Можешь связать меня вновь

Антон прикрывает глаза и укрывается одеялом. Арсений через секунду появляется рядом и притянув стонущего Шастуна к себе, нежно целует в макушку. Всего пол-часа назад Антон был крепко связн красными верёвками, а рука Арсения хлестала по его ягодицам, лицу и рукам. Ему было больно и плохо, но яростный Арсений уставший после работы словно оглох и ослеп. Он сжимал парня в тисках, ударял, затыкал. Антон доверял ему, знал что ничего плохого он не сделает, а ради любимого человека он мог и потерпеть эту порку. Антон плакал, кричал, стонал. Он не знал, куда девать все эти звуки. Он стыдился их не смотря на то, что Арсений много раз видел его без одежды, не смотря на то, что они занимались сексом, и не смотря на то, что они вместе уже несколько лет. - Тош...- голос мужчины тепло согрел шею и по коже Антона пробежали мурашки. - м? - парень очень хотел спать, так ещё и лежать теперь было больно. Что Арсений снова задумал? - я не перегнул? Просто ты так кричал... И я... - Арсений поглаживал Антона по боку, а когда палец коснулся натертой кожи, Антон тихо вскрикнул, тут же ныряя в подушку и шипя от боли. - Шаст? - забей. Само пройдёт. Если бы мне было слишком плохо я бы сказал. - через зубы выдыхает Антон, на миг отрываясь от мягкой подушки. Рука Арсения тут же скользнула на свою половину, и не смотря на то, что сам Попов никуда не ушёл, Антону в момент стало по странному одиноко и холодно. Следующую фразу он произнёс гулко и как то расстроено: - к тому же тебе нужно было снять стресс... - стресс?! Антон! - когда арсений называл его по имени, парень понимал, что говорит его любимый ой как серьёзно. Одеяло слетело с худого тела и юноша возмущённо что то промямлил, тут же подтягивая ноги к себе и прикрывая руками голый зад. - какой нахуй стресс?! Ты должен был сказать, если тебе больно! - Арсений провёл рукой по рёбрам мальчишки, на которых было особенно много грубых потертостей. Парень тут же вскрикнул и дёрнулся. - больно, Арс! Хватит меня мучить! - он отвернулся, не желая встречаться с ним взглядом. Не от обиды на такие болезненные действия, а от нежелания смотреть в эти сочувственные голубые глаза. Но мужчина, словно навязчивый кот, подвинулся ближе, слюняво целуя его в ухо и заставив вновь задрожать. А затем язык Арса опустился ниже, облизывая горящее огнём место, где недавно была грубая алая материя. Изо рта парня вырвался вздох, мокрый язык успокаивал жжение, и эти ощущения были столь приятны... Широкий язык Арсения спустился ближе очерчивая сосок и направился к рёбрам. Тут он принялся осыпать поцелуями сплошь изрезанную кожу, время от времени издавая хлюпающий звук. Антон лишь изредка тяжело дышал в подушку, боясь позволить себе лишнего. Когда Арсений добрался до выпирающих косточек бёдер, он положил руку на до сих пор прижатые колени к животу. - Тош, опусти ножки. - Арсений отрывался от молочной кожи - зачем? - парень не поднимал головы от подушки, что бы Арс не видел его красное лицо. - я хочу сделать тебе приятно, только и всего. - его тёплая рука слегка надавила на ляшку и Антон повинуясь выпрямил ноги. Но одну он вам же слегка согнул, закрывая член. Этот жест вызвал у Арса искреннюю улыбку - ты что, стесняешься меня? - отстань, Арс! - Шастун глубже уткнулся в подушку, но Арсению хотелось немного подразнить парня. Поэтому он провёл пальцами по впалому животу, приближаясь к паху.... И наконец голова Антона повернулась к мужчине. Растрёпанные пшеничные волосы, красные щеки то ли от возбуждения, то ли от недавних пощечин и глаза, блестящие от слез даже в полумраке спальни. - ты ахуел? - шшшш... - Арсений прервал Антона, вновь проводя языком по грубой коже, от чего Антон прикрыл глаза и отвернулся, но Арс продолжал смотреть на него. На такого маленького мальчика в его крепких руках. Когда Арсений уже по второму кругу принялся зализывать ожоги на этом боку Антона, парень не выдержал и перевернулся на живот, но Арсений подсунул руку ему под грудь и легко перевернул его на спину. Взгляд мельком упал на стоящий колом член, вызывая ухмылку, а затем на смущенное лицо Шастуна. - можно, когда я закончу, мне попробовать на вкус и его? - Арсений плавно водил пальцем от живота до основания члена, вызывая табун мурашек на бледной коже и новый тихий стон его мальчика. Ответом на вопрос были закатившиеся глаза и протяжное мычание, когда похотливая рука коснулась головки. Мужчина быстро покончил с натертостями на другом боку и груди, не забыв демонстративно куснуть розовый сосок. А затем выцеловывая живот приблизился к паху, который так старательно(нет) скрывал Антон. Легко отодвинув его ноги, его взору предстал пульсирующий и истекающий природной смазкой член. Поэтому, не желая больше мучить любимого, он провёл языком от основания до головки, обхватил губами конец. Но и этого было достаточно что бы Антон вцепился пальцами ему в плечи и сильно прогнулся. Поэтому Арсений поспешил взять член в рот целиком, кладя руки ему на бёдра. Парень тут же испустил громкий сладкий стон, чувствуя как головка упёрлась в рельефное горло. - ах.. А.. Арс... - он хотел что то сказать, но Арсений взял ещё чуть глубже тут же прерывая его слова. Затем мужчина начал медленно двигаться. Он чувствовал, как жидкость, маленькими каплями течёт ему в горло, замечал, как дрожит парень и чувствовал, как нарастает собственное возбуждение. Антон сжимал руками простынь, царапал плечи Арсения, хватался за свой рот, словно пытаясь выключить звук, но в итоге сжал руки на простыни. Тогда Арсений взял запястье парня и положил на свои волосы, Шастун тут же вцепился в них и легонько потянул, вызывая болезненное мычание у мужчины. Он начал насаживать Арсения, ускоряя темп. Губы начинали болеть, челюсть болезненно ныла, а Антон всë никак не доходил до конца. Тогда Арсений переместил одну руку на яички, слегка поглаживая, и тут же почувствовал как Антон с силой насаживает его так глубоко, что начал закашливаться. Тёплая жидкость тут же затекла в горло и появился привычный рвотный рефлекс, из-за недавней разрядки спермы было не так много. Антон вынул упавший чело, тяжело дышал отходя от бурного оргазма, а Арсений облизывал губы поглощая остатки спермы. Но пока на губах ещё что то было и стекало по шее, Антон вновь взял его за волосы, притянул к себе и слизал всë без остатка. Он оставил пару алых пятен на шее, затем перешёл на губы, затыкая его грубым поцелуем вибивающим весь воздух из лёгких. Он почти трахает его рот своим языком, покусывает чужие губы, а затем, наконец сделав глоток кислорода, посмотрел в глаза вспотевшему мужчине перед собой. Посчитав его усталый взгляд как разрешение, он принялся медленно пожирать его, с силой отклонив голову назад и покрывая скулы, уши, шею, ключицы и плечи красными пятнами и грязными поцелуями. Он всасывал в себя кожу, покусывал её, а иногда даже так увлекался, что слышал болезненный хрип и просьбу остановиться. - Шаст.. - Арсений в очередной раз попытался остановить этого ненасытного мальчишку. - хватит, пожалуйста. Ты меня сейчас сожрешь. - хватит? Что то ты не останавливался, когда я просил тебя об этом. - Арсения как облили ледяной водой. Он буквально пару минут назад доставлял своему парню боль, игнорируя просьбы остановиться. Голос Антона холодный как сталь. Он совершенно не похож на того разгоряченного мальчика, который стонал высоким голосом минуту назад, от горячего рта на своём члене. Сейчас он властный, серьёзный. Чем дольше Арсений смотрит в эти внезапно потемневшие зелёные глаза напротив, тем страшнее ему становится. - Шаст, я уже не молод, что бы разыгрывать с тобой что то типа... - он уводит глаза, начинает что то говорить, но Антон внезапно выпускает его волосы из руки, а затем отвешивает сильную пощёчину. Арсений вскрикивает от резкой боли, он, кажется, ещё никогда не получал таких сильных ударов от кого либо. Мужчина прикладывает руку к месту удара и жмурится, по инерции отвернувшись, но Антон хватает его за подбородок и поднимает голову на себя, смотрит, слегка покусывая губу. А Арсений не может даже сглотнуть. Такой Антон тоже ему нравится, но такого Антона он ещё и боится, поэтому начинает дрожать, вызывая ухмылку у младшего. - я бы мог заставить тебя вновь отсосать мне, но вряд ли у меня снова встанет. Думаю, логичнее будет сделать с тобой то же, что ты со мной, не так ли? - Арс выдыхает. Он видит поволоку в глазах парня, понимает, что это лишь своеобразная игра, но легче не становится. Тем более при осознании, что эта своеобразная расправа будет справедливой.