Хэллоуин на пляже

Скорей бы Хэллоуин… Хоть совсем рядом шуршали волны тёплого летнего моря, а прямо над головой пели свои печальные песни чайки, Алиса с улыбкой представала волшебство октября, золото его листьев, марафон фильмов ужасов вместе с лучшей подругой. Как же приятно мечтать, лёжа с закрытыми глазами и греясь на солнышке! И с удовольствием осознавать, что подготовка к веселью идёт полным ходом. Если заранее начать, то потом и волноваться не придётся. Рядом аккуратно лежала сумка, её гордость. Натуральная ткань щеголяла надписью «Ты тыковка для моих специй» и изображением очаровательной тыквы. Кто бы мог подумать, что это сокровище найдётся на рынке в курортном городке? А солнце тем временем набирало силу. Словно колдунья, пробудившаяся от древнего сна и коснувшаяся питающего её магией кристалла, оно всё старательней раскаляло воздух. И Алисе становилось совсем тепло. А когда так жарко, что даже тяжеловато дышать, её всегда склоняло ко сну. Зачем сопротивляться желаниям своего тела? Так и решила, и легла поудобнее, и расслабилась. И словно весь мир остановился. Наконец смолкли голоса соседей по пляжу, полчаса споривших о какой-то мелочи, над головой теперь бесшумно плыли облака, а не делили добычу чайки — всё, чтобы девочка-студентка наконец отдохнула после защиты диплома и изматывающей учёбы. Ох, какая долгожданная тишина. Всё бы хорошо, отдыхать да отдыхать бы, но неподалёку тихие звуки прогрызли ткань молчания и, подобно демонам, вырвались наружу. К неудовольствию Алисы, она смогла разобрать похрюкивание, треск горящих дров и даже гусиный гогот. Вероятно, какой-то невоспитанный человек включил аудиозапись звуков деревни и наслаждается себе, совершенно не заботясь о комфорте других отдыхающих. Назвав его про себя нехорошим словом, Алиса снова вернулась к дремоте. Ба-ба-а-ах! Грохот, жуткий грохот. Такой бы и мёртвого бы выгнал из могилы — неудивительно, что и Алиса очнулась от сна. Что это было? Явно упало что-то тяжёлое (но откуда оно взялось на пляже?). Ох… Первые два вдоха Алиса была почти уверена, что всё ещё спит. Эта… ненормальность не может быть явью. А затем её нос учуял аромат дыма, запах сена, и пришлось поверить глазам. Поверить, что прямо на пляже разведены костры, что, бредя по колено в воде, мужчина в длинных бордовых одеждах ведёт за собой корову, будто выводит из моря на берег. Что за глупости? Более того — чем больше обнаруживалось странностей, тем сильнее начинала болеть голова — тот мужчина оказался не единственным владельцем скота. Незнакомые люди подводили животных к кострам, обходили вокруг, переговариваясь на незнакомом языке. Сильно прислушавшись, смогла разобрать пару английских слов. И (словно мало ей странностей) их лица блестели, покрытые чем-то красным. Вишенкой на торте бреда стала воцарившаяся кругом глухая ночь (но сейчас день!). И никого из отдыхающих. Все исчезли. Потрясённая, Алиса безвольно смотрела, как искры пламени пожирали темноту. Это всё похоже на ненормальный Хэллоуин. Взгляд на вымазанные кровью лица — это примитивные маски. Не Хэллоуин. Это Самайн. Предок Хэллоуина, кельтский праздник, наступление тёмной части года. «Что происходит? Как я сюда попала?». Попыталась крикнуть, но вопросы утонули в страхе и растерянности. Вдруг они опасны, вдруг заметят её, вдруг нападут, и тогда… — Девушка? Крик наконец прорвался наружу, когда она ощутила потряхивание за плечо. Непонимающим взглядом уставилась на стоящего позади парня: на нём обычные шорты, а не льняные одежды, он щурится от солнца и говорит по-русски. Как будто всё нормально. — Э-э-э, простите, что испугал. Пляж закрывается, вот. Мы с ребятами убираем лежаки. «Убираем лежаки». Алиса быстро оглянулась, как загнанный в угол зверёк: хоть пляж и несколько опустел, но на нём всё ещё оставались люди в купальниках, неспешно собирающиеся домой. Никаких костров. Никакого скота. Не осталось ни пепелищ, ни следов копыт и чудной обуви. Ей привиделось? — Да, конечно, — устало пробормотала и освободила шезлонг. — Агась, спасибо. Не потеряйся, красавица! Парень подмигнул, и Алиса заметила на его симпатичном лице не смытую до конца красную полосу. Ей точно пора домой.