Персей: Бог приливов и отливов и детства

До наступления 7 августа оставалось 48 часов, что давало герою Олимпа всего 48 часов на то, чтобы разработать план уничтожения Короля Титанов. Полубоги из Лагеря Полукровок готовились покинуть свой драгоценный лагерь и отправиться на Манхэттен, где произойдут последние мгновения многих. Какое-то время Лагерь Полукровок не был вишневым летним лагерем, полным нормальных полубогов. Теперь это была тренировочная площадка для солдат Олимпа, которым нужно было бороться за свое выживание против титанов. Каюты, которые обычно были очень счастливыми и беззаботными, потеряли свое поведение. Все были на взводе, и это вполне понятно. Пока обычные отдыхающие бегали вокруг и собирали свое оружие, все руководители хижин собрались в Большом Доме. Все они нервничали, так как на собственном опыте убедились, насколько разрушительной будет война. Но не все лидеры кают присутствовали на военной рубке Большого Дома лагеря полубогов. Аннабет Чейз и Александр Понд, дочь Афины и сын Посейдона соответственно, были вместе на чердаке Большого Дома. Рядом с окном, на трехногом табурете, сидел Оракул кэмпа, мумия в одежде хиппи. "У меня от нее мурашки по коже", - сказал Алекс Аннабет, оглядывая мумию-Оракула с ног до головы. "Ты уже бывал здесь раньше" "Это не делает его менее жутким" Аннабет закатила глаза: "Давай просто сделаем нашу работу и уберемся отсюда". Алекс посмотрел на мумию со смущением и нервозностью: "И что теперь?" Аннабет подошла к мумии и протянула руки: "О Оракул, время близко. Я прошу о Великом Пророчестве". Сын Посейдона посмотрел на Аннабет, приподняв бровь: "Ну, все это было напрасно". Аннабет не обратила внимания на комментарий, подойдя к мумии и расстегнув одно из ее ожерелий. Затем она повернулась к полубогу, сыну Посейдона, держа в руках кожаный мешочек с лекарствами коренных американцев. Затем дочь Афины открыла сумку и достала свиток пергамента размером не больше ее мизинца. "Э-э, нет, невозможно. Я не потратил почти четыре года на размышления о дурацком проклятом пророчестве, И ОНО БЫЛО ТАМ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ" Александр недоверчиво покачал головой "Время было неподходящее", - сказала Аннабет. "Поверь мне, Алекс, я прочитал это, когда мне было десять лет, и из-за этого мне до сих пор снятся кошмары". "Хорошо, я могу это прочитать?" "Внизу, на военном совете", - сказала Аннабет. "Только не перед...ты же знаешь" Пара спустилась вниз и присоединилась к другим руководителям кают. Все члены совета кают-компании собрались вокруг стола для пинг-понга. Однако вместо того, чтобы спокойно сесть за стол, развернулась большая дискуссия. Консультант каюты "Ареса" Кларисса Ларю кричала на недавно назначенного консультанта каюты "Аполлона" Майкла Ю. Другие вожатые не обращали внимания на их дискуссию, на самом деле ухмыляясь над ней. Все, кроме Силены Борегар, которая только что потеряла своего бойфренда Чарльза Бекендорфа в результате взрыва. "ЗАТКНИСЬ!" - крикнул сын Посейдона. "Нет, пока Майкл не перестанет быть эгоистичным придурком", - прорычала Кларисса "Смотрите, кто говорит!" - сказал Майкл Ю "Единственная причина, по которой я здесь, - это поддержать Силену!" - Иначе я бы вернулась в свою каюту, - крикнула Кларисса. "О чем ты говоришь?" Потребовал Алекс Поллукс, сын Диониса, прочистил горло: "Кларисса отказалась разговаривать с кем-либо из нас, пока ее, гм, проблема не будет решена. Она не разговаривает уже три дня" "Лучшие три дня в моей жизни", - задумчиво произнес Трэвис Столл. "Хорошо, ребята, вы можете уладить этот вопрос позже?" - Спросил Алекс. "Мне вроде как нужно прочитать пророчество, которое изменит мою жизнь". Все старшие советники мгновенно закрыли рты, заинтересовавшись этим Великим Пророчеством. Аннабет протянула Алексу сухой и холодный пергамент. Сын Посейдона развернул бумагу, стараясь не порвать ее, и начал читать: "Полукровка старейших собак..." "Er, Alex?" Аннабет прервала его. "Это боги. Не собаки" "О, извините", - сказал Алекс. "Полукровка старейших богов - эй, это меняется" "Это и есть пророчество?" Растерянно спросил Коннор Столл "Алекс, твоя дислексия не так уж и плоха. Следующая строка пророчества даже не похожа на "эй, это меняется ", - сказала Аннабет "Нет, я имею в виду, что пророчество меняется. Видишь?" Алекс показал пергамент Аннабет Дочь Афины моргнула, пытаясь понять смысл того, что она видела. "Это меняется..." "Алекс, дитя мое, не могла бы ты дать мне пророчество на минутку?" - Спросил Хирон у полубога. Как только Александр передал пророчество своему наставнику-кентавру, Хирон посмотрел на него широко открытыми глазами. "Он не должен этого делать". "Подожди, так что же происходит?" Спросила Кэти Гарднер из хижины Деметры "Так ты знаешь то пророчество, которое было причиной почти всех моих предсмертных переживаний? Что ж, оказывается, все меняется из ниоткуда. Но, знаешь, ничего особенного, - сказал Алекс с сарказмом в каждом слове. "Он перестал двигаться, - внезапно сказал Хирон. - Первый куплет другой". "Что?" Спросила Аннабет "Кларисса, ты должна прочитать это", - Хирон поднял пергамент Дочь Ареса подняла глаза: "Я?" Хирон кивнул, протягивая маленький листок Клариссе. Полубог оглядел сидящих за столом, чувствуя себя странно неуютно из-за необходимости рассказывать всем о Великом Пророчестве. "А-Полукровка старейшего чистокровного бога, Достигнет шестнадцати, несмотря ни на что., И увидеть мир в бесконечном сне, Душа героя, проклятый клинок пожнет, Единственный выбор положит конец его дням, Олимп сохранить или уничтожить" Кларисса закончила читать пророчество с бледным лицом Полубоги, собравшиеся вокруг стола, уставились прямо на нее. "С другой стороны, Алекс не умрет", - попытался поднять настроение Трэвис, за что получил шлепок по затылку от Кэти Гарнед: "Эй!" "Кто самый старший чистокровный бог?" - Спросил Поллукс, озвучивая тот же вопрос, который был у всех в голове. "Арес, Арес - старший, чистокровный бог", - выдохнула Кларисса "Подожди, это неправда", - сказала Аннабет "Да, это так. Афина родилась от Зевса и Метиды, а Метида была титаном. Арес был первенцем Зевса и Геры, что делает его первым полнокровным богом." Рассуждала Кларисса "Я не говорил об Афине. Есть другой бог, который родился задолго до него, сын... "Гера и Посейдон", - произнес мужской голос из открытой теперь двери боевой рубки. Все старшие вожатые встали и вытащили оружие, свирепо глядя на подростка. "Кто ты такой?" - Спросил Майкл Ю, целясь стрелой в голову подростка. "Вау, я уезжаю из лагеря на четыре года и вдруг становлюсь неузнаваемым? Мы живем в обществе..." "Гектор, дитя мое, что ты здесь делаешь? И что ты говоришь о сыне Геры и Посейдона?" Спросил Хирон Гектор улыбнулся: "Ну, я здесь, чтобы помочь, конечно. Могу я присесть?" "Ты прекрасно знаешь, что этот военный совет открыт не для каждого туриста", - сказал Алекс с оттенком ревности. "Я знаю, это для старших вожатых. К счастью для меня, у меня есть каюта только для меня, что делает меня старшим вожатым моей каюты ", - ухмыльнулся Гектор, пробираясь к Майклу Ю, который посмотрел на него с отвращением "О, не смотри на меня так, потому что", - сказал Гектор, садясь Глаза Хирона расширились, "Гектор..." "Да, я сын Артемиды. Удивлен? Как и я. А теперь давайте вернемся к делу, потому что через два дня нам предстоит выиграть войну ". Полубоги хранили молчание, удивленные тем, что у Артемиды, человеконенавистницы, есть сын. Сын. "Откуда ты знаешь, что это произойдет через два дня?" Спросила Кларисса Ларю "Потому что мой день рождения через два дня..." Сказал Гектор, как будто это была самая очевидная вещь на свете "Почему твой день рождения имеет значение?" Далее Кларисса спросила "Я внук Геры и Посейдона, пойми это". Члены кают-компании на минуту задумались, но, похоже, никто не смог прийти к какому-либо выводу. "О, ради богов, его отец - старший чистокровный бог, что делает его ребенком пророчества", - выпалила Аннабет И снова все повернулись лицом к сыну Артемиды, который просто откинулся на спинку стула. "То, что сказал умник, абсолютно верно, я тот, кто умрет от проклятого клинка". "Но как мы можем доверять тебе, если ты сбежал из лагеря в то же время, что и Люк?" Указал Алекс "Тебе нужна вся история моей жизни?" - Спросил Гектор, заработав множество "нет". "Ну, я все равно расскажу это, чтобы вы, ребята, могли мне доверять и чтобы вы могли немного узнать историю по пути". "Все началось, когда моя мама встретила моего отца. Мой отец был изгнанным богом, а моя мама была, ну, Артемидой. Прошло время, они полюбили друг друга и поженились. Затем, в 1993 году, я был у них, но им пришлось отдать меня из-за Зевса. Потом я вырос здесь, как вы все знаете, а потом сбежал, когда мне было 12 лет, по личным причинам. Затем я тренировался с Герой в течение двух лет. Я встретила свою маму в штате Мэн, своего отца, когда мы спасали мою маму, и узнала, что они мои родители, благодаря Атласу. Затем я снова сбежал, некоторое время жил в Южной Дакоте, затем переехал в Массачусетс, а последние несколько дней я был в Пуэрто-Рико, и мне потребовалось много времени, чтобы понять, что я там. Есть вопросы?" "Кто твой отец?" Спросил Алекс "Персей, бог времени, приливов и отливов, гостеприимства, детства, чувств, жертвенности, и я чувствую, что мне чего-то не хватает, но ты понимаешь суть" "Ты сказал "Персей"?" Силена впервые открыла рот Гектор повернул голову, чтобы посмотреть на туристку, которую он когда-то считал своей сестрой, и свирепо посмотрел: "да, что с тобой?" "Он тот, кто помог мне и многим моим братьям и сестрам благополучно добраться до лагеря", - призналась Силена Гектор кивнул, не желая сейчас вступать в разговор с Силеной. "Что ж, теперь, когда мы знаем, что я дитя пророчества и кто собирается пожертвовать собой ради Олимпа, я думаю, было бы хорошей идеей, чтобы мы проигнорировали это и переехали на Манхэттен. Как ты думаешь, Хирон?" Кентавр печально посмотрел на своего ученика, но, тем не менее, кивнул: "Да, все соберите своих товарищей по каюте и давайте встретимся у входа в лагерь". Руководители кают выходили один за другим, пока в боевой рубке не остались только Алекс, Аннабет и Гектор. "Привет, Аннабет", - Гектор похлопал ее по плечу. "Могу я поговорить с тобой секунду?" "Да, - ответила дочь Афины, - я догоню тебя позже". Сын Посейдона уставился на Гектора. "Не будь таким ревнивым, Алекс, это разрушает большинство отношений", - усмехнулся Гектор. Лицо Александра Понда покраснело. Затем он повернулся и вышел из комнаты, оставив только Гектора и Аннабет наедине. Они вдвоем остались в неловком молчании, не зная, что сказать. Правда заключалась в том, что Аннабет думала, по какой-то странной и глупой причине (по иронии судьбы), что она больше не увидит Гектора в своей жизни. Вот почему она заполнила пустоту своего сердца следующим великим событием - предполагаемым Ребенком из Пророчества. Она поцеловала его однажды в начале лета, и оба, и она, и Алекс, не были уверены в значении этого поцелуя. Гектор, с другой стороны, большую часть времени оставался с Герой, что не оставляло места для каких-либо новых любовных увлечений. Ближе всего был бы Энио в Пуэрто-Рико, но он знал, что богиня жажды крови просто хотела ослабить его бдительность. По крайней мере, он надеялся на это, быть с такой богиней было бы очень странным опытом, который он не был уверен, хочет ли он пройти. "Как у тебя дела?" - Спросил Гектор у Аннабет, нарушая неловкое молчание "Хорошо", - быстро ответила Аннабет. "Ну, честно говоря, не очень хорошо. Было много полубогов, бежавших из лагеря, и я боюсь, что нас недостаточно, чтобы остановить Кроноса". "Не волнуйся, все будет хорошо. Я тут читал..." "Ты умеешь читать?" "Да, я умею читать, и лучше, чем ты, имей в виду. Как я уже говорил, я читал много книг Аполлона, и вместе с советом Энио я придумал способ уничтожить Кроноса ". Аннабет подняла брови: "Правда? Это так здорово! Итак, подождите минутку, кто такой Энио?" "Я думал, ты все знаешь об Энио. Богиня многих отвратительных вещей... Разве ты не знаешь о ней?" Спросил Гектор с искренним любопытством "Что она делала с тобой?" Спросила Аннебт Гектор поднял руки: "Я здесь под судом? А как насчет тебя и Алекса? Аннабет покраснела: "Между нами ничего не происходит". Гектор усмехнулся: "О, пожалуйста. Он ревнует, а ты краснеешь, я не настолько глуп, чтобы не замечать таких вещей. Ты же с ним!" "А почему тебя это волнует?! В прошлый раз ты сказал мне двигаться дальше! Но теперь, когда я это сделал, вот ты и ломаешь мои метафорические яйца! " "Ну да, я сказал тебе двигаться дальше, но я не ожидал, что ты будешь двигаться дальше так быстро". Аннабет уперла руки в бедра: "Мне потребовалось три месяца, чтобы забыть тебя". "И вскоре после этого ты отправился на Большую Вечеринку, верно? Сын Посейдона, Дитя Пророчества...совсем как ты, когда нам было по двенадцать". "Это ничего не значит. Это не моя вина, что у тебя проблемы с доверием", - сказала Аннабет "Я доверял тебе всем своим существом, и следующее, что я знаю, ты с этим ублюдком", - сказал Гектор громким голосом. "Что ты хотел, чтобы я сделал?! Почему с тобой так сложно?!" Аннабет в отчаянии развела руками "Потому что я люблю тебя, и мне больно видеть тебя с другим человеком", - признался Гектор. "Гектор...Я не с Алексом". "Ты все еще любишь меня?" Гектор схватил за руки дочь Афины. Аннабет посмотрела Гектору в глаза. Ее серые глаза наполнились слезами, когда она произнесла слова, которые разобьют сердце Гектора. "Нет... Я любил тебя когда-то, но что-то изменилось. Ты разбил мне сердце в прошлый раз, и я не думаю, что это позволит мне быть с тобой больше" Аннабет убрала свои руки от Гектора, разворачиваясь, чтобы уйти. "Так это все? Все кончено?" Гектор уставился на спину Аннабет Аннабет остановилась на секунду: "Мы просто друзья, Гектор, помни это с этого момента", - она продолжила идти, оставив Гектора в ужасе одного в комнате. Это было так, как если бы внезапно грузовик с мороженым, полный печали, проехал по его сердцу, а голодающие дети наступили ему на сердце. Он знал, что в конце концов они не смогут быть вместе, но ему все равно было больно оттого, что маленькая надежда, которая у него была, теперь исчезла. Иными словами, Аннабет была смертным якорем для Гектора, а это означало, что это было единственное, что удерживало его в земной жизни. Сын Артемиды знал, что это не была счастливая история любви, и что как только его "смертный якорь" исчезнет, он обретет бессмертие, потому что это было единственное, что удерживало его от достижения... Нет, он просто остался бесчувственным. Ему было бы все равно, выживет он или погибнет на войне. Пожертвовать собой ради своей семьи казалось самым благородным смертным актом, и Гектор смирился с этим. В конце концов его ждал печальный конец, который он заслужил. Он не был ни лучшим сыном, ни другом, ни любовником. Были ли его родители недобры друг к другу? Или это была какая-то личная черта, которая не досталась ему ни от матери, ни от отца? Ответ не имел значения, так как ему оставалось жить чуть больше 48 часов. Гектор Кариб Трой покинул большой дом и направился ко входу в Лагерь Полукровок, где находились только хижина Афродиты и Деметры. Он заметил Силену среди отдыхающих "Афродиты" и решил поговорить с ней об инциденте в Южной Дакоте. "Привет, Силена" Гектор встречает туриста "Привет, Гектор", - сказала она, пытаясь, но безуспешно, скрыть свою печаль "Послушай, нам нужно поговорить. Это что-то серьезное". "Я не могу оставить своих братьев и сестер здесь одних. Мы живем очень скоро". "Они не уйдут без меня. И это займет всего минуту". Гектор взял Силену за руку, не обращая внимания на силу, с которой он это сделал: "Эй, Дрю! Ты за главного, хорошо?" Азиатка из кемпинга "Афродита" подмигнула Гектору: "Конечно, Трой, для тебя все, что угодно". Застонав, Гектор потащил Силену за собой в сторону леса. Убедившись, что никто не последовал за ними, бывший турист отпустил руку дочери Афродиты. "Ой, ты слишком крепко схватилась", - пожаловалась Силена, увидев красный отпечаток ладони, оставшийся на ее руке. "Ты шпион", - сказал Гектор. Силена напряглась: "н-нет, я не..." "Да, это так, ты сам мне сказал в Южной Дакоте". "Пожалуйста, никому не говори, я не хотела этого делать", - закричала Силена, падая на колени. "Вы явно знали, что делали. Ты и твои друзья ЗАСТРЕЛИЛИ МЕНЯ, или ты не помнишь, - сердито сказал Гектор "Позволь мне все объяснить, Гектор, пожалуйста, по старой памяти" Гектор посмотрел на Силену и на то, как жалко она выглядела, кланяясь на земле. "Хорошо, у тебя есть одна минута". "Некоторое время назад, еще до того, как мне понравился Чарли, мне нравился Люк. Он знал это и убедил меня присоединиться к нему. Он сказал, что собирается спасти полубогов, и я поверил ему. Позже я узнала правду, но он сказал, что если я уйду, то он причинит Чарли боль. Я не могла позволить им причинить вред Чарли", - закричала Силена Гектор наклонился и обнял Силену: "Эй, не волнуйся. Я понимаю тебя, и я никому не скажу. Силена кивнула и вытерла слезы: "спасибо, что выслушал, Гектор. Это действительно много значит". "Мне осталось жить не так уж много времени, и я уже испортил одну дружбу, мне лучше не терять никого другого", - пошутил Гектор. Силена нахмурилась: "Доказательства имеют двойное значение, ты ведь знаешь это, верно?" Гектор покачал головой: "Я не знаю, в этом есть что-то такое, что заставляет меня чувствовать себя очень уверенно в том, что должно произойти. Но я смирился с этим. В конце концов, Элизиум, должно быть, самая большая вечеринка тысячелетия, ведь там собрались все крутые люди". Силена ухмыльнулась: "Это правда". Гектор встал и протянул руку, которую Силена с радостью приняла. Они вместе подошли ко входу в лагерь, где стояли почти все отдыхающие. Оглядевшись вокруг, Гектор заметил, что не хватает только одной каюты. "Где, Черт возьми, находится хижина Ареса?" Он спросил братьев Столл "Кларисса сказала, что они не придут", - все еще ответил Трэвис "Что ты имеешь в виду, говоря, что они не придут?" "Кларисса сказала, что мы не ценим хижину Ареса или что-то в этом роде. Дело в том, что она сумасшедшая, и ее каюта не приедет, - ответил за своего брата Коннор Столл "Знаешь что? Если они не придут, значит, они не придут. Мы должны идти прямо сейчас", - сказал им Гектор. Сын Артемиды побежал вперед, туда, где стояли Алекс и Аннабет. Даже не обратив на них внимания, Гектор повернулся к полубогам. "Все! Завтра и послезавтра мы будем бороться за наши жизни, за наших родителей, за наших братьев и сестер и за всех, кого мы знаем и любим. Некоторые из нас могут погибнуть, но нас всех будут помнить как героев. Я был частью этого лагеря в течение двенадцати лет и вернулся сегодня с единственной целью - привести нас к победе. ПОЛУБОГИ! МЫ ПОБЕДИМ! МЫ ОТОМСТИМ ЗА ТЕХ, КТО ПОГИБ В БИТВЕ ПРИ ЛАБИРИНТЕ! МЫ ДЕЛАЕМ ВСЕ ЭТО ДЛЯ СЕБЯ! ЗА ОЛИМП!" Гектор произнес свою речь, подняв свой пиратский меч, благословленный Беллоной. К концу все греческие полубоги ревели и стучали своими щитами, чтобы произвести как можно больше шума. "ПОЕХАЛИ!" - Сказал Гектор, идя впереди греческой пехоты полубогов. Неосознанно для многих из них это был бы последний раз, когда они когда-либо видели Лагерь Полукровок.