Кто ж знал...

Амон... – тихо, словно простанывает Мо, алеет все сильнее, хватая того за воротник и чувствуя, как тот осторожно обхватывает за талию, поддерживая. И для Мо это словно фейерверки, яркие взрывы: все тело сплошная эрогенная зона. – Н-не... трогай.. меня.. ах.. – Что случилось, Мо? – уже не менее хрипло говорит Амон, чувствуя, как дрожит. Он практически вжимает Амона в стену, крепко держась за ткань. При этом он даже не смотрит на Амона, словно боясь поднять взгляд и пару секунд, кажется, что и не дышит даже. – Нам нужно... домой..– начинает , но резко прерывается на тихий стон, больше похожий на скулеж, когда подаётся бедрами вперёд, ощущая, как собственное возбуждение трётся о чужие брюки в районе паха. И он ясно чувствует, что не один возбужден. От этого хочется большего. Малыш Мо повторяет движение. Словно всхлипывает и мелко подрагивая, крепче сжимает пиджак. Даже не слышит чужой подавленный стон, потому что в ушах только быстрый стук своего сердца. – Ты не в себе... – Брюнет закрывает глаза, собирая остатки здравого смысла и силы воли, а после осторожно отстраняет рыжего за плечи, пока тот смотрит как-то растерянно. Чем то раздраженно. Обиженно. Мо чуть ли не плачет, закрывает глаза, качает головой. Амон глубоко вздыхает и... Подается вперёд, прикасаясь своими губами к чужим губам. Он хочет сделать это всего на секунду, но никак не ожидает, что рыжий как-то испуганно, отчаянно схватит за шею и притянет к себе, углубляя поцелуй. Мо плавится. Медленно, капля на каплей растекается лужицей. Горит не только тело, горят мысли, внутренние ограничения. – Эй, я...ах...хочу домой *** Амон многого не понимает в своей жизни и многого объяснить не может. Например, как его злой и всегда готовший дать ему по ебалу, Малыш Мо, стал таким, а сейчас, в их общей комнате и вовсе толкнул на кровать и уселся сверху на бедра, слегка ерзая, срывая с губ тихие стоны, что для и без того возбужденного сознания Амона и вовсе становится последней каплей. Амон , подхватив Мо, на руки легко меняет их местами, слушая тихое оханье рыжего, когда тот падает на кровать спиной. Малыш Мо все ещё дышит рвано и все ещё мало понимает что творит. Амону совершенно непонятно, что с ним такое случилось. Мо нетерпеливо выгибается, одной рукой сжимает одеяло, а другой пытается расстегнуть рубашку Амона. Получается так себе, поэтому вскоре бросает идею, раздражённо глядя на пуговицы. Котик усмехается, самостоятельно справляется сначала со своей, параллельно вспоминая, что пиджак был скинут где-то в гостиной, а после и с рубашкой Мо. Вскоре на полу оказывается вся остальная одежда. Амон целует страстно, влажно, заставляя рыжего под ним жалобно скулить. Медленно переходит к шее, которую легко кусает, а после целует и зализывает это место. Ниже. Очередной совсем лёгкий поцелуй. Ещё ниже. Брюнет целует ключицы, оставляя на них багровые отметины. Легко проводит рукой по щеке и снова припадает к губам, оставляя невесомый поцелуй. Отстраняется и тянется к тумбочке, где ожидаемо обнаруживает смазку. (Наша любимая волшебная тумбочка) Выдавливает себе на пальцы немного и отбросив куда-то, осторожно вводит в Мо сначала один палец. Который входит слишком уж легко. Ровно как и второй. Малыш Мо кусает губы, чуть сжимается в первую секунду, но быстро расслабляется, потому что не чувствует особо неприятных ощущений. Мнет одеяло сильнее, перебирает руками и вздрагивает, когда пальцев уже три. – Ты уже занимался этим? – не то утверждает, не то спрашивает Амон, пробегаясь взглядом по напряжённому телу. – Нет... – тихо выдыхает Мо, чувствуя дыхание на своих губах, а после признаваясь – ну может быть... Немного.. Очередной поцелуй, который перекрывает поток откровений. Руки Мо обвивают шею, прижимают к себе ближе. И Коту ничего не остаётся, кроме как глубоко вдыхать запах рыжего, практически задыхаясь от приятного аромата сладких духов и такого же запаха самого рыжего. Амон шепчет. Шепчет что-то развратное, заставляющее скулить от нетерпения, шепчет резко переходя на нежности, отчего Мо то и дело выдыхает. Шепчет, когда осторожно начинает входить. Амон проникает медленно, при каждом движении ощущая, как мелко рыжий подрагивает под ним, как закрывает глаза и как крепче прижимает к себе. Брюнет успокаивающе целует его: щеки, подставленную шею, наконец, искусанные губы. И уже своими ловит первый стон, который срывается с уст его цундерки, когда входит полностью. Он ненадолго замирает, хотя у самого крышу сносит от того, как внутри восхитительно узко. Амон в какой-то момент глубоко вдыхает, чуть ослабляя хватку и уверенно кивает. Амон рвано выдыхает, заглядывая в глаза Мо. Малыш Мо тянется и уже сам целует в губы как-то невинно, едва касаясь, это чувство исчезает, оставляя лишь безграничную нежность после себя. И Амон в ней тонет. Тонет быстрее, чем в болоте, словно растворяется. Амон двигает бедрами плавно, без напора, глядя на сменяющиеся эмоции на лице рыжего и слушая его тихие простанывания от каждого толчка. И сдерживая себя, чтобы не сорваться. — Придурок..быстрее.. — скулит Мо, смущённо краснея и прикусывая губы, чем срывает к чертям все предохранители. Брюнет, словно извиняясь, целует куда-то в уголок губ. А после окончательно пропадает. Кот в один момент переходит на практически сумасшедший темп. Быстрые движения бедрами, восхитительные стоны, срывающиеся с губ обоих, которые кажутся невероятно громкими в тишине общежития, руки Мо, блуждающие по спине Амона и изредка царапающие короткими ногтями. А ещё поцелуи. Каждый, словно живительная влага в пустыне, словно плата за все то время молчания о собственных чувствах. От них болят губы, кружится голова и Амону действительно кажется, что в этом мире нет ничего лучше его цундерки с опухшими от поцелуев губами. Опухшими от его поцелуев губами. Черноволосый практически вдавливает рыжеволосого в кровать, выбивая кислород из лёгких у обоих. Кусает в шею, шепча что-то на ухо. Что-то неразборчивое, совсем как в бреду. Что-то о том, что тот сейчас безумно красив, о том, что теперь он только его, только его и ничей больше. О том, что любит. Амон, когда чувствует скорую разрядку, слегка ускоряется. Наконец, обхватывает рукой член Мо, пытаясь двигать ей в темп собственным толчкам. Рыжий вздрагивает, снова сладко стонет, выгибаясь и откидывая голову. Ему хватает всего пару толчков и столько же движений рукой по всей длине для того, чтобы кончить. Амон доводит себя до оргазма рваными толчками, после практически падая на кровать рядом. В голове в первые секунды – одно большое ничего с яркими вспышками красок. Дышит тяжело, облизывает свои губы. Он прижимает к себе рыжика ближе, утыкаясь носом куда-то в загривок и ловя остатки оргазма. Прикрывает на секунду глаза, глубоко вдыхая. Амон целует рыжего в шею, ощущая как тот вздрагивает от неожиданности и словно приходит в себя, вырываясь из полусонного состояния. Мо разворачивается на кровати, глядя на брюнета. Ему хочется ударить его в челюсть, но уж слишком устал. А Амон смотрит внимательно, словно изучает, пытается запомнить каждую деталь. Мо для него сейчас – произведение искусства. Растрепанный с пунцовыми щеками и все такими же опухшими губами. Тот отводит взгляд, глубоко вздыхает и кажется, собирается сказать что-то, вот только... – Я люблю тебя – быстро произносит , продолжая смотреть на Мо. Тот сначала давится воздухом, хлопает непонимающе глазами, а когда доходит смысл сказанного, краснеет ещё больше. – ... Я.. тоже.. — не веря во что сказал, опустил глаза рыжик.