Эльфийская песнь

      Едва влетев в дом, Гермиона была снесена той самой девушкой, да так, что Гарри утратил фокус чар, поторопившись их отменить. Падающее тело подхватила миссис Грейнджер, ощутив, что юноша практически обнажен. Прикосновение рук к культям было неожиданно настолько болезненным, что перед глазами юноши на мгновение стало темно. А девушка обнимала Гермиону, прижимая к себе, и визжала.       — Сестреночка! Родная! Я верила, что ты есть! Я знала! Ты мне снилась! Родная моя! Сестреночка! — плача, выкрикивала она, прижимая Гермиону к себе так, что та уже почти хрипела.       — Елена, успокойся! — прикрикнул на девушку мистер Грейнджер. — Положи сестру на диван и принеси что-нибудь из одежды.       — Я верила, папа! Видишь, она есть! А вы меня! Лечили! А она есть! — названная Еленой девушка была уже почти в истерике, тем не менее аккуратно уложив свою сильно не причесанную сестру на диван. Юбка чуть задралась, обнажая низ живота, и визг затих, будто обрезанный. — Это… это как? — пораженно проговорила сестра Гермионы. — Папа, это что?!       — Это плохо, — заметил мужчина. — Эмма, положи юношу на диван, ему должно быть сейчас очень больно.       — Ничего, — сдавленно прохрипел Гарри. — Я привык, — но будучи уложенным на диван, облегченно выдохнул — боль стала приемлемой.       — Самое главное не пострадало, — хмыкнул мистер Грейнджер, осторожно рассматривая культи, представлявшие собой остатки явно сожженных ног. — А остальным мы сейчас займемся. Эмма, неси противоожоговый, — спокойно попросил он. Елена умчалась куда-то наверх, сопровождаемая комментарием мамы на тему того, что нужно что-то свободное.       Последующие полчаса Марк при помощи супруги обрабатывал ноги, от которых осталось совсем немного, удивляясь тому, что неведомый огонь сжег только лобковую растительность, не тронув половые органы обоих подростков, а Гермиона в это время только молчаливо плакала, будучи сильно смущенной от такого обнажения. Гарри же относился к происходящему с философским спокойствием — к госпиталям он тоже привык.       — У меня родились близнецы, — вдруг заговорила Эмма. — Но отдали мне только Елену, сказав, что Гермиона умерла. Почему-то мы не стали это проверять. Я не знаю, почему. Когда Елене исполнилось девять, она начала видеть тебя, Миона, во сне. Дочка верила, что ты где-то есть, даже разговаривала с тобой, и мы…       — Вы подумали, что у нее галлюцинации, — Гермиона отлично знала своих родителей, пусть даже здесь они были немного другими. — И отдали психиатрам…       — Да, — кивнул мистер Грейнджер, заканчивавший перевязывать культи. — Не больше суток, — сделал он вывод, вздохнув. — Как только выжили…       — Из клиники Елена вернулась тихой и какой-то забитой, — продолжила свой рассказ миссис Грейнджер. — Очень боялась сделать что-нибудь не так, но если делала, начинала требовать… наказания… Хотя страшнее клиники для нее ничего нет, — всхлипнула Эмма. — Это наша ошибка, и я не знаю, сможет ли доченька нас когда-нибудь простить…       — Я простила давно уже, — Елена подошла неслышно, хотя Гарри увидел ужас, полыхнувший в глазах девушки, когда ее мать заговорила о клинике. Сделав себе отметку разобраться с этим позже, Гарри кивнул. Гермиону переодели, сняв с нее лоскутки предыдущего облачения. С юношей было сложнее, поэтому ему просто соорудили тогу из простыни. — Сестреночка, любимая моя, — снова заплакала девушка, прижимая к себе так же плачущую сестру.       — Мы чуть-чуть отдохнем и попробуем найти, что случилось, если позволите, — юноше очень не понравилось то, что он услышал.       — Сейчас вы поедите, потом поспите, — безапелляционно заявил Марк Грейнджер. — Потом будем разбираться, в основном, как вы умудрились выжить. Ваши ноги именно сожжены, судя по всему, хотели сжечь и руки, но что-то помешало.       — Умерли мы, и тварям неинтересно стало, — объяснил Гарри. — Но нас вернули обратно, так получилось. Мы поймем, если вы…       — После того, что я видела, я уже во все поверю, — призналась миссис Грейнджер. — Разумеется, вы останетесь с нами, ведь идти вам некуда, — это не было вопросом. Женщина сердцем чувствовала, что никого больше у этих двоих просто нет, не зря же они появились именно во дворе Грейнджеров.

***

      Руки Гермионы, не расцеплявшейся с новообретенной сестрой, дрожали так, что вилку она взять не смогла. Гарри улыбнулся, занявшись кормлением возлюбленной, и сам не заметил, как принялся кормить обеих — и Елену, и сидевшую у нее на руках Гермиону. Родители девочек немного ошарашенно наблюдали, с какой нежностью и лаской кормит их детей этот юноша. Выдавая в каждом движении богатый опыт, явно привычно шутя, заставляя тем самым сестер, ставших в этот момент будто значительно младше, улыбаться и послушно жевать, Гарри немного грустно улыбался. Но вот если Елена замирала каждый раз, когда вилка достигала ее рта, то Гермиона демонстрировала абсолютное, просто невозможное доверие, от которого миссис Грейнджер хотелось плакать. Докормив девушек, Гарри принялся за еду сам, попутно начав рассказывать. Историю этой жизни он, благодаря Смерти, знал, потому начал с нее.       Рассказывая о безрадостном детстве Гермионы и о своем, ставшем кошмаром благодаря одной полусумасшедшей бабке, Гарри вел повествование спокойно, не торопясь. Вскоре Гермиона с Еленой уже горько плакали, а Эмма всхлипывала, представляя себе ад, через который прошла ее дочь. А Марк только сжимал кулаки, понимая все недосказанное юношей, желая уничтожить всех тех, кто сотворил такое с детьми.       — Пусть… пусть у меня нет ног, — проговорила сквозь слезы Гермиона. — Но зато у меня есть мама, папа, сестренка и Гарри, — и вот в этот момент миссис Грейнджер зарыдала.       — Мы что-нибудь придумаем, родная, — произнес Гарри, погладив девушку рукой по голове, и Гермиона, совершенно не осознавая своего движения, потянулась за этой лаской, что продемонстрировало взрослым очень многое.       — Придумывать мы будем вместе, — решил Марк, потянувшись к телефону. Когда-то очень давно он служил военным медиком в очень хитром подразделении, и вот теперь пришла пора использовать старые контакты. — Надо вас устроить отдыхать, судя по всему, всех троих, ибо, насколько я знаю Елену…       — Да, папочка, — кивнула названная девушка, совершенно не желавшая отпускать сестру.       Всех троих расположили в родительской спальне, ибо двуспальная кровать была только там, а на узкой подростковой Елены все вместе точно не уместились бы. Гермиона оказалась в центре — обнимаемая Гарри с одной стороны и своей сестрой — с другой. А мистер Грейнджер уехал на встречу с однополчанами. Проблема была серьезной. Хотя сквиб семьи Дагворт-Грейнджер о магическом мире, разумеется, знал, но вот такие действия по отношению к своей семье воспринимал исключительно как враждебные.

***

      — Значит, говоришь, украли дочь-близнеца и отдали сектантам, которые ее чуть не спалили на костре? — пожилой полковник задумчиво смотрел на старого друга.       — Для официальной версии так себе, конечно, но если рассказать правду, то получим ворох проблем, — ответил ему Марк Грейнджер.       — Расскажи, как есть, подумаем над легендой, — попросил майор, работавший в контрразведке.       — Хорошо, — кивнул Марк, считая, что друзья имеют право знать. — Только предупреждаю, я не сумасшедший.       — Интересное начало, учитывая, что врач среди нас ты, — хмыкнул господин полковник, — ну, не тяни.       — Есть такой мир, существующий параллельно, называется «Мир Магии», у Королевы с ними договор… — мистер Грейнджер начал рассказывать действительную историю двоих детей, чье детство было втоптано в грязь, неясно ради чего. Собравшиеся офицеры внимательно слушали боевого товарища, понимая, что для сказки история получается мрачноватой.       — Значит двоих детей, у которых есть только они двое, да ты с семьей, пытали, сжигая конечности, при этом они неизвестным способом притянулись, по-видимому, к Елене, потому что близнецы, — задумчиво проговорил контрразведчик. — У нас есть тяжело травмированные, никому не доверяющие подростки, считающиеся мертвыми в том мире, что уже хорошо. Погоди-ка…       Офицер прошел к телефону, приказав начать немедленную проверку указанного приюта по линии контрразведки, причем обосновал это так, что на том конце у дежурного волосы встали дыбом. Вернувшийся контрразведчик насвистывал какой-то марш, привлекая внимание своих друзей.       — К вечеру узнаем, — произнес он, задумчиво посмотрев в окно. — А пока предлагаю так… Детей в нашу больницу на обследование, доктора у нас под подпиской, так что вопросов не будет. Если с ними все хорошо, пусть посидят дома, расслабятся, придут в себя хоть немного, а дальше посмотрим. Все согласны?       — Согласны, — кивнули другие офицеры, считая, что это действительно лучший выход.       К вечеру контрразведка Великобритании установила исчезновение документов о детях, воспитывавшихся в приюте. При этом архивы соответствующих министерств документы содержали, а вот в конкретном приюте данных об этих троих детях не было. Эта информация позволила начать уже более серьезное расследование, не задевавшее пока интересов тех, кто покрывал действия Министерства Магии.