Ненавистный русский язык...или уже нет?

Антон просыпается от будильника, что громко звучит на всю комнату, а также оглушает его через наушники. Он снова заснул в наушниках. Что ж, в этой квартире он уже не может по-другому. Засыпать под звон бутылок и разговоры пьяных мужиков, а иногда и женские стоны, доносящиеся из спальни за стеной, уже крайне надоело. Это всё раздражает. Напоминает о том, кто он, где и с кем живёт. Музыка уводит куда-то в другое место, будь то рок, рэп, джаз, романтическая музыка, да что угодно. Даже самый тяжёлый рок или песни про смерть и наркотики звучат не так, как то, что парень слышит каждый день в своей квартире. По-быстрому собираясь, парень отодвигает щеколду и выходит из своей комнаты. В квартире тихо, отец уже спит. Антон заходит в кухню и, открывая холодильник, хмыкает, забирая сырок и выходя в коридор. В кармане куртки отца парень находит несколько купюр по 100 рублей и берёт три штуки. Убирает в рюкзак и выходит из квартиры. Выйдя из подъезда, он вновь надевает наушники и направляется в школу. Сегодня первый учебный день после каникул. К сожалению или к счастью, не летних. Начало второй четверти. Все каникулы парень провёл во дворах, ибо его друг — Димка Позов — уехал с матерью в Воронеж к бабушке. Больше друзей у Антона нет и гулять, соответственно, не с кем. Лишь наушники были верными друзьями Антона, что никогда не покидали его. Были и менее верные друзья — Кент без кнопки. Иногда покидали его, но, будучи рядом, всегда выручали. В классе у Антона также нет друзей. Он был необщителен от слова совсем, поэтому и друзей не появлялось из года в год, начиная с седьмого класса. Был лишь Поз. С ним Антон был знаком ещё с самого детства. Они познакомились во дворе ещё в детсадовском возрасте и с того момента всегда были вместе. Дима знал всё, что происходит в семье Антона и всегда поддерживал. Оставлял у себя ночевать, когда знал, что парню домой возвращаться совсем не вариант. Иногда покупал поесть, игнорируя обещания Антона вернуть деньги в скором времени. Отец Антону карманных не давал уже давно, а значит ему пришлось бы устраиваться на работу, дабы вернуть долг. Дима всегда говорил, что ещё работы Антону не хватало в такой ситуации, а после приказывал есть молча. В общем, идеальный друг. Антон и правда не вывез бы работы. Даже банальной — раздавать листовки. Парень толком не ел ничего, особенно эти полторы недели каникул, — кормить то его было некому. Спал тоже мало, если оставался на ночь у себя дома. До глубокой ночи он сидел во дворе, потом приходил домой, стараясь не издавать лишних звуков, сразу убегал к себе в комнату и прислушивался, не идёт ли кто за ним. Мало ли, вдруг услышали. У парня обувь и верхняя одежда всегда находились в комнате, чтобы не тратить на это время в прихожей. Слишком опасно. Его отец в пьяном состоянии был очень неадекватен, а в таком состоянии он находился почти всегда на протяжении уже нескольких лет. Антон не раз звонил Диме с просьбой прийти и отвезти его в больницу. Если, конечно, он вообще был в состоянии что-то говорить и держать в руках телефон. Часто последние силы парня уходили на выход из квартиры. Антон часто выползал на лестничную клетку, кое-как захлопнув за собой дверь, а уже после думал о том, что теперь делать. Первая мысль всегда была одна: выбраться из квартиры. Через окно парень, к сожалению, выйти никак не мог, потому что жил на пятом этаже и в таком состоянии просто добил бы себя. Хотя, может, оно и к лучшему. Жить в таком Аду порой совершенно невозможно. Думаю, пока что хватит информации. Вернёмся к повествованию. Антон подошёл к остановке и стал ждать автобус. В школу он точно не опоздает, потому что проснулся достаточно рано и времени на покушать-сходить в душ-переодеться не тратил. Он итак спал в школьных брюках сегодня, потому что было холодно, а других более-менее тёплых штанов у парня попросту не было. Джинсы он порвал ещё неделю назад, когда от скуки решил полазать по деревьям. Те итак были старые, их уже ничего не могло спасти. Антон их выбросил. А с утра надел лишь гладко выглаженную рубашку и взял уже собранный рюкзак. Ему очень часто бывает абсолютно нечем заняться, поэтому он гладит одежду, зашивает порванные носки, собирает рюкзак за день до школы. Просто нужно чем-то себя занять. Да и ненужные мысли так меньше лезли в голову. Зайдя в класс математики, Антон сразу ищет глазами Поза, но, не находя его, слегка расстраивается. Этот день он проведёт в одиночестве. Парень вспомнил, что Дима ещё два дня назад сообщил ему, что заболел и остался в Воронеже лечиться. Мол, у него температура и его бы попросту не пустили в самолёт. Антон сел за свою вторую парту и залип в тик-ток, ожидая начала урока. За пять минут до начала в класс зашла его соседка по парте — Ира Кузнецова. Девушка второй год учится в этой школе и весь предыдущий год старательно пыталась склеить Шастуна. Никто из класса, кроме Димы, не знает, что Антон гей и Ира его не интересует от слова совсем. Даже в качестве друга. Девушка весьма обаятельная, это правда, но болтливая до жути. На уроках постоянно спрашивает его о чём-то, после делая вид, что не расстроилась от очередного односложного ответа, и через несколько минут вновь задаёт какой-то глупый вопрос. Антон даже не может вспомнить ни одного её вопроса, поскольку отвечает на отвали и вновь обращает своё внимание на слова учителя или задачу в учебнике. Также девушка всегда одевалась очень вызывающе. Ходила в коротких юбках, колготках в сетку (правда такие она надевала только в дни отсутствия классного руководителя, тот всегда отчитывал её за такой вульгарный внешний вид), туфли на высокой шпильке, белая блузка или рубашка, под которую она всегда надевала чёрный лифчик, видимо, стараясь таким образом подчеркнуть все свои прелести. Антон миллион раз замечал парней, истекающих слюной при виде Кузнецовой, но понять их ему было не суждено. Девушка подсела к Антону со словами «Доброе утро», однако в этот раз не начала свой рассказ о том, как она не выспалась и ненавидела первую смену. Антон только рад этому. Несколько минут спокойствия никому не помешают. Звонок прозвенел и учительница зашла в класс. Это была женщина средних лет, на её лице уже виднелись морщины. На вид ей было 40 с лишним. По рассказам учителей, который Антон как-то раз невольно подслушал, она выглядит младше своих лет. Сколько же ей тогда? Ещё она была очень ворчливая, часто осуждала внешний вид учеников, которые были не в форме ученика (почти все), только к Антону не придиралась. Он и в школьной форме ходил, и тему всегда на 5 знал, и не пререкался с ней. Иногда опаздывал, но она закрывала на это глаза. Хулиганы класса тогда активно выражали своё недовольство, однако она подмечала, что Антон прилежный ученик, по сравнению с ними, и те сразу же затыкались, сидя с недовольным выражением лица всё оставшееся занятие. Урок прошёл как обычно. Кузнецова периодически вкидывала рандомные вопросы, получала односложные ответы и замолкала на некоторое время. В первый день 11 класс решили сильно не нагружать (удивительно) и поставили им всего 4 урока. Вторым была музыка, на которой они слушали чьи-то произведения, — Антон не вникал, оценки всё равно ставили чисто за присутствие, — и охарактеризовывали их вслух. Третьим поставили физ-ру. Антон успешно просидел весь урок на скамейке, оправдавшись справкой об освобождении. Неделю назад парень заболел и ему выписали освобождение на 2 недели. Четвёртым поставили русский. Антон максимально ненавидел этот предмет. Хотя нет. Предмет парень может и любил бы, если бы не учитель, что преподаёт его, а по совместительству является классным руководителем Антона. Станислав. Мужчина выглядел очень неопрятно, разговаривал не всегда культурно с учениками, а также имел планы на Антона. А ещё имел Антона. Прям в кабинете. На перемене перед уроком Антон сидел на подоконнике в туалете с трясущимися руками. Нахлынули воспоминания того, что происходило весь 10 класс и первую четверть 11-го. Мужчине какого-то чёрта (у него есть жена!) приглянулся Антон. Станислав, будучи избалованным, решил, что, если он что-то — или кого-то — хочет, то обязательно получит. И он получил Антона. Два раза. Мужчина в какой-то из дней, когда русский был последним уроком у 11 Б, попросил Антона остаться. Когда все вышли, учитель встал со стула и подошёл к парню, мнущемуся у его стола. Подошёл, прошёлся взглядом с головы до пят, на секунду остановив взгляд на ширинке, затем подошёл вплотную и, вцепившись рукой в шею парня, резко развернул его и прижал к доске. Антон тогда больно ударился затылком. Голова слегка закружилась и, пока парень был дезориентирован, Станислав быстро закрыл дверь кабинета изнутри, после чего вновь подошёл к нему. Антон стоял и не понимал, что происходит. Руки тряслись от страха, колени подгибались. Затем мужчина резко впился поцелуем в губы парня. Грубым, требовательным поцелуем. Он кусал губы ученика, пытался пропихнуть язык, однако тот ни в какую не давал этого сделать. Тогда мужчина отстранился и дал ему нехилую такую пощёчину. Антон сразу смекнул, за что, поэтому больше не сопротивлялся и открыл рот. Почему он не пытался вырваться? Потому что, во-первых, кабинет был закрыт, а ключ спрятан в заднем кармане учителя, во-вторых, они находились на четвёртом этаже и в окно убегать совсем не вариант, ну и в-третьих, таких ситуаций было уже несколько. Только в те случаи их всегда что-то или кто-то останавливал. То ученик зайдёт в кабинет, который Шеминов так (не)удачно забыл закрыть, то учитель какой войдёт в кабинет или туалет, то звонок на урок и в кабинет вваливаются ученики. В общем, в этот раз он продумал всё до мелочи. В его кабинете даже не было камер, поэтому их никаким образом не могли заметить и остановить. Мужчина потянул руки к ширинке парня, намереваясь расстегнуть. Однако Антон попытался дать отпор, за что получил ещё более сильную пощёчину. После этого он ещё несколько раз пытался вырваться, но не получалось от слова совсем, потому что учитель был в разы сильнее его. А дальше всё по сценарию. Антон вернулся домой только к 11 вечера, с заплаканными глазами и хромал. Идти было невыносимо больно, а его автобус уже не ходил. Парень три остановки шёл пешком. Отца в тот день дома не было, поэтому парень мог сразу зайти домой и пойти в душ. Он долго плакал, стараясь смыть с себя все касания грязных рук, но никак не получалось. Заснуть он в ту ночь так и не смог, а в душе провёл почти 3 часа. В некоторых местах он стёр кожу в кровь, только тогда он был доволен. Считал, что в кровь — значит отмыл. После того раза таких попыток было ещё несколько, но Антона спасало чудо. Прозвенел звонок на урок. Это отрезвило парня. Он быстро спрыгнул с подоконника и на негнущихся ногах пошёл в кабинет, словно на каторгу. Зайдя в кабинет, парень обнаружил у доски брюнета, которого не видел в школе ранее. Решив, что это какой-то левый мужчина и Станислав скоро придёт, Антон молча пошёл к своей парте. — Молодой человек, вы далеко собрались? — спросил слегка удивлённо мужчина. Антон остановился и с хмурым выражением лица обернулся на него. — Ну, на своё место, — почти безразлично проговорил он. — Ну, молодец. А теперь выйди и зайди нормально. Половина класса чуть не взорвалась смехом. Такие фразы всегда пишут в мемах учителей, но немногие слышали это вживую. Антон тоже слегка удивился этому, но решил последовать приказу. Вышел, постучался, заглянул. — Здравствуйте, извините за опоздание. Можно войти? — На коленях, — на серьёзных щах сказал брюнет. Антон чуть не подавился слюной, широко распахнув глаза и глядя на незнакомца. Мужчина держался ещё секунд десять, после чего рассмеялся. Парень его веселья не разделял, совсем не понимая, что происходит. — Я пошутил. Первый и последний раз, молодой человек, проходи. Антон кивнул и направился к своей парте, где, ярко улыбаясь, сидела Кузнецова. — Ира, а это кто? — впервые за всё время обучения Иры в этой школе Антон первым начал диалог. — Это наш новый классный и учитель русского, Арсений Сергеевич Попов, — девушка уже почти успокоилась после приступа смеха. — А где… Станислав? — на имени бывшего учителя его голос слегка дрогнул. Девушка не придала этому значения. — Уволился, откуда я знаю, где он, — Антон заторможенно кивнул и устремил взгляд на учителя. Арсений Сергеевич был довольно красив. Высокий голубоглазый брюнет, накачанный. Абсолютная противоположность Стасу. Тот, хоть и был сильным, но накачанным явно не выглядел. Голос был красивым. Бас с лёгкой хрипотцой. Мужчину было приятно слушать. И вновь полная противоположность Стасу. Голос того был хриплый, но это не звучало красиво. Было слышно, что это из-за частого употребления алкоголя и курения. А ещё из его рта постоянно пахло перегаром. Неприятненько. Странно, но за весь урок Кузнецова ни разу не говорила что-то Антону. Парень удивился, но обрадовался этому. Наконец-то спокойствие. Он решил, что ей приглянулся учитель, поэтому она не отрывала от него взгляда и не обращала никакого внимания на соседа по парте. Ну, так даже лучше. Прозвенел звонок урока и все начали активно собираться домой. — Опоздавший, останься, — обратился Арсений Сергеевич к Антону. Тело парня окаменело. Боже, он столько раз слышал эту фразу от учителя русского и это никогда не приводило ни к чему хорошему. Вот и сейчас его флэшбэкнуло. Все покинули кабинет, остались только Арсений и Антон, стоящий к нему спиной. Парень остолбенел и не мог издать и звука, что уж там про телодвижения говорить. — Парень, подойди сюда, чего застыл? Антон, сглотнув, медленно развернулся к учителю и так же медленно подошёл. — С тобой всё в порядке? — короткий кивок, — Боишься меня что ли? Не бойся, — ха, ну спасибо, успокоили, — Я просто хотел узнать твоё имя и спросить причину опоздания. Не бойся, двойку ставить не буду, если в этом проблема. Арсений Сергеевич выглядел безопасным. Добрая улыбка, взгляд далеко не хищный, ожидающий. Наверно, Антон зря так перепугался. — А-Антон Шас-стун, — немного заикаясь, выдал парень. Учитель кивнул, найдя его в списке и отметив присутствие на уроке, — опоздал, потому что был в туалете, — уже чуть смелее выдал он. — Хорошо, Антон. Впредь рассчитывай время, чтобы не опаздывать, договорились? — Антон кивнул, ожидая, когда его отпустят, — всё, можешь идти домой. Парень выдохнул и развернулся, направляясь в сторону двери. — Антон, стой! — парень развернулся, слегка измученно глядя на учителя, — рюкзак то забери, а то как моё домашнее будешь делать? — весело сказал Арсений Сергеевич. Антон вновь кивнул, забрал рюкзак и быстро покинул кабинет, еле слышно прощаясь. — Смешной ты, Антон, — усмехаясь, сказал в пустоту Арсений.

***

Арсений переехал в Петербург неделю назад. Сегодня должен быть его первый день в новой школе. Ранее, в Омске, мужчина работал в лицее учителем русского, но у него с детства была мечта переехать в Питер. Город был красивый. Культурная столица России ему очень приглянулась и все те года, что он работал в родном городе, откладывал деньги на переезд. И вот, накопил. Переехал, нашёл хорошую школу и пришёл на собеседование. Ему повезло, старого учителя русского уволили как раз перед каникулами. Тот часто приходил в школу в нетрезвом состоянии и директор устала это терпеть. Арсений проснулся рано утром, выпил чашку кофе и пошёл собираться. Сходил в душ, погладил рубашку с брюками, уложил волосы и надел линзы. У него было плохое зрение, дома он ходил в очках, но вне дома находился исключительно в линзах. Также он берёт с собой портфель (это не рюкзак, а портфель, который мужики в пиджаках постоянно таскают с собой на работу, если что), в который кладёт что-то по мелочи: зарядку, телефон, ключи от квартиры, деньги на еду и т.п. Одевается и выходит из квартиры. Времени ещё предостаточно, поэтому он спокойно выходит из подъезда и идёт в сторону остановки. В школе всё проходит, как обычно. Он представляется ученикам, отмечает присутствующих и проводит урок, не забыв дать небольшое домашнее задание. Урок у 11 Б обещал пройти также спокойно, как и остальные, пока в класс не вошёл какой-то ученик и бесцеремонно прошёл на своё место, проигнорировав присутствие учителя. Арсений решил немного подшутить, чтобы проучить опоздавшего и заодно немного повеселить класс. Ну, и себя. На протяжении урока он мельком поглядывал на Антона, чьё имя он узнал во время занятия, и всё пытался понять, где же он его видел. Шастун в это время что-то усердно писал и не замечал взглядов учителя. Оно и к лучшему, а то ещё надумает себе чего попало. Однако Ира похоже надумала, поскольку, имея не самое лучшее зрение, впопыхах забыла очки и была уверена, что Арсений смотрит именно на неё. Решив оставить размышления на вечер, Арсений проводит остальные уроки и спокойно уезжает домой.

***

По окончании занятий Антон заходит в пекарню на остановке и покупает несколько пирожков на отцовские деньги, чтобы не голодать вновь. После неохотно возвращается домой. Он уже знает расписание на завтра, поэтому в его рюкзаке лежит больше учебников, чем должно быть. Это было сделано для того, чтобы после уроков он сделал домашнее во дворе. Домой заходить совершенно не хотелось, а на улице было ещё не так холодно. Сев на скамейку, Антон привычно достал тетради, учебники, ручку и принялся за работу. Он знал, что отец сейчас дома и скорее всего один. Естественно, он бухает, поэтому не упустит возможности подолбиться сыну в дверь или поймать его ещё в прихожей. Тогда Антон в лучшем случае отделается синяками. В окно мужчина никогда не смотрит. Во всей квартире, кроме комнаты Антона, всегда закрыты шторы, ибо нет смысла их открывать. Поэтому отец никак не мог заметить сына во дворе и выйти туда. Если честно, парень сомневается, что мужчина вообще в состоянии дойти до улицы. Сделав половину домашки, парень достаёт из рюкзака полупустую пачку сигарет и зажигалку. Вытягивает зубами одну никотиновую палочку и поджигает её. Спустя несколько минут он выкидывает окурок в мусорку у скамейки и продолжает делать домашнее. Осталось сделать всего два предмета, за полчаса управится.

***

Арсений возвращается домой, переодевается и ставит чайник. Параллельно он пытается вспомнить, где же видел Антона раньше. Выйдя в зал, он мельком смотрит в окно и замечает парня, что сидит на скамейке и что-то пишет. Судя по учебнику и школьной форме, это домашнее задание. Он уже снял линзы, поэтому отходит за очками и возвращается, чуть щурясь в попытках разглядеть парня. С пятого этажа по-другому ничего не увидеть. Кого-то он Арсению напоминает. Зрение у него плохое, дак ещё и очки неподходящие, а за новыми сходить лень, поэтому приходится щуриться даже в очках. Недолго вглядываясь, он наконец узнаёт человека, сидящего на скамейке. Антон. Точно. Такие же длинные ноги, кудрявые русые волосы, та же одежда. Возникает вопрос, почему он не делает домашнее задание дома. От других учителей он слышал, что Антон из благополучной семьи, живёт в достатке и т.п., так что тогда случилось? Хотя, возможно, ему просто хочется подышать свежим воздухом во время выполнения заданий. Решив, что это вполне разумный вариант, Арсений отвлекается на свист чайника и уходит на кухню, чтобы заварить кофе. Вернувшись в зал уже с кружкой в руках, он наблюдает, как Антон убирает тетради и учебники в рюкзак и идёт в сторону дома. Его подъезд находится напротив подъезда Арсения. Мужчина решает подольше постоять у окна и спустя пару минут видит, как Антон уже в толстовке, но в тех же (хотя как Арсений вообще смог это разглядеть?) школьных брюках выбегает из подъезда. Да, именно выбегает. Он всё также с рюкзаком, но тот выглядит значительно легче. Ткань не натягивается под весом предметов настолько сильно, значит он выложил учебники. Парень убегает за дом учителя. Окна Арсения выходят на обе стороны дома, поэтому, оставив кружку на подоконнике, он быстро переходит в спальню и с балкона наблюдает за Антоном. Парень забегает за дом и останавливается, переводит дыхание. Арсений слышит звонок в дверь и выходит с балкона. К нему пришла соседка, решила принести пирожков и познакомиться с новым соседом. — Спасибо, Алёна, — так представилась девушка, — к себе не приглашаю, у меня не убрано и я тороплюсь. До свидания. — он бесцеремонно захлопывает дверь перед носом ничего не понимающей девушки и, оставив пирожки в прихожей, быстрым шагов возвращается на балкон. Однако парня там уже и след простыл, поэтому, вздохнув, учитель возвращается обратно в квартиру.

***

Антон заканчивает с домашней работой и, вздохнув, собирает вещи. Подходя к подъезду, он ищет в рюкзаке ключи. Мысленно надеется, что забыл их дома и не сможет туда попасть. Но нет, искомый предмет звенит в небольшом кармане рюкзака и парень заходит в подъезд. Поднимается на лифте на пятый этаж и тихо открывает дверь квартиры. Та всегда открыта, ибо пьяный отец парня не видит смысла в том, чтобы запирать дверь. Всё равно в их квартире нет ничего ценного, кроме бутылок водки. Антон максимально тихо, насколько это возможно в ботинках, заходит в свою комнату и закрывает дверь на щеколду. На кухне отец снова пьёт, пока что в одиночестве. По вечерам к нему всегда приходят или собутыльники, или проститутки, или все вместе. В тишине квартиры, к сожалению, не получается беззвучно задвинуть щеколду, поэтому, когда парень уже переоделся в толстовку и собрался доставать из рюкзака учебники, в дверь начали громко стучаться и агрессивно что-то кричать. Отец просил Антона открыть дверь. Он ещё несколько лет назад уяснил, что, как бы мужчина не просил, открывать ни в коем случае нельзя. И отвечать что-то тоже бесполезно, это только разозлит врага. Да, именно врага. По-другому Антон уже не мог называть отца. Даже по имени называть не хотелось, было слишком противно. Парень выложил учебники, положив в рюкзак сотню и мелочь, которые остались у него после похода в пекарню, и притих. Он надеялся, что отец скоро забудет о присутствии сына дома, — иногда так бывало, — или подумает, что парень лёг спать, и отстанет от него. Спустя несколько минут тишины Антон решил рискнуть и, взяв рюкзак, быстро открыл дверь и побежал ко входной двери. Однако ему не повезло. Мужчина поджидал его у двери в комнату и, поймав за толстовку, потянул на себя. Шаст уже успел смириться, что сегодня снова поедет в больницу, но заметил спасительную бутылку, что валялась у его ног. Он быстро поднял её и шибанул мужчину куда-то по лицу. Тот слегка опешил и ослабил хватку. Парень, воспользовавшись этим, откинул держащую его руку и выбежал из квартиры. Даже при выходе из подъезда он продолжил бежать. Он знал, что отец всё равно не побежит за ним, но не мог ничего поделать с разгулявшимся адреналином в крови и быстро бьющимся сердцем. Только забежав за противоположный дом он смог остановиться и отдышаться. Он достал из кармана наушники с телефоном и сигареты. Уже более спокойным шагом он направился куда-то гулять. Точного маршрута у него не было, как и почти всегда. Он просто шёл, куда глаза глядят, по пути поджигая кент.

***

Выходит в зал и в глаза бросаются тетради, лежащие на столе. Ему нужно сегодня проверить несколько работ. Это не домашнее, — первый день в четверти, какое домашнее, — это долги, которые ученики не сдали в прошлой четверти. Так ему объяснил предыдущий учитель, передавая в руки тетради. Их было всего 10 штук, поэтому много времени не потребуется. Мужчина сел за стол и начал проверку с нижней. Привычка. Из всех тетрадей только 4 штуки были от учеников 11 Б. Одна из них — тетрадь Антона Шастуна. Тетрадь выглядит аккуратно, на обложке изображены котята. Многие парни посчитали бы это странным (ох уж эти гендерные стереотипы), но не Арсений. Он сам, будучи учеником старшей школы, ходил исключительно с такими тетрадями. Решив продолжить проверку, а не витать в воспоминаниях, Арсений открывает тетрадь. Долистывает до последней работы. Это синтаксический разбор предложения, ниже какое-то задание из учебника, на полях написано «Долг за 03.11.21», выделенное зелёным текстовыделителем. Во время проверки учитель замечает, что почерк у парня аккуратный. Не большой, но и не такой крошечный, чтобы разглядывать через лупу. Со зрением Арсения и неподходящими очками ему и правда приходится проверять такие работы через лупу. Красной ручкой мужчина выводит небольшую «5» в правом нижнем углу работы и закрывает тетрадь. Работа сделана без единой ошибки и помарки. Похвально. Вечером Арсений решает посмотреть фильм, но в скором времени тот ему наскучивает. Он бросает взгляд на стол с тетрадями и решает по-другому провести вечер. Выключает телевизор и садится за рабочий стол, отделяя от стопки 4 тетради. Ему стало интересно, какие оценки по его предметам были до этого у его учеников. Первые две тетради почти не отличаются: тройки, редкие четвёрки, несколько двоек. В третьей вообще всё плохо: четвёрок нет и в помине, что уж говорить про пятёрки. В основном тройки с минусом, нередко попадаются двойки и записи «Нет Д/з». А вот в тетради Антона уже что-то интересное. Что же? А именно то, что работы сделаны почти идеально. Если там есть хоть одна помарка (!), то уже стоит четвёрка. Не 5 с минусом, а именно четвёрка. А если присутствуют 2-3 ошибки, то под заданием красуется кривая «3». Арсению такое поведение предыдущего учителя непонятно. В других трёх тетрадях все оценки заслуженные, и только в этой творится какая-то белиберда. Зевнув уже в третий раз, брюнет решает закончить с тетрадями и пойти спать. Время-то уже половина первого, а ему нужно выспаться. А также он планирует завтра посмотреть оценки остальных учеников его класса. Забирая с подоконника кружку с остывшим кофе, Арсений не замечает во тьме длинноногого паренька, сидящего на качели в наушниках.