Перунова Стрела

      Маскировка успешно выполнила свою задачу — косые взгляды нечисти, гулявшей по мрачным улицам города, прекратились. Аккуратно проходя через толпу, они пытались найти выход из лабиринта каменных джунглей.       Рогатые зазывалы, стоящие под вывесками, объявляли о наличии тех или иных товаров — еды, утвари и даже оружия. Значительная часть этих товаров явно произошла с поверхности — оружие выглядело один в один, как у богатырей, и красивые, но выцветшие расписные ложки висели на витринах. В некоторых магазинах продавались магические предметы — посохи волхвов, палочки и обереги. — Давайте зайдём и купим нормальные палочки, — предложила Ира, доставая несколько кунов из сумки. Путники вошли в небольшую лавку, где их встретил взглядом живой скелет. Взял несколько палочек из непонятного материала со стены, Ира поднесла их к скелету. — Извините, это чтобы колдовать? — Да. Усиливает чары, уменьшает усталость. — Сколько это стоит? — Осьмичок монет правительницы, — сложив руки, ответил он. Внутри черепа в темноте просвечивались ярко-красные бесовские глаза. — Извините, мы не отсюда. У нас только куны. Скелет осмотрелся по сторонам. — У вас точно нет таких? — спросил он, показывая небольшую каменную монетку. На лицевой стороне они увидели знакомое лицо — лицо молодой кикиморы. — Эм… — Ира замялась, и показала пальцем остальным на монетку. — Ладно, давайте свои куны. Вам семь палок, да? — скелет обернулся и достал откуда-то шесть идентичных палочек. Ира отдала ему деньги. — Вместо сдачи я позволю отсюда вам уйти, — сухо сказал скелет, показывая на дверь, — Людей здесь не величаем. Ребята вышли из лавки. Пока Ира распределяла палки, она заметила, что Настя помрачнела. — Мне не нужна, спасибо. — Уверена? — Мне не нужны палочки, снятые с наших, — ответила она, — Не хочу даже знать, откуда они в этом подземелье.       В конце улицы показался тоннель, на котором заканчивался город. Они устремились к нему, в надежде, что он выведет их на поверхность. Подземные улицы навевали ужас на путников, и каждый пролетавший над головой бес казался им разведчиком.       Войдя в него, они вновь оказались в катакомбах, но по наклону поверхности начало казаться, будто они поднимаются вверх. На протяжении всего туннеля они не встретили ни единого беса, чёрта или другого представителя нечисти. — Капец, — пожаловался Руслан, — Я уже устал подниматься. — Некогда делать привал, надо идти дальше, — ответил Лёня, — Они точно ищут нас.       Среди путников не запыхались только Шура и Лёня, чья привычка заниматься спортом до попадания в мир пригодилась в долгосрочной перспективе. Вдруг после поворота в конце подъёма показался свет. — Выбрались! — обрадовалась Катя. — Лёня, спасибо, что спас нас, — пожал ему руку Рейвер.       Однако подойдя ближе, они увидели совсем не то, что ожидали. Очередной мраморный зал, окружённый магмой, излучающей свет. В центре на серебряном троне их поджидала кикимора, в окружении огромных трёхметровых крылатых бесов с красными глазами. — Что за… — сказал Руслан. — Нет, только не это! — испугался Лёня. — Не ожидал меня, Лёня? — спросила колдунья, улыбнувшись, — И друзей своих привёл. Впрочем, они тебе всё равно не помогут. — Нас семеро, а сколько вас? — крикнула ей Настя. — Нас? — улыбнулась она, — Целое княжество. Вы, наверное, устали очень… Не подумали, что кто-то будет поджидать вас наверху? Единственный выход из комнаты находился за спиной кикиморы. — Давайте разойдёмся мирно, — предложила Шура. Руслан и Рейвер переглянулись, и, не став медлить, вытащили палочки. Не успела колдунья обернуться, как огненный шторм, созданный из ветра и огня, устремился на неё. В ту же секунду бес закрыл её своим крылом, и сгоревшее крыло не дало шторму настигнуть колдунью. — В бой, моя нечисть! — завизжала кикимора, и вновь около двадцати крыльев устремилось в сторону путников.       Каждый отбивался по-своему — Руслан и Рейвер, скооперировавшись, прожигали ряды крылатых созданий, Катя настигла их молниями, Шура утяжеляла их крылья водой, а Ира затягивала их в тёмные углы. Больше всех пользы принёс Лёня, закапывая полуразумных созданий в стены и пол.       Но вот первая волна прошла, и оставшиеся бесы отступили, пока из пещер выступил отряд вооруженных пищалями ящероподобных гуманоидов. Раздалась серия выстрелов, и пули задели двоих — Рейвера и Руслана. Все тут же легли на пол, спрятавшись за камнями и вырванными Лёней из земли мраморными блоками. Отряд подступал всё ближе. Никто не попытался и пошевелиться. — Я знаю, что нам делать. Смотрите! — крикнула Ира и поднесла палочку вверх.       Тут же свет, излучаемый лавой, был подавлен магией, освещая только самих ящеров. Понимая, что происходит что-то неладное, они стрелять в темноту, но тщетно — в следующую же секунду огонь, вода и падающие камни заставили ящеров броситься в бегство, бросая вооружение. Ира, не в силах больше держать темноту, упала на мрамор. — Ира! — подбежал к ней Лёня, — Ты жива?! — Нет, блин, умерла, — еле-еле ответила ему Ира, не в силах даже посмотреть на него. Остальные выглядели чуть лучше, но было ясно, что сражаться никто уже не сможет. Рейвер уснул. Колдунья стала подходить ближе, ступая по телам раненых бесов. — Лёня! Ну и где твои друзья теперь? — усмехнулась она. — Да что ты докопалась до меня? — разозлился он, пытаясь образовать под ней трещину в земле, но кикимора уклонилась, направив в его сторону поток ветра из посоха, который тут же снёс его с ног. — Вам, заблудшим, не понять, насколько в нашем мире важна власть, — сказала она. Лёня попытался обрушить потолок над кикиморой, но она вновь уклонилась, подходя всё ближе и ближе к нему. — Стара я, знаю это, но без меня всё сгинет, ибо не умеет никто править так, как я. Поэтому мне нужны вы. — А может пора уже принять свою судьбу? — ответил Лёня, за что получил поток воздуха под ребро, чуть не упав в раскалённую магму. — Ради власти даже боги готовы друг друга перерезать. Я же хочу взять вас живыми, ибо ни в ком нет столько силы колдовской, сколько в заблудших вроде вас. — А нас это не волнует! Мы просто хотим вернуться обратно! Лёня попытался затянуть колдунью в пол, но ему не хватило сил. Осталось только спрятаться за сталактитом. — Ха-ха-ха! — кикимора рассмеялась, — Жила я много, а потому знаю… Только идол Семаргла может отправить вас обратно. Поток воздуха с треском снёс сталактит, за которым прятался Лёня. Он тут же нашёл другое укрытие. — Почему же? — спросил Лёня. — Да потому что знаю я, пан мой дорогой, что лишь один есть идол сей на белом свете. — И где он? Кикимора стала заряжать потоки воздуха для большого удара. Лёня понял, что для него это конец. — Во дворце Перуна, где же ещё?       Огромный поток воздуха вырвался со свистом из палочки. Но не из посоха колдуньи. Рейвер, внезапно оказавшийся не спящим, сбил колдунью, и она, взлетев, ударилась об потолок. Тут же постарев и вернувшись в прежнюю форму, она легла на мраморном полу, а её позолоченный посох отлетел и сгорел в лаве. — Рейвер, ты не спал всё это время?! — Не, просто прилёг отдохнуть. — Ты спас мне жизнь, обалдеть! — обрадовался Лёня. — Это ты нам, бро. Лёня подбежал к остальным. Друг за другом они поднялись, все, кроме Иры, которая всё ещё спала. — Нам нужно уходить. Вдруг подмога придёт сюда из города? — сказал Руслан. — Но что нам делать с Ирой? — спросила обеспокоенно Шура. Лёня аккуратно взял Иру на руки. — Давай лучше я понесу, — виновато предложила Настя, — Я не смогла помочь в битве, и я ещё не устала… — Не надо, — ответил Лёня, — Ты тогда лучше понеси вещи. — Но… — она хотела что-то возразить, но решила промолчать. — Эй, Руслан, — толкнула его в локоть Катя, — Хочешь я тебя тоже понесу? — Ещё чего? — обиженно ответил тот.       Ребята, покинув страшный зал, вновь повеселели, и вскоре оказались на поверхности, увидев яркое, тёплое солнце и чистое небо.       Вновь возобновилось путешествие. Найдя палочку для Насти, они вновь осветлили свою кожу, и стали идти дальше по дороге, в сторону столицы, делая ночью перевалы, рассказывая друг другу весёлые истории из жизни.       Казалось, будто всё страшное уже позади. Но чем ближе они были к столице, тем больше они понимали, что рано или поздно, идиллия закончится, и им придётся столкнуться с самой страшной угрозой, от которой так усердно прятал их Виктор Корнеплод — могучим Перуном.