Главное – не нарушать правил.

— И так, мы видели, как ты выходил с Феликсом. Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает Джисон, когда новый одноклассник выходит из здания школы, попрощавшись с Феликсом в холле. Чонин тоже смотрит то на него, то на дверь школы. — А… честно, я так и не понял, что от меня хотел Минхо. Он начал говорить что-то про хорошее поведение, а потом я спросил про кружки. Феликс меня отвел туда и зарегистрировал. Он, как я понял, является, типа.. главным? – Сынмин замешкался, быстро метая взгляд по сторонам. – Все. — Не все… — Чонин хитро щурит глаза, кивая на выход. Они и так задержались. По виду Хана было понятно, что ему не терпится расспросить Кима, но тот сдерживает себя. Чонин тоже идет рядом молча, но с лисьей ухмылкой, что заставляет в конце концов Сынмина почувствовать себя неловко. — Там был один незнакомый мне парень. Такой… — Такой высокий, красивый, длинноногий, длинноволосый? – взрывается Хан под смех Чонина. Джисон же не принимает это на свой счет и ждет кивка Сынмина. – У-у, это был Хван Хенджин. Сложно не влюбиться, да? — Что? – Ким возмущается, тормозя. Парни понимают это не сразу, отойдя рефлекторно на шаг вперед. – Как можно влюбиться в человека по внешности? Я в это не верю. — М-м, а как же нити души? – тянет Чонин, облизывая губы. – Допустим, ты смотрел в его глаза, в которых увидел его душу и тебе… — Остановитесь, — серьезно говорит Сынмин, поджимая губы. – Да, этот.. Хванджин – привлекательный. Но это не значит, что я влюбился. — Да, все мы тут так говорили. Ким понимает, что переубедить этих двоих не получится. Поэтому оставляет это, начиная идти за ними домой. Первый день в новой школе был слишком насыщенным. Парень приходит домой в пограничном состоянии. Когда отец звонит, чтобы расспросить, Мин честно ему рассказывает о первой пятерке, новых друзьях и литературном клубе, на что старший Ким только улыбается. Он безумно рад за своего взрослого и самостоятельного сына, поэтому незаметно скидывает ему на карту еще денег и быстро отключается. Хотя Сынмину сейчас не до возмущений. Ближе к ночи телефон начинает разрываться от смс. У Сынмина такого никогда не было, поэтому, только выйдя из душа, он сразу хватает телефон в руки, чтобы понять, что случилось. Все начинается с уведомления: «Хан Джисон добавил вас в общий чат беседы класса». Дальше все становится понятно. Ким сразу выключает уведомления и, пролистав немного обсуждений по поводу домашней работы, открывает другой чат. «Ли Феликс добавил вас в общий чат литературного кружка». Тут становится все немного интересней. Людей столько же, сколько и в беседе класса, что немного удивляет. Одноклассников Сынмина тут нет. Феликс пишет объявление, где представляет нового члена и говорит, что состоится собрание по поводу ближайшего праздника. Сынмин листает список участников, но не находит в нем никого, чье имя начиналось бы на Х. Расстроиться раньше времени ему не дал Джисон. Теперь Сынмин замечает, что к нему в друзья хотят добавится почти все одноклассники, но сейчас принимать всех нет ни сил, ни желания. На всякий случай он самым первым добавляет Минхо и Феликса, а потом Джисона и Чонина. А потом видит ссылку на инстаграм, которую отправил Хан. Нового друга хочется убить. И расцеловать. Профиль Хенджина выглядит, как у профессиональной модели. Хван умело демонстрировал свое красивое тело на фотографиях, отчего глаза только радовались. Было видно, как за промежутки каникул парень игрался со своими волосами, то отращивая, то остригая, то вообще перекрашивая в разные цвета. Лицо его почти не менялось, на каждой фотографии оставаясь задумчиво-притягательным. А еще ему идет любая обстановка. Фотография на пляже в песке или в снежном сугробе – Хенджин везде выглядел, как сказочный принц. Если бы он не увидел его в живую, то подумал бы, что это проект какого-то ученого. Не влюбился. Просто человек привлекает внешностью. Не более. Именно с этими мыслями Сынмин ложится спать и, наверное, даже рад, что на утро ничего не помнит. Просыпаться одному в квартире было крайне трудно. Хоть отца и часто не было дома, Сынмин привык, что он где-то рядом. А сейчас он четко понимает, что ни утром, ни днем и ни вечером отец не придет. Ким ставит чайник греться, пока сам идет чистить зубы.