Ландыши

Калеб сидел в своём кресле и попивал свой любимый кофе. За окном уже темнело, начали появляться первые звёзды. В дверь постучали. Это была Тори: — Главный секретарь, комиссара Дейва нет в поселении. — И давно? — Н-не знаю, я же не могу подходить к жителям близко, а тем более расспрашивать. Иначе меня раскроют. — Вот как. Я понял тебя. О концерте в этом месяце можешь и не мечтать. — Но главный секретарь… — Я всё сказал. Стоило лучше стараться. Калеб вышел из кабинета и направился к своему мотоциклу. «Тц, бесполезная поэтесса. Никакой полезной информации». Он ехал в практически полной темноте, только луна и звёзды освещали те дебри, через которые ему пришлось пробираться. Наконец, на горизонте показалось знакомое поселение. Крестьяне бегали по всей окрестности, выполняя свои обязанности. Солнце освещало их счастливые лица, ведь работа была почти завершена. Комиссара и правда не было поблизости. Главный секретарь подошёл к одному из строителей, дабы поговорить: — Здравствуйте, Империя выслала на проверку поселений по человеку, дабы удостоверится, что всё хорошо. Если у вас что-то не так, обращайтесь ко мне. — Здравствуйте, меня зовут Лионель, я строитель. Всё в общем и целом неплохо, однако наш комиссар, Дейв, до сих пор не вернулся. Он ушёл ещё на рассвете, а сейчас уже закат. — Неужели? Это очень странно. Скоро ведь комендантский час. Я немедленно вышлю поисковый отряд. — Большое вам спасибо. Калеб направился в сторону того старого здания, где находились странные постройки и где он в последний раз встретил Дейва. Из-за темноты ночи ничего не было видно, даже луны и звёзд. Он шёл практически наугад. «Куда же ты подевался? Это ведь небезопасно!» — думал парень, как вдруг набрёл на необычайной красоты поляну. Освещённая светом заходящего солнца, эта поляна была покрыта ковром прекрасных ландышей. А в центре всего этого белоснежного поля лежал главный цветок и спал — комиссар мирно посапывал, даже и не думая о возвращении в поселение. Вдруг он проснулся, встал, потянулся, оглянулся и… начал петь. Так красиво, так завораживающе, что можно было умереть. Калеб, будто в трансе, не смел даже дышать, лишь смотрел за парнем. Он скакал по всему лугу, танцуя вместе с Райей-прайм. Песня* лилась из его уст, словно река, такая вольная и смелая, как и сам Дейв. Главный секретарь взял себя в руки и хотел подойти, однако, идя по полю, к комиссару он не приближался. Он всё шёл и шёл, но расстояние не сокращалось. Парень перешёл на бег, но и это не помогло. Вдруг Дейв остановился, посмотрел на Калеба и мило улыбнулся. Он помахал ему рукой, а затем ушёл в чащу леса. Парень хотел пойти за ним, но ноги вросли в землю. Он начал проваливаться. Кричать он не мог, хоть и пытался неоднократно. Вскоре перед глазами предстала лишь тьма. Секретарь очутился в мягкой темноте, что укутала его в своих объятьях. Парень был абсолютно голым, разум был чист. Вдруг появился тёмный силует, напоминающий ангела. Через мгновение из тьмы вышел мужчина высокого роста, с платиновыми волосами и фиолетовыми глазами, позади у него были два огромных красных крыла. Сначала он просто смотрел на Калеба, ничего не говорил. Парню казалось, что они провели наедине целую вечность. А затем вдруг незнакомец начал говорить: Великий дар — стать мужем мироходца, Что день за днём сквозь тьму несётся, Спаси его, пока не поздно, Любовь заставит слушать грозно. Его судьба печалит нас, Теперь зависит всё от вас: Умрёт одиноко в сырой пустоте Или подарит себя высоте. Любви пусть поддастся, останется рядом, Пускай оглядит тебя своим взглядом, Ты не пугайся, люби без стыда, Тогда не зайдёт вашего мира звезда. Затем Калеба охватила дрожь, его тело заковали кандалы. Он не мог выбраться, было больно, адски больно. Вдруг перед ним предстал Дейв, тоже голый, однако за его спиной имелось два белых крыла, а в руках он держал лук и стрелы. Натягивая мучительно долго, он не спешил стрелять, смотря своим красивым взглядом в самую душу. А затем отпускал стрелу, попадая в самое сердце. Комиссар был свободен от оков, его движениям ничего не мешало. Затем у него в руках появились ландыши, на губах образовалась улыбка. Он подошёл к секретарю почти вплотную и спросил: — Ради меня, ради моей любви, ты бы съел эти ландыши? — Калеб молчал, — хм, а если так? — Лололошка положил ландыш себе в рот, прожевал его, а затем потянулся к чужим губам. Парню ничего не оставалось, кроме как сдаться и погибнуть. Проснулся Калеб в поле, на котором росло несколько тех самых белых цветов. Рядом склонился Дейв, пытавшийся разбудить секретаря: — Фух, благо, вы проснулись. Во сне вы корчились от боли, с вас тёк пот. — А также, было учащённое дыхание, пульс был выше среднего. Вам снились кошмары? — Райя как всегда рядом. — Можно и так сказать… — Простите, что заставил поволноваться, я нечаянно уснул на этой поляне. Запах цветов действует на меня, как успокоительное, к тому же, я совсем не спал. А вот как вы умудрились уснуть, я понять не могу. — Да кто за тебя волнуется?! И да, к слову, я тоже не спал. Вот, наверное, и результат. — Вот как, мне очень жаль. — Хм? Почему извиняешься? — Ну, это ведь вы наблюдали за нами, когда мы с компанией нарушили комендантский час… — Откуда ты…? А, Райя. — Да-да, вы абсолютно правы. Дейв, главный секретарь сейчас в очень плохом состоянии, мы должно довести его до дома. — Не стоит, я сам. — Калеб, поверьте, это вам на благо. — …Ну ладно. А что вообще происходило до того, как я уснул? — Я спал, так что не могу сказать. — Дейв, я ведь тоже была рядом. Вы пришли пешком со стороны поселения нашего комиссара. Было уже поздно, думаю, именно поэтому вы еле волокли за собой ноги. Вы пытались разбудить Дейва, но он не просыпался, а потом вы просто легли рядом и уснули. — Вот почему мне снились эти ландыши! Я всё время чувствовал их запах. — *Лололошка шёпотом* Ландыши… Почему-то они вызывают у меня не лучшие воспоминания**.