It will never end

*one month later*

Сегодня Чонгуку и Тэхёну ровно месяц. Месяц, как они признались друг другу при виде звездного неба. Месяц, как они сходят с ума друг по другу. За это время их любовь стала лишь сильнее, и каждый день они проживали в объятиях друг друга. После тяжелого учебного дня вечером встречались на их любимой лавочке в парке и Тэхён усаживался на колени своего парня, уткнувшись ему в шею, ощущая как в волосы забирается рука и уже привычно их перебирает. Это их идиллия. Так парни без слов признавались друг другу в вечной любви. Полнолуние удачно выпадало на вечер, в который пара договорилась встретиться и провести остаток дня и ночи вместе. Даже половину дня Чонгук без Тэхена с трудом переживает. Он настолько зависим, что готов совершенно серьезно целый день держать того за руку и крепко сжимать в объятиях, иногда нежно целуя любимые губы. Назначенное время встречи уже приближается и Чонгук, который одет в черное, длинное осеннее пальто, ожидает возлюбленного у входа в сквер. Сейчас время особенно красивое, прохладный ветерок приятно обдувает лицо и колышит волосы, везде валяются красные и оранжевые листочки, дополняющие и так восхитительные пейзажи. У Чона чуть ли не вся галерея в их с Тэхеном фотографиях: селфи, просто фото Кима, о существовании которых тот даже не знает, и, конечно, фотки, которые они просили сделать мимо проходящих людей. Замечая в далеке знакомый силуэт в бежевом пальто и берéте, младший улыбается во все тридцать два и Чон сам бежит к Киму, крепко прижимая того в своих объятиях, целуя мимолетно в губы. Сердце при виде этого парня по прежнему также сильно колотится, заставляя каждый раз сходить с ума от любви к своему парню. – Я так соскучился по тебе.. – говорит Чонгук, холодным носом касаясь теплой шеи и слышит недовольное шипение старшего от такого касания. – Я тоже очень соскучился, Куки. – ласково тянет и еще крепче прижимается.

🎵Melanie Martinez - Pacify her.

Так они стоят и наслаждаются друг другом еще пять минут, а потом берутся за руки и медленным шагом, болтая обо всем, направляются в самую глубину парка, чтобы скрыться от посторонних глаз. Проходят по узким дорожкам, снова много фотографируясь и прижимаясь ближе друг к другу. Тэхен старается близко не прижиматься, говорит, что устал сегодня и все тело болит из-за никому не нужной физкультуры в его универе. Парня выходят из леса и видят безумно красивую картину закатного солнца, которое смешало в себе всевозможные, самые красивые цвета этого мира. Чонгук сравнивает красоту заката с красотой Тэхена, просит немного подождать и фотографирует пейзаж. Парни выходят на небольшой мостик у пруда, на котором весит кучу замков-сердечек парочек и стоят красивые лавочки, на которых чаще всего люди сидят и любуются видом, но удивляет то, что сегодня людей ничтожно мало, для парней это просто самый лучший вариант. Они подходят к перилам и облокачиваются на них, наслаждаясь моментом и разделяя каждую секунду друг с другом. Чонгук сильно нервничает, когда откашливается и подает голос, поворачиваясь к Тэхену с самыми чистыми глазами-сердечками. – Тэхён, я тебя очень сильно.. – Нам нужно расстаться. Чон резко замолкает и шокировано смотрит на Тэхена. – Что? – Ты слышал, что я сказал. Да, слышал, но до последнего надеялся что мне всего лишь послышалось. – думает младший и не может переварить услышанное. Он надеется что это всего лишь обман слуха, обман зрения, и вообще, сейчас ему снится очень страшный сон. Ким усмехается и наконец поворачивается к Чонгуку. Смотрит своими пустыми глазами на Гука. Только вот смотрит не теми пустыми глазами, которые у людей с депрессией, а теми, которыми смотрят когда ничего не чувствуют. Совсем ничего. Они долго молчат. Чон открывает рот и закрывает его обратно, не в силах что-либо сказать. Сердце сжалось до микроскопических единиц, и кажется, он не дышит. Задержал дыхание в надежде что сейчас задохнется. Лучше рядом с Тэхеном, чем без него. В носу горько колит и глаза застилает тонкая пелена слез, не дающая четко уловить картинку. – Почему? – единственное, что он смог выдавить, смотря в те же пустые глаза, в которых плескалось что-то еще. Чонгук хотел бы, что бы это было сожаление, сочувствие, сожаление, неопределенность или сомнение, но нет. Отвращение, черт возьми. Там было еще и отвращение. В сторону Гука. И это осознание безумно сильно ранит. Тэхён снова весело усмехается. Ему весело. Весело смотреть в каком замешательстве сейчас находится парень, нравится смотреть как он пытается что-нибудь сказать но не может. Сейчас начнет что-то говорить, а его голос предательски сорвется и тогда уже не получится сдержать рыдания, которые вот-вот сейчас вырвутся наружу. – Ну понимаешь, Куки, - теперь это "Куки" не ласковое прозвище, которым обычно тэхен называл Чонгука в вечера просмотра фильмов или во время признаний любви, теперь это противно выплюнутое и издевательское обращение. И Тэхён знает, что Чонгук понял это. – я тебя никогда не любил. Представляешь как было сложно играть все эти милости с тобой? Каждый гребанный раз, мне было тошно. Противно. От тебя. От такого наивного мальчика, что так глупо верил в то, что действительно может кому то понравиться. От того, что ты влюбился в меня за один вечер. Как у тебя вообще это получилось? Так еще и так сильно влюбился, даже не верится, но результат на лицо. И с этими словами окидывает парня пренебрежительным взглядом, мол "посмотри, во что превратила тебя твоя любовь за один день, ты жалок, Чонгук." Чон молчит. Он шокировано раскрыл глаза и смотрел куда то в грудь Тэхену, но на самом деле ничего не видит. Находится в прострации, пока в голове раз за разом играет на повторе «я тебя никогда не любил», «мне было противно от тебя», «думал, что действительно можешь кому то понравиться». Он не слышит своего сердца. Думает, что наконец остановилось, но он продолжает существовать. Значит не настолько больно. Значит может быть еще больней. И обязательно будет. Ему хочется согнуться пополам и закричать что есть сил. И снова доносится голос Тэхена. – К сожалению, пора заканчивать. – он подходит ближе и берет Чонгука за подбородок, нежно поднимая голову и снова заставляя смотреть на себя. – Мне стало скучно и я подумал: почему бы не поразвлекаться? Ты первый, кто мне попался. Не ожидал я, что все так затянется, но ничего страшного. – видит нарастающие слезы в глазах напротив и усмехается. - слушай и запоминай, сладкий. Мне всегда было плевать, кто ты, что ты, что чувствуешь и так далее. Всегда было насрать. Это была игра, которая со временем наскучила. Чонгук не может этого слушать. Он не выдерживает. От него уже ничего не осталось, но Тэхён продолжает говорить и ломать. Хочет что бы тот боялся. Боялся не его. Людей. Хочет, чтобы тот навсегда разрушился и никто не смог его построить заново. Хочет, чтобы он больше никогда и никому не доверился. Казалось бы, как какие-то пять минут могут так повлиять на человека, на его сознание, на его моральные принципы, на его чувства? Чон не поверил бы, если бы ему когда-то сказали, что несчастные пять минут превратят его жизнь в ужаснейший ад. – С этого момента мы никто друг другу, ты понял? С тобой никогда не было Тэхена. Он был ненастоящий. А ты, глупец, влюбился. – и с липовым сочувствием вытирает слезинки с красного лица, но это не помогает, потому что они льются не прекращая. – бедняжка. - корчит гримасу отвращения, грубо отпуская подбородок младшего, который стоит и потерянным щенком смотрит на Тэхена. Не верит. Не верит тому, что это всё сейчас сказал Тэхён. Его Тэхён, с которым они вечерами нежились в объятиях и смотрели фильмы, который по утрам дарил незабываемые поцелуи, на ушко шептал слова о любви и как сильно дорожит. Шептал, что никогда не отпустит. Не верит не единому его слову, но все равно впитывает в себя, запоминает, ломается. Он без него не сможет. Тот всегда был его счастьем и хорошим настроением. Без Тэхена Чонгук больше не увидит счастья, чистого воздуха. Просто задохнется. – Прощай, Чонгук-и. – хладнокровно произносит и разворачиваясь, не спеша уходит, будто хочет еще насладиться страданиями младшего. Будто хочет оставить воспоминания с этим моментом в его жизни навсегда. Слушает, как с каждой минутой вслипы нарастают и становятся все громче, как скулит потерянным щенком теперь его бывший парень. Чонгук смотрит в след и дрожит всем телом. Его трясет, ему безумно холодно без Тэхёна. У него украли единственный лучик света. Он медленно оседает на асфальт, укладывая голову на колени и закрывает себе рот, стараясь заглушить громкие рыдания. Уже давно стемнело, людей совсем нет. Чон ломается и во весь голос кричит. Ломается громко. Кажется, слышен не только его крик, но и ломающиеся кости - сердце сквозь них старается выпрыгнуть и побежать за Тэхеном с криками "Нет! Молю, не поступай так со мной!". Ему больно. Очень больно. Безумно. И это еще не все, он понимает, что позже накатит осознание всего и станет еще больнее. Чонгук кричит во все горло, рыдает самыми горькими слезами, которые обжигают его холодные щеки, задыхается. Когда легкие начинают гореть, замолкает, но продолжает биться в истерике. Он не знает как справиться с этой болью, что окутывает его сердце, кости, тело, кожу, вонзая миллионы лезвий. Все всхлипы и истерический плач заглушают слова Тэхена, его раньше любимым бархатистым голосом, а сейчас безразличным и холодным, повторяясь в голове все снова и снова. Специально запомнил. Слово в слово. И будет следовать им. Он обещает себе, что больше никогда не доверится человеку. Никогда не пойдет на поводу у своего сердца, всегда будет думать разумом. Падает на бок и сжимается калачиком, продолжая лить горькие слезы. Переводит взгляд на черное небо и видит россыпь звезд, проклиная их, ведь именно с этих чертовых фонариков все началось. Чонгук ненавидит себя. Ненавидит за то, что на той гребанной вечеринке пошел вслед за красивым парнем, взял у него сигарету, сказал свое имя… Тогда он думал что безразличное выражение лица и холодный тон – всего лишь маска. И только сейчас понял, что именно там Тэхён был Тэхеном. Как Чон сразу этого не понял? Не нужно было позволять себе влюбляться в этого парня. Теперь он раскрыл свое истинное лицо. А Чонгук любит. Он все равно любит его. Того, кто только что его разбил на самые маленькие кусочки, того, кто сделал безумно больно и будет продолжать это делать всю жизнь, даже находясь на расстоянии, того, кто теперь навсегда останется лишь воспоминанием. Что будет дальше? Вопрос, на который ответа нет. Ну придет он в общагу, его встретит Юнги, испугается и начнет расспрашивать что произошло. А Чонгук не выдержит и снова разрыдается. В первый раз он покажет слезы своему хёну. Предстанет перед ним в самом разбитом виде. Именно так все и происходит. Чонгук не знает, сколько времени прошло, когда он, весь промерзший до костей, все же приходит домой, скидывая с себя грязное пальто и просто встает посередине комнаты. Его сразу встречает старший и застывает на месте, оглядывая своего друга, что совершенно пустым взглядом смотрит на него, чье лицо красное и опухшее, ресницы слипшиеся. – Мы расстались. Он.. ушел.– все что может произнести Чонгук своим охриплым и дрогнувшим голосом, прежде чем снова зажмурить глаза, из которых снова предательски брызнули слезы. Юнги все понимает, ничего не говорит и быстро подходит к Чонгуку, протягивает к тому руки и крепко-крепко прижимает к себе, позволяя тому уткнуться в свое плечо и громко зарыдать. Старшему больно видеть такого Гука. Разбитого. Куда делся тот, который смеялся с любого пустяка и всегда ходил веселый, поднимая Юнги настроение своей жизнерадостностью? Сейчас он вжимается в тело старшего, ищет спасение от поглощающей боли. И тот ничего не может сделать, кроме как просто быть рядом. Среди многочисленных всхлипов, старший слышит смех и медленно отстраняется, придерживая того за плечи. Заглядывает в лицо, что выражает ту же пустоту и неверие, лишь губы поднимаются в приступе истерического смеха. – Он игрался мной. Ты представляешь, Юнги-я? Игрался, хахах…– смех стихает и на его лицо возвращаются горькие слезы со сморщившимся лицом. – поигрался и выкинул как какого-то щенка… Я такой жалкий и противный, хён.. И снова порывает на истерику, руками закрыв свое лицо и тихо попискивает, стараясь сдержать в себе крик. Он сгинается пополам и падает на колени, подрагивая от накатившей истерики, пока у Юнги разрывается сердце и он садится рядом, гладит по спине и волосам, шепчит успокаивающие слова, понимая, что тот все равно не слышит их. – Тише, Чонгук-а, прошу тебя, успокойся, я рядом. Я всегда буду рядом, Гуки… - и пускает одну единственную слезу, за спину крепко обнимая младшего. Он даже представить не может, насколько тому больно и что еще мальчику наговорил Ким-ебаная сука-Тэхён. Юнги видел, насколько младший был счастлив с этим парнем, видел его влюбленные глаза и выслушивал рассказы об их романтичных прогулках, всем сердцем радуясь за них. Видимо он очень ошибся, когда думал что Тэхену можно доверять. Урод. А Чонгук ошибался, когда думал что знает его наизусть. Ни черта он не знает. Боль такая, будто ломают все кости разом. Удивительно, насколько сильно могут ранить слова любимого человека. Он продолжает сидеть на полу и плакать, чувствуя как за спиной прижимается его единственный друг и самый дорогой человек, и младший ему за это безумно благодарен. Он успокаивается только когда выпивает несколько таблеток успокоительного и вдвоем парни молча сидят на кровати, облокотившись на стену, каждый думает о своем. Юнги о том, как можно спасти Чонгука, а Чонгук о Тэхене. Позже младший рассказывает все от начала и до конца предательски подрагивающим голосом, и они вместе решают, что подумают обо всем завтра, а сейчас Юнги советует лечь поспать, на что Чонгук про себя хмыкает. Заснуть он точно не сможет. Лежит, смотрит в потолок и думает о маленькой коробочке в своем пальто. Кольцо. На их месяц он хотел подарить кольцо Тэхену.

***

Мои ошибки стоили мне сердца.