Satisfaction

            Стук каблуков кожаных туфель о кремовую кафельную плитку слышен по всему простору офисного помещения. На потолке висят прямоугольные лампы и изредка мигают, раздражая и без того раздражённого человека снизу. Компьютеры выключены, свет наполовину погас, рабочие места уже давно покинуты людьми, лишь только в кабинете директора включена настольная лампа, размыто светящаяся за молочными матовыми стёклами. Минхо без стука открывает тонкую полупрозрачную дверь, буквально толкая её и слыша звук удара несчастной ручки о стеллаж неподалёку.        — Ублюдок, какого чёрта?! — Ли с лёту бросает прямо в лицо Джисона тонкую кипу бумаг и несколько глянцевых папок с документами в них. Получилось так, что уголок одного из листов проехался по щеке сидящего в кресле мужчины, оставив порез шириной с тончайшую иголку. На месте раны едва выступила кровь, а тёмные глаза уставились прямо в бешеные глаза Минхо. Тот стоял напротив письменного стола, закатывая манжеты белой рубашки, выглядывающей из-под чёрного пиджака.        — Кто дал тебе право вот так вот врываться в мой кабинет и разбрасываться чем ни попадя? — ровным тоном ответил на гневную реплику Минхо Джисон.        — Мне не нужно твоё разрешение, — сказано будто бы с угрозой. Ли упёрся широкими ладонями в лакированный стол из красного дерева и наклонился ближе к Хану. — Почему я должен разгребать твоё дерьмо? Кто тут, блять, начальник? Я или ты?        — В том-то и дело, что я. Так что сбавь свой тон, — Хан поднялся со своего кресла, которое по инерции откатилось немного назад.        — А то что? — по Ли было видно, что он взбешен. Хан напротив него источал те же самые опасные искры. Эта самая опасность наступила сразу после того, как Джисон обошёл свой стол и схватил Минхо за шею, притягивая ближе к себе.        — Если я люблю тебя, это не значит, что ты можешь прямо на работе вести себя со мной так, как тебе вздумается, — на слова, произнесённые в хватающие кислород губы, Минхо лишь нехотя кивнул, хмурясь. Кожа на шее покраснела, когда подушечки пальцев Хана отпустили её, чтобы потом вцепиться в пепельные волосы на затылке Ли и сжать их. Джисон развернул их с Минхо, поясницей упёрся в прямой край стола и резко впился в пухлые губы своего любовника. Ли всегда быстро был вовлечён в лапы такого хищника, как Джисон. Он не мог ему сопротивляться. Впрочем, обоим это нравилось.        — Чтобы не слушать весь твой поток ругательств, придётся заткнуть этот грязный рот, — прошептал Хан, касаясь своими устами губ напротив. Ли после поцелуя дышал тяжело, видимо, ещё под действием негативных эмоций и внезапно накатившего сексуального возбуждения. Всегда у них было так. Джисон – огонь, а Минхо – фитиль, который загорался от малейшего прямого контакта.       Хан сладко улыбнулся, смотря сверху вниз на опустившегося на колени Ли. Джисон расстегнул ремень на классических брюках, опуская бегунок на тонкой ширинке. Минхо, глядя снизу, лизнул собственные губы, смачивая тонким прозрачным слоем слюны. Он сглотнул, когда его взору предстала эрегированная плоть Хана.        — Действуй, дорогой.       Минхо поддался, позволяя доминировать над собой. Мужчина приоткрыл рот, языком пробуя на вкус влажную головку, следом обхватывая краснеющими губами. Джисон рукой гладил его по мягким волосам, наслаждаясь сверху зрелищем и прикусывая нижнюю губу в соблазнительной улыбке. Ли провёл мокрым языком по всей длине, сглатывая выделяющуюся жидкость во рту и, наконец, погрузил плоть глубже, обхватывая основание чужого члена крепкими пальцами. Послышались характерные мокрые звуки, когда Минхо несколько раз двинулся вперёд-назад, вынуждая Хана тихо зашипеть и надавить ему на затылок. Теперь уже он держал его за волосы вновь и направлял самостоятельно, вбиваясь глубже в глотку. Хлюпающие звуки и прерывистые полу-стоны мужчины на коленях слились с пошлыми гортанными звуками движения горячего члена внутри полости рта. Тёмные ресницы Ли чуть слиплись от проступивших горячих слёз, редко скатывающихся по скулам вниз. Изредка он закатывал глаза под веки, когда член упирался ему в стенку горла, доводя тем самым Джисона и возбуждая ещё сильнее. Минхо схватил Хана за обнажённые бёдра, пальцами держась за выступающие тонкие тазобедренные кости. Кожа под подушечками пальцев горела, а мышцы под ладонями сокращались, когда Хан делал толчки. Почувствовав, что младший почти кончил, Ли принялся стимулировать плоть языком, щекоча юрким мягким кончиком все венки и неровности на ней. После секундной передышки он приник ещё ближе, уступая руке своего начальника и заглатывая глубже, вскоре чувствуя дрожь в чужом теле и теплоту, скользящую в горле. Джисон кончил, погладив Минхо по голове и вскрикнув от удовольствия.        — Хорошая работа, котёнок, — хрипло проговорил Хан, на секунду обессилев, но быстро переборов себя. Хватаясь за галстук Минхо, мужчина привлёк его к себе, жадно целуя горячие губы. Одежда полетела вниз, пока они, не разрывая горячего поцелуя, начали стягивать друг с друга пиджаки и рубашки, успевшие изрядно помяться. Как только тела обнажились друг перед другом, Джисон тесно прижался к Ли, целуя мазками его шею, ключицы, грудь. Его руки покоились на талии любовника, тогда как Минхо пытался поймать чужие губы и держался за плечи опускающегося ниже с каждым поцелуем Хана. Влажно целуя чужую грудь, Хан помнил о том, что эта часть тела старшего очень чувствительна. Поэтому сейчас он игрался языком с сосками, после короткой ласки слегка прикусывая и пытаясь запечатлеть в памяти густые стоны Минхо. Его живот поджался и мелко задрожал под заискивающими касаниями горячих пальцев Джисона. Тот, наконец, добрался до чужого паха и обхватил твёрдый орган. Оторвавшись от подтянутой груди Ли, Хан поднял на него взгляд, ухмыляясь и тут же впиваясь в губы. Пока одна его рука ласкала влажный член, размазывая по длине предэякулят, вторая покоилась на ягодице старшего, сжимая её. Хан любил в полной мере захватывать в свои руки всё тело подчинённого, который даже и не сопротивлялся. Джисон обожал контролировать Минхо.        — Садись в кресло, — повелительным тоном, не терпящим возражений, произнёс Хан, отрываясь от светловолосого.        — Прямо так? — на выдохе ответил Ли, вырвавшись из марева чужой власти.        — Говоришь так, будто это наш первый секс в моём кабинете, — со смешком, Джисон достал из выдвижного ящика полупустой бутыль со смазкой, следом громко задвигая его обратно. — Сел.       Ли послушался, опустившись в широкое кожаное кресло, в котором Хан обычно сидел и весь день разбирался с документами.       Довольный собой, медленно вышагивая, младший успел выдавить на пальцы приличное количество лубриканта. Подойдя ближе к креслу, он немного наклонился и провёл мокрой рукой по чужой плоти. Ли схватился за подлокотники и немного нахмурил густые брови, выдыхая через нос. Хан подушечкой большого пальца чуть надавил на головку, размазывая выделяющуюся из уретры жидкость. Мучая этими маленькими манипуляциями своего любимого, он искренне наслаждался чужой податливостью. Заведя руку за ягодицы, Джисон наспех смазал себя, проникая внутрь одним пальцем и тихо шикая.       Поставив ненужную бутылочку на стол, он наклонился к Минхо, сладко поцеловал его в губы и повернулся спиной, усаживаясь на чужие объёмные бёдра.        — Давай, котёнок, — елозя в области паха, Хан тёрся о член своего мужчины, ожидая, пока тот возьмёт его здесь и сейчас. Своими приказами и командами Джисон невероятно соблазнял и искушал Минхо, у которого была масса сексуальных кинков. Обхватывая младшего за талию, Ли приподнял того и попросил раздвинуть ноги шире. Проникновение было мягким и глубоким, таким, от которого у Хана башню срывало. Он зарычал сквозь зубы, укладывая тёплые ладони Минхо себе на впалый живот и откидывая голову на плечо старшего. Он закрыл глаза, покачивая бёдрами в стороны, насаживаясь максимально и чувствуя головку члена где-то глубоко внутри. Мышцы пульсировали и тесно сжимали орган, пока Джисон наслаждался и привыкал к ощущениям, задерживая член внутри и не поднимаясь. Минхо сипло дышал ему на ухо, касаясь того губами и от переизбытка ощущений лаская его кончиком языка. Серебряная серьга слабо ударялась о жемчужные зубы, звеня. В этот момент Хан начал двигаться, приподнимаясь не без помощи рук своего любовника. Ли опустил руки под ягодицы Хана, сжимая их и начиная толкаться.        — Котёнок, не дразни меня… Сделай так, как я люблю, — сквозь стоны попросил Джисон, желая, чтобы Минхо обхватил его и прижал как можно ближе к себе, вторгаясь со всей силой и скоростью в его горячее мягкое нутро. Светловолосый так и сделал, укладывая одну руку на живот Хана и прижав того к своей груди спиной. Подстраиваясь под его движения, Ли принялся жёстко и громко вбиваться в чужое тело, второй рукой оглушительно шлёпая по одной из ягодиц. Это безумно заводило Джисона, вынуждая того буквально задыхаться от испытываемых ощущений. Мокрые шлепки бёдер о ягодицы раздавались по всему кабинету, наверняка выходя и в пределы остального офиса. Благо, кроме них двоих никого не было. Никто не должен был узнать об их служебном романе, который завязался уже пару лет назад.        — Прикуси меня, дорогой, — с мольбой на лице, Джисон держал голову на плече Минхо, с гортанными стонами насаживаясь на его член. Скользящие быстрые движения внутри уже некоторое время стимулировали простату, вызывая толпу мурашек на спине и плечах Хана. В одно из плеч Минхо сейчас крепко вцепился зубами, зная, что это спровоцирует тело Джисона на новый прилив удовольствия и возбуждения. Его член был в таком напряжении, что буквально прижался к животу, истекая прозрачной вязкой жидкостью. Чувствуя чужую силу и пульсирующую боль от укуса, Хан прогнулся в пояснице, закричав. Его рука сразу оказалась заведена назад и прямо сейчас пальцами прижимала голову Ли ещё ближе к нему.       Самыми разными словами лаская и поощряя Минхо, Джисон, будто бы в бреду, шептал что-то, откидывая голову назад снова и снова. Он вплотную прижался своей спиной к сильной груди Ли, наслаждаясь теснотой их контакта. Ему нравилось чувствовать тело любимого так близко. Минхо, находясь на грани, протяжно вдыхал сквозь стиснутые зубы, покрывал затылок Хана россыпью случайных поцелуев и прикусывал его кожу, следом обхватывая губами и зализывая. Когда ягодицы Хана от шлепков покраснели и в некоторых местах покрылись подкожной кровяной крапинкой, старший обхватил член того и принялся быстро мастурбировать, плотным кольцом лаская орган, дразня. В это время бёдра его с новой силой пришли в действие, вбиваясь в мягкие горячие ягодицы практически обессилевшего Джисона. Ускорившиеся толчки довели его до немых криков, так что он весь как-то напрягся, приподнялся на чужом теле, чувствуя, как член буквально полностью выходит и входит в него, ударяя по всем чувствительным точкам.        — Минхо… Котёнок! — бесцельно зовя Ли, Джисон вцепился ногтями в его бёдра под собой, выпрямился и обильно излился, пачкая свои живот, грудь и стол, стоящий совсем рядом. — Боже.       Закатывая глаза, он чувствовал, как внутри разлилось тепло, а тело Ли задрожало от оглушительного оргазма. В глазах у обоих даже потемнело на пару мгновений.        — Я люблю тебя, — сказали вместе, ещё не успев отдышаться как следует. Лёгкие смешки, сладкий поцелуй и короткие объятия двух уставших тел, налившихся свинцом.        — Не провоцируй меня, — уже собираясь, подал голос Джисон, застёгивая последние пуговицы на мятой рубашке. – Вот что бывает, когда ты грубишь.        — Тогда я буду делать это чаще, — хитрая улыбка и милый прищур, в который Джисон когда-то бесповоротно влюбился.