Персей: Бог приливов и отливов и детства

Персей поморщился от боли, когда богиня с каштановыми волосами натерла его ноги каким-то лосьоном. Горение было новым ощущением для молодого бога, и, насколько он понимал, это было не то, что он хотел бы повторить когда-либо снова. Да, он и раньше обгорал на солнце, это было неизбежно, когда он жил на таком острове. Но быть обожженным - это совсем не то же самое, что обгореть на солнце. Это не только причиняло боль, но и заставляло кожу покрываться волдырями и становиться, за неимением лучшего слова, отвратительной. От одного вида его ног Персею захотелось блевать. Желтый гной вытекал из больших красных пузырей боли. Затем были некоторые участки, где его нога имела какой-то "коричневатый" или "черноватый" оттенок, что означало только то, что она больше контактировала с огнем, чем другие. В целом, ноги Персея выглядели как беспорядок века. Если бы он был смертным, его выздоровление было бы основано на ампутации и последующей терапии. К счастью, Персей был богом, причем сильным богом. Он мог справиться с болью с большой легкостью. По крайней мере, так думал Артемис. Как только она начала втирать лосьон ему в ногу, Персей закричал и забился в конвульсиях, как будто его убивали самым болезненным способом из всех существующих. Богиня очень испугалась, но вскоре поняла, что ее друг просто разыгрывает спектакль из своей боли. Она перестала втирать лосьон и просто поднесла руку очень близко к его коже, но он все еще плакал и кричал. "О, заткнись, я ничего не делаю", - раздраженно сказал Артемис. Как только она произнесла эти слова, Персей широко раскрыл глаза и покраснел от смущения. И вот, когда Артемида втирала лосьон ему в ноги, в то время как Персей только морщился от боли. Примерно через двадцать минут, обработав его ожоги, богиня охоты продолжила готовить еду для них обоих. Единственная проблема заключалась в том, что она понятия не имела, как приготовить что-либо из продуктов, которые были на кухне, кроме макарон, и, честно говоря, она была не в настроении для этого. "Эй, Персей, как ты готовишь эту замороженную пиццу"? - Спросил Артемис из кухни. Персей попытался двинуться в сторону кухни, но не смог перенести вес на нижнюю часть своего тела. "Вы просто следуете инструкциям на упаковке. На кухне есть микроволновая печь, - крикнул он с дивана, на котором лежал. "Что такое микроволновая печь?" "Это похоже на металлическую коробку с цифрами. Вы просто вводите номер, указанный на коробке, и нажимаете enter. Тогда, к этому времени, пицца будет готова". "Понял. Это не могло быть так сложно, если бы ты смогла это сделать " Артемида ухмыльнулась ее комментарию, на самом деле не заботясь о том, что ее подруга не могла видеть ее лица. "Эй! У меня всего лишь средний интеллект, а не глупость". Артемида вышла из кухни и села на диван, положив голову Персея себе на бедра. "Это было до того, как я приехал сюда. Теперь, когда здесь только мы, твой интеллект по умолчанию ниже среднего". Персей нахмурился и ответил: "Черт, это правда". "Конечно, это правда, моя логика никогда не подводит", - сказала Артемида, причесывая короткие волосы Персея. Будучи волнистой и очень непослушной, за ней было очень трудно ухаживать. Она никогда не была поклонницей того, как он укладывал свои волосы, или, скорее, отсутствия у него стиля. Отсутствие внешнего мира, несомненно, повлияло на его физическое "я". Персей поднял глаза и встретился с серебряными глазами Артемиды. Ему нравилось ощущать ее руку на своей голове, и он хотел, чтобы она никогда не переставала играть с его волосами. "Спасибо", - сказал он, серьезно глядя на Артемиса "За что ты меня благодаришь?" "Потому что ты заботишься обо мне. Ты мог бы уйти, когда впервые пришел сюда, но вернулся. Ты мог бы уехать еще вчера, но все же решил помочь мне с моими владениями и всем прочим. И даже сейчас ты заботишься обо мне в этой ситуации. Пребывание здесь в одиночестве всю свою жизнь действительно сделало меня немного решительным, по крайней мере, мне так хочется верить. Я думал, что мне никто не нужен, чтобы выжить. И это было правдой, мне никто не был нужен, чтобы выжить. "Но совсем другое дело - выживание и настоящая жизнь. Первый раз, когда ты был здесь, на самом деле не считается, но с тех пор, как ты вернулся, моя жизнь изменилась. Время шло нормально, и я мог наслаждаться всем. Даже сейчас, когда я испытываю сильную физическую боль, твое присутствие здесь действительно делает меня счастливой. И тот факт, что ты заботишься обо мне, просто показывает, какой ты замечательный друг. Просто тем, что ты здесь, ты сделал мою жизнь действительно стоящей чего-то. Ты - причина, по которой я живу, теперь я это понимаю ". "Перси", - начал говорить Артемис. "Нет, подожди, не перебивай меня. До твоего прихода я был всего лишь мальчиком, которого бросили родители, оставили гнить на проклятом острове. Теперь, даже если мое прошлое или окружение не изменились, я все равно чувствую себя совершенно другим человеком. Вы буквально заставили меня узнать свои владения, вы познакомили меня с идеей посторонних людей и с тем, что я могу быть счастлива с кем-то другим. Так что да, просто большое вам спасибо за то, что случайно оказались на этом ужасном острове. Ставка, которая показывает, что иногда незапланированные события приводят к лучшим временам ". Артемида осталась без слов. К счастью, прежде чем она успела подумать, что ответить, микроволновка запищала, и в ней появилась горячая пицца. Она быстро встала, осторожно опустив голову Персея, и продолжила подавать пиццу. Она поставила обе тарелки на центральный стол, достаточно близко, чтобы неподвижный бог мог дотянуться до своей тарелки. Затем она села на пол, чтобы тарелка стояла на столе и было легче есть. "Не могли бы вы передать мне пульт?" Спросил Перси откусив кусочек "Во что мы будем играть?" Спросил Артемис передавая пульт "Мы не собираемся ни во что играть. Я имею в виду, что технически мы собираемся играть в кино ". Артемис поднял бровь. "что это?" "Это похоже на чтение книги, за исключением того, что вы используете меньше своего воображения, и это более увлекательно". Артемис никогда не был настоящим поклонником книг. Единственной хорошей книгой, по ее мнению, была "Илиада", а у нее даже не было хорошего конца! Они могли бы изменить версию реальной жизни и написать, что Трой победил. Серьезно, троянцы не были святыми, но греки были настолько жестоки по отношению к женщинам, что ее тошнило. Любопытно, что греки даже поклонялись ей, учитывая, что они могли бы просто восхвалять другого бога, превратив его в бога охоты, точно так же, как римляне поступили с ней и Селеной. "Хорошо, я доверяю тебе, Персей", - сказала Артемида Персею. "Мне понравилось, когда ты назвал меня Перси", - пробормотал Персей "Что?" Сказала Артемида, не очень хорошо выслушав то, что сказал бог "Ничего. В любом случае, какой из них вы бы предпочли посмотреть? Геркулес, Мулан, Шрек или Запутанный?" "Ты же понимаешь, что я понятия не имею, кто они такие, ну, кроме Геркулеса, и я не в настроении смотреть на него прямо сейчас. Так что, я думаю, Запутался? Но потом мы сможем посмотреть другие, - сказал Артемис. Персей кивнул и включил фильм "Запутанный клубок". Они оба молча наблюдали за происходящим, жуя каждый свой кусок пиццы. Иногда, когда фильм переходил в песню, Персей начинал подпевать, что заставляло Артемиду смеяться над ним. Он просто проигнорировал своего друга и продолжил свое пение. По ходу фильма Персей мог только посочувствовать Рапунцель, поскольку она не могла покинуть свою башню, пока не появится кто-то другой и не поможет ей увидеть мир. Это было именно то, что произошло с Артемидой. Он застрял на этом острове, не имея ни малейшего представления о том, как устроен внешний мир. Затем его рыцарь в сверкающих доспехах (ну, больше похожий на его охотницу в серебряной тунике) прибыл к нему домой и предложил ему новый взгляд на мир. И не только это, но, согласно самой судьбе, Артемида была единственной, кто мог освободить его из тюрьмы. Это была еще одна вещь, которая его беспокоила. По воле судьбы, ему нужно было бы ухаживать за Олимпийцем, чтобы сбежать из своей островной тюрьмы. Единственной олимпийкой, которую он знал на данный момент, была Артемида, и он бы солгал, если бы сказал, что не находит ее привлекательной, но ухаживая за ней, казалось, он просто использовал ее в своих интересах. Но действительно ли это было преимуществом, если он хотел ее, даже если это означало, что ему придется остаться в тюрьме навсегда? Персей не знал, что такое любовь, но догадывался, что это чувство крайней заботы о другом человеке. В каждом фильме, который он снимал, была какая-то любовь, но это было самое близкое к настоящему чувству, которое он испытывал. Однако, когда Артемис прибыл на свой остров, он чувствовал себя таким взволнованным и счастливым одновременно. Когда она была здесь в первый раз, он просто нервничал, и время, казалось, просто тянулось медленно. Но когда она пришла во второй раз, время пролетело незаметно. Ему показалось, что она появилась всего секунду назад. Даже несмотря на его страдания, время летело незаметно, когда он был с ней. Не успел он опомниться, как фильм закончился, и Артемис отнес тарелки в раковину. Перси пораженно вздохнул, не зная, что ему следует делать в его ситуации. Конечно, он мог ухаживать за Артемидой силой, но это был не очень хороший вариант. В идеальном мире Персей просто попросил бы ее выйти за него замуж, она бы сказала "да", и они любили бы друг друга вечно и до конца. Но они не жили в идеальном мире. Реальность была очень далека от этого. Артемис вернулся из кухни и сел на диван, снова положив голову ей на колени. "Мне понравился фильм", - сказала она, нарушив молчание Перси улыбнулся: "Это здорово, какая из них была твоей любимой частью?" "Мне нравилось, когда они оба пели в реке, с огнями и всем прочим". Персей поднял брови: "неужели? Я никогда не представлял тебя романтическим типом". Артемида улыбнулась: "обычно нет, но нахождение рядом с кем-то, кто заставляет меня чувствовать себя так, помогло мне увидеть сцену во всей ее красоте". Они оба уставились друг другу в глаза, провоцируя своего собеседника что-нибудь сказать. Ни один из них не хотел признаваться в этом, но в течение двух часов друзья признались друг другу в своих чувствах. "Итак, э-э-э..." Перси прочистил горло "О, ммм, думаю, открытие твоих владений было не лучшей идеей", - сказал Артемис "На самом деле, я уже знаю, что это такое". "Действительно, как?" "Судьба посетила меня. Они рассказали мне все, что мне нужно знать о себе ". "Судьба посетила тебя? Думаю, ты более особенный, чем я думала", - сказала Артемида, коснувшись волос Перси. "Да, оказывается, я Персей, сын Геры и Посейдона, наследник олимпийского трона и трона Атлантиды, наделенный областями Приливов, Детства, Технологий, Гостеприимства, Чувств, Секретов, Юмора, Жертвенности и Времени. Так что, другими словами, я задира". Артемида непонимающе уставилась на подругу. "Гера и Посейдон? Ты уверен?" Перси кивнул головой: "да, если только судьбы не перепутались". Артемида покачала головой: "Нет, они никогда не ошибаются в таких вещах". "О, а также я узнал, что застрял на этом острове, потому что Олимпийец решил, что я слишком опасен для общества. И что я действительно должен помочь вам всем в предстоящей войне". "Еще одна война? Вы знаете, против кого это направлено?" "Они сказали, что это была предстоящая война титанов, что бы это ни значило", - лицо Артемиды побледнело "Как ты собираешься помочь нам, если не можешь уйти отсюда?" Спросил Артемис "На самом деле есть способ, которым я могу сбежать. Я просто должна выйти замуж за Олимпийца". Артемида уставилась на свою подругу, глубоко задумавшись о том, что означало это новое открытие. Правда, он не сказал, что должен жениться на ней конкретно, но из всех ее коллег-олимпийцев она была лучшим выбором. К тому же, не то чтобы она когда-нибудь призналась бы в этом, но мысль о том, что он женится на ком-то другом, вызывала у нее тошноту. "Тогда выходи за меня замуж", - сказала Артемида, прежде чем обдумать масштаб своей просьбы "Ч-что?" Спросил Перси "Тебе нужно выйти замуж за Олимпийца, и вариантов не так много. Кроме того, если вы сможете выбраться отсюда, тогда вы сможете исследовать остальной мир, а затем, в конце концов...познакомься с женщиной, от которой у тебя были бы дети", - объяснил Артемис, с трудом выговаривая последнюю часть. Перси рассмеялся: "Брат, я бы никогда не изменил своей жене. Это не мои ценности". "Я бы понял. Так что, Перси, выходи за меня замуж". "Никакой Артемиды. Я не выйду за тебя замуж только для того, чтобы сбежать. Ты заслуживаешь гораздо большего. Ты заслуживаешь того, кто может дать тебе все, а я далек от этого". "Но..." "Мой ответ - нет, Артемис. Найдите кого-то, на кого вы можете положиться, а не кого-то, кому вы должны помогать ". Артемида с разбитым сердцем уставилась в зеленые глаза Персея. Она не могла поверить в то, что только что произошло. Она просила о браке. И не только это, но и то, что она была фактически отвергнута. "Я должен идти. Ты почти как новенькая, просто натри ноги лосьоном или нектаром, и ты будешь как новенькая, даже не успеешь оглянуться, - быстро сказала Артемида, вставая и быстро направляясь к двери. Перси уставился на вход в свой дом. Его единственный друг только что ушел, возможно, навсегда, из его жизни. "Ну, я точно все испортил". Артемида побежала к берегу, где у причала была привязана та же лодка, с которой она сошла в прошлый раз. Она быстро отвязала его и отплыла с острова. Сильные приливы и отливы притянули ее к острову, но после долгих маневров она смогла покинуть проклятый остров. Примерно через час или два Артемида прибыла к берегам Сардинии. Она вздохнула с облегчением и перенеслась в свою комнату в своем дворце. Там все чувства, которые она сдерживала, взорвались, заставив богиню горько плакать над своей подругой. Она не только отказалась от своего образа жизни и принципов, но и фактически была отвергнута после этого. Может быть, причина, по которой она дала свою клятву, когда была маленькой, заключалась в том, что подсознательно она всегда знала, что ее нельзя любить.