Страдай. Умирай. Возрождайся

Боль. опять эта мнимая боль по всему телу, он не может понять, почему она возникает, но точно знает, что не хочет её испытывать. Однако организму плевать чего он там хочет, а чего нет. Приходится приподняться на локтях и, устало выдохнув, посмотреть на потолок. С каждым днём ему всё больше кажется, что в его жизни что то не так, но что именно он понять тоже не может. Иногда ему кажется, что он в принципе ничего о себе не знает. Чёрные локоны слегка вздрагивают вместе со всем его телом, проходясь по плечам будто холодным шёлком, по крайней мере шёлком они были когда то, сейчас они напоминают скорее половую тряпку или клок искусственного меха, столь гадкого на ощупь. Чёрные как сама бездна глаза падают с потолка на стол, на котором уже какую минуту верещит будильник. "Чёртова адская кричалка" - так называет его ДжейДи, с которыми, к слову, Эван не общается нормально уже два года. Он в принципе ни с кем не общается кроме своей семьи и кучи людей, с которыми ему приходится иметь дело то в налоговой, то в полицейском участке. Бледное тело наконец поднимает руку и резко опускает, выключая источник раздражающего шума. Ещё раз вздохнул младший Санвилс быстро одевается в будто прилипшие к телу белую рубашку и чёрные брюки, не очень то модно, сейчас все любят что то яркое, удобное и, в какой то степени, спортивное, но тем не менее Эван предпочитает именно такую одежду. Сдержанную и не особо привлекающую внимание, ему хватило всего пары концертов с ДжейДи, что бы разлюбить выглядеть ярко на всю жизнь вперёд. Внизу на кухне как обычно никого с утра нет. Его мама ещё не проснулась, а Кристиан просто не собирается выходить до самого завтрака. Хотя не стоит рассчитывать, что когда проснётся Клэр и вылезет из своей комнаты Кристиан, на кухне воцарится приятная семейная атмосфера. Миссис Санвилс просыпается когда её дети уже в школе. Что поделать, она не спит до середины ночи то за чтением, то за вязанием и спать не ляжет, пока Эван не подойдёт и не предложит ей отвлечься от расслабляющего занятия что бы поспать. Почему же сам Эван бодрствует до такого позднего времени? Он в свою очередь торчит на одной из подработок. Неофициальной, конечно. Иначе бы его не пустили на ночные смены, в конце ведь концов 18 ему ещё не исполнилось. Однако исполнится всего через пол года. Лишь на запах яичницы с беконом Кристиан наконец спускается и, коротко, неприветливо, будто с незнакомцем, приличия лишь ради, здоровается со своим братом. Хотя скорее просто что то бурчит себе под нос. Эван терпеливо вздыхает и кладёт в заранее поставленную на стол тарелку с недожаренной яичницей для брата бекон. Свежий, ароматный, с него ещё стекают капли масла, катятся с белка прямо на положенную в стороне зелень, просачиваются меж веточек укропа и наконец оказываются на тарелке, словно оглашая, что пора есть. - спасибо. - наконец внятно произносит Кристиан. Хоть он и ведёт себя последнее время довольно недоброжелательно по отношению не только к Эвану, но и ко всем, брата за еду он всё же благодарит, как в принципе и за всё, что тот делает по его просьбе. Еду ему готовить он никогда не просил, так что это единственное, что Эван делает по своей воле, но не смотря на это получает благодарность. - не за что. - фальшиво, но весьма мягко улыбается младший и садится напротив с тарелкой и приборами в руках, они оба начинают есть в мёртвой тишине, которую периодически прерывают звуки соприкосновения металла и фарфора. Эван слегка ёжится, но ничего не возражает, когда они заканчивают с трапезой Кристиан моет посуду, пока его младший брат обувается, накидывает на себя слишком уж большую кожаную куртку с подкладкой из искусственного меха и садится в машину, ожидая брата. Тот садится на заднее сидение довольно престижной Chevrolet Impala 1985 года. Отец покупал её совершенно не тронутой по слегка завышенной цене, когда их уже прекратили выпускать, но оно того точно стоило, жаль лишь, что он успел поездить на ней всего год, однако до самого своего 16-летия и сдачи прав Эван как мог заботился о, пожалуй, самой любимой вещи своего отца, а после получения водительских прав ещё год порядочно ездил на ней, продолжая поддерживать в отличном состоянии, хоть это разочек и обошлось ему очень дорого, когда Кристиан, напившись, начал ругаться. что "ему так то тоже есть 16 и он тоже посещал курсы вождения, поэтому несправедливо, что только Эван её водит". Пришлось действительно раскошелится, что бы её привели не в надлежащий вид, а в полный порядок, с тех пор Кристиану было строго-настрого запрещено и Эваном и Клэр садится за руль их любимой машины. Хотя помимо неё у них ещё была Oldsmobile Custom Cruiser первого поколения. Да, их отец любил машины и менял их довольно часто на протяжении своей жизни. Деньги у него были, так что почему бы и нет, верно? Словно поняв, что Эван опять начал сам с собой в мыслях разглагольствовать о машинах старший Санвилс отрывается от какой то простецкой игры на своём кнопочном телефоне и поднимает взгляд на брата. - я почти сдал на права, почему я не могу водить машину? У нас же ещё одна есть, это помогло бы тебе освободить побольше времени, ты же у нас занятой. - то ли с какой то обидой, то ли с презрением спрашивает блондин, засовывая мобильник в карман светлых джинс. - потому что по закону штата Онтарио ты не можешь водить без водительских прав. Когда сдашь, тогда и будешь водить, нам хватило твоей прошлой попытки. - он хотел добавить, что не очень хочет оплачивать и ремонт машины и штрафы, но промолчал, поняв, что это будет звучать слишком грубо, да и в этот раз штрафами не обойдутся, в прошлый раз сделали поблажку на то, что он был в состоянии алкогольного опъянения и это было первое правонарушение, однако теперь Кристиана точно посадят, если засекут без прав, особенно если он снова впечатается в дерево, ещё хуже - в человека. - почему у нас в семье ты всё решаешь? Я же старший. - подпирая подбородок рукой и смотря в окно, словно ребёнок, беседующий с что то запрещающей матерью, спрашивает старший Санвилс. - потому что этот старший не умеет заполнять налоговые декларации, не ходит на работу и должен заниматься своим образованием, а не семейными проблемами. - Кристиан замолкает, он, возможно, хотел бы спросить почему это он должен получать образование, а Эван нет, но ответ уже знает, Клэр с младшим сыном уже объясняли ему это. Раз Кристиан выказал желание служить в армии ему обязательно стоит сначала получить образование, а уже потом идти служить, что бы, проторчав там минимум 3 года, на выходе иметь возможность хоть куда то устроится. Вообще то план Кристиана был предельно прост - отучиться в старшей школе, отслужить в армии и по выходу поступить на желаемую профессию в какой-нибудь престижный колледж. В чём проблема сразу идти учиться? Всё просто - при поступлении информация о том, что он служил, сыграет ему на руку и всё вот это вот, да и в армии тоже можно получить квалификацию на какую-нибудь военную специальность, что тоже может пригодиться в будущем. Помимо обычного, довольно хорошего образования, у него будет ещё и военное, а вместе с тем и какое-никакое уважение в обществе. Почему же Эван не сделает так же? Тут тоже всё просто - его не возьмут в армию из-за здоровья и он не хочет оставлять Клэр одну в таком вот неработоспособном состоянии.

...

Школа встречает их своими серо-жёлтыми стенами, что обоим братьям уже порядком приелись, но перестать ходить в это чудесное заведение они не могут. Кристиан сразу подходит к ожидающим его у входа друзьям, перекидывается парой фраз и приветственных жестов, которые почти всегда казались Эвану странными и какими то даже бессмысленными, но это не его дело. Его дело - зайти внутрь и просто идти на занятия. Его, в отличии от брата, никто не встречает, лишь один из дружков бывшего, ныне мёртвого по своей же тупости, парня ДжейДи бросает на брюнета строго-довольный взгляд. После смерти Лиама Санвилса они с ДжейДи стали куда меньше общаться и "друзья" ДжейДи, на деле являвшиеся дружками бывшего парня панка, кажется, были такому раскладу только рады. Да и не то что бы у самого Эвана было какое то неимоверное желание с кем то общаться, наоборот, он чувствует себя намного комфортней в одиночестве, когда никто не отвлекает от кучи дел, не шумит постоянно где то рядом. Все занятия тянутся единой серой линией, на протяжении которой Эван выкладывается по полной, ловя на себе злобные взгляды других отличников, среди которых он, несомненно, был самым выдающимся по мнению большинства учителей. Ну конечно, не мог не вызвать восхищения парень, умудряющийся работать, приглядывать за братом, учиться на отлично и всё это после смерти его отца. Конечно, звучит как не такие уж и большие подвиги, но большая часть его сверстников даже один из этих пунктов полноценно выполнить не могла. Так или иначе по окончанию учёбы младший Санвилс выходит из здания, где его уже целое занятие ждёт брат, коротко приветствует его, а после, сев за руль, везёт домой. - у тебя сегодня есть ещё дела? - с привычным для него холодом спрашивает Кристиан, устремив взгляд куда то за пределы машины. - не особо, мама попросила отвезти её к миссис Дюбуа, потом в семь, как обычно, работа. - коротко отвечает младший Санвилс, после чего добавляет вопрос. - а что? - да ничего. - без особого интереса блондин почти закатывает глаза, но его взгляд резко цепляется за девушку, идущую по улице. Немного пухлая, но от того не менее красивая, хоть и довольно неуверенная, они с Кристианом в одной группе по половине предметов. - о, это же та девушка, что тебе нравится? Может подвезём её? - не отвлекаясь от дороги интересуется брюнет, на что получает злобное фырканье. - вот ещё! Сдалось мне с тобой позориться. - процеживает Кристиан сквозь зубы, ещё сильнее отворачиваясь от брата, тот резко мрачнеет, печально опускает взгляд, хоть и пытается выглядеть как до этого, то есть спокойно.

...

Младший Санвилс первым заходит в дом, заходит в гостиную, где сидит самый старший член их семьи в своём любимом кресле, в обнимку с незаконченной пряжей. Металлические спицы крутятся в умелых руках, создавая мягкое полосатое полотно, что в будущем, вероятнее всего, станет шарфом, о котором Эван недавно просил. - о, вы уже вернулись, как то рановато.. Что то случилось? - заметив, что они вернулись на час или около того пораньше, отвлекается от занятия и улыбается блондинка. - ничего такого, просто Французский перенесли на завтра, я забыл сказать, прости. - он мягко улыбается, присаживаясь рядом. - Надеюсь, тебе не придётся из-за меня ехать к миссис Дюбуа раньше необходимого? - парень складывает руки домиком на коленях, не отрывая взгляда с рук матери. - нет, что ты, даже если мы поедем сейчас она не будет злиться, наоборот, даже обрадуется. Она заболела, ты что, забыл? - Эван резко раскрывает прикрытые глаза и отводит их в сторону. - нет.. нет, что ты, я бы не забыл о таком. - пытается врать, у него плохо получается. - милый, тебе нужно больше отдыхать. - миссис Санвилс кладёт горячую руку на щеку Эвана, он закрывает глаза, а когда открывает устремляет усталый, даже измученный, взгляд на лицо родительницы. - всё в порядке, мам, ты пока собирайся, а я поговорю с Крисом. - Клэр, услышав имя старшего своего сына, лишь печально вздыхает. Она устала от того, что эти двое постоянно ссорятся.

...

- Крис, ты там? - пару раз ударив костяшками по двери в комнату брата спрашивает Эван, в ответ слышит какой то неразборчивый бубнёж и разрешение входить. - что хотел? - спрашивает блондин, когда его брат оказывается за порогом мрачной комнаты. Шторы были плотно закрыты, постельное бельё смято и валялось где то в углу комнаты, рядом с вещами и одним из многочисленных порно-журналов, что когда то Крис купил и сотню раз прочитал. - мы с мамой сейчас поедем в дом Дюбуа, а потом я вернусь и буду свободен какое то время. - не заходя дальше метра объясняет брюнет, он бы хотел сделать пару замечаний касательно порядка в комнате брата, но они давным-давно договорились, что их комнаты - их комнаты и в них они вольны содержать такой порядок, какой им самим нравится. - ну хорошо, не задерживайся там, ладно? - как то исподлобья смотря на Эвана блондин кивает и, плюхнувшись обратно на голый матрас, отворачивается. - да, конечно...

...

- ну и что ты хотел? - младший Санвилс заходит в дом, где его уже ждёт почти одетый к выходу на улицу брат. Что то было не так, но он не мог сказать, что именно. - да, нам надо кое куда съездить. - он хлопает Эвана по плечу и подходит к вешалке с куртками, ставит рядом сумку и одевается. - куда и зачем? - с недоверием спрашивает брюнет, на что получает лишь сухое "узнаешь.". Как бы сильно он не переживал, но не особо то хотел спорить. В конце-концов Крис не часто его о чём то просит, а что если это вообще какая то сомнительная хрень, в которую его старший братец решил ввязаться? Да тогда Эван тем более должен поехать с ним и убедиться, что там ничего криминального или, по крайней мере, всё будет в порядке.

...

Они стоят на какой то заснеженной поляне, Крис смотрит на Эвана пустыми глазами, словно что то обдумывая. - может хоть сейчас скажешь, зачем мы тут? - в голосе Эвана чувствуется настороженность, он уже что то подозревает. - знаешь, Эван, ты... - Крис что то говорит, но вместо слов слышится лишь невыносимый шум, в ушах звенит, а перед глазами стоит какой то лишний силуэт.

Вспышка.

И вот он уже пытается отбиться от накинувшегося на него брата.

Удар.

Больно, невероятно больно. Как же, чёрт возьми, больно! Этот ублюдок причинил ему такую боль!

Вновь вспышка.

Теперь нападает Эван, он бьёт по загорелому лицу голыми руками, что то кричит, сам не в состоянии разобрать, что же именно. Кричит и бьёт. Кричит и бьёт, и бьёт, и бьёт и бьёт! Опоминается лишь когда череп брата совсем теряет форму черепа. Осколки костей разбросаны рядом и вбиты в землю, глазные яблоки давно укатились, челюсть лежит сломанная напополам, словно царица всего этого месива, в самом центре, каким то чудом уцелевшая. Конечно, помимо неё так же уцелели уши, а всё остальное было стёрто в кашу, смешано со светлыми, слипшимися от крови, волосами и втёрто в землю, намешано со снегом, всё той же кровью и прочими биологическими жидкостями, содержащимися в человеческой голове. Всё, начиная с соплей да слёз и заканчивая мозгом было смешано в единую ужасную картину. Парень вскакивает с бездыханного тела и осматривается, ловя взглядом "части" своего брата, разбросанные и присыпанные снегом.

Это он сделал?

Он убил собственного брата?

Голыми руками размозжил голову ни в чём неповинного человека?

Он опускает взгляд на собственные руки, желая убедиться в том, что это неправда, хоть уже и понимает, что это не так. Его руки чуть ли не по локоть в крови, уже давно запёкшейся и такой холодной.

Как он мог?

Как он мог сотворить такое?

Да смеет ли он вообще называться человеком после такого?

Он долго куда то бежит. Озеро. Точно, озеро, он должен смыть это. Он скидывает с себя окровавленную куртку и заглядывает в воду, лицо тоже в крови. Из кармана куртки вылетает канцелярский нож. Он всегда носит его с собой. Точно.

Он больше не человек. Он не достоит жить после такого.

Руки сами тянуться к маленькому, но такому острому предмету. Резкое движение, затем ещё одно и ещё. Кровь алым фонтаном хлещет из порезанной поперёк вены и, кажется, какой то артерии, он точно задел что то помимо вены.

Боль, снова эта адская боль. Будто миллионы и миллиарды иголок вечность терзают его тело.

Он вновь резко открывает глаза, обнаруживая себя возле всё того же озера. Что за херня? Он снова делает надрез поперёк вены, а затем и вдоль, прорезая её насквозь. Мясо сквозь толщу крови торчит отвратительными жёлто-розовым единым слоем, в самой его глубине виднеется поцарапанная только что же кость. Постепенно от холода этот ужас, на который Эван всеми силами старается не смотреть, начинает покрываться чернотой. Его руки трясутся, а сознание вновь куда то уплывает. И вновь тщетно. Когда он появляется у этого чёртового озера его тело обдаёт таким теплом, какое он в жизни не чувствовал, словно его кинули в огонь, такой тёплый и приятный, что не хотелось, что бы он тушился, хотелось, что бы весь мир погряз в этом огне. Эти мысли сразу растворяются, вместе с ощущением тепла. Он снова у озера, снова холодно, а он всё ещё тут. Живой. Мысли невыносимым роем кружатся в голове, а потом резко исчезают, заменяясь прозвучавшей где то вглубине мозга фразой.

" - Ты же не хотел это вспоминать."

Он пытается вспомнить, что же говорил Кристиан, что Эван делал после того, как не смог убить себя, но вместо этого в его голове лишь возникают знакомые образы и голос, твердящий, что ему пора прекратить копаться в собственных мозгах. Резко по голове будто бьют молотком, Эван слышит одно единственное слово, а после, скрючившись в три погибели, извергает на чистый паркет только что выпитое вино вместе с кровью.

" - Ошибка."

- хей, дружище, что с тобой? - ДжейДи обеспокоенно подскакивают к другу, опускаясь коленями в чужую блевоту, глядят того по спине, дрожа то ли от страха, то ли он непонимания, что за нахрен вообще только что произошёл. Его друг рассказывал о том дне, когда умер Кристиан, а под конец, во время самой сцены убийства стал говорить какими то обрывками и в завершение просто блеванул кровью. - я... - Эван хмуриться, закрывает глаза и сглатывает свинцовый ком. - Я не могу вспомнить.... Мне плохо, тебе лучше уйти. - вежливо прогоняет он своего друга и поднимается с пола. - я приберусь тут, ты пока вымой колени, я дам тебе джинсы вместо грязной юбки, а потом уходи. Пожалуйста. - всеми фибрами души чувствуя на себе жалостный взгляд друга, которые так и норовят сказать что то вроде "ну уж нет, я никуда не уйдём!", он заранее парирует эту фразу и заходит в кладовую, что бы найти тряпку. Прогнав наконец друга из своего дома он поднимается в комнату на втором этаже и, плюхнувшись на холодный матрас, укутывается в плед и отворачивается.

Его воспоминания кто то испортил.