В гостях у Августа

       Коль скоро мне требовалось для ухода из этого места исправить ещё более четырёх десятков ошибок, я, естественно, хотел скорее тронуться в путь, то есть начать делать всё, что необходимо, чтоб меня «простили и отпустили»… Я-то хотел, а вот Сиэль был несколько иного мнения о начале нашего странствия. — Нет, мы не сможем отправиться прямо сейчас. Сначала необходимо, чтоб это чудище, Криллиль, простило мне твоё неурочное чтение моих Записок и разрешило вновь вести записи и читать их тебе иногда… — Но почему?.. Ты же вместилище целой вселенной мыслей, Сиэль, неужто ты не можешь говорить на память без записи?.. — Увы, не всё я помню и не о всём могу рассказать, не записав, а это значит, что мне придётся идти к Криллилю и умолять его наказать и меня тоже, чтоб вернуть доступ к письменам и рунам моей памяти. — Господи, Сиэль… Неужто… — Нельзя! Не злите меня, сударь, прошу вас… Обязательно необходимо писать, чтоб помочь вам и мне самому тоже это необходимо.        Тихо звянькнув серебром браслетов на изящных запястьях, Сиэль растворился в дымке, которая была сегодня серебристо-синего оттенка — Август грустил вместе с нами и менял убранство на серо-осеннюю хмарь с перерывами на чёрные листопады и освещение в виде свечей, свет гас настолько, что даже зажжённые свечи, казалось, тлели и светили более приглушенно, чем могли бы.