(не) будьте двоечниками!

Двое парней сидели в пустом классе, до этого у них был 7 урок, и они умотались. У одного скоро будет пересдача, а другой остался помочь учителю. Тот у кого пересдача — двоечник, а тот который остался что бы помочь учителю отличник. —Эй, Арс, дай списать по-братски пока училки нет, пж! — Антон слишком радостно просил списать у отличника, что тот посмотрел на него, и просто разочаровонно помотал головой, и стал снова зависать в телефоне, видимо спрашивать учительницу где она. После 10 минут нудения в ухо отличнику, он не выдержал, и выкрикнул очень неожиданную для него фразу, может быть которую даже Шастун не сказал бы: —Отсоси, тогда дам списать! — Сам отличник даже не ожидал того, что он выкрикнет это. После 3-ёх минутного молчания, двоечник покраснел, опустив взгляд в ноги ответил: —Отсосу. — Отличник не расслышав ответа, спросил что он сказал, и двоечник крикнул тому в лицо: —А ВОТ ВОЗЬМУ И ОТСО– Отличник заткнул того рукой, которую Антон обслюнявил, и Попов оторвал ее от его рта. —Не здесь! Пошли в туалет… — Сказал смущённо Арсений. —Тогда быстрей вставай, и пошли отсосу, и дашь списать, уже через 20 минут урок. Быстрей! — Шастун тупо потянул его за руку, вталкивая в коридор, а после так же всталкивая в туалет. —Растегивай сам! Я не собираюсь тебе… Снимать штаны! — Двоечник отвернулся, сильно покраснев. Прошло 2 минуты, и Арсений, наконец-то снял штаны, из его трусов уже выпирал полустоячий член. Иногда он подрагивал. —Блять, да ты ёбнулся.Это какой размер?! Да иди ты нахуй! Я это в рот не возьму! —Возьмешь, если хочешь что бы я дал списать! Мимо мужского туалета проходила учитель которая должна была вести у мальчиков. Услышав знакомый голос, она была возмущена, от того, почему один не на пересдачи, а другой не помогает ей. Она хотела было постучаться, но резко услышала голос Попова. —Встань, и просто отсоси Шастун! Либо уходи! —Да стой уже. Блять, раздвинь ноги! Оксана (Учительница математики) стала увлечённо слушать продолжение. Антон сел посередь ног отличника, и стал смотреть на его трусы. —Гипнотизировать собрался мой член? Соси уже! — Резко и храбро отозвался отличник. Он резко понял, что он здесь доминирует над Антоном. —Завались, Попов. Блин. Допустим. — Шастун прожил руки на ноги Арсения, и тихонько облизнул головку, взяв в рот ее. Так как Арсению ни когда не сосали, он испытывал просто огромное удовольствия. Он пытался притянуть Антона больше и глубже, но понимал что спугнёт. По-этому ждал, когда Антон привыкнет. А Антон пытался из-за всех сил убрать зубы, проводить языком круговороты во круг члена. Да, сосать трудно, и он понимал, что когда в песнях Моргенштерна пелось «Сосать это талант», он понимал всю глубокость и смысл этой фразы. Но буквально через 4-6 минут, Антон привык и стал больше насаживаться на головку, а дальше и до середины члена, конечно же он внушал что ему противно, но член в штанах давал о себе знать. Но резко поперхнувшись Шастун отдёрнул голову и закашлялся. —Блять, да не могу я! Ты изверг, Арс! — Антон возмущался, пока его снова не насадили на член, у длинопалого даже из глаз слёзы хлынули. —Окуфу! — Шипя проговорил Антон, держа в рту разгоряченную плоть парня. Да, Антону абсолютно это не нравилось. Но ведь говорят, если что-то долго отрицают, оно начинает нравится, не так ли? Уже буквально через 10 минуты, Антон стал активно и даже с большим наслаждением чем сам Арсений насаживаться на член ртом. Он убирал зубы, активничал языком, и даже пытался сделать вакуум из рта. Но он пока не так сильно профи в этом. И он не мог отрицать, что любая бы девушка принесла Арсению большее бы удовольствие, и это могло бы быть быстрей, но увы и ах, он не миловидная девица с третьим размером из 11 «Д». Оксана стояла уже в предвкушении, и хотела увидеть больше чем надо, стала смотреть в дверной проём, но как жаль, через него мало что можно увидеть. Он был почти весь спрятан за чье-то майкой. Антон уже в кураже сосал член, при этом работаю языком. Ослабив ремень, Антон довольно стал трогать себя через ткань обтягивающих джинс. О да, Арсений кончил точно в рот бедному Шасту. Тот ели успевал глотать, но всё же справился. —Блять, Арс, ты идиот! Ещё раз я попрошу тебя списывать, тьфу на тебя! — Антон встал, и уже наклонился за тем, что бы снять майку с двери, Арс протянул его к себе. —Никуда ты не пойдёшь, пока мой член не окажется в тебе. — Попов подхватил Шастуна за бедра и впился поцелуем в губы. Они были пухлыми и почему-то красными. Это выглядело эстетично, хотя на деле очень жгло и пульсировало, а Антон вроде бы не мазохист. Попов оглаживал ягодицы Шастуна, и надеялся что он будет как клише школьница из романов которые он читал, и она будет сразу подготовлена, и не будет крови. Только вот, еще раз, Антон не девушка, и тем более не из романов. И когда Арсений подумал что Антон успокоился, на самом деле Антон пищал внутри себя, и хотел вырваться, но был будто бы обездвижен. Он мог лишь бултыхаться в руках насильника. После того, как Шастун уже всё, полностью расслабился и отдался, Арсений подвел два пальца к рту, и тот собрав облизнул их пару раз, и Попов сразу же убрал пальцы от рта Антона, от чего тоненький мостик слюнки мгновенно порвался. Дальше, все прервалось в один миг, Оксана случайно упала, и в итоге дверь открылась. —А. а… Оксана Анатольевна! Какой стыд! — Антон сразу же затрепыхался и начал натягивать на себя футболку, и застегивая ширинку, выбегать из туалета. Ему было очень стыдно, и он уже плевал на всякие рефераты и тому подобное. —Эм. Так. Арсений. Надеюсь на Ваше благоразумие. Ты не рассказываешь директору, а я не рассказываю что тут произошел… инцидент между тобой и Шастуном. — перед фразой «произошел» и «инцидент» она сделала многозначительную паузу, подбирая слова. Арсений был тоже слегка смущен, но больше разочарован, что не мог подольше полапать своего длинноногого товарища. Хотя, Арсений все больше и больше думал о том, что после этого, он не то что не захочет видеть его, он в целом перестанет с ним пересекаться. Страшным было одно. Антон расскажет родителям. И пусть им есть по 17, возраст согласия, тыры–пыры, но мать Арсения — Татьяна, была бы явно не в восторге. Глубоко вздохнув, брюнет кивнул, и вставив руки в уже застёгнутые штаны, он потопал за майкой, которая висела на ручке двери. Через некоторое время, если быть точнее, две недели, Антон всё-таки изволил пересечься взглядами с Поповым, и был очень озадачен его взглядом. Печальным и поникшим. Шаст конечно же не испытывал чувства жалости, он все-таки получил свой реферат и пятерку под очень упрекающем взглядом Оксаны Анатольевны, ното последнее что его волновало. Но после уроков, он решил все же подойти к его насильнику и извиниться. Протянув руку и шоколадку Попову, Антон сильно засмущался и был готов возмутиться, когда Попов усмехнулся и долго не давал руку в ответ. Брюнет обнял Шастуна и слегка похлопал по спине. —Ты больше не будешь двоечником, Солнце.