Учитель

*** Да уж, везение явно обходит Хеджина стороной. Ладно бы ещё просто влюбиться в учителя. С кем не бывает. Но истинность? Хенджин о ней мягко говоря не мечтал, разве что в самом раннем детстве, когда только услышал эти сказки. Но сейчас у него абсолютно другие планы. Были. Теперь всё стало куда запутанней. Не то, чтобы мистер Бан был действительно противен Хенджину, ведь альфа определенно красив. Если уж по честному, то именно "Красивый" и было первой мыслью, когда Хенджин только увидел нового учителя. Но вот их "общение" это уже другой разговор. Длинный такой разговор с приличным списком неприличных эпитетов и явно взаимных претензий. Бесит! И ведь с большинством учителей Хван вполне находит общий язык, и довольно неплохо учится, но с этим Баном всё не заладилось с самого начала, и как теперь к этому относится, ещё один вопрос. Явно без ответа. Благо, вынести себе мозг окончательно Хенджин не успевает, из мед.кабинета его довольно быстро забирает младший брат Чонин со своим "верным спутником", и остаток недели Хенджин проводит дома с ними же. И чаще всего эти "двое из ларца" раздражают своей идеальностью, и по отдельности, и ещё больше вместе, но сейчас их спокойный цветочный запах успокаивает. Лавандовая свежесть Чонина и чуть сладкий аромат сирени Сынмина удивительно словно укрывают от боли, что лекарства лишь притупляют. Эти двое бэт настолько идеально сочетаются как личностями, так и запахами, что многие принимают их за истинных, но это не так, и, как однажды признался Чонин, они бояться когда-нибудь их встретить. Они вместе с детства, сначала как друзья, с недавнего времени не только. Хенджин действительно искренне желает, чтобы они не встречали своих истинных, чтобы они всю жизнь были счастливы друг с другом. Он и сам не хотел бы встречать своего, вот только это уже случилось, и что теперь делать с этой "встречей", Хенджин понятия не имеет. *** Как только фантастическим усилием воли Чан опускает всё ещё бесчувственное тело омеги на койку в медицинском кабинете и чуть ли не за шкирку вытаскивает себя из комнаты, на него, наконец, наваливается ВСЯ тяжесть произошедшего. Он. Встретил. Истинного. И это Хван Хенджин. Его ученик. Хочется толи истерически заржать, толи расплакаться от безвыходности ситуации прямо посреди школьного коридора, пока Бан на негнущихся ногах удаляется от его личного магнита отныне. Как у него хватает выдержки и сил вернуться в зал, чтобы отпустить школьников домой, Чан слабо понимает. Хотя в данный момент он вообще едва соображает, так что то, что ноги сами принесли его к квартире братьев Ли, он понимает лишь, когда ему уже открывают дверь. На черта он сюда приперся? Ах да, это ведь и есть те его знакомые "редкости", что уже встретили своих истинных. Даже если кто-то один из семьи встречает истинного, это уже новость, а в семье Ли таких двое. И, что самое удивительное, и Минхо и Феликс встретили своих предначертанных почти в одно и то же время в одном и том же университете. Чан их знает с детства, как говориться, росли вместе, не то чтобы реально близко дружили, хотя именно эти двое всегда были (да и остаются) самым близким к определению "семья" в жизни Бана. С родной семьей и "личной жизнью" как-то не задалось и так уж получилось, что единственные, кому на Чана не наплевать, это Минхо и Феликс, ну и Джисон с Чанбином тоже как-то присоседились за компанию. Если честно, как бы он жил без них Чан и не представляет. Именно они, причем уже все четверо, и не дали опустить руки, когда со спортом было покончено, помогли восстановиться, найти работу. И теперь с очередной проблемой ноги сами привели Чана к их двери. Он жалок, он знает, но поделать с этим ничего не может. Что он ждёт от этой встречи? Бан сам не знает. Совета? Тут мало пользы. У всех всё индивидуально. Да и нужен ли ему этот совет? Ему страшно. Чан уже давно боится сближаться с людьми. А портить жизнь по сути ещё ребенку, ему вообще не хочется. А если он приблизится к нему, это непременно произойдет, всегда происходит. Дверь открывает не один из Ли, а Джисон, истинный омега альфы Минхо. У них тоже разница в возрасте довольно приличная, не такая, конечно, как у Чана с Хваном, но всё-таки. Хотя. Их главная проблема не столько в возрасте. Хван - его ученик. Минхо не был учителем своего истинного. Он, конечно, тогда уже преподавал, хотя и учился на последнем курсе, но Хан пришел в его танц-класс уже вполне совершеннолетним первокурсником, и даже не потому, что учился на хореографическом, а потому что проспорил кому-то желание. Оба были вполне рады этому "проигрышу", их сближение прошло гладко и тихо, хотя тихими эта парочка никогда не была, по крайней мере, Чан их такими не видел. Феликсу в этом плане повезло больше, у них с Чанбином всего год разницы. Хотя об их "первой встрече" ещё долго шутил весь университет. Чан не удивится, если до сих пор шутят. Ещё бы, не каждый день альфа влюбляется не с первого взгляда, а с первого удара и броска с переворотом. Вот что значит, попасть под руку "Феликса не в настроении". Чанбина даже немного жаль за такую репутацию, хотя он вроде не особо переживает. Этот альфа вообще в их компании самый спокойный и безобидный что ли, как говорится, и мухи не обидит. Минхо всегда старался (да и до сих пор старается) оберегать младшего брата, его "милого омежку", что всегда словно солнце притягивает к себе внимание всех вокруг. Вот только этот омежка и сам за себя может постоять. С Феликсом Чан познакомился в спортивном комплексе, где альфа ходил в секцию плаванья, а омега - единоборств. С Минхо, кстати, там же, когда тот встречал брата, и поначалу не слишком тепло относится к новому знакомому альфе, но как только понял, что Чан воспринимает Фелиска даже не как друга, а скорее как брата, то поумерил свой пыл защитника. Ноги всё так же сами, на автомате, приносят Чана на практически родную кухню, что не удивительно, ведь в ней он бывает чаще, чем в своей собственной. - Я встретил истинного. - озвучивает, наконец, Чан, тяжело опускаясь на привычный стул у окна, пока на кухню заходит Минхо и обнимает со спины Джисона, остановившегося у стола. Они тут же начинают улыбаться, но улыбки мгновенно затухают, как только Чан заканчивает фразу. - Это мой ученик.