатке? Эта девчонка — такая же, как и я? Вполне может быть, тату у неё точно такое же. Только мне до сих пор до конца не верится... Хмм… В таком случае сам собой напрашивается простой вывод: она может знать что-то о моём прошлом! Так, стоп! Это всё пока что вилами по воде писано, поэтому для начала нужно выполнить контракт, из-за которого я здесь и оказался. Вытащив из внутреннего кармана мобильник, Том призадумался. На мгновение появился соблазн принять предложение Балалайки, всё-таки несколько тысяч долларов на дороге не валяются. Однако абсурдный моральный кодекс чести вновь взял верх над внезапно проснувшейся жадностью. Набрать номер мистера Чана было делом пары секунд… — Я выполнил задание. — Понял тебя. Я сейчас подъеду, подожди на месте минут пятнадцать. *** — Блядь! Услышав это, Том обернулся на возглас. За его спиной стоял мистер Чан, и что-то разглядывал, продолжая при этом тихо материться, правда, уже на китайском. “А ведь я думал, что он интеллигент, — мысленно усмехнулся Том — Хотя стоило догадаться, что в критической ситуации, с людей подобного темперамента, вмиг слазят все ненужные манеры. Так же с борта БТРа слазит некачественная краска, обнажая скрытую под ней грубую сталь”. — Что-то случилось? — поинтересовался Том скорее из вежливости, нежели из любопытства. — Случилось — это мягко сказано, — ответил глава триады, и протянул Тому большую прямоугольную карточку — Взгляни сам. Том взял карточку, повертел в руках, и хотел уже изречь глубокомысленное “ну и чё?”, однако приглядевшись, сообразил — этот невзрачный прямоугольник с фотографией был удостоверением. И удостоверением явно не простым. Над фотографией угрюмого мужика со злобными водянистыми глазами имелась надпись: “secret intelligence service”. И чуть в стороне другая: “MI6”. В ту же секунду до Тома дошло, почему мистер Чан не стеснялся в выражениях. И решил не отставать: — Пиздец… — По-другому и не скажешь, — кивнул глава триады, осторожно вытирая подошвы дорогих туфель от крови, на растёкшееся пятно которой он случайно наступил — Ты понимаешь, что это значит? — Ага. Примерно полчаса назад я грохнул агента MI6. И такая “досадная неприятность” явно не останется без внимания со стороны их начальства. Ещё и один из его прихлебателей сбежал. То есть реагировать они будут быстро. И, как мне кажется, сделают так, чтобы я умирал, причём долго и мучительно. — Ты недооцениваешь масштаб трагедии. Если с колумбийским картелем мы разберёмся без особых проблем, то от MI6 вряд ли получится легко отделаться. Скорее всего, за такую “досадную неприятность”, кровью умоется вся триада. Эти ребята своих агентов ценят. — И как будем выпутываться? — задумчиво уточнил Том. — Пока не знаю. Повисло неловко молчание. Сложившееся положение необходимо было обдумать в тишине. Правда тишина не продлилась долго. Один из нескольких подручных мистера Чана, с которыми он приехал, влез внутрь грузовика. Через минуту он выскочил оттуда как ужаленный. Подбежав к мистеру Чану, он принялся что-то объяснять на китайском, оживленно при этом жестикулируя. Глава триады слушал молча. Тому это не понравилось. — Вот как мы поступим… — Погодите! — прервал Том — Я не знаю, что именно вы задумали, говорю сразу: та девчонка пойдёт со мной! Если кто-то хочет это оспорить, то я готов. И мой автомат тоже. — Зачем она тебе? — слегка удивился мистер Чан. — Посуду дома мыть некому, — оскалился Том, но затем, вздохнув, тихо ругнулся, и наконец, сказал — У неё на предплечье татуировка точь-в-точь как у меня. Вот я решил, что она может что-то знать о моём прошлом... — Эх, я уж думал, что ты бросил эту затею… — Не бросил. Неуютно как-то жить, при этом, не зная, кто ты на самом деле. А ещё если я не найду тех, кто превратил меня в “машину смерти”, и не заставлю исправить, всё что они натворили, то существовать в этом бренном мире мне останется чуть больше года. Поэтому вполне логично, что меня такой расклад в корне не устраивает. Так что можете считать это моей целью. Настоящей целью. Хорошо жить, когда она есть. В противном случае, зачем тогда всё это? Неужели просто чтобы набивать брюхо, коптить небо, спать, гадить, и так по кругу? Не, для меня такой вариант не подходит… — А ты философ, — улыбнулся мистер Чан — И чём-то я тебе даже завидую. — Завидуете?!! — Да. Ведь ты нашёл себе настоящую цель. Может быть в этом даже есть что-то мистическое, наподобие предназначения, которое тебе приготовило мироздание… Хотя звучит эта теория бредово. Но это не отменяет того, что конкретно я себе свою цель придумал. Ненастоящая она, навязанная и до омерзения искусственная, вот только ничего с этим сделать я пока не смог. Слушай, а на что ты готов, ради своей цели? — Если вы не позволите мне забрать девчонку, то я всего-навсего буду методично разбирать триаду по кирпичикам! А кирпичики эти разложу в аккуратные могилки! — Вижу ты не шутишь… Раз такое дело, то забирай, мешать не буду. Чисто номинально, раз ты её отбил, то она твоя собственность. — Вы так легко признали живого человека всего лишь собственностью… — покачал головой Том. В ответ мистер Чан лишь вновь саркастично улыбнулся. — Парень, ты, как будто в первый день в городе. Сам же говорил, тут рулят свои законы. Закон наёмника — контракт превыше всего. Закон торговца — прибыль превыше всего. Ну и закон клыков — у какого хищника они длиннее, тот и прав. Всё остальное на этой земле просто не важно. А доброта, сочувствие, совесть — просто лишняя мишура, которая только мешает нормально жить. — Действительно. Я всё чаще начинаю замечать, что бесчестным подонкам живётся гораздо легче, чем людям с совестью. И карьеру замечательную они делают быстро, и со здоровьем у них всё в порядке, и даже в любви им почему-то везёт. Потому что нет у них на ногах кандалов, под названием “порядочность” и “совесть”. Но это везение недолго длиться. Обычно ровно до тех пор, пока до них не доберутся люди, у которых на ногах эти “кандалы” имеются. — Интересная версия. Ладно, парень, не хочу я с тобой спорить. Не до того сейчас. Надо думать, как образовавшуюся проблему решать. — Уже есть задумки? — Да. А что? — Ничего, мне просто кажется, я знаю какие именно... — сказал Том, и облизнулся, словно настоящий волк. — Неужели? — Ага. Думаю, вы просто свалите всё не меня, связи для такого у вас стопроцентно есть. Расчёт идёт на то, что я "уж как-нибудь с этим разберусь". Мол, мне не привыкать. Такое уже было, помните? Когда на меня охоту объявили вы нихера не сделали! — Не горячись, парень. — Ха, я реально уже привык решать чужие проблемы! — ни слушая рычал Том — А всё потому, что похоже действительно просто адреналиновый торчок! И теперь, с фотороботом в руках MI6, моя жизнь заиграет новыми красками! Но знаете, я даже не против! Только у меня одно условие: мне нужная полная свобода. — Что ты имеешь в виду под словом “свобода”? — Ахахахахахахах!!! — безумно расхохотался Том, подняв голову к тёмному небу Роанапура — Действительно, что же такое свобода? Люди веками не могли ответить на этот вопрос. Одни говорили — это роскошь! Другие считали, что это необходимость! Ну а лично мне кажется, что полное отсутствие оков. Всех оков. Материальных, моральных… Однако в данном случае всё куда скромнее. В моём случае я могу лишь послать вас, мистер Чан, с вашими “законами”, уйти на все четыре стороны, открыть где-нибудь свою контору, на подобии конторы “Лагуны”… Эх, так и вижу — большая неоновая вывеска, а на ней крупным шрифтом выбито: “Заказные убийства”! — Увы, парень, но на это я пойти не могу. Как моё оружие ты слишком ценен... Мистер Чан не успел закончить фразу. Зато успел уйти от скользящего удара ногой прямиком в горло. Отскочив назад, китаец протянул руки к своим пистолетам, и даже почти выхвати их. Однако остановился, ведь автоматный ствол “Вихря” смотрел прямиком ему в колени. — Парень, ты что творишь? — Я не оружие! — рыкнул Том. — Спокойно, — проговорил мистер Чан, убирая руки от пистолетов. Он знал: Том успеет выстрелить раньше — Ты действительно не оружие. Если ты сейчас опустишь автомат, я сделаю вид, что ничего не произошло. — Неужели? А что мне мешает просто вас прикончить? Хлоп — и мир стал немного чище! — Тебе мешает здравый смысл. Просто опусти автомат, и на мгновение задумайся. Том замер. А мистер Чан буквально кожей ощутил, как бегают внутри мозга парня нервные импульсы. Наконец автоматный ствол нехотя опустился. — Рад, что ты принял правильное решение. — Угу, а уж я то как рад. Так каков дальнейший план? — Для начала будем кооперироваться с “Отелем Москва”. Всё же колумбийцы и для них как заноза в заднице, а уж с поддержкой MI6 — тем более. — А дальше? — А дальше время покажет. На сегодня пока всё. Вот, возьми оплату за этот контракт, и двигай отсюда. Вытащив из грузовика девушку, которая до сих пор не пришла в себя, Том пошёл к своей машине. Навстречу тут же выскочил Зверь, до этого мирно спавший, несмотря на ураганную пальбу вокруг. — Эй, мохнатый, то чего удумал? Это есть нельзя! По крайней мере, пока что! — Грррр! — Ну-ка брысь! После повторной угрозы пёс подчинился. Осторожно положив свой необычный “груз” на заднее сиденье, парень завёл мотор, и машина неторопливо тронулась с места. *** Путь до дома у парня занял больше времени, чем обычно. Следовало убедиться, что слежки нет. Пару раз Тому казалось, что некоторые автомобили слишком долго ехали рядом с ним. Правда, в итоге, ему действительно только казалось, ибо через пару поворотов машины отставали, и направлялись по своим делам. — Кажется, у меня медленно развивается паранойя, — хохотнул Том, и откинув с головы капюшон, взгляну в зеркало — Уф, ну и рожа! Представляю, как те бравые ребята, которые придут меня ликвидировать “во имя всего хорошего на планете Земля”, увидят этакий портрет! Готов поспорить — будут они удирать, нервно хихикая, со всех ног, от греха подальше… Оставшуюся часть пути до дома парень продолжал развлекать себя такими шутками из категории: “сам пошутил — сам посмеялся”. Но всё хорошее, как известно, склонно быстро заканчиваться. Наконец в поле зрения показался дом. Припарковавшись неподалёку, Том вытащил из машины незнакомку, как вдруг в разум проникли странные ощущения. Это был запах. Вернее целый букет запахов, которые уловило обострившееся обоняние Тома. — Так, либо я окончательно поехал крышей, либо пахнет дорогими духами, не менее дорогими сигарами, и порохом, — заключил Том — В Роанапуре такой набор ароматов сопровождает только одного человека. Балалайка, ты? — Угадал. В ту же секунду из глубокой тени ближайшего дома в пятно света шагнула лидер “Отеля Москва”. Сейчас её сопровождали двое десантников. — Здравствуй, “Волчонок”, — поздоровалась она — Ничего от тебя не скроешь. Я даже не знаю, что делать с этим твоим нечеловеческим чутьём… О, а это кто? — Мой “трофей”. И не зови меня “Волчонком”, не люблю... Кстати, ты пришла, только за тем, чтобы в очередной раз проверить мои навыки? — Нет, — покачала головой женщина — Я пришла, чтобы узнать, почему ты не позвонил мне. Мы же договорились. — Ну, скажем так, во мне вновь проснулась принципиальность, и я не смог кинуть своего работодателя. — Понимаю. Что же, этого следовало от тебя ожидать. Но ещё я пришла, чтобы убедиться, что ты жив. И заодно обсудить текущее положение дел. — Извини, у меня сегодня день был, довольно тяжёлый… Я побил свой собственный рекорд: настроил против себя одновременно и колумбийский картель и MI6. Так что ты не могла бы покороче изъясняться? —MI6? Ну, ты даёшь, “Волчонок”, — на удивление весело рассмеялась Балалайка — Растёшь не по дням, а по часам! Теперь понятно, почему ты не позвонил мне, как мы договаривались... Серьёзного ты себе противника выбрал на этот раз. — Я и не выбирал. Просто так получилось. Никогда бы не подумал, что тебя можно впечатлить такие безрассудные поступки. — Безумству храбрых поём мы песню, — возразила женщина, поправив свои роскошно уложенные волосы — Однако сейчас важно не это. Ситуация, в которую ты вляпался сейчас, более чем серьёзная. — Я это и сам знаю! — Знаешь. Но до конца не осознаёшь. Так что, я готова тебе немного помочь. — В этот раз не по доброте душевной? — осведомился Том. — Конечно, нет. Чан рассказал мне о сложившейся ситуации. Поэтому с его согласия мы работаем вместе. И работаем по такому принципу: я направляю — ты действуешь. Без вопросов, рассуждений и прочего. Тогда все мы будем в плюсе. Что скажешь? “Что же, этого следовало ожидать, — подумал Том, мысленно скалясь — Меня снова принимают всего лишь за мыслящий автомат. И, наверное, это не самый плохой вариант. На первый взгляд всё справедливо. Кто знает… Кто знает… Ай, была ни была! Чё титьки мять?! Как говорил классик: зубов бояться — в рот ни давать!” — Я согласен. — Тебя даже уговаривать ни придётся? — саркастично хмыкнула женщина Получается, действительно постепенно набираешься опыта. Что же, тогда обсудим детали… — Постой. Сейчас реально момент неподходящий. Давай отложим этот разговор на завтра, а? На мгновение Балалайка задумалась, но в итоге милостиво махнула рукой. — Что же, давай отложим на завтра. Буду ждать тебя, “Волчонок”! — Да понял я, понял. Всё, до скорого. И не зови меня “Волчонком”!!! Сказав это, парень, слегка покачиваясь, пошёл по изначальному маршруту.