Перунова Стрела

      Лодка без единого движения весла неслась по подземным водам, скача по бурным потокам. Вскоре потоки успокоились, и лодка вышла из темноты в узкое горное ущелье, окружённое высокими скалами, сплошь покрытыми зеленью. Путники, смеясь, с улыбками смотрели на солнце, на природу, на ясное небо. — Капитан, капитан, улыбнитесь, — Лёня обрадовался настолько, что запел, — Ведь улыбка это флаг корабля! — Ты как будто из советского фильма, — сказала Катя. — Борис бы заценил, — добавила Ира. — Ладно вам, классная песня же, — повернулся к ним Лёня. — А давайте я что-нибудь включу, — предложил Рейвер и достал из своих вещей колонку, — Катя, зарядишь? — Сейчас… Шура, дай палочку, пожалуйста. Шура взяла в руки палку и задумалась. «Если у остальных уже есть силы… То почему бы и мне не попробовать?» — подумала она и взмахнула палкой. Из палки вылетели лёгкие водные брызги. — Ты волшебница, Шура! — обрадовалась за подругу Катя. Шура удивлённо посмотрела на палку и направила её на воду. Рядом с лодкой поднялась небольшая волна. — Ну… У меня не очень сильная магия… — тихо ответила Шура. — А это питьевая вода? Можешь налить? — спросил Руслан и достал деревянную кружку. — Откуда у тебя это? Украл из корчмы? — спросила Ира. — Не украл, а одолжил, — ответил Руслан. Шура поднесла палку и мигом налила воды до краёв. Руслан попробовал воду и одобрительно кивнул. — Мы спасены. Чистая вода… — Ура! — обрадовался Лёня. Шура тут же налила воды остальным. Видя, как ребята обрадовались её новой способности, ей стало тепло на душе.       Рейвер тем временем подключил телефон к колонке, включив какого-то рэпера новой школы. Вскоре оказалось, что у Шуры на телефоне были сохраненные песни, которыми она, пусть и не без колебаний, поделилась со всеми. Из изможденного настроение постепенно становилось весёлым. Пока они слушали музыку из их мира, им вновь казалось, что они дома. — Эх, всю ночь не спала. Сейчас бы Монстр выпить… — помечтала Катя. — Да… Катя, какой твой любимый? — одобрительно спросила Шура. — Розовый, наверное… Или зелёный. — Я бы сейчас не отказалась от Манго Локо… — мечтательно сказала Шура. Лодка начала проплывать мимо деревьев, на которых росли странные красные ягоды. — Погодите… — присмотрелся к деревьям Лёня, — Это что, клюква? — Реально клюква, — удивился Руслан, — Собираем, быстрей! — А если это не клюква? — спросил Рейвер, — Клюква тип не растёт на деревьях, не? — Да какая разница, еда есть еда, — ответил Руслан. Ребята тут же принялись собирать клюкву с деревьев, наполнили ей походные мешки, стали её есть. — Обед, — сказал Лёня. — Уютненько, — ответила Ира.       Сытые и довольные, они не заметили, как маленькая речка в ущелье перетекла в большую широкую реку, окружённую ещё более высокими горами. Вопреки всем законам физики, река текла вверх, всё выше и выше в горы. Становилось холоднее, и ребята понемногу легли спать. Один Рейвер остался бодрствовать. Свесив ноги с лодки, он думал о том, как прекратить головную боль, преследующую его с тех пор, как они ушли из Гуслиграда. Не так просто бросить всё то, что он употреблял — терпение его было на исходе с каждым днём. Он вновь взял сигарету, которую почти было скурил в шахте, и развернул. Внутри лежала трава. Он тут же выбросил её в воду. «Я должен держаться… Ради них и ради себя. Этот мир — мой шанс стать чистым. Я должен остаться в нём», — подумал он. Вскоре уснул и он, с улыбкой на лице. ***       Прошло несколько часов. Лодку вдруг с грохотом прибило возле берега. Ребята тут же проснулись. Катя выскочила из лодки, чтобы осмотреть лодку. К счастью, от удара лодка не сломалась — лишь застряла между камнями, откуда её можно было легко поднять. Осмотревшись вокруг, путники заметили рядом небольшое деревянное здание треугольной формы. Вокруг него стояло несколько идолов разной высоты. — Что это? — спросила Шура. — Капище, — сказал Руслан, — Что-то типо церкви у язычников. — А ты откуда знаешь? — спросила Ира. — Ну так я ж историю сдаю, — похвастался тот. Из капища вышло несколько волхвов в длинных белых одеждах с синими узорчатыми нашивками и посохами. Каждый из них напоминал своим внешним видом Виктора Корнеплода. — С чем пожаловали вы в нашу обитель, путники? — спросил старейший волхв. — Лодку случайно прибило… Плывём на восток, — ответил Руслан. — Что ж, вам повезло. К нам редко заплывают люди… Может, вы хотите погостить у нас немного? Отпразднуете с нами рождение Перуна Первого. — Мы были бы рады… — начал отвечать Руслан, но его остановила Ира, дёрнув его за руку. — Не думаю, что им можно доверять, — тихо сказала ему Ира. — Почему? — тихо спросил Руслан. — Они быстро поймут, что мы — путники. — Да нормально всё будет, — отмахнулся от неё Руслан и вновь продолжил говорить, — Мы были бы рады… Мы уже без еды более суток. — Тогда сию же минуту за стол, молодцы, — ответил волхв и повёл путников по тропе, показавшей за капищем целую деревню. Повсюду ходили молодые парни и девушки, тоже одетые в белое, как и волхвы. Готовилось застолье — посреди деревни стояло несколько длинных деревянных столов, на которые местные клали еду. Вдалеке лежала куча хвороста — готовился костёр. — К слову, знакомьтесь, — сказал старейший волхв, — Меня зовут Антоний Капдот, этого — Дементий Трубодур, его — Сергей Мухомор… — Вас так много… — удивился Лёня, — Это вы тут все богам молитесь? — Не совсем, — ответил Капдот, — Слову божьему да уму разуму молодцев обучаем. Каждый, кто приходит сюда, учится читать, считать да чары свои познавать. — Да у них тут целый университет, — удивилась Ира. — Давайте без ругательств, молодые люди, — упрекнул её волхв, — Торжество будет скоро. Ребята сели на скамью. Вскоре рядом с ними стали садиться другие обитатели капища. — Мне кажется, они смотрят на нас… — сказала Шура Кате. Рыжая девушка лет четырнадцати села рядом с Шурой. — Здравствуй. У тебя такие интересные волосы! — удивилась она, осматривая розовые волосы Шуры. — Спасибо… — смутилась Шура. — А откуда вы? — Эм… Из деревни одной… Под Гуслиградом. — Ого, как далеко… А ты глаголицу знаешь? — Нет… — А я вот знаю, и даже писать её могу. Смотри. Рыжая девушка достала лист бересты и вычеркнула на ней два слова. — И… Что здесь написано? — Так меня зовут. Настя Землеройка. Шура с интересом рассмотрела буквы, которые больше напоминали руны, чем письмо. — А ты можешь меня научить это читать… — Ну… Могу попробовать. Только глаголица это не легко, сразу говорю! Девушка написала ещё несколько букв. — Это Аз… Читается как «а». Это Буки, читается как… Минут двадцать девушка объясняла Шуре, как читать местную азбуку. Шура подумала, что, наверное, местные мало общаются со внешним миром. К остальным ребятам тоже много кто подходил. Антоний Капдот подул в рог. Обитатели капища как по сигналу заняли место за столом. — Дорогие мои… Сегодня — особый день. Именины Великого Бога. День, когда родился Перун впервые, да подарил нашему миру подарок — дожди, что льют по земле нашей, да дают нам урожай великий. Внезапно начал идти проливной дождь. Однако вместо того, чтобы спрятаться от дождя, местные направили голову к дождю, радостно приветствуя его приход. — Согласно традиции… В этот день боги посещают капища, как дань былому… И нам повезло оказаться в милости самого громовержца. Перед походом своим великим одарит Перун и нас своим визитом.       В ликующем ожидании все, кроме путников, повернулись к реке и словно застыли на месте. Со стороны реки вышел целый флот кораблей — шесть, семь, нет, восемь кораблей. Красные паруса их развевались перуновскими молниеносными символами. На каждом — вооружённые отряды. — Мне кажется, мы с вами не туда попали… — прошептал Лёня остальным путникам.       Пристав к берегу, с самого большого и красиво корабля начали выходить изящно одетые бояре в забавных шапках, напоминающих сапоги. Вслед за ними, в сопровождении охранных отрядов колдунов в фиолетовых одеяниях, вышел Он. Громовержец Перун собственной персоной.       Четырёхметровый, статный мужчина, одетый в парадные латы и длинный красный плащ. На голове его красовалась золотая корона, покрытая разными камнями. Его глаза светились ярко даже в дневное время, и, как у Сварога, в них отражались неописуемые красоты космоса. Выходя из лодки, он случайно наступил на лодку путников, которая тут же разбилась вдребезги. Не обратив внимания, он продолжил идти к застолью. — Добро пожаловать в наше скромное капище, о Перун Великий! — восхвалил его Антоний Капдот. Перун не ответил ему. Пока бояре садились за стол, он остался стоять неподалёку, окружённый лишь личной охраной.       Глядя на Перуна, путники не могли не содрогаться от страха. Что-то в его взгляде было иным, не таким, как у других богов — одновременно холодным и разгневанным, одновременно спокойным и жестоким, рациональным и безумным. Он был богом, в котором не осталось ничего от человека.