Doomed to be Silent

      Для Миры следующая неделя прошла спокойно. Девушка весьма успешно справлялась с нескончаемыми горами домашней работы и не забывала про полёты на метле. Из-за Турнира квиддич был отменен, поэтому Кольдингс оставалось тешить себя простыми тренировками, чтобы не потерять форму. Несмотря на высокую загруженность, находилось время посплетничать с милыми хаффлпафцами и оказать поддержку Гермионе, которая одна из немногих осталась на стороне Гарри.       Против несчастного Поттера ополчилась практически вся школа. Из великолепного героя Магической Британии он за один вечер превратился в настоящего изгоя. Даже Малфой, высказывающийся, по обыкновению, только против магглорожденных, не упустил возможности бросить злую шутку. А Рон Уизли и вовсе перестал разговаривать с лучшим другом.       Исабель молчала под давлением Миры. Она видела, как подруга волнуется за Поттера, и не хотела нагнетать обстановку глупыми комментариями. Но если бы хоть на минутку Кольдингс не ошивалась рядом, Паркинсон точно подтвердила бы общественное мнение и дружелюбно добавила бы, что с нетерпением ждёт начало соревнований, чтобы полюбоваться его провалом на первом же этапе.       Исабель просто тихо выжидала подходящий момент.       — Мне бы твою многофункциональность, — ворчит Паркинсон, когда они поздним вечером сидят в библиотеке.       Выполнять домашнее задание вместе стало негласной традицией после месяца их знакомства, и Мира до сих пор имеет привычку делать несколько дел одновременно.       Вот и сейчас, когтевранка ела мятный леденец, дописывала сочинение по Трансфигурации на три страницы и параллельно вчитывалась в содержимое неизвестного письма.       Тем временем Исабель битый час пыталась отыскать ошибку в рунической цепочке.       — Сдались мне эти руны... — недовольно пробормотала слизеринка и, не сдержав любопытства, спросила: — От кого послание?       — Мой брат. Его обучение закончилось в прошлом году, и отец позволил отправиться в Швецию. Тут целая страница расписана об «отвратительно сырой погоде, которая мешает мне исследовать леса», — Мира покачала головой. — Опять нахватается проблем.       — Асгеру уже восемнадцать? — удивилась Исабель.       — Нет, шестнадцать, хотя по поступкам дала бы не больше пяти, — вздохнула Кольдингс. — Он учился на нашей Родине, там первый курс начинается с девяти лет.       — Ничего себе.       Девушка из интереса изучала другие учебные заведения для волшебников, но о загадочном скандинавском Волурхейме почти отсутствовала любая информация.       Исабель внесла последнюю правку в цепочку и решительно закрыла тетрадь. Теперь всё было идеально, поэтому она с чистой совестью вознамерилась отправиться в приятно холодные подземелья и утонуть в мягкой постели.       Спать хотелось неимоверно.       Последние семь дней профессора будто сговорились, решив похоронить своих учеников под стопками книг. Теперь увидеть в Большом зале с учебником на коленях можно было не только заучку Грейнджер. Многие за завтраком внимательно повторяли материал, обсуждая непонятные моменты с однокурсниками. Легче всего приходилось когтевранцам, которые часто отличались великолепной памятью, гриффиндорцы же страдали больше остальных, проклиная школу на чем свет стоит.       — Знаешь, Асгер описывает одну занимательную вещь, — сказала Мира тоном настоящей сплетницы, которая вот-вот выдаст шокирующую историю.       Неожиданно на стол приземлились газета. Исабель повернула голову и увидела перед собой неприлично счастливую Пэнси Паркинсон — её двоюродную сестру, с которой они вместе провели детство, а позже поступили на один факультет и стали соседками по комнате.       Но Исабель по возможности старалась незаметно избегать Пэнси, не вынося её капризный характер и бессмысленные поползновения в сторону Драко, в надежде обратить на себя внимание. Малфой же лишь томно вздыхал, наблюдая за этим, и не предпринимал активных действий в ответ.       Девушки недоуменно наклонились к новому выпуску Ежедневного пророка.       «Мальчик-который-выжил, откровенное признание» — гласил заголовок на первой полосе. Справа прикрепили огромную колдографию Гарри, рассеянно смотрящего в камеру.       Мира пробежалась глазами по строчкам, предвидя неладное. Эта грязная газетенка выпускала самые лживые и скандальные статьи.       — «Моя сила — это дар, унаследованный от родителей. Если бы мама с папой увидели меня сейчас, они бы очень мною гордились. Да, по ночам я все еще плачу, вспоминая о них, и не стыжусь в этом признаться. Я знаю, на Турнире ничего со мной не случится, потому что родители смотрят на меня с небес...» — с упоением цитировала Исабель, не скрывая вырывающиеся смешки.       Пэнси хихикала, слушая её.       Мира осуждающе посмотрела на обеих.       — Что? Не я автор, — возмутилась Исабель, не прекращая улыбаться. — Надеюсь, каждый видел этот шедевр?       — Не волнуйся, сестрёнка, — Исабель поморщилась от ласкового прозвища, — Рита Скиттер постаралась на славу. И смотри, что придумал Драко.       Пэнси вытащила из кармана круглые красные значки, на которых сияла яркая надпись: «Седрика поддержим — он настоящий чемпион!».       — Хотя бы не очередное оскорбление Гарри, — выдохнула Мира, и тут же пожалела о сказанном. Цвет сменился на кислотно-зеленый, а за ним появились светящиеся буквы: «Гарри Поттер, ты смердяк, задавала и дурак!».       Исабель уже почти валялась под столом от смеха, совсем забыв, что сидит в библиотеке. Теодор Нотт с другого конца читального зала зло зыркнул на неё, и Паркинсон прикрыла рот рукой из уважения к однокурснику.       — Обожаю Драко. Он гений, — сквозь поступившие слезы выдавила она, заливаясь новым приступом хохота, — Одолжи-ка мне экземпляр.       Девушка с гордым видом прикрепила на белую рубашку творение Малфоя, предпочтя оставить несравненный вариант с Поттером.       Кольдингс разочарованно оглядела подругу. Появилась заманчивая идея прихлопнуть слизеринку тетрадкой и любезно напомнить о том, что травля — низкое и глупое занятие. Но Мира знала: Исабель не переделать, она навечно останется заносчивой — как верно подметил Гарри — немного жестокой и совершенно бессердечной волшебницей.       Да уж, люди не меняются даже по факту взросления.       Кольдингс расстроилась и потеряла всякое желание рассказывать девушке о новости из письма брата. Нужно было срочно найти Гермиону и поделиться с ней всем.       Краем глаза Мира уловила блеск золотых серёжек со знакомым узором и, повернувшись, обрадовалась присутствию в библиотеке Падмы Патил. Она стояла совсем неподалёку и искала нужную книгу на пятой полке стеллажа, где преимущественно хранились рукописи с заклинаниями.       Затаив молчаливую обиду на подругу, Мира забрала свои вещи и прошла мимо, даже не попрощавшись. Исабель, казалось, хотела что-то сказать вслед, но по итогу лишь отмахнулась и направилась к выходу вместе с Паркинсон.       К счастью Кольдингс, на одежде Падмы не виднелся значок.       — Привет, не видела Гермиону?       — Привет, пятнадцать минут назад была возле хижины Хагрида вместе с Гарри. Знаешь, мы с Парвати проходили мимо, потому что ей вдруг очень понадобилось одно растение, которое как раз растёт... — пустилась в рассказ когтевранка, но, заметив, как Мира начинает удаляться, хмуро проговорила: — Я так понимаю, тебе нужен был только ответ на вопрос.       — Прости, потом обсудим! — уже на бегу прикрикнула Кольдингс, ловя укоризненный взгляд мадам Пинс.       Мира стремительно покинула библиотеку, лавируя между группками учеников, преодолела длинные коридоры и выбежала на улицу. Холодный ветер ударил в лицо, девушка мастерски превратила палочку в прозрачный зонтик и понеслась в сторону хижины. Она не заметила, как под ногами вода смешалась с грязью, затопив её школьные туфли, а косой дождь умудрился оставить несколько тёмных следов на юбке.       Сейчас было важно застать друзей на месте. С Исабель можно разобраться позже.       Достигнув цели, Мира заколотила в деревянную дверь и, когда та отворилась, буквально ввалилась в натопленное помещение.       — Мира? — послышался слабый голос Гарри.       Он сидел за маленьким круглым столом вместе с Гермионой. Кольдингс выдохнула и пролепетела:       — Я вас нашла.       Она с облегчением приземлилась на свободный стул и начала тараторить, как обычно делает при большом потоке информации:       — Малфой только что придумал ужасные значки, которые высмеивают Гарри, и распространил их среди учеников. Несколько же ему нечем заняться! На пути к вам я встретила кучу людей, которые их носят, в большинстве своём это, кстати, слизеринцы, что отнюдь не удивительно. Иса тоже надела такой. И я прекрасно понимаю: она поступила неправильно, но тут ничего не попишешь, ведь практически каждый в школе настроен резко негативно. А ещё все поддерживают Седрика, считают, что он настоящий чемпион. В общем, Гарри в их глазах выскочка и малолетка, которому в очередной раз захотелось оказаться в центре внимания.       Гарри машинально потянулся к шраму на лбу, но одернул себя.       Во время сбивчивого монолога Мира пару раз нервно прокрутила в руках импровизированный зонтик и, в конце концов, вернула ему привычный вид.       Гермиона вместо ответа молча направила палочку на Кольдингс. Мокрая одежда и обувь быстро высохли.       Хагрид суетился, выуживая что-то из нижней полки. Его исполинские размеры занимали почти половину хижины, отчего домик казался ещё меньше.       Великан с грохотом поставил перед носом подростков тарелку с кексами. Но Мира прекрасно знала, что это кулинарное творение больше походит на кирпич, чем на шоколад, поэтому предусмотрительно отказалась. Гарри и Гермиона тоже решили приберечь зубы смолоду и отрицательно помотали головой. Тогда Хагрид тяжело вздохнул и заботливо придвинул горячий чай поближе к ним.       Мира и Гермиона немного отпили, отмечая приторно-сладкий вкус, Гарри же пустыми глазами уставился на белый пар, клубами исходивший из чашки.       — Я не представляю, какого тебе сейчас, — прервал звенящую тишину Хагрид. — Неужели никто не понимает, что нельзя обвинять ребёнка.       — Глупость какая-то... — растерянно поддержала Мира.       — Вы рассуждаете, как умные люди, — вполголоса сказала Гермиона. — Но, увы, не все так умеют. Лучше бы подумать о том, как на самом деле имя оказалось внутри.       Гарри встрепетнулся и произнёс:       — Я разговаривал с Сириусом по каминной сети, и он предположил, что всё произошедшее — не совпадение. Я имею в виду Пожирателей Смерти на Чемпионате Мира и моё непредвиденное участие в Турнире.       Кольдингс задумалась. Она тоже присутствовала на Чемпионате и своими глазами видела, какой хаос устроили мерзкие прихвостни Волан-де-Морта. Пожиратели бесцеременно нарушили их покой, поджигая палатки невинных зрителей и насылая смертельные заклинания. Они сыграли на эффекте неожиданности, из-за чего последовала всеобщая паника. Слава Мерлину, ей с семьёй удалось сразу скрыться.       — Похоже, есть человек, желающий мне смерти, — поспешно подытожил Поттер.       Хагрид ахнул от такого заявления.       — Или люди, — весьма философски изрекла Мира.       Гермиона свела брови в тонкую линию, отчего её гладкий лоб покрылся складками.       — Игорь Каркаров был его приспешником, — задумчиво протянула она. — Как известно, бывших Пожирателей Смерти не бывает.       — Думаешь, это Каркаров? Сириус тоже так сказал, — закивал Гарри и подозрительно сощурил глаза, будто силясь увидеть маячевшего под окном директора Дурмстранга.       Мира тоже невольно глянула туда и резко выдохнула: снаружи мелькнули колышущиеся ветви, на мгновение заставившие подумать, что ночной разговор действительно подслушали.       Кольдингс примерно знала, как работает Кубок, и понимала, что злосчастный клочок бумаги мог подкинуть кто угодно.       На улице продолжал уныло завывать ветер, из Запретного леса послышался пронзительный крик неизвестного животного.       Мира поёжилась.       — Зачем? — возразила девушка. — Как никак, Волан-де-морт уже мёртв.       — На Чемпионате они напали на нас без причины. Вот решили и здесь поднасолить. Тем более я успел дважды расправиться с их хозяином.       Мира понимала чувства Гарри. Он пытался найти виновного, лишь бы самому не быть им.       Внезапно когтевранка вспомнила про письмо брата, покоящееся в нагрудном кармане. Она торопливо вытащила измятый пергамент и сунула в руки растерявшегося Поттера.       Гермиона и Хагрид заинтересованно придвинулись поближе. Гарри заморгал, попытался вчитаться в текст и, потерпев неудачу, беспомощно взглянул на Миру. Та подняла бровь и тут же мысленно хлопнула себя по лбу: она забыла, что Асгер пишет ей на родном языке — датском.       — В общем, я хотела сказать, что догадываюсь, каким будет первое испытание, — объяснила она, забирая послание обратно.       Гермиона и Гарри одновременно округлили глаза и потрясенно уставились на девушку.       Хагрид тут же подскочил и горячо заявил:       — Нет-нет, студентам ничего не должно быть известно об этом!       У Миры возникло непреодолимое желание закатить глаза, но она сдержала себя и терпеливо обьяснила:       — Совершенно несправедливо, что Гарри настолько младше других участников. Его шансы автоматически уменьшаются в несколько раз. Но если я поделюсь возможными условиями предстоящего испытания, ему будет немного легче.       Поттер сжал кулаки под столом.       — А Гермиона? — великан кивнул в сторону молчавшей гриффиндорки.       — Я — могила, — заверила она.       Кольдингс усмехнулась, ловко подметив, что обычно Рон использует эту фразу.       Хагрид взвесил все за и против и махнул огромной рукой.       — Если спросят, я не при делах.       На секунду в его тёмных глазах блеснуло искреннее сожаление, словно на самом деле он ощущал вину за то, что не смог уберечь своего маленького ученика.       — Я раньше не говорила, но у меня есть старший брат Асгер. Он окончил в школу в Скандинавии и отправился путешествовать в Швецию. Мой брат невероятно общителен, поэтому успел познакомиться с половиной страны за два месяца. И какие-то парни поведали ему забавную историю о том, как нездешние маги бегают по горам и ловят дракона. Им это показалось странным, потому что они могли элементарно обратиться в драконий заповедник. А ещё Асгер сказал, что, скорее всего, им нужен шведский тупорылый дракон, так как обитает он именно в Швеции.       Хагрид поджал губы, не подтверждая и не опровергая сказанное. Очевидно, Дамболдор приказал сохранить тайну.       — Это ещё не всё. — нетерпило продолжила когтевранка. — Не знаю как, но Асгер умудрился добраться до одного из странных охотников. Попытался заболтать его, но тот лишь сухо сообщил, что событие очень важное. Брат описывал его, как типичного британца с рыжими волосами по фамилии Уизли.       — Это, наверное, Чарли! — осознала быстрее остальных Гермиона. — Они ищут дракона в Швеции, чтобы потом привезти сюда.       Гарри оживился и встал со своего места, принявшись наматывать круги в тесном помещении. Он потёр виски и остановился посреди комнаты.       — Значит. участникам необходимо сразиться с драконом, — заключил парень и бросил умоляющий взгляд на Гермиону. — Что мне делать?       — Использовать свои возможности. Вспомни, что ты умеешь лучше остальных. — просто откликнулись она.       Гарри пробежался взглядом по комнатушке в поисках подсказки. Мира тоже пыталась найти простое решение, но единственное, что приходило на ум — волшебная палочка, которая мало чем поможет против огромного огнедышащего дракона.       — Метла! — заметив зонтик Хагрида, радостно воскликнул Гарри и даже подпрыгнул на эмоциях.       Кольдинг оставалось только задаваться вопросом, как связаны метла и зонт.       На его лице расцвела счастливая улыбка с ямочками на румяных щеках, зелёные глаза засверкали в свете пылающего камина. Он получил небольшую надежду на успех и упускать её не собирался.       В полёте ему нет равных.       Мира наконец смогла вдохнуть полной грудью, не ощущать больше тот лежавший на душе тяжёлый камень.       Всё будет хорошо. Гарри, как и всегда, справится с любыми трудностями.