Непарная пара

*29* Спать было жарко. Лиахим откидывал одеяло, но оно, словно живое, наползало обратно. Мягкое, приятно податливое, тяжеловатое, а главное жаркое. Очень жаркое. Волевым усилием он разодрал глаза и уставился на волосатую макушку, прикорнувшую на его груди. Калейдоскоп разрозненных мыслей сложился в единую картинку. – Анири! – грозным шепотом просипел Лиахим и дернул плечом, подкидывая голову магички. – Тише, Лиська, – отозвалась спящая и успокаивающе погладила его в районе пупка. Ласка в сочетании с чужим именем подействовала очень раздражающе, поэтому повторное «Анири!» прорычалось очень серьезно. Приподнявшись, девушка постаралась опереться на локоть, ухитрившись поставить его точнехонько на солнечное сплетение Лиахима. Тот, крякнув, поспешил убрать ее опору, и недопроснувшаяся Анири плюхнулась туда же, где лежала. На второй заход она не пошла, а просто задрала голову. На Лиахима «посмотрели» закрытые глаза. – Уже по-о-о...– магичка широко зевнула, –...дъем? – Нет! – Хршо, – выдала она и свернулась обратно, собираясь спать дальше. – Да почему ты?.. – Тс-с! – перебила Анири, изобразив слабый шлепок по его животу, – все потом. – Да какое потом!.. Недовольно засопев, девушка, приподнявшись снова взглянула в лицо Лиахиму, даже глаз слегка приоткрыла. – Лия, милая, имей совесть! Я с ночной. До подъема мгновения. И ты мне их не даешь? Одеяло сползло с ее плеч, открыв взгляду обнаженную грудь. У Лиахима сердце раза в три быстрей застучало. И пальцы зазудели от желания ощутить их мягкость-упругость. – Где твоя пижама? – выдавил он из себя. – Где-где... не знамо где! – Анири улеглась обратно, – пижама ей понадобилась, видите ли... – Пижама... – Да не знаю где! – гавкнула девица, – дай поспать! – С меня-то слезь! – простонал Лиахим. – Поте-э-э...– еще один зевок, – рпишь. Поняв бесполезность разговоров, Лиахим в ответ извернулся, стряхивая с себя настырную соседку. – Ну и пожалуйста, – обиженно всхлипнула та, – не больно-то хотелось, – повернулась спиной и добавила, – тоже мне прынцеска нашлась! Я, между прочим, герцогиня! Настоящая! – после чего, словно придавая сказанному весомости, толкнула «врагиню» задом. В следующее мгновение настоящая герцогиня отключилась. Стараясь лишний раз не прикасаться к девушке, Лиахим вылез из кровати. В последний момент он случайно потянул одеяло, и тут же услышал голос Анири: – Стой! Куда? – В туалет. – Отметься у дежурного. – Тьфу... Но магичка уже опять спала. В туалете Лиахим прежде всего проверил маскировку. Работа колдуна оказалась выше всяких похвал. С другой стороны, подавитель желания предотвращая проявление внешней реакции, видимо не распространялся на другие «симптомы». Поэтому и руки зудели, и фантазии играли. Собственно, колдун при покупке предупреждал, что подавитель разрабатывался для применения на животных. А у них, видимо, ничего подобного нет. Или наблюдателям-испытателям до подобных вещей дела не было. Впрочем, все равно отдать амулет на доработку в ближайшее время не удастся, а решать проблему надо... – Может снотворное на ночь – пробормотал Лиахим, тоскливо разглядывая себя в зеркало, – когда со страшной силой в сон тянет, то оно как-то не до дурных мыслей... С другой стороны, отключиться и совсем себя не контролировать... В голове промелькнул весь спектр эмоций, испытанных при пробуждении в «объятьях» герцогини, доказывая, что отказываться полностью от контроля нельзя... Может половины дозы хватит? Или просто травки какие-нибудь успокаивающие попить? Вздохнув, Лиахим решил завтра в училище поспрашивать у девочек о хорошем травнике или аптекаре... Может профессионалы чего нарекомендуют. *** Анири проснулась, запнувшись обо что-то на своем пути в туалет. Вернее, проснулась она уже после того, как натренированные за три года рефлексы превратили ее падение в перекат. А вот выход из него в низкую боевую стойку уже происходил в агрессивно бодрствующем состоянии. Но на нее никто не нападал. Во всяком случае физически. А вот словесно... – У-у! Ящерица! – простонала Лиара, хватаясь за свою ногу, – совсем ослепла? Ничего не замечаешь? Магичка распрямилась и, удивленно оглядев «любовницу», поинтересовалась: – А почему ты в кресле? – А почему ты на полу? – прозвучал злой ответ. – Ну я же встала... – А я села! Ответ прозвучал почти как оскорбление. Первокурсница Анири не постеснялась бы раздуть полномасштабный скандал. Она же на четвертом курсе только легко усмехнулась: – Достойный ответ. Но, пожалуй, ты права, приношу свои извинения, действительно под ноги не смотрела. Сама знаешь, легла поздно, встать-то встала, а вот проснуться отложила на потом. Вот и не заметила... Только почему ты все-таки в кресле спала? – А почему ты голая? – выдала в ответ кухарка, словно предъявила объявление. Анири упрек рассмешил. – Ой, я тебе понравилась? – с гротескной жеманностью произнесла она. Да еще глазками похлопала. Но Лиара не поддержала шутливости: – Мне не абсолютно не понравилось, что ты нарушаешь договоренности! Теперь шутки закончились уже у магички: – И что я, по-твоему, нарушила? – произнесла она суровым тоном, принимая классическую позу руки-в-боки. – У нас договоренность об имитации любовных отношений, – прорычала Лиара, гневно сверкая глазами, – ты свои постельные предпочтения обещалась держать в узде. Обещала не предлагать и уж тем более не втягивать меня ни в какие неуместные отношения! Анири с трудом удержалась от невольного проявления смущения. Ей всего-то захотелось пошутить: уж больно «чувственно» спала Лиара. Словно обнимала кого-то. У герцогини, привыкшей шокировать окружающих эпатажным поведением, даже намека сомнения «стоит-не стоит» не возникло. Быстро скинув одежду, она вползла в объятья «любовницы», собираясь «ответить» на ласки, чтоб потом, как бы спросонья, попрепираться о том, кто к кому пристает. Но сначала грудь Лиары «не отозвалась» на поглаживания, а потом усталость оказалась сильней, и ее элементарно сморил сон. И вот теперь ей предъявляют справедливые претензии... Впрочем, признаваться в намеренности своих действий Анири собиралась только в самом крайнем случае. Обман же исключался. Ведь прямая ложь имела тенденцию открываться абсолютно не ко времени. А вот кружной путь по краю правды... – Вопрос только в том, что именно ты посчитаешь за неуместное предложение. Вот я стою перед тобой без единой нитки на теле – это соблазнение? – Не говори ерунды. Ты с первых дней показывала, что стесняться меня не собираешься! Я же говорю... – А если так? – магичка, с наглой улыбкой сунула пальцы в лобковые волосы и слегка поскреблась там. «Кухарка» поперхнулась возмущениями. На мгновение Анири показалось, что у нее в «любовницах» любительница девочек. Уж больно жадным взглядом та следила за ее движениями. Но она еще отметила подрагивающие крылья носа, вздувшиеся на шее жилы, крепко сжатые кулаки, и тут же склонилась к другому выводу – Лиара в бешенстве. Растерянность была бы более желательной, однако и с такой результат ее устраивал. – Это только демонстрация, – произнесла она, выставляя перед собой открытые ладони, и выдавая импульс успокоения для агрессивного животного. Правда инструктор на практике предупреждал о человеческой нечувствительности к подобному воздействию. Слишком далеко человек ушел по пути цивилизации, чтоб воспринимать подобные сигналы. С другой стороны и вреда нет. – Просто демонстрация, – повторила боевичка, и тут продолжила с легкой ехидной агресивностью, – вот только демонстрация чего? Что это было? – она сложила руки на груди, – соблазнение или просто зачесалось? – Ты...– хрипло выдавила Лиара. – Не я, а ты! – не упустила инициативу девушка, включая делающую разнос командиршу, да еще пальцем тыкнула в сторону «любовницы», – ты! Именно ты оцениваешь мои действия! Причем оцениваешь не то, что есть на самом деле, а то, что тебе кажется. Как я могу рассчитывать на адекватную, честную оценку тобой моих действий, если ты даже не пыталась объяснить их без зацикливания на себе самой? Или ты не знала, что вчера у меня было ночное дежурство? Что я пришла поздно? Или ты не знаешь, что порой от усталости так сильно клонит в сон, что сознание отключается до того, как успеешь подумать о пижаме или о разгораживающей стенке? – Анири чуток помедлила, словно поджидая ответ, но стоило только «любовнице» открыть рот, как тут же продолжила, «отступая» от своей обвинительной агрессии, – впрочем, ты права и в том, что я могла тебя ненамеренно сильно обидеть. Поэтому нам нужно сесть и подумать, как разрешать подобные ситуации ко всеобщему удовольствию. Можно составить систему штрафов... – Нет, ящерица, – неожиданно рявкнула Лиара, – никаких штрафов – только полный разрыв контракта! – Повышаешь ставки? – Определяюсь с будущим! Оставаться там, где не уважают, даже непреднамеренно... Извините... К такому повороту магичка была совсем не готова. – Разрыв контракта...– она вгляделась в лицо Лиары и, увидев решимость, изменила ответ, – вернее его условия, безусловно стоит обсудить. Но только как крайнюю меру. Лично я уже успела убедиться в правильности твоего найма, поэтому настроена на его продление. Подумав, что не стоит пороть горячку, Анири демонстративно покосилась в сторону часов: – Знаешь, это взмахом ресниц не решить, давай вечером без спешки обговорим все условия? Только чур в крайности не бросаться! А сейчас мне действительно пора бежать, – не давая себе возразить, она развернулась к туалету, но тут же оглянулась, – кстати, а почему ты, собственно, осталась здесь? Разве мы не договаривались о гостинице? – Уводишь разговор? – Почти, - не стала отпираться магичка, – просто коль заговорили о договоренностях... – Ногу я подвернула, – словно не сказала, а плюнула Лиара в ответ, – вот эту самую, которую ты пнула! – А! Извини!.. Слушай, если к врачу надо, сходи и не тяни. Медицинское покрытие в твой контракт входит. – Да иди ты!.. – Ушла! – согласилась герцогиня и шустра скрылась за дверью туалета. *** Лиара спустилась со спального этажа, когда Анири как обычно перед выходом заглянула в зеркало проверить, как выразился их армейский куратор, наличие присутствия внешнего вида. Оглянувшись на «любимую», магичка невольно сравнила ее со своими няньками-воспитательницами, выводившим конспирологические теории из бездумных беззлобных детских шалостей-глупостей маленькой герцогини. Простая и, казалось бы, очевидная истина, что гиперактивной девочке очень тесно в рамках «подобающего поведения», ими почему-то в расчет не принималась. Впрочем, некоторым она действительно мстила. Вернее, воздавала должное. Хотя случались ситуации, когда ей приходилось осознавать свою неправоту, вот тогда маленькая герцогиня, несмотря на свой титул, совершенно искренне просила прощения. Она даже гордилась тем, что может признать свою ошибку и извинится за нее. Правда список того, что может считаться за ошибку, был очень короток. Со временем в него добавилось пара пунктов, поскольку в этом деле юная аристократка придерживалась консервативных позиций. Вот только сейчас, глядя на Лиару, девушка осознала, что порой стоит попросить прощения даже если не виноват. Просто для сохранения хороших отношений. Быстро приняв решение, она подбежала к «любимой» и, просительно посмотрев в глаза, произнесла: – Извини меня! Я больше не буду! Вот честно. По-серьезному. – Эт че такое было? – поинтересовалась Лиара, даже не пытаясь скрыть свою растерянность. – Извинения, – честно призналась боевичка, совершенно нормальным тоном, но потом пояснила, – вне зависимости от причин моих поступков, ты действительно оказалась обиженной стороной. – Мда? – скептицизм пришедшей в себя Лиары измерялся бочками, – а мне вот кажется, это издевательская насмешка. – Тебе кажется. – Хм... – Ли, я серьезна. Мне совершенно не улыбается из-за небольшого непонимания портить отношения. Поэтому готова признать свою неправоту и избегать подобных ситуаций в будущем. – И?.. – Что «И»? – И все? Ничего не предложишь в качестве извинений? – А надо? – Пожалуй, – усмехнулась Лиара, – ты меня убедила в серьезности своих слов. Что, конечно, не отменяет серьезного разговора вечером. – Конечно, – улыбнулась в ответ Анири, – ну все мне действительно пора. И она сорвалась с места.