Ты сжёг все картины, что я рисую пастелью

За окном тихо выл ветер, заставляя ветки деревьев постукивать о стекло. Непогода бушевала, сильный буран навис над Гритенном, снежные хлопья, летящие с огромной скоростью, буквально, окутали город, который уже погрузился в белый, холодный туман, мешающий видеть что-то в радиусе нескольких шагов. И пока снаружи царил хаос, внутри квартирки под номером 404, на удивление, было тихо, даже несмотря на недавние события. Запах воска от свечей и отличная еда — романтика. Романтика с убийцей, который только что завуалированно признался в своих деяниях. Сердце Итэра бешено стучало, хоть он и пытался не показать своего волнения. Гнетущее молчание, во время которого парни сверлили друг друга взглядами, ни капли не успокаивало близнеца, а только ещё сильнее заставляло его напрячься. — То есть, ты хочешь сказать, что я пригласил к себе домой на ужин маньяка? — несмотря на своё, опять же, угнетенное и взволнованное состояние, эти слова он сказал с абсолютным, даже в некоторой степени пугающим безразличием. — Верно. — тут же отозвался Альбедо, лицо которого выражало совсем не ту эмоцию, которую Итэр ожидал увидеть. Оно скорее напоминало мордашку нашкодившего котенка, который прячется под диваном, как только его хозяин вернулся домой. Но близнец чувствовал, что верить обманчивому чувству сожаления не стоит. Вполне возможно, что через секунду после минутки сцены «Пожалей меня» этот по истине ужасный человек может накинуться на Итэра, сделав его своей очередной жертвой. — У тебя дома сейчас находится убийца. Убийца, которому ты нравишься. — теперь Итэр впал в двойной ступор, а в голове роились тысяча и одна мысль о том, как дальше может развернуться ситуация. Но в ответ он всё ещё не мог ничего сказать, в силах было только склонить голову вниз, закрыв лицо руками от безысходности. — Скажешь что-то в ответ на моё признание? Слова Альбедо тут же врезались в мысли, приводя в чувство растерянного Итэра. Он тут же вскинул голову вверх, смотря в глаза говорящего, который нервно ожидал ответа. — Если… — начал близнец, обращая внимание собеседника на себя ещё больше. — Если я откажу, то останусь в живых? — Что? — брови убийцы тут же нахмурились, лицо выражало полное смятение и даже некоторую обиду. — Если откажу, ты убьешь меня? — Я не смогу убить человека, который мне нравится. Последний раз взглянув на явно боявшегося Итэра, Альбедо вышел из-за стола, направившись к входной двери. И не успел хозяин жилища опомнится, как дверь тихо захлопнулась, а квартира опустела. На душе у близнеца стало так погано, будто он и вправду сделал нечто ужасное. Но всё же чувство вины гложило, особенно после того, как в памяти всплыло лицо Альбедо, такое грустное и разочарованное. Вроде сделал всё правильно, но такая опустошенность, будто я… Да, нет, бред… Точно схожу с ума.

***

Теперь жизнь Итэра точно вернулась в обычное русло. Одинокая рутина в пустой квартире, наполненная только работой, алкоголем, отсутствием денег и тепла. Но если раньше подобное существование не то чтобы приносило ему кайф, скорее было привычным, то сейчас… Сейчас резко хотелось вернуться в прошлое, когда серые дни казались хотя бы немного разнообразными, благодаря постоянным событиям и… Альбедо. Трудно признавать, но всё-таки Итэр уверен, что этот человек изменил его жизнь своей заботой и вниманием, которые хоть и надоедали, но приносили то самое тепло в груди, дающее ощущение того, что он хотя бы кому-то нужен. Даже несмотря на то, кем являлся надоедливый и любвеобильный сосед, Итэр всё равно по нему скучал, потому что чувство некоторой привязанности было сильнее здравого рассудка. И после того как человек, говоривший с ним, улыбаясь самой ласковой улыбкой, проходил мимо, даже не здороваясь, Итэр почувствовал некоторое… опустошение? Странное чувство… Подобное со мной было только тогда, когда я потерял Люмин. Кажется, будто от моего сердца оторвали жирнющий кусок. Может, мне просто жаль Альбедо? Он довольно печально выглядит в последнее время, хотя оно и понятно, если бы меня отшили, я бы чувствовал тоже самое. Но тем не менее, с возвращением старой жизни вернулись и старые проблемы. Заглянув однажды в свой кошек, как ни странно, Итэр не обнаружил там ничего особенного. В прямом смысле ничего. Денег не то чтобы было катастрофически мало, их вообще не было. Заказчик уже неделю не присылал оплату за работу, а ежедневная проверка почтового ящика не ускоряла запоздавшую зарплату. Всё бы ничего, сводить концы с концами для Итэра не было ничем новым, ведь к такой жизни он привык ещё с самого детства, но, к сожалению, в этом мире существовало такое понятие, как оплата за проживание в квартире. И если ещё с едой и подобными нуждами можно было плюс минус справиться, то вот с этой проблемой уже нет. Друзей, у которых можно было одолжить энную сумму, не наблюдалось, родственников уж тем более, а больше просить в долг и не у кого. Поэтому для Итэра оставался только один вариант, конечно, он ему не очень нравился, но это намного лучше, чем побираться на улице. Да, этот план определенно заденет некоторую часть его гордости, но… Разве попросить арендодателя дать отсрочку такая уж и плохая идея? И вот стоя, около двери, ведущей прямиком к пожилому мужчине, по-совместительству главному по дому, сердце Итэра, буквально, выпрыгивало из ребер, больно ударяясь об кости. Возможно, он, как обычно, переживал по пустякам, но просить о таком одолжении было не только волнительно, но и стыдно. Стыдно в очередной раз выставлять себя бедняком. Но, преодолев свой страх, парень всё же стукнул несколько раз костяшками пальцев об деревянную дверь, ожидая ответа. Ну не откажет же он мне, сколько мы друг друга знаем? — Здравствуйте. — вежливо начал близнец, как только хозяин квартиры соизволил открыть дверь. Мужчина даже не средних, а пожилых лет, молча кивнул в ответ, не пуская внезапного, незваного гостя даже на порог своей квартиры, продолжая держать его на лестничной клетке. Но после, наверное, пятиминутного разглядывания лица пришедшего, мужчина понял, кто перед ним и радушно пригласил пройти в прихожую. — У меня к вам просьба. Сейчас у многих некоторые проблемы с деньгами, могли бы вы, пожалуйста… — Нет. — резкий ответ перебил Итэра на полуслове, даже не позволяя закончить фразу. — Знаешь, сколько у меня таких? Мне тоже нужны деньги, поэтому либо плати за пользование моим жильем, либо проваливай. — Позвольте, но я всегда до этого платил по счетам вовремя. И вы сами знаете, что мне некуда идти. — и тут Итэр почувствовал свою жалость и безысходность настолько сильно, что собственные ноги немного подкосились, позволяя ему отправится в безграничный полёт на пол, при котором он успел задеть висевшую на стене картину. — Простите, я сейчас всё исправлю. — Не трогай ничего и уходи. — мужчина через огромную пелену неприязни всё-таки помог встать упавшему гостю с пола, а после, выпроводив его за порог, добавил. — Сегодня освободи квартиру. — Но куда же... — с отчаянием продолжал Итэр, не теряя надежды, но, к сожалению, эта попытка не увенчалась успехом, ведь после громкого хлопка, он увидел перед собой лишь закрытую дверь. — Да пошёл ты.

***

Солнце уже заходило за горизонт, а город потихоньку засыпал. Снег, как обычно это бывает в ночные, суровые, зимние будни, медленно спускался вниз, образовывая ещё более плотные сугробы. Он поблескивал на свету от редких уличных фонарей, завораживая и притягивая взгляды редких прохожих. Но несмотря на всю красоту зимы, холодно было невероятно, и даже самое теплое пальто не спасало, не защищало от пронизывающей стужи надолго. Но если для обычных жителей эта проблема решалась своевременным возвращением в свое жилье, то для бездомных это было весьма проблематично. Оказавшись в рядах таких людей, Итэру было вовсе не до пейзажей ночного города. Снежные хлопья, лежавшие на земле, тихо хрустели под его тяжёлыми ботинками. Второй час скитаний прошел незаметно, ведь всё это время близнец был прогружен в размышления и осмысления своей жалкой жизни. В душе Итэра не было злости или обиды, там осталась лишь огромная безысходность, от которой, как оказалось, некуда бежать. Раньше он считал, что ниже никогда не упадет, но, кто бы мог подумать, что жизнь бедного писателя окажется намного лучше, чем та, которая ожидает парня. И вот, брякая вещами, сложенными в сумку, Итэр пытался найти ночлег, но без гроша за душой ему светила только лавочка в сквере. Ведь обойдя все возможные места, из которых его благополучно выпроводили другие, такие же, отшельники, близнец сел на скамейку. До чего я докатился?

***

Время вновь близилось к вечеру, снег всё так же валил, застилая дороги пуховым белым одеялом, а холод опять же обжигал нежную кожу в тех местах, где она была не прикрыта одеждой. Новоиспеченный бездомный, шмыгая носом от скопившейся слизи внутри, тихо плелся к своей лавочке, на которой ещё вчера обосновался. В руках Итэр нес буханку хлеба, которую купил на последние деньги, которые нашел в старом пальто. Живот при виде сочной, ещё горячей булки, буквально, изнывал от предвкушения. Присев на холодную поверхность, близнец немного поежился от неприятного ощущения, а после распечатал бумажный пакет, в котором лежал его ужин. Проглатывая кусочек за кусочком, юноша обдумывал всё, что произошло за сегодня. Встав утром от ругани дворника, который убирал снег в городском парке, Итэр отправился на поиски работы. Ему было не важно сколько платили, да хоть за еду и жилье готов пахать, лишь бы выжить, а после уже встать на ноги. Мы с Люмин и не из такого дерьма выкарабкивались. Но обойдя все магазины, пекарни, мастерские, кофейни в округе, близнец вернулся ни с чем. Никому не хотелось брать к себе оборванца с улицы, который ничего, по сути, делать-то и не умеет. По итогу за день единственное, что он сделал, так это простыл. Ночь на морозе, день на морозе — вот тебе и уже насморк, ватная голова и недомогание. Мысли о сегодняшней неудаче внушали Итэру только осознание собственной ничтожности перед жестоким миром, к столкновению с которым, как оказалось, он был ещё не готов. Положив кусочек уже остывшего хлеба себе в рот, скиталец внезапно ощутил лёгкое теплое прикосновение в районе своих ног. Списав странное ощущение на то, что, вероятно, его конечности настолько замерзли, отсюда и странное тёплое чувство. Скорее всего, ноги настолько отморожены, что кровь внутри начала закипать в попытке хотя как-то согреть своего хозяина. Но почувствовав это снова, Итэр уже не выдержал и перевел взгляд вниз. В ногах парня ютилась собака-дворняжка, жалобно выпрашивая немного еды. Желудок близнеца все ещё давило от желания покушать, но несмотря на это, он, взяв всю оставшуюся буханку, кинул ее собачонке. Жаль её. Положив холодную, синюю руку на её неприятно грязную шёрстку, Итэр потихоньку погладил животное по голове, пока оно ело выпрошенную еду. Наблюдая за дворнягой, парень даже сравнил её с собой. Такой же выброшенный на произвол судьбы, не имеющий ни дома, ни семьи, ни друзей, ни денег, ни еды — ничего. Отведя взгляд от собаки, что жадно поглощала хлебный мякиш, он опустил голову вниз, прикрыв веки. Голова становилась тяжёлой, нос уже не дышал, а каждый вдох холодного воздуха через рот только ещё больше саднил и так больное горло. Я только… Посплю немного…

***

Зимнее солнце, на удивление, впервые за несколько дней светило ярко-ярко, одаривая жителей города, видевших до этого только угрюмые холодные будни, ласковым теплом. Птицы, от которых, ещё несколько дней назад, ничего не было слышно, внезапно защебетали. Снег, который намел за всё время, ярко блестел под солнечными лучами, игриво переливалась. Лёжа на кровати под толстым ватным одеялом, Итэр тихонько открыл глаза, сразу же жмурясь от яркого света, просочившегося в его квартиру через окно. Привстав на ногтях, парень принялся осматриваться. Это моя квартира что-ли? Не до конца понимая, как оказался у себя дома, близнец протер глаза руками, а после снова оглядел всё вокруг. В голове произошел какой-то диссонанс. Как после двух дней, прожитых на улице, словно та брошенная собака, которую удалось повстречать в этом невероятном «путешествии», он смог оказаться снова у себя? Что произошло? Это был мой кошмар? В голове крутилась уже тысяча и одна догадка того, что же могло произойти, но внезапно этот рой непрекращающихся, бредовых мыслей, был прерван шагами, которые с каждой секундой, судя по звуку, становились всё ближе. Зашедший в комнату тут же уставился на Итэра, находившегося в положении полулёжа на кровати. — Альбедо, что ты тут… — не успел договорить близнец из-за внезапной острой боли в горле, как незваный гость тут же ринулся к кровати, осматривая лежащего. — Что вообще происходит? Мне кто-нибудь объяснит? Что ты тут делаешь? — Хех. — парень усмехнулся, улыбнувшись так, как делал это до того, как эти двое рассорились. — Только очнулся, а уже ворчишь. Может я и говорю грубо, но знал бы ты, как я рад тебя видеть! — Потому что я ничего не понимаю… — тихо выдавил из себя Итэр, вновь почувствовав невыносимую боль в горле после каждого сказанного слова. — Как себя чувствуешь? — проигнорировав другие вопросы собеседника, Альбедо сразу обратил внимание на самочувствие друга, но получив в ответ жест «Все хорошо», быстро успокоился и начал свой рассказ. — Несколько дней назад, — близнец тут же смутился, — мне нужно было сходить по одному важному делу и, проходив через парк неподалеку, я заметил одного очень знакомого бомжонка… Чем-то похожим на тебя. — Издеваешься? — Пытаюсь поднять тебе настроение и разрядить атмосферу. — он ласково улыбнулся, продолжая рассказывать историю того, как произошла их внезапная встреча. — Как ты уже мог догадаться, этим бездомным, к моему сожалению, оказался ты. — Итэр стыдливо опустил глаза вниз, избегая зрительного контакта. — Ты лежал без сознания, весь синий и никак не реагировал на меня. В какой-то степени я рад, что никто не подошёл к тебе, как бы это жестоко и эгоистично не прозвучало. Я забрал тебя, отогрел, несколько дней выхаживал. — выдержав некоторую паузу, Альбедо, дабы избежать лишних вопросов, озвучивание которых могут доставить боль нездоровому человеку, добавил. — У тебя было коматозное состояние на фоне обморожения. — Спасибо за заботу?.. Я даже не знаю, что ещё сказать. — близнецу вновь стало стыдно. Стыдно за свою ничтожность, которую удалось увидеть не просто кому-то, а знакомому человеку, тому кто, возможно, не равнодушен ему. — Стоп, а как мы оказались в моей квартире? Меня же выгнали. — Ах, да… — Альбедо нервно смял край одеяла, который до этого держал все время в руке, и отвёл взгляд в сторону. — Когда я принес тебя, это заметил хозяин дома. Ему стало не по себе от того, что из-за него человек оказался в таком состоянии, и поэтому он разрешил тебе жить в квартире, естественно, пока твое финансовое положение не станет настолько стабильным, что можно будет и дальше оплачивать аренду. Такое чувство… Нет, зачем ему меня обманывать? Просто старикашка решил под конец жизни очистить себе немного карму, вот и все. — И да, — Альбедо продолжил свой монолог после короткого молчания, данного собеседнику на раздумья, а после потянулся в карман своего вязанного кардигана, который спасал от холода в квартире, и, вытащив оттуда конверт, протянул Итэру, — это было в твоём почтовом ящике. — Хорошие новости, получается. Я бы даже сказал, отличные. — положив конверт с деньгами на прикроватную тумбу, стало понятно, что разговор зашёл в неловкий тупик, из-за чего Итэр случайно вспомнил одну деталь, которую озвучил его спаситель. — Погоди, сколько-сколько дней я провел без сознания?! — Около двух. Сейчас уже декабрь, если быть точнее, первое число. — Твою мать, мне срочно нужно кое-куда. — близнец, захватив с собой недавно появившееся сбережения, быстро вскочил с кровати, ошарашив своими действиями Альбедо. — Погоди, куда?! — успел обронить ошарашенный парень, смотря на то, как Итэр, накинув за себя верхнюю одежду, на всех порах уже бежал вниз по лестнице.

***

Хрипя от холода, усталости и недостатка воздуха, Итэр шёл быстрым шагом, явно зная куда, в отличие от его компаньона. Альбедо же еле поспевал за своим спутником, терзая себя в раздумьях о том, куда же так срочно близнецу потребовалось, даже не идти, а чуть ли не бежать, да ещё и в таком нестабильном состоянии. Ещё несколько часов назад он мирно лежал без признаков жизни, заставляя неравнодушного убийцу волноваться при каждом своем неправильном вздохе. Но, несмотря на все свои волнения, Альбедо всё равно покорно ступал вслед за Итэром, потому что боялся, не станет ли тому хуже в дороге. А если это и случится, то кто-то среди всех равнодушных людей вокруг поможет? Да и вообще, парня убивало невыносимое чувство любопытства и даже некоторой ревности. Куда его возлюбленный может так торопиться, даже не забыв, а наплевав на собственное состояние? Но всех этих вопросов Альбедо задать не мог, не хватило бы решимости. Только недавно парни пережили немую войну, из-за которой приходилось молча наблюдать друг за другом. Поэтому, находясь и так в шатком положении, парень просто не мог взять и влезть в чужое личное пространство, снова разрывая невидимую тонкую нить, которая их связывает. Тем временем, во время душевных терзаний Альбедо, Итэр уже остановился около цветочного ларька и, вытащив мелкую купюру из конверта, подошёл к молодой и на вид симпатичной девушке. Светлые волосы до плеч тихо сияли из-под теплого зимнего платка, который был накинут на её голову, глаза грустно блестели, отражая свет от яркого белого снега. Из-за внешности продавщицы Альбедо аж переклинило. Они… Слишком похожи… — Здравствуйте, чего желаете? — несмотря на дикий холод все ещё царивший вокруг, девушка все равно дружелюбно и тепло встречала своих покупателей. — Маленький букет из белых орхидей. — тихо ответил Итэр, засунув руки в карманы. Зачем ему цветы? — Будет сделано. А вам, молодой человек? — она обращалась к Альбедо, из-за чего он, растерявшись, только смог указать на впереди стоящего близнеца. — Так вы вместе, хорошо. Сколько цветочков положить в букет? Пять-шесть примерно? — Четыре хватит. — после резкого ответа Итэра девушка опешила, но быстро поняла что к чему и протянула небольшой букетик, повязанный черной лентой. — Сколько с меня? — Двенадцать серебряных.

***

Суровые зимние сугробы по колено ярко сверкали на солнце, которое хоть и светило довольно интересно, но тепла почти не давало. Среди степи казалось пусто, ни единой души, кроме двух бредущих по таким заснеженным дорогам силуэтов. Чем дальше за пределы города парни шли, тем больше Альбедо удостоверился в том, что его путник держит путь на кладбище. Этому свидетельствовали нечётное количество цветов, повязанных черной лентой, и путь за город, которому они так четко придерживались. Как только на горизонте появились силуэты могильных крестов, Итэр, застыв на месте, резко заговорил впервые за долгое время. — Зачем ты идёшь за мной? Если собираешься и дальше это делать, то лучше сразу уходи. — эти слова словно раскалили до максимума холодный воздух между собеседниками. — Я же не просто так хожу за тобой. — Альбедо нежно улыбнулся, хотя внутри всё вскипело от злости, потому что услышать резкие слова в свой адрес от любимого человека было неприятно. — Волнуюсь за твоё здоровье. Ещё полчаса назад ты находился в бессознательном состоянии около двух суток, а сейчас уже бредешь куда-то в такую-то погоду. Я, как человек, который изначально взял на себя ответственность заботиться о тебе, как о больном, должен делать это до конца, пока ты не выздоровишь. — Ладно, прости. — Итэр немного смягчился, хотя горечь гнева всё равно прослеживалась на его лице довольно отчётливо. — Ещё раз спасибо. Наконец, дойдя до кладбища без происшествий, но и без разговоров, которые хотя бы немного смогли бы улучшить взаимоотношения парней, они, как ни странно, потихоньку брели к какой-то из могил, разгребая ногами и руками снег на своем пути и пугая живущих здесь ворон своим присутствием. Чем дальше парни заходили, тем сложнее было идти, но Итэр становился всё быстрее, несмотря на полное отсутствие сил. И вот, когда он наконец остановился, Альбедо понял, что они, наконец, дошли до могилы, которая нужна была его спутнику. Подойдя к деревянному кресту, который немного скосился, скорее всего из-за большого количества снега, близнец начал его, как раз, разгребать от завалов. Альбедо же тем временем решил оставить его в одиночестве, если это можно таковым назвать. Ведь кладбище само по себе небольшое, и даже если отойти на достаточное расстояние, то все равно будет ощущаться чужое присутствие. Отдалившись от Итэра на несколько метров, странная мысль посетила Альбедо, пока он смотрел куда-то вдаль. Здесь жутковато, вокруг так и веет смертью… Даже самому парню эта мысль показалась ироничной. Разве не абсурдно слышать такое от убийцы? Но раздумия о жизни были прерваны тихим монологом Итэра, который слышать хоть было и неправильно со стороны моральных норм, но интересно. — Привет, сестрёнка. — он рухнул на холодную снежную землю, положив на могилки недавно купленные цветы. — Прости, я не смог прийти в годовщину твоей смерти. Тут просто… — близнец замолчал, склонив голову вниз. — Неважно, прости. — пододвинув цветы ближе к кресту, он поменял позу на более удобную. — Я опять не нашел твои любимые цветы, наверное, они не растут зимой, да? — Итэра смущало то ли присутствие другого человека, то ли что-то ещё, но было видно, что он не может вывалить всё, что на его душе. — Я сегодня не один, надеюсь ты не против? — Альбедо, как только понял, что речь идёт о нем, обернулся, принявшись пристально наблюдать за скорбившем. — Прости меня пожалуйста, виноват перед тобой… — глаза парня начали наполнятся слезами, но он быстро подавил резкую грусть в себе, потому что не хотел ещё больше позориться перед своим знакомым. — Обещаю, что приду в следующий раз с твоими любимыми лилиями, Люмин. Люмин? Пока Альбедо стоял в немом ступоре, Итэр уже безразлично встал с холодной земли и, одернув за руку своего компаньона, взял его подмышку, направляясь прочь с места, которое пропитано смертью. — Люмин… — обращая на себя внимание близнеца, тихо произнес Альбедо, когда они вышли за пределы кладбища. — Люмин — это твоя сестра? — Ага. — Итэр чувствовал, как с каждым словом поведение его собеседника становится всё страннее и страннее. — Сегодня ровно пять лет с того момента, как её не стало. Надеюсь, теперь понимаешь почему я так рвался сюда. Это моя обязанность, как её единственного близкого человека, прийти и почтить память. — Как? — Что как? — поежившись от холода, близнец немного притормозил, чтобы сравняться с парнем, что шёл позади. — Как она умерла? — Странный вопрос, не думаешь? — одарив Альбедо презрительным взглядом, он все ещё нехотя продолжил. — Покончила с собой. Мы были в путешествии, которое в последствие оказалось для нас последним… И… Мне сообщили, что нашли тело повешенной девушки в лесу, это была Люмин, как ты уже догадался. — Почему она так поступила? Бросила тебя? — Не знаю. И она меня не бросала. — неосознанно Итэр потихоньку открывался и не ненавистному убийце, рассказывая о своем прошлом. — Я даже чувствую себя виновным в её смерти. Ведь, несмотря на то, что мы были близки, она не могла мне доверится на все сто. А я видел, видел, что с ней что-то происходит, но ничего не предпринял. — остановив свой сопливый монолог о безумном прошлом, близнец перевел взгляд на Альбедо, который хоть и молча его выслушивал, но был довольно отстранён, будто находился где-то в другом месте. — Тебе ведь неинтересно, да? — Меня интересует всё, что связано с человеком, который мне нравится. — парень улыбнулся, а после аккуратно поправил свой шарф. — Почему я вообще тебе нравлюсь? Мало потенциальных жертв на улице ходят? — замолчав на несколько секунд, чтобы придумать очередную едкую фразу, он продолжил. — И вообще, сначала игнорируешь меня, а потом говоришь, что нравлюсь? Что за метод «кнута и пряника»? — Я не игнорировал тебя. Стыдно признаться, но я думал, что после признания, ты не очень хочешь меня видеть, поэтому старался не попадаться на глаза, чтобы не злить. — он неловко отвёл взгляд. — Насчёт того, потому ты мне нравишься… Ты красивый и милый. Мне кажется, что даже оставшись без конечностей, ты бы не утратил своей красоты. — Глупый ты, Альбедо, я не держал на тебя зла. — немного подумав, он ошарашенно продолжил. - Да и вообще, не нужно бросаться такими комплиментами, в твоём случае, они скорее похожи на угрозы. — сказав эти слова, Итэр ускорил шаг, снова отрываясь от Альбедо на приличное расстояние. — Подожди! — опомнившись парень побежал вслед за близнецом.

***

Удивительно, но жизнь Итэра потихоньку налаживалась. Крыша над головой появилась вновь, благодаря чему её обладатель стал ценить свое жилище ещё сильнее, в кошельке хоть и до сих пор монет было не густо, но всё же некоторые гроши на пропитание имелись, простуда почти прошла, да и взаимоотношения с Альбедо улучшались. Видимо, после того, как близнец сказал, что не держит зла на него, он решил вернуться к привычному стилю общения. Конечно, приятно, когда ты кому-то нравишься, но если это убийца-липучка, то уже как-то не по себе… Хотя я и не понимаю испытываю ли я к нему взаимные чувства… В любом случае, это странно. От хорошего положения дел настроение у Итэра было соответствующим. Ещё с утра парень встал с прекрасным настроем, большим вдохновением и морем свободного времени, которое было потрачено на повседневные, но важные дела. Дела, на которые раньше у близнеца не хватало сил, что уж говорить, если тогда даже подъем с кровати был целым подвигом. Но сегодня у Итэра была невероятная решимость расправится со всеми тянущимися за ним занятиями. Сначала он решил хорошенько выдраить всю квартиру. Конечно, он поддерживал в ней минимальный порядок, но на такие вещи, как вытирание пыли, мытьё подоконников и окон (и плевать, что на улице зима), избавление от ненужных вещей, которые только занимали лишнее место, времени не было, как и желания. Но теперь Итэр уже сидел в чистой квартирке, где и комар носа не подточит, потому что здесь было настолько чисто, что любая поверхность, буквально, скрипела от отсутствия на ней пыли и грязи. После того, как полдня было проведено в уборке, близнец не спешил идти отдыхать, а наоборот, находил в себе всё новые и новые занятия: пересадка цветов, разбор документации и писем, поход на рынок за продуктами, отправка ещё нескольких резюме в издательства, болтовня с Альбедо и, наконец, долгожданная работа, которая появилась неожиданно на дне почтового ящика Итэра. На улице уже стемнело, хотя и было только шесть вечера, удивляться тут было нечему, ведь, как известно, зимой день становится короче. Поднимаясь на свой этаж после маленького похода по магазинам, парень краем глаза заметил письмо, что выглядывало из ящика с надписью «404». Конечно, отправителем оказался верный заказчик близнеца. Вскрыв конверт прямо на месте, Итэр принялся вчитываться в послание адресованное ему. "Здравствуйте, дорогой мистер И. Для начала я бы хотел извиниться за задержку оплаты. В письме аванс за следующее письмо, за уже отправленное и немного конпенсации, прошу ещё раз прощения. На этого раз я бы хотел попросить написать любовное послание немного в другом стиле, видите ли…" Далее описывать критерии, по которым в это раз пришлось бы писать Итэру. Но больше всего его смутило не то, что работа усложнилась, а кое-что другое… Погодите… Разве Альбедо уже не передал мне деньги?! В голове потихоньку начал складываться пазл. Идиот. Уже собираясь вытрясти из Альбедо всю дурь, Итэр направился к его квартире, но планы были сорваны внезапным вмешательством со стороны домовладельца, который как раз спускался откуда-то с верхних этажей. — Здравствуй, как здоровье? Слышал, ты приболел немного. Вот как ты теперь заговорил, пенсия. — Ах, ага. Чуть-чуть приболел. — неловко отозвался Итэр, пока в голове только и крутились кадры того, как он будет всю дурь из Альбедо выбивать. Ещё чего придумал свои деньги подсовывать, при этом обманывая! — Ну, не хворай главное! Сейчас много народу болеет, наверное, из-за недавних холодов. — Наверное… — вспомнив про конверт с деньгами в руках, Итэр стал бороться с совестью и жадностью. С одной стороны, нужно было отдать деньги за месяц, который он, считай, прохалявил, живя на квартире за бесплатно, но с другой… Арендодатель ведь сам разрешил это сделать, верно? А деньги сейчас явно не лишние. Но всё же в этой немой войне победила совесть. — Знаете… — А, кстати, за деньги можешь не волноваться, твой друг мне всё передал. — старичок мило улыбнулся, пока близнец стоял в полном ступоре. — Какой друг? Вы о чём? — Запамятовал что-ли? Наверное, у тебя из-за болезни разум помутился. — мужчина расхохотался, да так громко, что гул эха стоял ещё несколько минут. — Твой друг, он вроде ещё по соседству живёт, не помню имени его, недавно, видимо, заехал паренёк этот, он мне и передал от тебя оплату за этот месяц. Сказал, ты заболел серьезно, не можешь сам зайти. — Точно! Простите что-то я правда забылся. Ладно, заговорился я, хорошего вечера вам! Итэр быстро зашёл в свою квартиру, даже не дождавшись ответа собеседника. Да и, собственно, нужен ли он, этот ответ, ведь в голове у близнеца крутилось лишь одно. — Меня надули дважды, а я и не понял.

***

Уже было далеко за полночь, а Итэр до сих пор не мог заснуть. Лёжа на кровати и пялясь в потолок, он то и делал, что прикладывался к горлу бутылки с дешёвым пойлом. Если будучи ещё трезвым в голову парня лезли какие-то дельные мысли, то сейчас каша в голове была похожа просто на несвязный бред. — Козлина… ты, Альбом...Альбедо! — кинув бутылку куда-то в сторону, Итэр лишь безразлично посмотрел на осколки на полу. Закрыв лицо руками, он всё ещё не мог поверить. Неужели он кому-то настолько нравится, что тот так поступает? Мало того, что постоянно заботится, так ещё и спас два раза, помог с квартирой, с финансами. Сердце бешено билось, как только в голове всплывал образ Альбедо, в груди становилось тепло, как будто кто-то разжёг там маленький костёр. — Сука… — привстав на локтях, Итэр осмотрел осколки ещё раз, прошёлся взглядом по парочке целых бутылок, стоящих на полу около кровати, и уже точно решил. — А что я теряю? Пойду к нему прямо сейчас.

***

Выпив ещё одну бутылку перед выходом, Итэр находился уже в подъезде и, шатаясь, взялся за угол стены, в попытках отойти от состояния «полный ноль» и показаться перед Альбедо максимально адекватным. И вот он — долгожданный стук в дверь. Потом ещё один и ещё, а после дверь с тихим скрипом открылась. Перед глазами предстал сонный Альбедо в темно-бордовой пижаме, полностью распущенными волосами и недовольной миной. Хотя каждый был бы не очень рад, если бы к нему в час ночи завалился какой-то алкаш. — Я ещё после первого раза понял, что… — раздражённо начал хозяин квартиры, но закончить так и не смог. — Ты тоже мне нравишься.