Последняя роль

Кабинет Акайо-сана как всегда встретил меня приятным запахом книг и чернил. Мне так нравится обстановка кабинета, что я подумываю в будущем организовать себе похожий. Чёрная мебель хорошо сочетается с тёмно-серыми занавесками, такого же цвета мягкий ковёр охотно принимает ступни, кирпичные стены пустуют, кроме правой боковой стены, где почётно висит картина известного художника Сальвадора Дали «Безумный Тристан». Каждый раз эта картина навевает мне противоречивые чувства, которые я не в силах изложить. — Что ты думаешь об этой картине? — выводит меня из мыслей Акайо-сан, заметив, что я смотрю на изображение. — Не знаю, как вам ответить, Акайо-сан. Однотипного ответа у меня не найдётся. — честно отвечаю я. Старик довольно улыбается и садится на своё кресло. Прошёл почти час с того момента, как мы начали работать. Акайо-сан устало протирает глаза и откидывается на спинку кресла. — Давайте на сегодня закончим? — решаю предложить я. — Думаю, остальное я смогу доделать сама. — Нет-нет, дорогая, от работы я не устаю, ни в коем разе. — Но у вас усталый вид. Вас беспокоит что-то, помимо работы? Старик удручённо улыбается и кивает, то ли мне, то ли своим мыслям. — Сбор семьи не всегда сулит хорошее. Сказав это, он состроил доселе мне незнакомую физиономию. Не просто усталое, а грустное. Я смотрю на эту картину, и мне тоже становится немного грустно. За всё время работы в компании я привыкла к Акайо-сан и стала относиться к нему, как к отцу. Да и он, в свою очередь, зовёт меня дочкой. — Видимо, это не моё дело? — тихо спрашиваю я. Старик выходит из раздумий, и грустное выражение на его лице сменяет улыбка: — Может быть, но позволишь выговориться старику? Я улыбаюсь ему в ответ, откладываю в сторону наши чертежи и поудобнее устраиваюсь в кресле. — Богатство может стать для человека как благословением, так и проклятием. — Начинает Акайо-сан. — Как человек в возрасте, могу сказать, что со временем понимаешь, насколько важно окружение, а не эти зелёные бумажки. Но человечество отравлено ими. Даже близкий может пойти на тебя ножом, если речь зайдёт о деньгах. — Они же не?.. — обеспокоенно выпрямляюсь. — О, нет-нет, дорогая. Мы ограничились только словами. Каждому нужны мои деньги, моё наследство. — Но ваше наследство и так будет разделено между вашей семьёй, разве нет? — Так-то оно так, но меня беспокоит, что они ждут не дождутся этих денег, естественно, они ждут моей смерти. — Не говорите так, Акайо-сан. Он издаёт смешок, но выходит он довольно печальный. — Честно сказать, я вдохнул с облегчением, когда ты наконец появилась на пороге. Терпения моего не хватает находится вместе с ними в одном доме. — Это грустно. — Выдавливаю я. — Действительно. — Меланхолично завершает Акайо-сан. Смотря на прискорбный вид старика, я решаю на сегодня закончить с работой, собираю разложенный на столе материал и с сочувствием оглядываюсь на Акайо-сана. — Акайо-сан, — берусь за дверную ручку, — если вы захотите поговорить, или вам понадобится что-нибудь… На лице старика в конце концов появляется тёплая улыбка, с которой отец смотрит на своё дитя. — Спасибо, дочка, иди. — Кивает мне Акайо-сан. Я опускаюсь в лёгком поклоне и закрываю за собой дверь. Я миную последнюю ступеньку, гостиная встречает меня в одиночестве — семьи Тетсуро нет. Наверное, разошлись по комнатам, дом довольно большой. Расслабившись, я направляюсь к выходу, но внезапно из-за боковой стены возникает Куроо. От неожиданности останавливаюсь слишком резко. — Уже уходите? — Посматривает он на меня сверху вниз. — Да, на сегодня всё. — Стараюсь смотреть ему прямо в глаза. — Не хотите задержаться ещё на 20 минут? — Смотря на что потратить эти 20 минут. — Не будьте слишком привередливой. — Улыбается брюнет и, обходя меня, шагает в другую сторону дома. Как я поняла, это своеобразное приглашение. Несколько секунд я размышляю над тем, стоит ли вообще ходить за ним, или мне просто уйти, как я того планировала. Думать, однако, пришлось недолго. Я разворачиваюсь и иду вслед за парнем. Дом, как и ожидалось, действительно большой. Пока мы шли, я сделала про себя вывод, что легко могла бы заблудиться при малейшей невнимательности. Это было похоже на экскурсию, так что я воспользовалась случаем и разглядывала длинный извилистый коридор. Хотя я была в этом доме несколько раз, Акайо-сан посчитал не необходимым показать мне весь дом. Картин на стенах особо не было, что вполне в духе Акайо-сана. Так прошло несколько секунд, пока мы шли в тишине, и лишь наши шаги эхом отдавались от стен. Путь нам загородила массивная деревянная дверь. Куроо легко потянул её на себя, и та со скрипом поддалась. Парень продолжал стоять на месте, приглашая войти первой. Джентльмен. Хм, как мило. Я оставляю коридор позади, и эхо от моих шагов становится громче. Помещение пахнет знакомым, таким любимым запахом. Запах книг. Я невольно втягиваю воздух в лёгкие, словно вот-вот задохнусь, но делаю это тихо, чтобы Куроо не заметил. За спиной я отчётливо слышу, как парень закрывает дверь и тоже заходит внутрь. Через окна, протягивающиеся от потолка почти до самого пола, пробиваются редкие лучи послеполуденного солнца, тем самым добавляя библиотеке ещё большей красоты. Почти всё помещение заполняют шкафы для книг. От такого их количества глаза сами собой разбегаются. — Наша семейная библиотека. — Бархатный голос парня отлично сочетается с обстановкой. — Красиво. — Искренне оцениваю я, не в силах отвести взгляд от полок. Куроо проходит к ним вперёд. Его фигура хорошо смотрится на фоне такой атмосферы. Словно зачарованная, медленными шагами иду за ним. — Почему вы привели меня сюда? — мой вопрос разносится по всей комнате. — Мне показалось, что вы любите книги, что вы оцените. — Не оборачиваясь, парень продолжает шагать между полками. — Вы тоже? Он вдруг останавливается. Хорошо, что я шла на расстоянии, иначе врезалась бы в него. Парень поворачивается ко мне боком и рассматривает в своей хищной манере. — А вы как думаете? — улыбается он. — Думаю, что нет. По крайней мере, такого впечатления вы не создаёте. Его глаза на миг расширяются, но его удивлённый вид быстро сменяет смех. Боюсь, этот смех надолго лёг мне на плечи. — Я создаю впечатление идиота? — Продолжает он улыбаться. Я пожимаю плечами и заглядываю в его глаза: — А вы как думаете? Несколько мгновений парень застывает, как скульптура. Потом одним шагом оказывается прямо передо мной на опасно близком расстоянии. Однако я решаю выдержать это и не двигаюсь с места. — Думаю, нам пора перейти на «ты». — С нажимом произносит он. Уютная атмосфера библиотеки, родной аромат старых книг — всё это вдруг уходит на второй план, уступая место ауре парня передо мной, его аромату, его глазам. — Мне кажется, это не… — робко, чуть не заикаясь, пытаюсь дать отпор. — Тебе кажется. — Перебивает меня парень. Я борюсь с желанием убежать отсюда, но ощущаемо сдаю концы. — Хочешь взять какую-нибудь книгу? — Внезапно отворачивается парень и разглядывает полки. От такой перемены я слегка расслабляюсь, и до меня не сразу доходят его слова. — Взять книгу? — Переспрашиваю я. — Или предпочтёшь читать здесь? Это был не совсем обычный вопрос. Он словно приказывает мне этим вопросом. Хотя, должна признать, я бы не отказалась насладиться книгой именно здесь. Я уже не помню, когда в последний раз баловала себя чтением книги в такой нужной атмосфере. — Если позволят работа и Акайо-сан. — Пытаюсь сохранять здравомыслие. — Я вижу, ты сблизилась с моим дедом. Он тепло о тебе отзывается. Как о родной дочери. — Рада это слышать. Я уважаю его и ровняюсь на него. — Могу я позволить себе такое? — Парень снова поворачивается в мою сторону. — Называть меня дочкой? — Улыбка выдавливается у меня невольно. — Сблизиться с тобой. Я всё жду, что он сейчас ухмыльнётся и переведёт эти слова в неудачную шутку, однако его лицо остаётся всё таким же серьёзным. — Зачем вам… тебе это? — Разве для этого нужны причины? — Для всего есть причины. — Ты в этом убеждена? — Не без причины. Уголок его губ протягивается в ухмылке. Он поднимает руки в поражённом жесте: — Уговорила. Нужна причина? Потому что ты меня заинтересовала. — Бросает он. Вроде самая обычная фраза, но от неё эта большая библиотека вдруг стала казаться такой тесной, что ровно дышать стало трудновато. — Неубедительно. — Отрываю я. — Мне вот интересны вулканы и то, как они действуют, но, как видишь, в жерло не бросаюсь. — Ха-х. То есть, это намёк, чтобы я держал свои интересы при себе? — А ты весьма проницателен. Я просто тебе не верю. — Ты настолько не уверена в себе, что сомневаешься, что можешь быть кому-то интересной? — Нет, я не уверена в людях. — Справедливо. Только умный человек не станет доверять людям. — С этими словами он вновь подходит близко. Он опускает голову так, чтобы она была на уровне моей. Наши лица слишком близко. И всё же я сохраняю самообладание. Его дыхание щекочет кожу моего лица. — Предложение будет в силе настолько, насколько нужно. — Тихо говорит он. — А пока… — его пальцы неожиданно касаются моих, поднимая их к его лицу, тёплые губы касаются тыльной стороны моей ладони, — я буду ждать. На этот раз из моей головы напрочь выбило всё, кроме покалывания на месте, где он оставил поцелуй. Я даже забываю дышать. Сложно, когда в тебе борются смешанные ощущения. С одной стороны, хочется отдёрнуть руку и убежать из этого дома, а с другой… с другой стороны, я не знаю, что. Меня спасает то, что Куроо выпрямляется и отходит в сторону, давая мне пройти. Немедля, я направляюсь в сторону двери, оставив парня с его непонятными для меня мыслями. Я немного успокаиваюсь, когда, наконец, вижу дверь на улицу. Однако меня останавливает низкий женский голос: — Уже уходите? Дежавю. Я оборачиваюсь. Масами Тетсуро. Да уж, сын своей матери. — Да. — Отвечаю. — На сегодня решили закончить. До свидания. Она разглядывает меня всё таким же оценивающим видом, словно видит во мне соперника. В ответ на моё прощание она просто кивает. Я хватаюсь за ручку двери и выхожу из дома. Оказавшись на улице, я наполняю свои лёгкие свежим зимним воздухом. Этот день был весьма необычным. С необъяснимым чувством тревоги я отхожу от дома семьи Тетсуро. В это время в доме. Акайо сидел на своём кресле и рассматривал кое-какие документы, касающиеся работы, пока Иошито мерил шагами кабинет. — Почему нет, отец? — Удручённо вопрошает мужчина. — Ты совсем от рук отбился, сын. Ты взрослый мужчина, в конце концов! — Недовольно критикует старик. — Ты же знаешь, я всё верну! — Как в прошлые разы?! — Срывается на крик Акайо. — Надо было ещё тогда думать головой, а не другим местом! Лицо Иошито богровеет от злости: — Я этого просто так не оставлю, слышишь?! Ты уж будь осторожен, старик. — Ты смеешь угрожать мне в моём же доме, поганый мальчишка?! — Акайо встаёт с кресла. — Нет, отец. — Чуть отдышавшись, приходит в себя Иошито. — Лишь предупреждаю. Выпалив это, мужчина выходит из кабинета. Выйдя за дверь, Иошито наталкивается на служанку. Та от неожиданности подскакивает на месте. Мужчина понимает — она всё слышала. Та неуклюже опускается в поклоне, опустив голову как можно ниже. — Азуми… — натянуто улыбается мужчина, — можешь принести мне чашку чая? — Конечно, господин! — Девушка уходит в сторону кухни. Иошито был весьма недоволен решением отца. Он считал, что он имеет полноценное право на его деньги. Возможно, именно это побудило его сделать это…