Начало (черновик)

Саша был хорошим и умным мальчиком. Все к нему относились с особым вниманием и очень любили. У него всегда было все, что бы он не пожелал. Та жёлтая машинка, которую мы видели вчера в магазине? Хорошо, вот она. А эти разноцветные кубики? Пожалуйста. А паровоз с вагончиками и на рельсах? Держи, играй на здоровье. Не жизнь, а сказка. Казалось бы, что может пойти не так? Но Сашенька рос и ему скоро нужно было уйти из под заботливого маминого крыла и отправиться в школу—первый класс. Вот он стоит на линейке, в новенькой школьной форме, сверкающих туфельках, причёсанный, с красивым портфельчиком, который ему подарила бабушка в честь первого сентября, блестящие часики на его запястье, подаренные дедушкой, огромный, просто гигантский букет тюльпанов, для учителя. И вот он, маленький мальчик стоит в толпе своих одноклассников, где большинство из них находясь в состоянии большого шока, от количества людей и шума, безудержно орут, а некоторые даже рыдают в голос. Мама с папой постоянно говорят Саше встать то тут то там, чтобы сфотографировать. «Сашенька, поверни головку сюда, сейчас вылетит птичка! Ну же, улыбнись шире, сегодня же праздник! Ой сынок, подойди сюда, у тебя прическа растрепалась, дай я поправлю... Сашенька, ты у меня такой красивый! Чудо, а не ребёнок.» Началась церемония посвящения в первоклассники. Загремела торжественная музыка, прочитали стихи, кто-то что-то спел, потом старшеклассник пронёс на своём плече первоклассницу, звонящую у него над ухом колокольчиком, а вслед за этим директор школы прочитал торжественную речь и церемония на этом закончилась. Люди начали заходить гигантской, кое-как организованной толпой в школу. Ученики спереди, родители сзади. Все разошлись по своим кабинетам на «классный час». У двери класса с надписью «1 Б» столпились взволнованные родители, с камерами и фотоаппаратами. Классная руководительница 1-го «Б» класса, что-то заученно бубнила своим новым ученикам. Саша, сидя на первой парте (как он туда попал не знал даже сам Саша) внимательно слушал учителя, в надежде на то, что она расскажет что-то интересное. Но к великому разочарованию, «эта женщина», как в последствии её называл про себя Саша, говорила исключительно какими-то четверостишиями, прибаутками, показывала какие-то картинки с вагончиками и спрашивала сколько будет 1+1. В общем, учительница лишь играла урок, как будто она в театре, а её ученики это зрители. Саша был разочарован. «Неужели эта женщина всегда будет разговаривать таким противным голосом и показывать нам всякую ерунду?» Возвращаясь домой, Саша не мог унять своего негодования. Он говорил своей маме о том, чего ожидал и что получил в итоге. —Мама, ты говорила, что в школе будет трудно, но очень интересно. Но она не говорила ничего интересного. Только рассказала какой-то дурацкий стишок о том, как правильно сидеть за партой. Мама, это что..так всегда будет? Мама сказала ему, что это только на первое сентября, а дальше будут обычные уроки как чтение, письмо и математика. Проснувшись следующим утром, Саша был в большом предвкушении. Свой портфель он собрал ещё вечером прошлого дня, а вещи были аккуратно повешены на спинку стула. Он сам умылся, оделся, надел ботиночки, взял портфель и пошёл в школу, держа маму за руку. На уроках Саша вёл себя как примерный ученик, тянул руку, когда знал ответ, отвечал всегда коротко, ясно и по делу. В тетради писал аккуратно, сидел ровно. На перемене, в отличии от некоторых, старался не шуметь, а тихонечко подходил к ребятам, которые показались ему более менее интересными, и знакомился с ними. Так незаметно пролетел целый год. За этот год Саша узнал много нового, и сделал свои выводы. Во-первых, чем чаще ты тянешь руку, тем больше ты понравишься учительнице. Во-вторых, на перемене нужно держаться в стороне, чтобы случайно не задели или не ударили. В-третьих, делать все ради хорошей отметки, а то мама с папой могут расстроится. Из всех уроков Саша больше всего ненавидел чтение. Почти все в классе читали по слогам, постоянно запинались, путали буквы и слова, про ударения можно даже не упоминать. Пока до Саши доходила его очередь, он успевал прочитать весь текст про себя и ответить его без запинки, читая бегло и звонко. Ребята в классе Сашу не любили. Называли подлизой, заучкой и остальными всевозможными обидными словами, до которых был способен додуматься мозг среднестатистического первоклассника. Саша об этом не знал. Он и не замечал как к концу первого класса на него начали косо поглядывать, шептаться за его спиной и приглашать играть в догонялки всех кроме него. Сашу это и не волновало. На переменке он обычно сидел за своей первой партой и тихо повторял урок, или просто читал какую-то книжку, которую взял в школьной библиотеке. Но наш Саша не был ни заучкой, ни подлизой. Если его просили, он мог иногда дать списать, или помочь объяснить непонятный пример. Но почему-то этого никто не замечал. В четвертом классе Саша заметил что что-то не так. Его одноклассники начали сбиваться в небольшие компании, приглашать друг друга в гости или на день рождения, разговаривать о каких-то глупостях или играть в какую-то новомодную игру на переменке. Но никто не обращал внимания на Сашу, с ним никто не разговаривал, не звал на дни рождения и никто не приглашал его поиграть. К нему подходили только для того, чтобы попросить списать. Если же Саша пытался отказать, на него тут же наваливалась тонна критики, что он жадина или что-то в этом роде. Ему ничего не оставалось кроме как тихо опустить голову и протянуть тетрадку с выполненным домашним заданием. В пятом классе различные задирание и оскорбления стали жёстче. Тут уже появились какие то тычки в спину, подножки, несильные подзатыльники... В шестом классе появились синяки. Сашины одноклассники начали поджидать его после школы за углом, во дворах или у подъезда. Сначала это были обычные угрозы, а иногда даже избиения. Саша никому не жаловался, да и не зачем ему это было. Он хотел лишь тихо и спокойно учится, не влезая ни в какие проблемы. Родные естественно начали замечать синяки и ссадины. Он отговаривался тем, что неудачно играл в футбол или просто где-то упал, но не похоже было, что они пму верили. Когда же все таки в седьмом классе Сашу нашли у собственного подъезда без сознания, всего в крови и избитого так сильно, что казалось на нем не осталось живого места, отговариваться он не стал. Обидчиков нашли, наказали по всей строгости, их родители выплатили моральную компенсацию, а кого-то даже исключили. Реабилитация Саши длилась вплоть до октября 9 класса. Все это время, он лечился у различных психологов, проходил различные реабилитации в санаториях и т. д. и т. п. Он совсем не понимал, для чего родители так носятся с ним по различным больницам и санаториям ища каких-то «шикарных» специалистов, которые «точно его вылечат». Саша не понимал и того, чем он болен, от чего его надо лечить и что от него хотят родители. Все это время он учился самостоятельно на семейном обучении. Ему нанимали различных репетиторов, так что от школьной программы он не отставал. Также его беседы с психотерапевтами тоже дали свои плоды. В старшую школу Саша пришёл другим, совершенно новым человеком. Он всем приветливо улыбался, махал рукой и строил «дружелюбного дурачка». За все время реабилитации Саша опять сделал свой вывод. У него вообще были очень много времени на то, чтобы подумать о своём поведении в начальной и средней школах. Во-первых, улыбка всегда даёт шанс на лучший результат в новом коллективе. Во-вторых, не стоит показывать, что ты можешь кого-то в чём-то превзойти. В-третьих, старайся следовать чему-либо и разговаривать о чём-либо исходя из интересов толпы. И это работало, при чем работало безотказно. В какой-то мере Саше нравилось. Он даже как-то рассказал об этом своём методе своему психологу, на приём которого ходил раз в неделю. Саша не знал точно о чем подумал его психолог, но Сашины умозаключения ему явно не понравились. Поэтому он больше не поднимал эту тему и больше не рассказывал о том, как он ведёт себя в обществе. Саша продолжал бы вести себя так и дальше если бы не одна встреча, с одной очень неприятной личностью (по его мнению конечно же).