Булочка и кондитер

Как и всегда, с началом учебного года количество посетителей значительно выросло. Студенты забегали купить завтрак или перекус, поэтому я сразу после открытия озаботился расширением ассортимента в сторону разнообразных сандвичей и несладких булочек. Но все же постарался сохранить упор на пирожные и торты. В первую неделю был буквально аншлаг, молодежь целыми академическими группами приходила праздновать окончание каникул или свой переход во взрослую жизнь, поэтому я старался тоже заезжать, помогал новенькой девочке разобраться с работой на кассе и заодно экспериментировал с задумкой пирожного с ванильным суфле и чем-то лимонным. Никак не мог выбрать, взять джем, сорбет, курд или вообще сделать лимонный корж. Алина отпросилась на пятнадцать минут, чтобы сбегать в аптеку, и мне пришлось встать на кассу. Я даже это немного проклял, ну так, пару раз — это я ведь сам стараюсь быть с персоналом помягче, ну хреново ей, как и каждый месяц, что я могу сделать. Сама она никогда причин не говорит и отмазывается головной болью, но я же, к сожалению, чую, почему она таблетки горстями ест. — Здравствуйте, — дежурно сказал я, отвлекаясь, чтобы помочь переставить высокую стопку подносов, за которую схватилась Катя, — тяжёлая же, блин, ну видишь, я рядом стою, чего надрываешься? — буркнул я, ну и отвернулся, не слушая уже благодарности. — Добрый день, а можно крем-брюле и картошку? — попросила клиентка, взволнованно теребя замочек кошелька, от этого звона хотелось дёрнуть ухом, но это тело не позволяло таких кульбитов. — И у вас есть какао? — Да, вам большую или маленькую порцию? — быстро натыкав на экране две позиции, я поднял взгляд и обомлел. Прелесть. Передо мной стояла невозможная прелесть. Невысокая, большеглазая, симпатичная девушка, наверное, студентка. Пахла вкусненько, чем-то ненавязчиво цветочным поверх теплого собственного запаха. Ах, зараза, плохой, плохой пёс! Кое-как отпустив заказ, я смотался в подсобку и прислонился к стеллажу. Такая миленькая! Как раз в моем вкусе, и рост, и фигурка, и личико! Выглядит довольно стеснительной и мягкой, как раз как я люблю. Но я же не хотел лезть к людям! Глубоко вздохнув, я решил, что сейчас же уеду. Ну нахер, не хватало ещё к юным дамам подкатывать, ей на вид-то лет восемнадцать, максимум. Едва дождавшись Алину, я постарался побыстрее уехать. И, чтобы как-то перетянуть мысли в рабочую сторону, поехал закупаться для кухни. И что? Правильно, унюхал нечаянно то, что не следовало. Некий запах, очень похожий на запах той милой девушки. Кексы с украшением из марципана. Да, действительно, ее запах немного похож на запах теплого классического бисквита, только менее сладкий, а цветочная нота духов как раз прибавила той самой сладости и миндальной нотки. Я вернулся в кондитерскую ближе к закрытию и не удержался — взялся замешивать тесто. Минимально сладкое, чтобы запах был максимально похож. Испёк небольшие кексы, налепил из марципана с зелёным красителем листочков, прикрепил к кексам, а сверху украсил пионами из градиентного бело-розового крема. Ну вот было у меня настроение на розовый крем, редкость, конечно. Обнюхав результат, я остался доволен — запах очень похож. Ещё чуть теплое тесто, миндаль, сладость — прекрасно. Убрав стихийное изделие в холодильник, я добавил в кассу новую позицию и поехал домой — грустить. Потому что только работа могла меня отвлечь от мыслей о том, какой симпатичной и милой была та девушка. И, чтобы немного расслабиться, я испёк трехкилограммовый "наполеон", который ненавижу из-за лишней возни, и сам же его съел под фильм. Она зачастила. Нет, не так — она заходила почти каждый будний день. Чаще всего, ближе к вечеру, явно после занятий. Иногда с ноутбуком делала какие-то задания, но обычно просто читала. Всегда брала какао и крем-брюле, а второе пирожное постоянно менялось, будто она просто пробовала весь ассортимент. Я стремительно уплывал. Самым простым решением было не приезжать в то время, когда она обычно приходила. За месяц я даже запомнил, в какой день недели до какого времени у нее пары. Но ноги сами несли меня в кондитерскую, приходилось придумывать предлоги для персонала. В конце концов, я был вынужден сдаться и признать поражение — она мне нравится. Я заинтересован. Не хватало ещё только влюбиться или, того хуже, начать считать ее парой. Я притащил туда ноут и делал в зале те дела, которые обычно оставлял для дома. Маялся с таблицами, отчётностью и закупками, но зато хоть в компании вкусной выпечки. И не мог перестать поглядывать на девушку. Надо подкатить. Мысль была четкой и вызывала некий стыд. А если у нее есть парень? Наверняка есть, такая симпатичная и сочная, ну кто устоит? Или я ей не понравлюсь? И мне, вообще-то, шестьдесят лет, пусть и выгляжу я куда моложе, все равно — на тридцать. Она не испугается? Вдруг решит, что я подозрительный тип? Может, испечь для нее торт? Я со школьных времен не испытывал таких метаний, мне казалось, что я умею обращаться с женщинами, но... Она ведь такая юная, такая милая, а если пошлет меня и больше не будет приходить? Может, лучше просто любоваться на нее со стороны и не трогать? Не зная, с чего начать и куда себя деть, я начал с того, что сделал манговый и персиковый крем-брюле. Мне просто хотелось знать, что она выберет. Алина тоже уже ее запомнила, сразу предложила попробовать новые вкусы, но девушка вежливо отказалась и взяла классический, а ещё кусок "Праги". Так-так... Я вижу возможность. — Добрый день, — подвинув немного кассира, я постарался дружелюбно улыбнуться, — вы у нас часто бываете, не желаете завести карту постоянного клиента? — Ой, а можно? — совершенно очаровательно смутилась она. — Я не знала, что у вас такие есть. — Я тоже, — шепотом хмыкнула у меня за спиной Алина. Я записал номер девушки и ее имя. Теперь я знаю её имя! Анастасия. Настя. Милая булочка. Она забрала заказ и ушла, а я остался глупо улыбаться ей вслед. — Ой-ой, никуда не годится! — заливисто рассмеялась Катя, замахала на меня рукой. — Вы что, сталкер? — А ну-ка ша! — я погрозил пальцем, чтобы не вопила на всю улицу, услышит ещё кто. — Карты я сделаю, будет... — почесав затылок, я прикинул. Куда мне тут ещё скидки? С другой стороны, она одна... — Десять процентов. — И кому их раздавать? — Алина вернулась на свое место и вырвала из блокнота листок с именем и номером, отдала мне. Да надо ли кому-то их раздавать? Студенты и так ходят, друзья и знакомые и так заказывают торты на праздники, разве что... — Вам выдам и ей, больше не будет, — вздохнув, я ушел гуглить, где можно их заказать и кто внесёт мне это в кассу. А вечером долго сидел в компании ликера и этой несчастной бумажки. Ее номер. И что я скажу? Что я реально сталкер? Что я с ума по ней схожу? Что перебрал уже кучу порно и не смог найти похожую актрису? Ну вот что делать? Почему так страшно? Если бы она была постарше или не такой стеснительной, я бы сразу написал или даже позвонил, а вот Анастасию это и спугнуть может. Что я буду делать, если она больше вообще не придет? Наверное, не стоит вообще больше к ней лезть, ну правда. Только надо морально подготовиться к тому, что из-за моей слабохарактерности и нерешительности она может однажды прийти с парнем. Не знаю, не знаю, не знаю, что делать! Алина передала Анастасии готовую карту, и ничего не изменилось. Какао, крем-брюле и ещё какой-нибудь десерт. Я стал готовить крем-брюле сам, когда выдавалась минутка, чтобы хоть немного... Ну не знаю, приблизиться к ней, что ли. Рука не поднималась позвонить, язык не поворачивался хоть пару слов сказать, кроме чего-то дежурного. Чувствовал себя придурком и мальчишкой, но сделать с этим ничего не мог. — Вам как обычно? — я был в подсобке, но навострил уши, потому что "как обычно" у нас тут немного людей берет. — Да, пожалуйста, — дружелюбно ответила Анастасия, я невольно расплылся в дурацкой улыбке, — и медовика кусочек. — Знаете, мы должны вам кое-что сказать, — подключилась Катя, и я не совсем понял, что это за фривольные беседы с клиентом, — наш босс по вам сохнет уже второй месяц, — чего-о?! — просто подойти не решается, вы уж с ним помягче, пожалуйста. Вцепившись в стеллаж, я приложился о него лбом. Чего творят! Уволю обеих нахрен! С ума сошли вообще! Но так что она ответит? Я, вроде, ничего так, женщинам нравлюсь, готовлю вкусно, при деньгах — отличный вариант, да? Ну подумаешь, в полнолуние чуть странноватым становлюсь, кого это волнует, да? Ну же, ну же, ну же! — И... Извините, это не смешно, — слегка дрожащим голосом тихо ответила Анастасия. Заскрипел металлический уголок, неудачно подвернувшийся мне под руку. В смысле? Что значит "не смешно"? Я для нее какая-то шутка? Мои чувства — шутка? Ещё и несмешная? Что это за ответ такой? Какая нахрен шутка? Я же... Нет, я не понимаю! Опустившись на ящик, я подпёр голову рукой. Не судьба, видимо. Может, и хорошо, что не подошёл, услышал бы такое в лицо — вообще бы охренел. Но что значит "не смешно"? — Вот так и выглядит мужчина с разбитым сердцем, — вздохнула Алина, заглянув только на пару секунд, чтобы отдать мне латте с сиропом. Можно подумать, мне легче станет от кофе! Меня так резко опрокинули, играючи, блин, так ещё и не ясно, почему! Октябрь всегда был для меня несчастливым месяцем. Напьюсь вечером, сука... На следующий день Анастасия собиралась зайти, заметила, что я торчу за прилавком, и просто ушла. А как же крем-брюле? И какао? И... А как же я? Зачем так жестоко? Алина сочувственно похлопала меня по плечу, а я только отмахнулся и ушел на кухню, чтобы не распугивать клиентов своей кислой мордой. Знал же, что нельзя говорить! Чуял, что хреново это кончится! Волк тихо поскуливал, но особо не лез, понимал, что я расстроен. Ну почему так? Я что, урод какой, чтобы даже шанса мне не дать? Может, дело в том, что я старше? Или у нее уже кто-то есть? Как так вообще могло случиться? И зачем девчонки полезли, только все испортили! Чтобы хоть как-то избавиться от разочарования и горечи, я занялся готовкой. Напек булочек, наделал орешков со сгущенкой, шоколадных шариков со сливочным кремом, поизгалялся с украшением кексов разноцветными розочками, желейных пирожных с цветами намутил, а потом и вовсе "грушовый сад" здоровенный сделал. Задолбался, устал, так ещё и взмок весь, вытяжка, похоже, собиралась попрощаться с этим бренным миром. И казалось, что все не так, все не то, получается ужасно, хотелось запустить всем этим в стену и потоптаться потом. Ну почему так? Почему такая формулировка? Почему не сказала, что у нее уже кто-то есть или, не знаю, что-нибудь ещё! Почему надо было сказать именно так? Чувствую себя теперь абсолютным говном, никому не нужным и вообще мерзким. Опять напиться, что ли? Я старался уходить из зала, когда Анастасия должна была прийти, так что она больше не убегала. Мои пирожные нравились ей больше, чем я сам, куда больше, и от этого было и радостно, и горько. Вот же дурак, ну зачем вообще надо было на нее заглядываться? Хорошо всё-таки, что не поперся лично подкатывать, может, интуиция уберегла. Был бы невозможный позор. После Хэллоуина, что очевидно, осталось много всего с тыквенной тематикой, пришлось сделать скидку. Может, дело в том, что у меня не было полета фантазии в этом году, я отнёсся к празднику очень формально и вообще практически забил на него. Хотелось ныть и скулить — и больше ничего. — Тимур, вы тут? — окликнула меня Алина, заглянула в подсобку, где я лениво перекладывал пакеты, просматривая сроки годности. — Есть минутка? — Да, а что такое? — я встал и отряхнул руки от мучной пыли. Вроде бы, ничего привезти не должны были, чего вдруг они меня ищут? Помочь что-то с верхней полки достать? — Мисс Анастасия хотела с вами поговорить, — хитро прищурилась девушка. Что? Ана... Настя? Со мной? — попросила вас позвать, вот такие дела. Она что-то решила мне сказать? Вряд ли неприятное, может, решила?.. Так, не загадываем, не загадываем, хвостом раньше времени не виляем! Тщательно отряхнувшись и пригладив волосы, я поторопился в зал. Она сидела за своим любимым столиком в уголке, но взяла почему-то только какао, даже крем-брюле не было. Она что, решила мне объявить, что больше не придет? Бросает меня? Ну, не то чтобы между нами что-то вообще было, но... — Добрый день, — я взял себя в руки и поздоровался спокойно, сел напротив, — меня зовут Тимур, приятно познакомиться. — Настя, — смущённо и бегло улыбнулась девушка, теребя в пальцах ложечку, — я, эм... Простите, наверное, отвлекаю... Нет, ну все, напролом! Теперь уже без вариантов, сейчас должно все решиться. Вообще не понимаю, чего так нервничаю, я всегда был довольно уверенным с женщинами, вот и с ней тоже надо! Мы ведь разговариваем! — Обычно я не провожу здесь так много времени, но начал приезжать, когда вы зачастили, — максимально прямо признался я, опираясь локтями на столешницу и немного ближе наклоняясь. Так лучше чувствуется ее запах, не перебивается запахами какао, кофе, сладкого от соседних столиков. Если она хотела со мной поговорить, значит, она тоже заинтересована, верно? Надо не упустить момент, это и есть мой шанс. — Но почему? — с некоторой дрожью в голосе спросила Настя, подняла было на меня взгляд и снова уткнулась в чашку. — Я что, правда... Правда... — Очень сильно, — почти шепотом перебил я, наклоняясь ещё ближе. Она все же посмотрела на меня, едва не плача, и я решительно не понимал, почему. Ей неприятно мое общество? Почему так? — ты правда мне очень нравишься, — вздрогнув, девушка сглотнула. Ну что, что не так? Со мной что-то не то? Но теперь уже я не собираюсь отступать, — может, сходим куда-нибудь вечером? — Я... Я просто не думала, что это возможно, — практически прошептала Настя, прикусила губу, — что я могу кому-то нравиться. Я думала, это такая шутка... Что же, похоже, кто-то ее переубедил. И большое ему спасибо, по гроб буду обязан. — Невозможно, чтобы не нравилась, — я аккуратно коснулся ее пальцев, тепленьких таких. Мы договорились о встрече в семь часов, и я оставил ее переваривать случившееся. Отмахнулся от довольных девчонок с их "ну как прошло" и поехал домой. Забронировал столик, поискал, где можно интересно погулять, побрился ещё раз, чтобы щетина точно не кололась, тщательно отгладил шмотки. Теперь уж я свое не упущу, раз она подпустила меня поближе. Не знаю, какие планы у нее, а у меня в планах в скором времени, чтобы каждое утро на завтрак можно было съесть теплую, сладкую и мягкую булочку.