Погибшие души

— Я тебя прибью, сучонок, кто бы ты ни был! Кто это сделал, блять?! — Хахаха, Найрас! Ну у тебя тут и лицо! А позы то какие... М-м! Совсем спятил! – гоготала Натали, держась за крыло кресла, чуть ли не падая. — Да завали ты свое ебало, часовница! Я тебе сейчас нахуй еще один глаз оторву! – вскипал от злости Джек, держа в руках несколько фотографий. На них был сам он, но в настолько глупых и абсурдных позах, что ему буквально хотелось плакать или выдернуть глаза уже себе. Начнем с того, что фото делал не он и на фотках даже не Джек! На первой фотографии он был в черном обтягивающем платье, причем одна лямка была приспущена, создавая весьма пикантный вид. Сам же Найрас игриво улыбался и подмигивал одним глазом. Вторая фотография была похожего содержания, только поза была другая. Ракурс был взят снизу, открывая вид на его боксеры. Последняя картина была совершенно смазана таким образом, что на ней было особо не видно всего происходящего. Однако был виден яркий зелёный колпак. В особняке он принадлежал только одному жильцу... — Утопленник! Сволочь! – зарычал Безглазый, буквально краснея от злости и стыда, – Прикончу! — Джек, ну чего же ты так! Выглядишь же неплохо, – слегка посмеялась Джейн, прикрыв рот, а точнее маску рукой. — Почаще ходи в платье, краса ты наша, – ухмыльнулся Джефф, высунув язык. — Если вы сейчас все не замолчите, я вас просто... – на данный момент шутки с ним были действительно плохи. Монстр был не из тех, кто будет терпеть подобного рода выходки безмолвно и в целом терпеть их. — Успокойся, Найрас. Утопленник только недавно вернулся с тренировки, поэтому не думаю, что это был он. Плюсом, он бы не смог за 40 минут полностью отфотошопить твои фотографии... И вставить себя самого. Он же не идиот, – спокойно "заступилась" за Бена Ева и вздохнула, садясь на кресло. — Она права. Вряд ли это был он, – вклинился Тоби, который только что зашёл ко всем. — Ты даже не знаешь, что случилось, Роджерс! – казалось, что даже темные и пучинные глаза Найраса потихоньку становились красными. — Ты скоро такими темпами в лобстера превратишься, – пошутил Вудс, на что получила презрительный взгляд вышеупомянутого. — Фелатенко, ты занята после пяти? – резко спросила Аркенсоу, отряхнув подол черного платья. — Чего? Эм... Ну, нет? Вроде бы... А что такое? – откинув голову на спинку кресла, слегка заинтересованно произнесла шатенка. — Да та-ак, – брюнетка толкнула девушку с циферблатом в бок бедром. — Чегось? Ой, точно. Короче, мы тут подумали... Как насчёт девичника? – вспомнила о своей утренней идее убийца и почесала затылок. Все-таки пить вдвоем им не особо хотелось, поэтому Еву пригласить все же надо было. Как дело обстояло с другими – это ещё тот вопрос... — А и, Ева, спроси у Видаль, – дополнила предложение Оулетт Джейн. — Я не думаю, что она согласиться. Она же сейчас с братом постоя... – ее перебили. — Какие девичники, вы издеваетесь?! Эти фото кто сделал блять?! – все не унималась "модель" с фото. — М-м-м, у меня есть предположение! Может быть братец Марисы? – кинув всем на рассуждение свое предположение, выразился дровосек. — Пф-ф! Не смеши меня, дорогуша! – вновь засмеялась Клокворк, прыская со смеху. — Я не думаю, что тот сопляк мог такое сделать, – поднимаясь по лестнице, бросил Алан. Видимо, он тоже устал после тренировки. Как никак, умственные процессы тоже работа, хоть и не физическая. — Он не сопляк, – пробурчала себе под нос кудрявая и закрыла глаза, как вдруг в ее кресло врезалась Оулетт, громко смеясь. Она держала в руках фотки Джека и пыталась убежать от него, таким образом случайно врезавшись боком в кресло. Громко хохоча, девушка молниеносно побежала на второй этаж, придерживаясь одной рукой за деревянные перила, и та быстро развернула тело в нужную сторону, где скрылась в своей комнате. Сам же Найрас среагировал почти моментально и понесся за ней, попутно матерясь, как в первый раз. Громко и неразборчиво. После того как шатенка врезалась в мебель, его тоже занесло, и он вообще чуть ли не завалился на коленки Фелатенко, но благо удержался и, не сдавая обороты, продолжил бежать за целью. — Блять, вы совсем ебу дали! – кое-как удержавшись на шатавшемся кресле, возмутилась Ева, вжавшись в него. — Господи... Как черти какие-то, – тяжко вздохнула Аркенсоу и облакотилась на пустующий диван, — Ну так...Как насчет Видаль? — Мне-то откуда знать? Пойди-да спроси, я устала очень. — Как скажешь. Она в комнате? – зажала логичный вопрос Джейн. — Я не знаю, – ответила не менее логично шатенка и нахмурилась. — Ла-адно. Увидимся вечером... Стоп, ты так и не дала ответ. — Разве? Ну тогда я согласна. — Хорошо, до 5 часов, – сказала на последок убийца, оставив девушку сидеть одну в гостиной. Сама же Аркенсоу пошла на второй этаж в комнату девушек. Она была особо не примечательна, по крайней мере, на их двери не было никаких "Watch out", "Get out" или же базового "Fuck you." Просто дверь.       Аккуратно постучав, ответа не последовало. Приложив ухо к двери, слегка стукнувшись маской, девушка услышала какое-то бурчание. — Я тебе говорю, что нельзя с ним так, ты меня слышишь? – голос плохо различался, но он был не особо грубым и басистым, скорее слегка детским,но точно не сломанным. — И ты пришел ко мне в комнату только ради этого? Я и так все это знаю. Вольно, Бен, ступай. Аль не видишь, что я занята? — Да я вижу, что занята. Вытирайся быстрее, господи, – слегка напрягся голос. — Я сижу в одном полотенце, ты мне догола раздеться предлагаешь? — Было бы неплохо конечно, но нет. Блять, Видаль, ты понимаешь о чем я. Не придуривайся. Этот идиот опасен. — Tegmina quaeritur, non loqui in praesentia extranei. — О ком это ты? Мы наедине. — Ibi aliquem stantem extra ostium. — Твою мать... Голоса прекратили разговор, а Джейн вновь постучала. Она уже поняла, что Мариса там не одна, но полагала, что особо ее не отвлечет. — Входите. Если что Евы сейчас нет, она на тренировке, – решила заранее предупредить призрачная, так как оппонент мог искать и не ее вовсе. — Она уже закончила, – Аркенсоу открыла дверь и показалась в проеме. Перед ней была слегка смущающая картина. Утопленник левитировал перед Марисой, которая сидела только лишь в полотенце и пыталась высушить волосы другим полотенцем. Джейн подметила для себя множество царапин на теле умершей. Фигура была подтянута и слегка подсушена, что невольно оценила про себя брюнетка. Но сидели они так, будто для них это была совершенно базовая ситуация. Ну, а чего им смущаться? Во-первых, не дети, во-вторых, им сейчас действительно не до этого. — Я спросить хотела... Не хочешь на девичник в 5 часов? Фелатенко будет... Во-от... – Джейн самой стало как-то неловко из-за этой ситуации, — Простите, если помешала. — Нет, ты не помешала. Все в порядке, мы не говорили ни о чем таком. Добре, я буду, — умершая улыбнулась, хотя в последнее время она делала это не часто. После появления Донатеса она совсем потухла. — Отлично, тогда увидимся в 5 часов. — Свидимся, Джейн. Аркенсоу покинула комнату и тут же решила напоследок бросить пару слов Клокворк, насчет сложившейся ситуации. Да и ранее Оулетт сама позвала ее для чего-то. Мол, нашла что-то, любопытно все таки. Как только дверь захлопнулась, вирус ударил себя по лбу и тяжко вздохнул. — Если появятся какие-то сплетни – вина твоя, Видаль. — Я-то тут причем? Воля не моя была с тобой говорить сейчас. — Я по делу пришел... – он нахмурился и сжал кулаки. — Коли по делу пришел, то выкладывай, коли неча говорить – уходи. Ниже вини меня в том, в чем я не причастна. — Увидишь к чему приведет, тупица...

***

Время прошло почти незаметно, точнее, все были просто заняты своими делами. Никто не горел желанием встречаться раньше назначенного времени, да и из-за обстановки, которая к вечеру вновь стала нагнетающей, все мысли о встрече хоть с одним домочадцем отходили на задний план. Но все же стоит забывать, что почти у всех в доме есть свои обязанности, кои нужно выполнить в обязательном порядке. Не выполняешь – пинай на себя. Признать честно, прокси настолько всех гоняли со своими обязанностями, что никто даже толком не знает, что будет если хоть один раз их не выполнить. Естественно, кто-то пытался отлынивать, но после когнитивных угроз того же Тима, все как миленькие выполняли свои задачи. Вообще, стоит признать, что Маски хорошо выполнял обязательности своеобразного наблюдателя и надзирателя, хотя на свет чаще всего выходил Брайан. Худи был слишком говорлив, поэтому доверия питал больше, нежели Райт. Что говорить о Тоби... Он смышленый, но настолько по-своему, что мало кто понимал его намерения. То есть, он как бы играет роль полного дурачка, который в жизни совсем ничего не смыслит, а как бы и вовсе нет... Если ему что-то крайне нужно, то уверяю вас, он сможет переплюнуть Маски. Но почему-то свои способности совсем не раскрывает. Возможно, не пока видит достойной ситуации. Но стоит вернуться к обсуждению предстоящего девичника.       Все девочки, как и говорилось ранее, не пересекались друг с другом, не считая одного раза после разговора в комнате с Видаль. За это время они полностью освободились, сбрасывая ношу каждодневных рутинных занятий. Кстати, снова отойду от темы. Эти рутинные задание были введены Слендерменом для воздействия на восприятие своих действий со стороны других. Другими словами, он пытался вдолбить им в голову, что если они выполняют обычные людские дела, как например, убрать по дому или порубить дрова, то они совершенно нормальные и адекватные люди.       Как говорил Чарльз Диккенс "Нет на свете обмана хуже, чем самообман." Как раз таки этим самообманом и занимались все жильцы. Хотя им уже некуда опускаться, ни по духовной степени, ни по моральной, ни по социальной, ни по какой в принципе.       Но все же стоит отдать должное, что за все эти годы рассудок потеряли не все, но уже стоят на тонком лезвии. Возможно, это все эффект туманности и всем просто напросто кажется весь этот кошмар. Может, все они все в белой комнате-психушке? А Слендермен это какая-то байка, которую им рассказали в детстве? Хотя... Было ли у них детство? Они уже давно не стесняются своих грехов, не стесняются Бога. Каждый из них уже принял его отсутствие. Лучше забыть о нем, чем постоянно страшиться как огня. Он и так сделал их жизнь хуже ада. Каждый жилец, буквально, живой труп. Все они разлагаются изнутри, их душа окончательно развалилась и осколки не склеить. "Нелепое тело, что тупо болит"пронеслось в голове у Фелатенко, пока она сидела на том же кресле. И все равно, что прошло около 3 часов, главное – ее комфорт. "Как же это все пагубно... Но выход будет. Хоть и без света в конце. Лучше врезаться в тупик, чем стоять на месте. " — Ита-ак, погнали, девчат! – крикнул знакомый бодрый голос. Клокворк. Она кричала со 2 этажа, как бы зазывая к себе. — Иду, – спокойно объявила Ева, оперевшись руками о крылья кресла, как бы помогая себе встать таким образом. Через 5 минут все уже видели в комнате Натали. На удивление, она была относительно просторной и в комнате было много часов... Настроеных по-разному. Гениально. А время-то как узнать? Стрелки двигались с разной скоростью и в разные стороны, но все равно сводились на одном времени 17:00. Когда наступило 5 часов, они все дружно заиграли симфонию активного тиканья. Каждые часы были сделаны словно в ручную. Какие-то были с деревянной оправой, какие-то с белым пластиком и так далее. Но сама комната была совершенно не примечательна. Обычная комната с кроватью, столом, окном, шкафом и ковром. Все что нужно и ничего лишнего. Только вот сейчас, стол, который обычно пододвинут к стене, стоял посередине комнаты и на нем было много бутылок вина. — Ты винокурню обокрала? – удивленно выразилась Аркенсоу и села на кровать к шатенке. — Ну типо того. Свои связи имеются, – ухмыльнулась Натали и хмыкнула, хватая в руки сразу все бутылки. Схватив в зубы штопор, она перекинула его в ладонь и вкрутила сначала в одну, потом в другую бутылку, затем открыла . Пробка вылетела с характерным звуком "чпок". — И откуда же? – у Фелатенко разыгрался неподдельный интерес. — Во время покера – карты не показывают. Не скажу, – довольно ответила девушка и поставила бутылки. — Ну и ладно... – пробурчала спросившая. — Извольте спросить, по какому поводу такая роскошь? – крутя между пальцев пустой бокал, спросила Мариса, слегка щербато улыбнувшись. Она посмотрела на всех девушек в комнате сквозь стекло и нахмурилась, смотря на искажение их лиц. — Мы решили просто отдохнуть. А то много всего на голову взвалилось, – объяснила Джейн, наливая всем вина в бокалы. Пару секунд она подождала, пока Видаль поставит бокал ,и налила туда жидкость. — Да и пару вопросов задать неплохо было бы, – добавила Клокворк, сразу же хватая бокал. — Каких? – слегка напряженно спросила Ева, сжав кулак. — Не переживай ты так, Ева, – ухмыльнулась шатенка. Причем ее имя она произнесла как-то чересчур грубо, громко и черство. Звучало, будто пальцем по воздушному шару. Неприятно, аж до дрожи. — Ла-адно? – она не успокоилась, а лишь более напряглась. Однако она отпила немного вина, крепко вцепившись рукой в бокал. — Начнем с Видаль, – начала Клокворк, прищурившись. Мариса на это лишь подняла брови, но продолжала улыбаться. — Что у вас в комнате было с Утопленником? – вопрос решила задать брюнетка. Она ожидала чего-то более горячного, а не... — Ничего важного. Вас это не касается. — Будь добра ответить, Мариса. — Вас это не касается, – словно пластинка заладила призрачная, улыбаясь. Ее вид приобретал пугающий оттенок. — Скажи честно, вы трахаетесь? – задала не самый тактичный вопрос Оулетт. — А ты на часы от Роджерса сексом заработала? – хихинув, спросила Мариса, явно понимая, к чему клонит шатенка. — Чего... Марис... – почему-то на это среагировала Ева. А девушка с циферблотом лишь оскалилась. Джейн неловко покрутила в руках бокал, создавая в вине небольшую воронку. — Слушай, Фелатенко. Мы откопали кое-где кое-что о тебе и... Ева ведь не твое настоящее имя, верно? – Джейн сняла маску и отложила ее в сторону, холодно смотря на девушку напротив. — А вот это уже точно не то, что вас должно волновать, дорогие мои, – кудрявая криво улыбнулась и сжала бокал сильнее. — А вот мне кажется, что нас ебет, Лу-уз, – с омерзением протянула Натали, широко улыбаясь. Она выглядела окончательно свихнувшейся. — Завали свое ебало, Оулетт... – та посмотрела на нее с тенью на лице, а губа слегка дрожала. — Неужто на больное надавила? А-а-а? – часовница широко улыбнулась. "Я не помню , правда ли я когда-то была Луз... Так странно... Будто память отшибло..." задумалась на секунду Ева и посмотрела на пол.

***

—Убирайся, Луз! – в слезах умоляла брюнетка, держа в руках окровавленный труп другой девушки. — Чего... Это... Это не я... Это правда не я! Послушай, ***! Я не знаю, что на меня нашло...! Я не могла... – повторяла все одно и то же шатенка, держа в дрожащих руках нож. По нему редко капала алая жидкость, создавая лужу. "Вот бы утонуть в ней..." Луз увидела в ней свое отражение. А от упавшей капли появились мелкие круги, расходящиеся по всей кровавой поверхности. — Прочь с глаз моих, Луз! Я никогда не прощу тебя! Убирайся, пока не приехала полиция! — Но... Я... — Съебывай отсюда нахуй, Луз! Ты меня слышишь?! Просто уходи, как можно скорее! Надеюсь... Тебя от ведут в хорошую камеру... — Нет, ***. Я не сяду в тюрьму,– туманно прошептала девушка и хихикнула. Она не контролировала себя... Это была уже не она. Кто-то другой в ее теле... Секунда и она накидывается на подругу. Последний, истошный и такой одинокий крик – окончательное завершение жизни ее бывшей подруги... — Луз!

***

— Вы отдохнуть с нами хотели или допрос устроить? – отчужденно спросила Мариса, зная ответ на свой вопрос. — Я хотела релакса с вами, девчат, вы сами все испортили, – загоготала Клокворк, как припадочная. — Испортили... Мы? Мы испортили? – Как-то странно повторила Луз, щурясь. Затем она сама захохотала, но в разы громче, чем Натали, – Госпо-оди, ну ты и смешная , Оулетт... Ты будто в рай решила попасть, я уже перепугалась. Мы испортили... А может вы и вовсе не пытались вести себя нормально с нами? Отдохнуть? Капашить наше прошлое считается для тебя отдыхом? Ты даже не удосужилась напоить нас для большей информации, дорогуша. Как глупо... Пф-ф, – выпалила Фелатенко, положив ладонь на лицо, прикрывая таким образом половину. — Как ты вообще смеешь так со мной пиздеть, Фелатенко?! – рявкнула Клокворк, резко встав из-за стола. Она смотрела на Луз со звериной злобой, а изо рта словно шел пар. — Тише-тише, авось правда заколебала твое эго? Ты всех ненавидишь, мы всех ненавидим и этим повязаны. Но каждому слепому все не видно по разному, – Видаль перевела взгляд на подругу,а затем на стоящую,— Мы все еще помним какова реальность. Нам есть что сказать, есть что доказывать. — Идит...! – очередной крик шатенки был прерван резким толчком в дверь. В двери оказался Маски и Донатес. Тим держал его за шкирку и был явно зол. — Вы обе. За мной. Быстро, – раздельно бросил Райт в приказном тоне и скрылся за дверью. — Отпусти меня, единец! , – завопил мираж, извиваясь ,как змея в руках мужчины. — Пока-пока, девчатки! – помахала им на последок кудрявая и вышла, прихватив бокал вина. — Вскую это все было? Дващи думайте , прежде чем молвить, – Мариса последовала примеру подруги и покинула комнату девушек, оставив их наедине. Неловкая тишина, тиканье часов и тяжелые вздохи Натали – единственное, что оставили после себя ушедшие. — Блять, не знаю, что на меня нашло...– стыдливо прошептала Клокворк и села на кровать, схватившись за голову. — Все в порядке. Бывает. Просто потом извинись перед ними, – Джейн похлопала ее по спине, слегка улыбнувшись, — Давай отдохнем? —Давай, ты права...Прости, что так вышло... — А мне-то что? Не на меня же накинулась. Перед ними извинись. — Завтра тогда уже. — Дело твое.