Всё, что останется

Как Карвер относился к Арете? Глупый вопрос. Он злился на неё, когда был маленьким, ведь она дразнила его за отсутствие магического дара. Он злился на неё, когда подрос, ведь за что бы он ни брался, она делала это быстрее и лучше. Единственное исключение — ему повезло быть сильнее, но даже на это сестра лишь хмыкала «и это всё, что ты можешь?». Он злился на неё, когда убегали от Мора, когда работали на Миирана, когда пытались найти деньги на экспедицию. Или же пытался убедить всех, что зол на неё, а не на себя. — Куда ты собралась? Луна за окном висела уже высоко, Арета так и не отдохнула за день, а Карвер думал, что становится слишком похожим на маму с этим волнением. Хотя как раз она к беготне дочери относилась нормально и, когда Карвер попытался поговорить, убедить что нужно что-то делать, пока не свалилась от переутомления посреди драки, то получил удивлённые глаза и самое искреннее «но это же нормально для неё! Мальком был таким же». Да, был. И последнее, что Карвер хотел, так это говорить о сестре в прошедшем времени. — Тут пара дел в Верхнем Городе. Проследи, чтобы мама не проснулась… Клык, фу! — попыталась она успокоить вертящегося рядом пса. Карвер мрачно взглянул на неё. Запавшие глаза ярко сияли в полутьме, но хорошего в этом было мало. Ненужное внимание, пойдут слухи, а храмовники любят слухи. — Я иду с тобой, — объявил он. И хоть пытался говорить как отец, жёстко и бескомпромиссно, но даже сам же в свои слова не поверил. Арета отвлеклась от затягивания пояса и с сомнением взглянула на него. Затем пожала плечами, возвращаясь к этому: — Нет, не идёшь. Ещё не хватало, чтобы ты в «Розу» ходил. Карвер вытаращился на Арету. Она?! Идёт в «Розу»?! Да что вообще происходит? От одной мысли об этом запылали уши, а сам Карвер старательно уставился в стену. Оставалось надеяться, там не упомянут, что вот, похожий пацан недавно был. Или ещё чего… но важнее, что Арета, эта ледышка, действительно туда намылилась! Легче было представить её добровольно сдающейся храмовникам, чем в чужих объятиях, как бы забавно это не звучало. Увидев его лицо, Арета на секунду задумалась, а затем её губы тронула улыбка: — Стой, ты же не думаешь… Карвер, — ну прекрасно, теперь она смеётся над ним! Чего ещё ожидать? Его плеча коснулись холодные пальцы и Карвер нехотя взглянул на сестру. Ту, кажется, его смущение ещё больше рассмешило и глаза на усталом лице горели уже не так ярко: — Я туда иду по делу, и ты это знаешь, — она убрала руку и натянула любимую перчатку с железными когтями. Если честно, её смысла Карвер не особо понимал. Если противник будет достаточно близко, чтобы расцарапать ему лицо, не лучше ли швырнуть заклинанием или использовать сталь? Но по крайней мере, собиралась она будто действительно по делу. Ну прекрасно! Сама же ничего не рассказывает, а когда он делает разумный вывод, то смеётся! Наверняка считает его глупым ребёнком, ведь чего же ещё ожидать? Карвер не был уверен, от него или от неё. — Что за дело-то? — оставалось надеяться, что что-то простое и не связанное с магией, магами, храмовниками, церковью… — Помнишь ту девочку, у которой брат пропал? Он ходил в «Розу» незадолго до всего этого, вместе с другом. Друга нашли, брата нет, — ну разумеется. Куда же магу без храмовников? Ведь они же вовсе от них не пытаются скрываться! Бедная мама, знала бы она всё это. Карвер нахмурился, понаблюдал ещё немного, как Арета вешает на плечо посох, и решительно встал: — Я иду с тобой. И не смей возражать. Клык гавкнул, явно надеясь, что и его наконец захватят. Арета скрестила руки на груди, исподлобья глядя на Карвера, словно не могла решить, стоит ли оно того. Тот и сам знал, что она откажется, упрямая, как всегда. А если он попробует возражать, то получит в ответ лишь крики и злое «Я главная, значит подчиняйся и молча». И что он мог ещё сделать, кроме как изредка возражать? Ведь она была права: у неё была магия, достаточно наглости и безразличия к другим, в то время как у него? Лишь слова. И нужны те слова были лишь ему. Арета долго смотрела на него, но наконец пожала плечами: — Сам маме всё объяснять будешь. И собаку возьми, пока он всех не перебудил! — шикнула она на разбушевавшегося пса. Карвер открыл было рот, чтобы возразить, а потом до него дошло, что она согласилась. Арета Хоук, его сестра и самый невыносимый человек в жизни добровольно решила взять его с собой. Послушала его. Карвер сомневался, что она на это в принципе была способна. Отец, например, даже её слушать не желал, разве что изредка обращая внимание на маму. — Ты шутишь? — с сомнением спросил Карвер. Взгляд блуждал по комнате, ведь меньше всего на свете хотелось сейчас встречаться с ней взглядами. Скорее всего просто очередная дурацкая шутка, ведь с чего бы ей в принципе обращать на кого-либо внимание? — Я похожа на ту, кто шутит? — она смахнула чёлку со слегка потухших глаз. Карвер замялся на секунду, а затем быстро пошёл к приставленному к стене двуручнику. Гамлен ругался, что «разбросали свои железки, не пройти», но зато эти самые железки всегда были под рукой. Ночь в Киркволле от дня отличалась только количеством желающих тебя убить. В остальном? Такая же духота, пыль, грязные улицы и ничего хорошего. Разве что Клык и радовался, извещая весь Киркволл об этом. Карвер чувствовал, сколько ненужного внимания так можно привлечь, но, разумеется, волновало это только его. — Надо же, вытащила братца воздухом подышать? Варрик стоял около факела Висельника, явно ночью наслаждаясь. Карвер буркнул «ну привет», а мысленно уже представлял как гном будет снова насмехаться над ним. Ведь он же так, лишь придаток к сестре, это она тут главная! Дверь хлопнула, и из таверны выскочила Изабела, на ходу поправляя причёску. Карвер даже слова не успел сказать, как пиратка протараторила: — Я слышала вы собрались в «Розу» и не могла не пойти с вами. Кроме того, должен же кто-то вам подсказать, кто там лучше всех, — она подмигнула ошарашенному Карверу. Тот с опаской покосился на Арету. Сейчас обидится ещё и устроит скандал. Девушка же лишь закатила глаза: — Я же сказала, мы идём по делу! И для этого дела нас уже слишком много. Карвер напрягся. Она же не собирается его посылать домой? Он не пойдёт! Изабела же лишь рассмеялась, не обращая внимания на недовольный взгляд: — Милая, тебе просто надо расслабиться и позволить себе получить хоть немного удовольствия. Не волнуйся, я никому не скажу, — и подмигнула. Арета фыркнула, отводя взгляд. Если бы Карвера спросили, что он об этом думает, то он бы рассмеялся. Ага, вот позволит сестрёнка себе расслабиться! Она и спать-то разучилась, скоро так и есть бросит, вот запомните его слова. Варрик хмыкнул: — Скорее уж удовольствие от твоего убийства получит. — Ну, уже неплохо. — Нашли о чем говорить, — огрызнулась Арета, быстро направляясь прочь. Карвер поспешил за ней, зная, что иначе точно переключатся на него. Ведь так легко смеяться, всего лишь младший брат сумасшедшей! Словно в подтверждении его мыслей, Клык залаял, вертясь вокруг Варрика. Некстати вспомнились те сказки, мол, Мабари всё знают и всё понимают, просто помалкивают. И что же, их пёс явно помалкивать не любил. Карвер попытался подозвать собаку, но тот лишь взглянул на него, наклонил голову набок, и повернулся обратно к Варрику. Замечательно — Брось, Младший, даже твоя сестра подружелюбнее будет, — рассмеялся гном. Карвер отвернулся, старательно не слушая. Лишь бы Изабела молчала, лишь бы!.. — И по крайней мере не так смущается обычному походу в бордель. Да вашу ж мать. — Вы чего там встали? Идём быстрее! — Арета обернулась, недовольно глядя на них. Впервые в жизни Карвер порадовался сварливости сестры, ведь Варрик с Изабелой решили обсудить это, а не Карвера. Клык с бодрым пыхтением рванул к хозяйке, Варрик же хмыкнул: — Не удивлюсь, если она и нас в один день грохнет, — и хоть не было ясно, сарказм это или же искренне, Карвер все равно рявкнул: — Не смей так говорить о ней! Какой бы Арета не была грубой, резкой или же злой, она была его сестрой. Папа перед смертью просил присмотреть за ней, как и за слабой малышкой Бетани. И хоть одну сестру Карвер не уберёг, вторую он защищать обязан. И какая разница, нужна ли ей его защита? — Расслабься, Младший. Я просто шучу, — усмехнулся Варрик. Карвер ещё несколько секунд смотрел на гнома, а затем развернулся и быстро пошёл следом за Аретой. Уши и шея буквально пылали, но он старательно не обращал на это внимание. Когда они подошли к «Розе», Арета на секунду остановилась, задумавшись. Изабела тут же уточнила: — С собаками не пускают. Не то что бы я пробовала, но слышала. Карвер взглянул на Клыка. Нет, они, конечно, многое могут, но вряд ли выйдет протащить собаку размером с Варрика незамеченной. А это значит… — Карвер, жди тут. Мы быстро, — Арета даже слушать его не собиралась. Опять! Как чувствовал, что именно так всё и повернётся, ведь он лишь её глупый младший брат. — И смысл был меня брать? Чтобы было кому за собакой присмотреть? — проворчал он. Арета потрепала Клыка по голове, на секунду взглянула на Изабелу с Варриком, но тут же пожала плечами: — Потом узнаем, где пацан и заберём его. Жди, — и просто ушла. Даже не попытавшись понять! Карвер, сжав зубы, наблюдал как её друзья уходят вместе с ней. Клык заскулил, садясь. Карвер пнул землю, не обращая внимания на удивлённые взгляды немногочисленных прохожих. Вот почему всё так? Когда он наконец перестанет быть просто придатком к ней, «младшим братом Той Самой Хоук»? Когда он наконец станет кем-то? Клык вновь заскулил, требуя внимания. Карвер вздохнул, гладя его: — По крайней мере, не мне одному предстоит тут торчать, — он попытался улыбнуться, вышло отвратительно. Клык же с чисто человеческой тоской посмотрел на дверь борделя. Карвер его осуждать не стал. В конце концов, они оба уже взрослые, самостоятельные мужчины, почему их оставляют снаружи как каких-то детей? И какая разница, что с собаками не пускают, это же Арета! Она могла бы что-нибудь придумать! Просто снова не захотела. И хоть следующие минуты показались вечностью, вернулась Арета довольно быстро. С виду она была спокойна, но Карвер сразу почувствовал — что-то не так. Он поднялся, отвлекаясь от собаки и молча взглянул на сестру. Та пожала плечами: — Девушка, к которой они ходили, занималась магией крови. Сказала где убежище и хорошо, — она её убила. Это Карвер понял сразу, по равнодушному тону, по безразличному взгляду. Испугало ли его это? Глупости. Она заслужила смерть за глупость, ведь кто занимается таким, рискуя привлечь внимание храмовников? А уж те точно бы поискали ещё магов, а там и до Ареты недалеко. Папа бы одобрил. Стоило Арете пройти чуть дальше, Изабела тут же шепнула: — А твоя сестра та ещё штучка. Резкая, уверенная в себе. Люблю таких женщин, — её дыхание жгло ухо, а от её слов по плечам пробежала дрожь. Карвер тут же отпрянул, не зная, как воспринимать такие фразы в адрес его сестры. Она же не имеет ввиду, что любит в том смысле? Ну, то есть, это Изабела, от неё можно чего угодно ожидать. Словно бы наслаждаясь его смущением, она хихикнула: — Напоминаете мне одну парочку, служили как-то у меня на корабле. Правда, там букой была сестра, но в остальном? Прямо не отличить, — она подмигнула, будто бы Карвер должен понимать о чём она. Тот пробормотал: — И… как они служили? — поумнее вопроса, разумеется, в голову не пришло. Изабела облизнула губы, подмигивая. Варрик хохотнул: — Ладно тебе, Младший, не собирается никто посягать на твою честь. И под их смех Карвер в очередной раз понял, что друзья сестры ничем не лучше её самой.

***

Хуже Клоаки мест в Киркволле не было, это точно. Карвер огляделся, взглянул на больных, оголодавших людей, и в который раз возблагодарил Создателя, что у Гамлена есть хоть какое-то жильё. Мама не выдержала бы жить тут. Да тут никто бы не выдержал! — Что вы тут делаете? — ну, кроме Андерса. Арета повернулась к магу, выглядевшему совсем непривычно. Волосы распущены и взлохмачены, накидка даже не застегнута и будто бы из дома вышел. — Дело есть. А тебе что? — Арета взглянула на него с подозрением. Изабела меж тем присвистнула: — Ребятки, вам определенно надо поспать. Обоим. — Изабела! — воскликнула Арета. Пиратка лишь рассмеялась, не обращая внимания на её возмущение. Ну, хоть не одному Карверу страдать. Андерс же нахмурился: — Опять ищешь магов, чтобы сдать их храмовникам? — он окинул весь их отряд подозрительным взглядом, но не нашёл за что уцепиться. Повезло хоть Фенриса с собой не взяли, а то точно эти двое сцепились бы. Иногда Карвер не понимал, как Арета вообще может управлять этим сборищем кого угодно, но только не нормальных людей. Ну, кроме Мерриль, разве что. Она милая и ничего особенного, за вычетом магии крови, не делает. — Ты так и будешь ныть про магов? — рявкнула Арета. Клык зарычал, чувствуя гнев хозяйки. Андерс со злостью посмотрел на неё, пока Изабела быстренько прошептала Карверу с Варриком: — Я тут вспомнила, у меня ещё встреча на ночь запланирована, передадите ей, когда они всё тут разнесут? Спасибо, — и рванула прочь раньше, чем Карвер даже успел сообразить, что только что было. Варрик хмыкнул: — Хотелось бы и мне так быстро удирать. Ладно, лучше реально им помешать. Эй, Глазастая! — крикнул он, отвлекая девушку. Та повернулась, с горящими во тьме глазами, и явным желанием кого-то убить. Особенно — Андерса. Карвер знал, что его все равно не послушают, так что и вмешиваться не стал. — У Ривейни появились дела, а ты только драться умеешь. Может позовём с собой кого-то, кто знает толк в лечении? — А с чего вы взяли, что я пойду? И убери собаку! — возмутился Андерс. Если честно, в списке кого Карвер хотел бы видеть рядом, этот стоял последним. «А вы думали о тяжелой участи магов», «Разве ты не знаешь каково живется магам», «У тебя же самого вся семья из магов» и прочие поводы начинать мечтать о карьере храмовника просто для того, чтобы отправить этого маголюба в Круг. Желательно — на усмирение. Арета с сомнением взглянула на него, затем пожала плечами: — Не хочет, его дело. Нам ещё храмовников искать. Ладно, это сработало. Андерс тут же оживился, быстро собирая волосы в хвост: — Всё-таки узнала, где те рекруты? Рядом? Тогда подожди, я сейчас, нужно узнать об этом больше, чтобы храмовники… — он поспешил в сторону клиники. Арета осталась стоять на месте и, когда маг удалился, сказала: — И что, скажешь, что не умею убеждать? — Скажу, что ты совсем его не жалеешь, — хмыкнул Варрик. Карвер покачал головой. Лучше вообще этого одержимого с собой не брать. Он слишком заметный, наверняка среди Храмовников все уже о нём знают. Андерс прибежал обратно почти мгновенно. Клык уже на него не рычал, но демонстративно вился рядом с Аретой, поглядывая на мага. Тот поправил накидку и пожал плечами: — Знаешь, веди ты себя дружелюбнее, было бы всё куда проще. — Для тебя, — отрезала Арета, направляясь к убежищу магов крови. Карвер закатил глаза. Они могут хотя бы пять минут не ругаться? С Гамленом уживается лучше, чем с этим. Стоило Арете пройти чуть дальше, Андерс поравнялся с Карвером и быстро спросил: — А она… она вообще спит? — и покосился в её сторону, будто бы мог слышать. Карвер покачал головой, используя весь сарказм, что был ему дан: — Нет, только строит планы, скольких магов загонит в Круг, а скольких — поубивает, — он усмехнулся, представляя, как Арета с демоническим хохотом записывает имена магов в два списка, на убийство и на усмирение. А потом выпивает их слёзы, смешанные с кровью. Хотя нет, о чём он, подобная картина невозможна. Арета ж почти не смеётся. Кажется, Андерса язвительность не смутила, как не смущало и нежелание с ним разговаривать: — Так сколько у неё уже подобное состояние? Может, именно поэтому так с другими себя и ведёт… — Она себя так ведёт, потому что ты не затыкаешься о магах и их проблемах, — рявкнул Карвер. Арета обернулась, удивлённая вспышкой брата, Андерс же лишь покачал головой: — Так может, стоит послушать? Варрик устало вздохнул, ворча на то, кто его окружает. Убежище было тёмным, как и всё в Клоаке, узким и с удушливой вонью крови. Ну, и с демонами. Куда же без них. Раньше Карвер слышал о них. Отец рассказывал Арете с Бетани, что ни в коем случае нельзя связываться с этими тварями, что они лишь обманут, а цена этого обмана будет слишком высока. И что даже один демон — серьёзная опасность для любого, будь то маг или воин. Карвера он обычно не звал, но тот все равно сидел под дверью, ловя каждое слово и надеясь однажды тоже стать магом. Однажды не случилось, но демонов он все равно встретил. Они напоминали ожившие явления, — тень, пламя. Точно так же меняющиеся, но все равно погибающие от удара меча или же заряда молнии. Карвер боролся с ними, а в душе вертелись размышления — неужели, маги постоянно сталкиваются с такими тварями? Даже малышка Бетани? Неужели постоянно вынуждены противостоять им? А как справляются другие, не как Арета и отец? Может, храмовники не так уж и неправы? Пробиваясь сквозь тварей, они вышли в комнату попросторнее. В самом центре, в коконе из света висел юноша, немногим старше Карвера. Светлые волосы, мягкое лицо, умиротворенное во сне. Он был в одних штанах, босой, и обнимал колени, словно ребёнок. Карвер невольно сделал шаг к нему, но Арета подняла руку, останавливая. — Великолепно! Очередные жертвы! — голос внезапно появившейся женщины был визгливым, безумным. Карвер перехватил меч поудобнее, глядя на магессу. Спутанные волосы, светлые глаза навыкате, широченная улыбка на грязном лице. Арета кивнула на парня: — Что с ним? — Может, демоны сочтут тебя более подходящей… — будто не слыша её, пробормотала сумасшедшая. Андерс покачал головой: — Демоны, демоны… так сложно сказать «нет»? — От одержимого слышим, — пробормотал Карвер, как завороженный, наблюдая за женщиной. Дёрганные движения, как у марионетки плохого кукольника. Бессмысленный взгляд, голос, скачущий то вниз, то вверх. Сумасшедшая. Или же одержимая? Андерс вёл себя по-другому, но… Проклятье, как же сложно. Карвер взглянул на Арету. Неужели все маги действительно могут стать такими же? Он всю жизнь думал, что ничто не может на них повлиять, что папа и сёстры всегда будут такими же, но впервые начал чувствовать сомнения. Правильно ли всё это? Арета атаковала, прерывая размышления точным ударом молнии в грудь соратника безумицы. Та с визгом выхватила посох и началась драка. Карвер ринулся в самую гущу битвы, как всегда. Мимо летели болты, огненные шары и молнии, рвал глотку какого-то мага Клык, но Карвер всегда знал, что в битве можешь полагаться только на верный меч. Всё остальное может измениться, союзники предать, а подкрепление — не прийти, но оружие? Оно всегда будет с тобой, чтобы ни случилось. Когда голова магессы отлетела от тела и покатилась по грязному полу, всё закончилось. Карвер тяжело дышал, но душа его была обременена новыми размышлениями. Он знал, что Арета не сдастся храмовникам, но что касается остальных магов? А именно — Андерса? Разве он не в шаге от становления таким же? Разве он не опасен? Меж тем магия вокруг юноши развеялась и он мягко опустился на пол. Арета присела рядом, разглядывая: — Киран? — она приподняла его веко, но нет, никакого свечения. Киран отнёсся к проверке спокойно и благодарно улыбнулся, поднимаясь: — Да, это моё имя. Спасибо вам, во имя Создателя! Я уж думал он оставил меня. Отряд переглянулся и каждый думал одно и то же. Киран ли это? Не одержим ли он? Высказать решился Варрик: — Ты уверена, что он без пассажира? Очень противного пассажира, должен сказать. Карвер поёжился. Если даже обычные люди могут стать одержимыми, то что говорить о магах? — Начинаю понимать храмовников, — пробормотал он, не обращая внимания на возмущенный взгляд Андерса. Арета пожала плечами: — Они держат слабых под замком. Радоваться надо, — но мысли её были далеко. Карвер вздохнул. Она всегда такая. Уверенная в себе, знающая что она сильная, а остальные — нет. Хотелось бы ему… нет, в смысле вовсе не хотелось бы быть таким же! Грубым, эгоистичным и жестоким! Нет, нет, нет! Меж тем Арета кивнула: — Андерс, проверь, не одержим ли. Маг прошёл вперёд, встал перед Кираном, будто изучая его. Юноша явно нервничал, взгляд его бегал, а инстинкты ослабели. И в следующую секунду, маг швырнул ему в грудь шар света, чуть не опрокинувший Кирана на землю. Парень вскрикнул, но нет, ни малейшего следа не осталось: — Эй, больно! — Он не одержим. Демон внутри стал бы защищаться, — своеобразный же способ проверять! Варрик явно чувствовал так же: — Знаешь, Блондинчик, ты прямо эксперт. А головную боль ты лечишь отсеканием чего болит? Киран с опаской посмотрел на них, ожидая, что будет дальше. Карвер и сам не был уверен. Верить словам Андерса? Ведь разумное зерно в них было, но кто знает, не покрывает ли один демон другого? Арета окинула его сомневающимся взглядом и наконец сказала: — Мы расскажем ордену. А сейчас брысь. Дважды повторять не пришлось. Юноши и след простыл. Арета же потёрла висок, и впервые за ночь, на лице у неё проступила усталость: — Пойдём. Узнаем, что там и заодно пусть поищут других магов, — тут же она притворилась будто всё нормально, но Карвер видел. И хоть он знал, что это кончится скандалом, но твёрдо решил заставить её отдохнуть. Когда они прибыли в Казематы, солнце уже начало подниматься. Сизый рассвет не внушал ничего, кроме понимания, что день будет таким же унылым, как и все до этого. Вода плескалась у борта их лодки, пока плыли в Круг. Карвер, кажется, и вовсе задремал, вымотанный за ночь и убаюканный покачиванием судёнышка. Спустя год после их прибытия, Казематы изменились. Меньше людей, меньше стражи и меньше шума. Если тогда приходилось локтями расчищать себе путь сквозь толпу таких же беженцев, сейчас можно было идти спокойно и не встретить даже никого. Никого, кроме рыцаря-капитана Каллена и, собственно, Кирана с сестрой. Про Каллена Карверу доводилось слышать: вечно вымотанный, раздраженный и один из самых уставших храмовников в городе. Некоторые его любили, другие называли цепным псом Мередит. В любом случае, последний человек, с кем стоило бы встречаться Арете, но когда её такое волновало? Он что-то говорил Кирану, но отвлёкся на Арету: — Что там? — ну разумеется они знакомы. Ведь с кем же ещё общаться отступнице, как не с приближенным главы храмовников? — Он контактировал с демонами, — кивнула девушка на Кирана. Тот дёрнулся, съёжившись под воистину убийственным взглядом Каллена. Сестра его испуганно вскрикнула, несмотря на все попытки её успокоить. Карвер же твёрдо решил: ни ногой к храмовникам, пока у них командует вот этот. Ему хватило отца с его вечно ледяным взглядом, второго такого не надо. — Они хотели уничтожить всё. Церковь, храмовников… — пробормотал Киран, наконец взглянув на командира. Тот невесело усмехнулся: — Чего ещё ожидать? Не каждый маг поддаётся искушению, но они все подвержены ему. С ними нельзя обращаться как с тобой или мной. Нормальными людьми. Была какая-то горькая ирония в том, что говорил он об этом с отступницей. Варрик рядом неприкрыто ухмылялся, пока Андерс мрачнел с каждым словом. Карвер же в напряжении ждал ответа Ареты. Что взбредет ей в голову? Не будет же она подставляться перед храмовниками? — У храмовников есть причины быть жестокими. Но можно жестче, — ладно, по крайней мере не стала спорить, уже хорошо. Андерс зашипел: — Не все… не все они маги крови! — спасибо хоть тихо. Карвер постарался как можно незаметнее наступить этому идиоту на ногу, пока не начал орать. Маг ойкнул и зло уставился в пол, часто дыша. Меж тем Каллен уже вернулся к Кирану: — Что касается тебя… если есть хоть малейшая возможность, что ты одержим… — Мы его проверили. Он чист и может вернуться в орден, — перебила Арета. Каллен окинул их всех усталым взглядом, но затем кивнул: — Не буду спрашивать каким образом ты это сделала, но хорошо. Если за пять лет, не проявит никаких признаков демонов, то будет допущен до рыцарства. Большее я все равно выбить не смогу. Карвер наблюдал за радостью юноши с его сестрой и думал об увиденном. Неужели даже такое для храмовников — лишь работа? Вынуждены вечно бороться с демонами и отступниками, — не как отец и сёстры, а жестокими, бессердечными, — а большинство даже не задумывается об этом! Арета приняла благодарность, — и награду, — от Каллена сдержанно, как всегда. Пересчитала золотые и ухмыльнулась, после чего направилась к выходу из Каземат. Карвер молча последовал за ней, как всегда.

***

Дома уже все проснулись и, стоило войти, как мама налетела на Карвера, взволнованно спрашивая где он был и как себя чувствует. Парень улыбнулся заботе, пока Арета ушла уже к себе. Клык, довольный собой, проследовал к котелку с едой. Гамлен проворчал: — Явились! Что, опять шатались неизвестно где? — Гамлен! — воскликнула мама, наконец оставив Карвера. Тот устало сбросил оружие в угол и подумал, что точно сейчас уснёт, только упав на постель. — Карвер! Подойди! — крикнула Арета. И что только ей не спится? Карвер нехотя проследовал в спальню и увидел сестру, сидящую на кровати и держащую в руках пожелтевшие от времени бумаги. Наверное, опять высказать что-то хочет. И всё же, когда она протянула, Карвер без лишних слов взял: — Что это? — Прочти и узнаешь. Я подумала… подумала, тебе стоит это сделать. После сегодняшнего, — стоп, она вела себя неуверенно? Арета? Если глаза Карвера не обманывали, то значит в этих бумагах было что-то действительно стоящее. Пробежавшись глазами по строчкам и узнав почерк с первых же букв, Карвер ещё сильнее запутался. Письма отца? Но разве не лучше было бы их прочесть самой Арете? Она маг, он маг. Наверняка, там что-то полезное для неё было бы… «Прошу вас принять в благодарность за услугу, которую нет возможности признать официально. Заверяю вас в вечном уважении. Спасибо вам, совесть ордена, сэр Моревар Карвер. Карвер. Парень выдохнул, подняв взгляд на Арету. Это была шутка, да? Ведь иначе… иначе отец всё-таки видел в нём кого-то, не только неудачное дитя, без магии. Руки задрожали, а голова чуть закружилась. Перед глазами проносилась вся жизнь: как отец говорил, что он маг, мечом не владеет, как уходил с Бетани и Аретой, оставляя Карвера одного, но и как слушал об успехах сына. Как гордился им. Как же он раньше не мог этого понять! Дурак! — Отец назвал тебя не просто так, — тихо сказала Арета. Карвер покачал головой. Подумать только. Столько лет он был уверен, что лишь тень, единственный в семье, кому дара не досталось, а на деле? — Я дурак, — наконец выдал он. Арета усмехнулась: — Не буду отрицать, но всё же. Ты был важен для него, — она даже звучала мягче, чем обычно. Карвер почувствовал, как губы сами растягиваются в улыбке. Возможно… возможно у него всё-таки есть предназначение. Он взглянул на Арету, сонно рассматривавшую искорки молний на пальцах. Да. У них обоих есть предназначения.