Мальчики и скейтеры

— Блядская хуита! — раздалось в квартире Поповых. Проснуться без будильника в нужное время казалось невозможным. Таким и оказалось. по настенным часам Арсений понял, что проспал первый урок и чутка опаздывает на второй. Так быстро брюнет не собирался даже когда, опаздывал на первое свидание (там все равно ничего не получилось, так что не суть). В ход пошла первая попавшаяся одежда: синие джинсы, футболка в зелено-белую полоску и разноцветные носки. Портфель был собран с вечера, полезная привычка однако. Пока Арсений обувался, заметил свое отражение в зеркале: заспанный и с гнездом на голове. — Прекрасно. Парень попытался руками пригладить непослушные волосы и получалось у него, мягко говоря, не очень. В итоге плюнув на это дело и понадеявшись, что в портфеле окажется расческа, Арсений вылетел из квартиры, почти забывая ее закрыть. Бежал он со скоростью света не потому что опаздывал на урок географии с Пуделем, а потому что все одноклассники уже на месте и точно нашли его телефон. Мысль об этом отдавала липким чувством страха в груди. Меньше всего Арсений хотел увидеть свой телефон в руках этих чудовищ, в смартфоне не было никаких планов по захвату планеты и точно не было компроматов на него, но тот факт, что его личная и любимая вещь у кого-то другого усиливала панику. Положенные десять минут пути Арсений преодолен за две (спасибо длинным ногам). В кабинет он ворвался в аккурат по звонку, где на него смотрели абсолютно все. И не то чтобы Арсению не нравилось чужое внимание, его-то он обожал, но точно не сейчас. Где-то в конце класса послышался смешок и брюнет увидел там Антона с его, Арсения, телефоном. Благо, что заблокированным, подумал парень и направился точно к Шастуну. — Отдай, — он протянул руку к телефону, но по ней ударила рука Антона. Из-за колец было больновато. — А волшебное слово? — тот сделал брови домиком и подняв телефон в руке чуть выше потряс им, дразня. — Отдай мой телефон, пожалуйста, — четко проговорил Арсений и опять потянулся к телефону. — Э нет, — улыбнулся Антон и наверное хотел сказать что-то еще, но в класс зашла Инна Анатолиевна. — Так, все по своим местам, мы начинаем, — одиннадцать лет прошло, а от ее голоса Арсения до сих пор передергивало. — …встретимся после уроков за школой, — прошептал Антон в самое ухо брюнета, на что тот дернулся и слегка ударил Шастуна в бок. Защитный рефлекс хули. Но Антон не оценил. Прошел на свое место, потирая ушибленный бок, пряча телефон парня к себе в карман и нехорошо скалясь. Ну класс, умеете вы, Инна Анатолиевна, подпортить денек, подумал Арсений и уселся за парту. Занятие прошло благополучно и никто даже не заметил отсутствия Арсения на первом уроке. Еще один плюс быть серой, незаметной мышью.

***

Все последующие занятия Арсений проживает будто на иголках. Весь день его посещают мысли вроде «Что сделают на этот раз?», «Не, что сделают понятно, но насколько все будет печально?», «А вдруг телефон все же разблокировали?», «Но там же ничего нет…вроде». И когда звенит звонок, оповещающий о конце биологии, внутри Арсений все замирает. Все не спеша собирают вещи и покидают класс, и только Арсений как можно дольше расстегивает молнию на портфеле, как можно дольше складывает учебные принадлежности и вообще, откуда за окном такое дерево красивое появилось? — Мы ждем тебя за школой, — кто-то опять подошел сзади и положил руку на плечо. В этот раз Арсений предпочел не дергаться и смотрел в одну точку перед собой. Это был Антон. Не знай, какой смысл заложен в словах хулигана, брюнет бы наслаждался теплым дыханием в районе шеи и приятным чувством в груди, но сейчас ухо словно обдало ледяной водой, а в груди точно сидел очень колючий еж. Когда Антон ушел, Арсений закинул рюкзак на плече, будто там была минимум тонна кирпичей и подумывал над покупкой нового телефона. Ничего ценного там нет, фотографии все на ноутбуке, соцсети тоже, да и карту к приложению он так и не привязал. Арсений остановился посредине класса и обдумывал внезапную идею. Все равно телефон старый и стекло в одном месте треснуло, одна за одной в голове Арсения проносились причины не идти за школу. Денег на новый должно хватить, а если не хватит, найдет пару заказчиков и нарисует пару артов, зря что-ли в художку ходил? От осознания своих возможностей сердце застучало быстрее. Арсений и правда может прийти домой без синяков и переломов! Не думал брюнет, что так скоро начнет радоваться житейским мелочам. Осталось только лишь выйти из школы незамеченным и молиться, чтобы никто не караулил у выхода. Покинув класс Арсений очутился в совершенно пустом коридоре. После семи уроков все побыстрее разошлись по домам, а учителя точно все тусовались в учительской. Такую тишину брюнет слышит только в своей комнате по ночам. Инстинкт самосохранения подсказывал, что надо как бы валить к чертям, пока одноклассники не пришли по его душеньку, но представшее перед ним зрелище обладало какой-то особой благодатью. Школьный запах только усилился после насыщенного событиями дня. Солнечный свет бродил по всему коридору и не было видно ни одной пылинки. Несмотря на жару, в помещении было прохладно, ведь в некоторых классах родительский комитет расщедрился на целые кондиционеры или хотя бы на вентиляторы. И возможно, их забывают выключать, что вообще-то не есть хорошо, но Арсений в этот момент откровенно кайфует. И скорее всего продолжил бы, если на первом этаже не послышались низкие голоса одиннадцатиклассников. И вот теперь пора дать деру, что Арсений и предпочел сделать. Даже если кто-то и увидел, как парень выбегает за пределы школьного двора, то догнать его точно не удастся — в такие моменты Арсений бегает действительно быстро.

***

Дома, как всегда, тихо, но это не сравнится с той, школьной тишиной. Обед остался со вчера, а кроме него на столе бумажная записка: «Не могла до тебя дозвониться. Уехали по делам. Будем через два дня. Деньги на еду на тумбочке.» Коротко и по делу, ничего смертельного. На кухонной тумбочке действительно были деньги и не то чтобы Арсений не доверял родителям, но как говорится «доверяй, но проверяй». Так и не просто деньги на еду, а целых три тысячи. От увиденной сумы глаза парня округлились и он, поверив глазам взял купюры в руки и пересчитал. Родители никогда не оставляли столько, но может же быть, что так, они проявляют свою какую-никакую любовь-заботу? В обычных семьях родители подарки дарят, говорят что любят, а у Арсения в семье, родители и их чадо общаются только при сверхважным обстоятельствам. Но лучше так, чем вечные слезы и крики, промелькнуло в голове Арсения, на что тот улыбнулся и поспешил поменять одежду на домашнюю.

***

Ролики на ютубе немного приподняли настроение и закончив с обедом, перемыв посуду, Арсений завалился на кровать и думал о планах на оставшийся день. Домашнее задание он переделал за обедом и теперь осталось придумать что-то по поводу телефона. Сам он без него прожить сможет, но вот остальные… Остальные? Точнее, мама, которая может позвонить для того, чтобы проверить, а жив ли он там. Все свои сбережения Арсения хранились в шкафу, в нижнем отделении, под носками — безопасность превыше всего. Хорошенько покопавшись в носках, парень выудил полиэтиленовый пакет. Если честно, Арсений не помнил, когда в последний раз пересчитывал накопленное. Денег всегда хватало и небольшая часть о них шла в этот самый пакет. — Нихуясе…- сегодняшний лексикон Арсения состоит практически из нецензурных выражений, но что поделать? Не мы такие, жизнь такая. Всего парень насчитал почти пятнадцать тысяч. Если хорошенько напрячься, то можно вспомнить откуда такие несметные богатства. В четвертом классе он начал копить на велосипед, но побегав от банды Антона чуть не по всему городу, он осознал, что физические нагрузки не для него. После, копил на ноутбук, но родители подарили устройство на новый год. Потом ему захотелось приобрести графический планшет, ведь нет предела совершенству, но в итоге тот, купленный отцом, пылится на одной из книжных полок. А потом он не знал чего хотел и просто копил. Может на побег от родителей, может на светлое будущее, кто знает. Вот и пригодились наконец-то. Было около шести часов вечера, когда Арсений облачился в любимую тонкую футболку с принтом штрих-кода, свободные шорты фиолетового цвета до колен и первые попавшиеся под руку носки с зайчиками. Сидя на мягком ворсистом ковре прямо под солнышком и натягивая носки, взгляд брюнета зацепился за свои же ступни, на каждой красовалось по два белых шрама. Воспоминания о них неприятно отозвались в груди и в висках, поэтому Арсений предпочел думать о предстоящей покупке телефона, а не о своих ошибках прошлого. Об этом у него точно будет время подумать. Настроение опять поднялось, когда Арсений вышел из подъезда, и на его лицо упал свет слишком яркого солнца. Благо у него были суперстильные солнцезащитные очки, которые хоть и не слишком ему шли, но зато солнышко не слепило глаза. Вдохнув полной грудью загрязненный городской воздух парень отправился в путь.

***

— Благодарим за покупку, — приятной наружности продавец протянул парню пакет с коробкой внутри. Улыбнувшись молодому человеку, забрав пакет и наслаждаясь приятной тяжестью в руке, Арсений направился в следующее место, в которое планировал сходить — магазин рядом с домом. Потратив на телефон чуть больше одиннадцати тысяч из своих сбережений, а на продукты около тысячи из, естественно, родительских денег, Арсений шел домой в прекрасном расположении духа. Для экономии собственного времени, все махинации с телефоном и новой сим-картой, отправив одно сообщение на прекрасно знакомый номер, с содержанием что-то типа: «Теперь звони на этот номер. Арс.», были воспроизведены прямо в магазине, где был куплен смартфон. Теперь же было около восьми вечера, солнце постепенно скрывалось за горизонтом, а Арсений не спеша шел домой через мини-парк. Повозившись с пакетом и выудив оттуда банку вишневой колы, парень открыл ее, сделал первый глоток и почувствовал некое умиротворение. Не хватало только наушников и звучащей в них любимой музыки, но это исправимо. Мысли вернулись к событиям сегодняшнего дня и стало как-то грустно. Было несколько вариантов развитий завтрашних событий: первый — это то, что после школы его изобьют за игнор, второй — хулиганы не станут ждать окончания учебного дня и покалечат его прямо в туалете, третий — просто проигнорят его в ответ, что просто нереально. Получается, завтра придется получать по первое число. И чем он так не угодил компании Антона? Чем он так не угодил Антону? Без своего предводителя, остальные никогда не полезут к нему, чего Арсений никогда не понимал и предпочитал думать, что остальные просто ссыкуны. А вот Антон точно ссыкун. Столько раз Арсений испытывал его гнев на собственной шкуре и точно был уверен, что если разозлить Шастуна слишком сильно, тот может избить до полусмерти. И Арсению очень не хотелось быть первым, кто испытает это на себе. Если так подумать, Антон хороший. Арсений наблюдает за своими одноклассниками и от его внимания не ускользает то, как искренне Шастун смеется с приколов своих недалеких дружков, как флиртует с одноклассницами и такой Шастун Арсению нравился. Нравился в смысле, брюнет был готов видеть того таким всегда и не получать по лицу по поводу и без. Проходя мимо мини-скейтпарка Арсений обнаружил, что почти опустошил банку с напитком и сделав последний глоток, выбросил ту в ближайшую урну. С сочувствием посмотрел на скейтпарк, ведь за все то время, что брюнет здесь живет, ни разу не видел ни одного скейтера. Печально.

***

Арсению показалось разумным оставить новую покупку дома, кто знает, что в головах придурков? Он точно не готов сидеть бессонными ночами над злосчастным планшетом, зарабатывая на новый телефон. Погода сегодня радовала: небо затянуто темными тучами, по ощущениям не больше двадцати градусов. На радостях Арсений вытащил любимую синюю толстовку и теперь шел в школу, вполне довольный жизнью. В руке еще одна банка вишневой колы — не зря же в магазин ходил. Опять не хватало подходящей музыки в ушах, но это Арсений исправит, когда получит старый телефон обратно и, желательно, не получит по лицу. Об предстоящей встречи с одноклассниками, которых он лишил возможности выместить на себе всю злобу брюнет старался не думать. Конечно, вряд ли ему повезет как вчера, но надежда умирает последней. Зайдя в класс Арсений с улыбкой обнаружил, что тот еще пустой. Ради такой тишины он проснулся на двадцать минут раньше обычного и ни разу не пожалел. Окна были полностью открыты и впускали в помещение прохладный воздух. Заняв положенное место Арсений забил на подготовку к уроку и умастил голову на полупустом портфеле. Распущенные волосы спадали на глаза тем самым закрывая лицо парня от внешнего мира. Ну тут просто грех не заснуть хотя бы на минут пятнадцать минуточек, что Арсений благоразумно и сделал.

***

— Соня, пора вставать…- послышался елейный голос откуда-то сверху. Хотелось бы Арсению ответить что-то вроде «Ну мам, еще пять минуточек», но быстро понял, что мать давно перестала выполнять функцию будильника, и что он точно не дома. Так быстро брюнет еще не просыпался. Он резко поднял голову, и убирая волосы с лица уставился на Антона. — Ты почему не пришел вчера? — Антон наклонился ниже и невинно похлопал ресницами, — Я ждал тебя. Ох сука, пронеслось в голове Арсения. Если бы Шастун реально ждал его, желательно один, и не в том смысле, что имеет в виду сам Антон, то Арсений пришел бы с радостью. Антон был слишком близки и сердечко Арсения это почуяло, начав биться, будто парень пробежал вокруг школы не меньше десяти кругов. Видя, как Попов в упор на него пялится, Антон вопросительно поднял бровь и замешкался. Обычно, когда на него смотрели, то в глазах смотрящего был либо страх, либо слезы, а этот дурачок с длинными волосами смотрел как-то странно. Но ступор быстро прошел и Антон, ухмыльнувшись, вытащил из кармана того же худи потрепанный жизнью телефон. Но должного эффекта вещь не произвела. Арсений посмотрел на телефон а-ля давно хотел его поменять, спасибо з предоставленную возможность. Это Антона мягко говоря выбесило и он подавшись ближе, дернул Попова за ворот толстовки и оставляя между ними жалкие сантиметры сказал: — Если и сегодня убежать вздумаешь, мало точно не покажется. А Арсению много и не надо. В отличие от телефона, близость произвела довольно предсказуемый эффект. Арсению не знает, что в этот момент творилось в голове Антона, но лично у него внутри звучала сирена «ГЕЙ ПАНИКА. НЕУЧЕБНАЯ ТРЕВОГА». И даже когда кудрявый занял свое место на третьей парте, Арсений находился в никому не понятной прострации. — Начнем урок. Брюнет не слышал ни звонка ни как зашел учитель, которого все обычно зовут «извините». Давно, а точнее никогда, Арсений не испытывал подобного и собственно сидел как какой-то невдупленыш, пока Антон кидал на него через плечо полные недоумения взгляды.

***

— Радость моя, ты куда собрался? — Миша резким рывком выудил Арсения из общего потока учеников. Вообще, Попов хотел по-тихому свалить вместе со всеми, но кажется Антону и его компашке жизненно необходимо кого-то побить. — Не называй меня так, — ответил брюнет, пытаясь освободиться из лапищ одноклассника. — А чего, принцесска? Не нравится? — Миша дернул парня за волосы, давая понять, почему, собственно, принцесска. Ответь Арсению не дали, просто грубо потащили за собой. Как-то очень быстро Попов оказался среди старых гаражей за школой, служивших школьной курилкой. Очень быстро над ним нависли четыре, нехорошо ухмыляющихся подростка. Арсений прекрасно знал, что сейчас произойдет: Антон ударит первым и после этого у остальных просто свистанет фляга. Так и произошло. Шастун поднял брюнета за многострадальную кофту и размахнувшись проехался кулаком по скуле, что было больнее раза в три, благодаря многочисленным кольцам. Следующим ударил Миша, прямо коленом в живот, от чего парень закашлялся и упал на бок, совершая большую ошибку — все остальные удары наносились тяжелыми ботинками куда придется. Даже если бы Арсений хотел закричать, то натурально не смог бы, даже урывать короткие вдохи получалось не всегда. А если бы и мог издать хоть звук — не стал бы. В данной ситуации все бесполезно, особенно сопротивление. После слишком сильного пинка в ногу перед глазами Арсения пролетели все прошлые драки и их исходы. Драка — синяки по всему телу. Драка — пострадавший нос. Драка — сломанная рука. И таких потасовок было слишком много. Что эти подростки слишком жестокие, Арсений понял еще после первой драки. Тогда он пришел домой, мать просто обработала раны, приговаривая, что наш мир слишком жесток, как и дети. Когда мать обрабатывала раны и синяки во второй раз, Арсений плакал, потому что было очень больно. Вот тогда-то мальчик и услышал те слова от отца:«Мальчики не плачут». И больше Арсений не плакал. Он не знал почему, то ли чтобы отец считал его мужчиной, то ли, чтобы доказать самому себе, что он размазня и может терпеть все побои молча. Когда брюнет перестал даже скулить, сдерживая вопли в себе, бить его почему-то перестали. Все отошли от него как-то опасливо и не знали что делать. Наверное, им показалось, что в этот раз они переусердствовали и парниша двинул кони. — Ты живой там? — самым смелым оказался сам Антон, подошедший ближе. Он ногой надавил на плечо Арсения, от чего тот перевернулся на спину, судорожно хватая воздух ртом. Шастун наклонился к нему и похлопал ладонью Попова по щеке. — Живоой, — с улыбкой вынес вердикт Антон. — ну давай, до завтра, принцесска. Слышать прозвище «принцесска» от Антона было приятнее, чем от других, но смотреть на него Арсений сейчас просто не мог. Сейчас обида причиняла груди большую боль, чем проявляющиеся синяки и кровоподтеки. У брюнета была надежда, что за лето Антон изменился, поумнел. Хотелось просто накричать на глупого, злого подростка, вставить ему мозги на место. Хотя, можно и не только мозги, от этой мысли Арсений хрипло рассмеялся, чем вызвал на лице Антона недоумение. — Больной, — лишь сказал Шастун и специально кинув телефон Арсения тому на грудь, развернулся и направился куда подальше. Для тебя я буду хоть больным, промелькнуло в голове брюнета и он попытался встать, попутно стирая грязной рукой все же проступившие слезы.