Перед объективом

Вечерний город был поистине прекрасен. Нежно-пастельные тона розового, фиолетового и оранжевого окрашивали темнеющий горизонт, в то время как нежный флер бирюзы покрыл противоположную сторону неба. То тут, то там вспыхивали уличные фонари. Квадратные окошки многоэтажек, что постепенно зажигались, наглядно показывали оживленность своих жителей, будто теперь и не думали отдаться власти подступающей ночи. Изуку, подперев голову рукой и чуть улыбаясь, расслабленно наблюдал через открытое окно машины на знакомые уличные пейзажи. Яркие неоновые вывески баров, кафе, клубов, изысканных магазинов и ресторанов выражали всю роскошность района, заставляя любого простого смертного почувствовать себя страшно бедным. Но только не Мидорию. Напевая в голове незамысловатую песенку, которая совсем недавно играла из радио такси, веснушчатый глянул проверить время на золотистых наручных часах. Опаздывает. Но вины за это ни перед кем он совершенно не чувствовал. Куда спешить? Всё равно без него ничего не начнётся.. Таксист, мягко остановив машину перед дорогим пятизвёздочным отелем, негромко оповестил Изуку о месте прибытия и тот, расплатившись картой, мягкой походкой вышел на гладкий тротуар. Яркий золотистый свет ламп здания ударил в глаза, заставляя чуть поморщиться, а после восхищённо раскрыть их в немом изумлении на изящество и богатство этого места. Но не Изуку. Он уже давно привык. Зачем-то хмыкнув и коротко написав менеджеру, что он на месте, Мидория всё же лёгкой походкой двинулся внутрь, говоря девушке у ресепшена своё имя и идя дальше. Всё таки он сюда работать пришёл, а не развлекаться. Но в его случае для него это уже давно совершенно одинаковые понятия. *** Это было бесподобно~ Сильные грубые руки сжали его тонкую талию, вжимая грудь в мягкий матрас. Жёсткие молниеносные толчки выбивали из дрожащего от удовольствия парня стон за стоном, заставляя его пошло выгибать спину и бёдра навстречу грубым толчкам, желая получить больше~.. Блондин громко хмыкнул, хищно скаля клыки. Черт... Эта маленькая задница... Эта до чёртиков перед глазами узкая, горячая, пухлая, влажная задница.. Кацуки громко выдохнул полный животного наслаждения стон. На нём на распашку висела мягкая хлопковая рубашка, что качалась в ритм его грубых толчков. Капелька пота развратно текла по его широкой накаченной груди, впитываясь в простынь. Где-то на полу лежали черные очки без линз, официальные брюки с цветастой футболкой и простые джинсы, которые обычно носила молодёж. Бакуго, сжав зубы, подхватил обмякшего от горячих волн удовольствия брюнета под колени и прижал спиной к себе, принимая сидячее положение и вновь начиная остервенело двигать бёдрами в эту влажную отчаянно сжимающуюся дырочку. Слезы горячего будоражащего удовольствия текли по немного пухлым веснушчатым щекам. Изуку, сначала чуть испугавшись такой резкой смены позы, вновь протяжно и сладко застонал на грубое движение члена в нём. Мидория плакал и кричал от дикого наслаждения, в конец забыв своё имя в этом бурлящем море крышесносного экстаза и развратно улыбаясь. Просил ещё и ещё, неосознанно выкидывая всякие пошлые фразочки и комплименты Кацуки насчёт его огромного умелого члена. Веснушка, коим прозвали его зрители, отчаянно сжимал свою дырочку, боясь что этот горячий каменный ствол выйдет из него хоть на мгновение, на что Изуку обычно обижено и неудовлетворённо мычал, пытаясь вновь насадиться и почувствовать такую желанную полноту внутри себя. Громкие шлепки, стоны и рычания распространялись на всю комнату. Горячий запах секса витал в раскалённом воздухе, чему те, кто будут потом всё это убирать, будут точно не рады. Оператор, аккуратно и незаметно двигаясь в тени софита, старался запечатлить все самые удачные и горячие кадры сей сцены. Режисёр же, почему-то недовольно поглаживая подбородок, наблюдал за всем этим со своего кресла, следя за тем, чтобы всё было просто замечательно. Сегодня у них сценарий, как репетитор-изврат раскрепостил и разложил прямо у него в комнате своего стесняшку ученика. В то время как в реальной жизни этот "ученик" совсем не знает о таком понятии, как стыд. В это время "учитель" во всю страстно целовал свою всхлипывающую от скорого оргазма пасию, насаживая её на свой член как можно чаще и глубже. Изуку будто сходил с ума. Все мысли таяли и растворялись от этих огненных волн наслаждения, что накрывали его с головой одна за другой. В этой позе он не мог и пальцем нормально шевельнуть, он был полностью во власти этих мускулистых горячих рук, что сами натягивали его на этот длинный толстый ствол, что задевал все его любимые чувствительные места, от стимуляции которых он выл и кричал от удовольствия, чуть не кончая. Будоражащее тепло лавового удовольствия скопилось где-то в низу живота точно под членом. Ещё несколько таких глубоких остервенелых движений и Изуку громко кончил, выгибая спину. Горячая белёсая жидкость залила всё его нутро, пачкая его мягкие ягодицы и одеяло под ними. – Снято!