Первое совместное Рождество
5 августа 2022 г., 23:40
Холодная зима, иллюминация и два обнимающихся студента с влюблёнными глазами. Парни начали встречаться три года назад, когда заприметили друг друга на вечеринке общих знакомых. Напились немного, да обменялись номерами с мыслью, что из этого ничего не выйдет. Иногда даже самые незначительные события в жизни могут обернуться чем-то настолько важным, что начинаешь верить в судьбу. Почему? Потому что Дазай и Накахара не были любителями таких мероприятий; а теперь пробирает холод от мыслей, что этого могло бы и не случиться, если бы не банальная случайность.
— Мне кажется, что пора уже идти в кафе, — сказал Чуя, увидев как сильно замёрз его парень. — Опять ведь заболеешь.
— Ничего подобного, — проговорил Осаму, отрицая, что уже совсем продрог. — Давай ещё погуляем?
— А давай ты перестанешь быть таким безответственным по отношению к своему здоровью, — ответил Накахара на очевидно глупое предложение. — Твои алые щёки выглядят умилительно, конечно; но я бы предпочёл, чтобы они были красными от смущения, а не от обморожения.
Учащегося биолога нельзя было переспорить — это Дазай выучил, как мантру, поэтому позволил тому взять его руку и повести в сторону кафе. Они заказали столик, чтобы отпраздновать Рождество. Обычно они с родителями дома отмечали только Новый год, а сейчас решили попробовать что-нибудь новенького — университет заканчивают всё-таки. Парни накопили денег с подработок на этот день и очень волновались. Не сказать, что они студенты без денег, но эта затрата была действительно не мала.
В кафе мало людей: в России не сказать чтобы много любителей отмечать такой праздник. Заведение не особо дорогое и работает до одиннадцати, что вполне им подходило. Оно было уютным и достаточно привычным для парней, ибо иногда они сюда заходят; но чтобы отпраздновать Рождество — никогда. Заказанный столик располагался у окна. Наверное, это одно из самых наилучших мест, где можно насладиться вечером, по их мнению.
Сняв и повесив куртки, парни стали рассматривать принесённые официанткой меню. Цены не сильно кусались, но это не помешало парням смотреть на них с небольшой грустью. Выбрать было тяжело: слишком много вкусных блюд заполняло цветную и приятно лежащую в руках книжонку.
— Определились с заказом? — спросила вновь подошедшая работница кафе, записала несколько позиций и, предварительно повторив их, удалилась.
— Мне всегда так нравилась атмосфера этого места, — сказал Дазай, рассматривая давно знакомые ему элементы интерьера заведения и ища новые детали.
— Да, мне тоже, — согласился Накахара, смотря на внутреннее убранство, в котором преобладали коричневые и красноватые оттенки; а потом перевёл взгляд на Осаму и взял его за руку. — Как там в архитектурном?
— Да, как обычно, — ответил парень устало и сжал ладонь Чуи.
— Заебался? — уточнил тот, помня, как его парень жаловался на учёбу, лежа в объятьях Накахары.
— Заебался, — подтвердил Дазай и, склонив голову набок, подумал о том, что после кафе он бы хотел просто лежать на биологе и дышать ему в шею.
Между делом официантка принесла столовые приборы и клубничный лимонад.
— Чур клубника вся моя, — воскликнул будущий архитектор, когда увидел лежащие на дне кувшина ягодки и, получив одобрение, забрал их себе.
Попивая напиток в своём стакане и поедая красную сладость, он думал о том, что же в подарочном пакете. Сам он долго думал, что купить Чуе, ибо если уж собрался что-то дарить, то надо это делать с душой. Остановился Осаму свой выбор на наборе полупрофессиональных фломастеров со скетчбуком. Множество цветов, тому точно понравится, ведь он давно себе их хотел, но ни за что бы не купил. Он не знал, что хочет себе, но точно понимал, что Накахара никогда не подарит что-нибудь плохое или то, что не понравится ему.
— Ты всё ещё не согрелся, — заметил Чуя и заботливо провёл рукой по чужой щеке.
— Есть немного, — с неохотой согласился Дазай, как вдруг переменился в лице, когда увидел, что им несут цезарь и бургер с картошкой.
В их вечере, конечно, еда не была главным компонентом. Время года, кафе и что-нибудь съестное были лишь приятными дополнениями к кое-чему другому — к ним двоим. Поедая свой цезарь и нагло воруя картошку из чужой тарелки, у Осаму в мыслях был только Накахара. Его голос, руки, запах, волосы, глаза — всё это когда-то просто окончательно сорвало башню у, и так взбалмошного, подростка.
У Дазая очень беспокойный сон. Иногда ему удаётся поспать нормальное количество часов, но тогда у него исключительно кошмары. Везунчик, чёрт побери. Часто ему снится, что этого всего у него просто-напросто нет: на ту тусовку он не пошёл, Чую не встретил, так и продолжил сходить с ума от университетских будней. Если подумать, что так реально могло бы быть, то хочется плакать. Хотя, наверное, если бы его симпатия оказалась не взаимной, было бы ещё хуже, знать.
Парни спят в разных общагах и наутро Осаму не сразу может понять, что всё, на самом деле, хорошо. Не может поверить, что это был всего лишь кошмар, а в их отношениях гармония, любовь и далее по списку. Но, на его счастье, ему сразу сказали о том, что можно в любой момент позвонить Накахаре и пожаловаться. Чуе, к слову, долго пришлось уверять, что в этом ничего такого нет, ведь тот был известен своим пылким и агрессивным характером. Кстати в отношениях это почти не проявляется, но Дазай никогда об этом никому не расскажет: не будет он ни с кем делиться своим кудрявым чудом.
Слово за слово, принесли пиццу. Она была небольшого размера: всё равно они уже почти наелись. Осаму всегда мало ел, за что часто получал пенделя, но его парень в какой-то момент просто смирился, что, если тот не захочет, его не заставишь. Это качество было у них одно на двоих.
Студенты просто сидели и ели, иногда кидая взгляды полные нежности друг на друга. Им не нужно было что-либо говорить: в их отношениях даже молчать было комфортно и успокаивающе. Заказав ещё мороженое и выслушав приевшиеся фразочки о простуде, нормальной еде и бла-бла-бла, Осаму сказал, что его слова насчёт наелся на сладости не действуют. Еда едой, но место для мороженого всегда у него будет.
Настало время для самой приятной и волнительной части. Обменявшись подарками, они затаили дыхание.
— Давай на счёт три? — предложил Накахара, заметив выражение лица Дазая.
— Я боюсь, что тебе не понравится подарок, — с грустью проговорил он и посмотрел на сидящего напротив парня.
— Саму, это будут мои проблемы, — Чуя протянул руку к голове Осаму, заправил прядь волос за ухо и сжал его руку. — Я уверен, то, что находится в этом пакеты просто потрясающе и подобрано со всей душой; и если мне не понравится, то я буду полным придурком, раз не оценил твою заботу.
— Ты слишком хорошо стелишь, Чу, — промолвил Дазай, стараясь скрыть своё смущение, но его щёки вновь предательски заалели, пусть и по другой причине. — На счёт три?
— Да, — подтвердил Накахара и перевёл взгляд на подарок. — Раз.
— Два.
— Три, — сказал Чуя, и парни увидели, что они подарили друг другу.
Смотря на все вещи, которые предстали взору Осаму, он понял, почему упаковка показалась ему такой большой. Он очень любит различную канцелярию и тратит на неё, без преувеличения, половину своих денег. Иногда ему казалось, что у него хобби не писать что-то в различных тетрадках или использовать все карандаши; а просто это всё покупать. Естественно об этом знал Чуя, поэтому это вроде не должно быть удивительным, но всё равно очень приятно. Дазай перевёл взгляд на большую плюшевую альпаку и кучу шоколадок, связанных вместе с помощью белой ленты. Насчёт первого вопросов не возникало: Накахара взял за привычку дарить ему какую-либо игрушку на праздники, а другой был вовсе не против; то ко второму претензии были. Ну как претензии — показушное закатывание глаз, ибо Осаму-отрицаю-свою-чрезмерную-любовь-к-сладкому-Дазай вообще не сладкоежка.
Да!
Ложь и провокация!
Переведя взгляд на своего парня, он удивился: тот смотрел то на него, то на подарок с разинутым ртом. Лицо Чуи было между «ахуеть, это же так круто!» и «ахуеть, это же так дорого…». Они оба договорились не тратить много денег на подарки, но оба нагло наврали. Одно можно сказать точно — для самого лучшего Рождества им не хватает только поцелуя, но это они сейчас же исправят.
