Истинный конец

После бала во дворце Прекрасных, вся жизнь героев сказок пошла своим чередом. В Сторибруке, всё шло мирным и спокойным путём. Реджину больше никто не боялся. Все её уважали. Потому что, поняли, что она искренне расскаивается и старается исправить свои ошибки. Очистить своё имя. Эмма была счастлива в браке с Киллианом. У них была чудесная дочурка, которая всех радовала своим присутствием. Генри тоже очень часто приезжал к своим матерям. Навещал их со своей женой и дочерью, которая повторила подвиг своего отца, отыскав его во время проклятия. Но вот только никто не догадывался о внутренних переживаниях двух женщин, которые казалось бы были счастливы. Но это было не совсем так. Спасительница и Злая королева. Свон (Джонс) и Миллс. Эмма и Реджина. Вот кто по-настоящему, как раз таки и не были счастливы. Эмма после некоторого времени, прошедшего с того бала, поняла, что у неё снова начали зарождаться чувства к Реджине. У неё было это уже, когда Реджина нашла свою истинную любовь – Робина Гуда. Но она, зная, какую жизнь уже пришлось пережить Миллс, не стала ничего говорить. Не хотела всё портить. Ей было важнее счастье Реджины. Потому она спрятала свои чувства так глубоко, что даже позволила саму себя обманывать любовью к пирату. Из-за чего она и начала с ним отношения, а после и вышла за него замуж. Но после того бала, Реджина и Эмма стали много видеться. Они каждые выходные собирались у мадам мэра и устраивали посиделки за разговорами о них и их семье за бутылочкой красного вина. Реджина через некоторое время начала замечать взгляды Эммы, которые говорили всё за себя. Эмма отпустила себя. Опустила свои барьеры, которые она воздвигла вокруг своих чувств к королеве. Реджина стала свободной, у неё никого не было. Так почему же Эмма должна была противостоять самой себе? Нет, она хотела Миллс. Хотела подарить ей свою любовь, заботу и ласку. Хотя она уже и так это все делала, но она хотела быть не на месте подруги. Она хотела быть ей второй половинкой. Её девушкой. И её женой в конце концов. Но, Реджина всё поняла, поэтому она сказала Свон, что между ними ничего не может быть. У Эммы муж и дочь. У неё семья. Она не может разрушить её жизнь. Она и так омрачила её детство, проведённое не с родителями в замке, в любви и заботе, а в другом мире, вдали от них, в многочисленных приёмных семьях и детских домах. Она не хотела портить всё. Поэтому она скрыла от Эммы тот факт, что тоже в неё влюблена. Даже не так. Она её любит. Она не поняла в какой момент, у неё возникли эти чувства к шерифу. Сначала была злость и ненависть. Потом они начали находить компромиссы ради Генри. Они постепенно подружились и тогда возникли доверие, уважение и даже забота. А потом… Внезапно, возникла симпатия, а вскоре и любовь. Но Реджина приняла решение. В тот вечер, когда всё стало ясно с чувствами Эммы, Реджина оттолкнула спасительницу. Ради её же блага. Она сказала, что им нужно прекращать так часто видеться. Отныне они будут встречаться лишь во время семейных встреч. Чтобы ничего не вышло из-под контроля. Эмма упиралась, сказала, что она не любит Крюка, но Миллс стояла твёрдо на своём. Так Реджина и Эмма расстались. С тех пор они не виделись долгое время, пока не случилось следующее.

***

Была поздняя ночь. Реджина Миллс видела десятый сон в своей кровати. Вдруг, неожиданно позвонили в дверь. Она сонно протёрла свои глаза избавляясь от остатков сна, надела свои тапочки и накинув лёгкий халат на свои плечи, спустилась вниз. Спустившись, она направилась к входной двери и открыла её. Она ожидала увидеть кого угодно. Даже Снежку. Но никак не избитую, еле держащуюся на ногах Эмму. Она ужаснулась от внешнего вида Эммы. — О боже, Эмма! – воскликнула Реджина, втаскивая в дом блондинку. Приведя её в гостиную и усадив на диван, Миллс начала осмотр Эммы. На лице у Свон было множество синяков, как старых, так и новых, много было царапин и конечно же крови. Губа у Эммы была разбита и из неё текла тоненькая струйка алой крови. — Эмма, кто это с тобой сделал?! Говори мне кто и я найду его и придушу! — Ред-джина – проговорила еле-еле шериф. — Да, дорогая? – обеспокоено спросила Миллс. — Помоги мне! – закашлялась Эмма. Она начала стягивать свою знаменитую красную кожанку со своих плеч. Но ей это не особо удавалось. Реджина, поняв просьбу блондинки, стала помогать снимать раздражающую её куртку, которую она в душе обожала. Сняв её с Эммы, ей предоставился вид небольшой груди и подтянутой фигуры, скрытой под белой майкой. Но мэр смотрела далеко не на фигуру блондинки. Она со слезами на глазах смотрела на шрамы Эммы по всему её телу. Шея, ключица, руки и даже живот, немного приоткрытый из-под майки были усеяны многочисленными синяками и огромными ранами. Некоторые уже заживали, а некоторые, было видно, что нанесены совсем недавно. Но Реджина заметила один шрам на открытом участке живота, который как раз таки и не был скрыт под майкой. Судя по его виду и состоянию, ему как-будто не давали заживать. Его постоянно вскрывали, нанося новые увечия. Эмма, в то время, как Миллс её рассматривала, смотрела на лицо её любимой. И видя эти слёзы понимала, что зря она пришла. Лучше бы она осталась дома с отключившимся от выпивки пиратом и со спящей дочерью. Потому что, видеть слёзы её любимой женщины ей было больнее, чем получать все эти раны. — Реджина, я пожалуй пойду. – начала блондинка попытки встать с дивана. — А ну сядь! Это что такое?! Кто это с тобой сделал? Куда ты собралась в таком состоянии?! Да на тебе же места живого нет!!! – начала кричать Реджина, смотря на съежившуюся от криков Эмму. — Ты никуда не пойдешь, пока всё мне не расскажешь. Но сначала мы обработаем твои раны! Тебе это ясно, мисс Свон?! – уперла руки в бока королева. — Ясно, Джина. – коротко ответила Эмма. Реджина удивилась такому обращению к себе, но в душе ей было приятно это слышать. Миллс быстро сходила за аптечкой в ванную, а после вернулась, начав обрабатывать раны. Закончив с телом, попутно захлёбываясь слезами от ужасных шрамов, которые обнаружились ещё и на спине и на груди. А после заметив как, Эмма жмурится, когда брюнетка опирается на бедро блондинки, она рывком стащила штаны с шерифа, обнаружив побои и там. Реджина места себе не находила. Она не могла понять, кто такое мог совершить? Кто мог с такой жестокостью обойтись с Эммой. Её Эммой!! Реджина приступила к лицу блондинки. Обработав все царапины и ушибы, Миллс приступила к губе. Обрабатывая её, она старалась не сильно надавливать на ранку. Эмма за это была ей очень благодарна. Реджина обработала все ушибы, синяки и царапины, новые даже смогла залечить.( я точно не помню как в сериале работала сила исцеления, поэтому давайте представим, что новые раны можно залечить, а старые, сделанные давно уже нет.) Но смотря на тело Эммы, Реджина заметила, что старых ран больше чем новых, а соответственно, это продолжается уже длительное время.

***

Убрав аптечку, Реджина села рядом с поникшей Эммой. Взяв блондинку за руку, и сжав её, она сказала: — Эмма, скажи мне, кто с тобой такое сделал? Эмма несколько минут мялась, а потом просто разрыдалась, припав лицом к плечу Миллс. Реджина опешила, но потом сразу же обняла покрепче и начала успокаивать. Она гладила голову Эммы, нежно пропуская пальцы через её мягкие блондинистые локоны. Она шептала ей слова поддержки. Когда же Эмма успокоилась, она начала рассказывать как всё было. Всё началось с ревности Крюка. В один день они вместе сидели в кафе у бабушки. Непонятно как, но к ним подошёл паренек и сделал Эмме комплимент. Она ему улыбнулась и поблагодарила. Казалось бы ничего серьёзного не случилось. Но в душе Крюка проснулась огромная ярость. Она просто била тревогу: Твою жену хотят увести!!! Он сразу же её забрал и отвёл к машине. Ехали они молча, Эмма всю поездку странно смотрела на Киллиана. Он был взбешён. По нему это было видно. У него руки крепко сжимались на руле, вены вздулись. А само лицо даже немного покраснело от злости. Приехав и зайдя в дом, пират сразу начал разбрасываться бранью. — Что это мать твою было?! – яростно кричал Крюк. Эмма аж сжалась от его накала. — Я тебя спрашиваю, что это было, сучка?! Ты думаешь я не видел, как ты потом смотрела на него, а?! Поблагодарила она его, улыбнулась ему. - проговорил пират, растягивая слова.— Ты совсем блять ахуела?! — Киллиан, это ничего не значит, я просто из вежливости его поблагодарила и не смотрела я на него, я смотрела на Руби! – немного прикрикнула Эмма. — Как ты смеешь на меня кричать?! Шлюха, ты ко всем в койку лезешь? Что тебе уже меня мало, да? Эмма в шоке смотрела во что превратился её, пусть и нелюбимый муж. — Крюк, это ничего не… Эмма упала от мощного удара по щеке. Крюк начал её избивать, постоянно крича, что она шлюха. Затем он сел на её живот и начал размахиваться кулаками. — Ты моя и только моя, сучка, ты никуда от меня не денешься! Поняла?! – яростно верещал пират. Последнее что вспомнила Эмма перед потерей сознания, это то, что дочка у её родителей и она в безопасности. — Боже, Эмма! Почему ты никому ничего не рассказала?! Почему не пришла ко мне? – спрашивала Миллс шерифа. — Потому что он потом слёзно извинялся, он клялся, что больше такого не повторится. Я думала, что всё нормально, что это единичный случай! Но потом это повторилось, снова и снова. А потом ему просто понравилось меня бить. И когда я хотела рассказать, хоть кому-нибудь, он угрожал мне. О сказал, что убьёт меня! Эмма рассказала про все побои. Что Киллиан обожает, как она кричит от боли, как расцветают на ней синяки и ушибы. Нравится водить острым концом крюка по коже, царапая её, а затем наблюдая, как тонкие дорожки крови стекают по телу блондинки. Нравится душить её до потери сознания. Эмма сказала, что он прекращает это лишь в двух случаях, если ему достаточно мучений или когда он вырубается от большого количества выпитого алкоголя. А затем Эмма ползёт по полу, чтобы добраться до ванной. Там она боясь потерять сознание от большого количества ударов по голове, пытается обработать свои раны. Реджина, уже не могла терпеть всего этого, она аккуратно уложила Эмму на диван, а сама исчезнув в облаке фиолетового тумана, перенеслась в дом Эммы. Зайдя в спальню она увидела весь погром, валяющийся по всей комнате вокруг кровати, на которой развалился пират, явно выпивший много рома. Реджина заметила следы крови на костяшках Киллиана. Она несколько секунд смотрела яростными глазами на него, а затем перенесла его в участок, в камеру. В участке никого не было. Реджина магией заперла участок и установила множество заклинаний на решётки Крюка, чтобы он не смог сбежать и чтобы его не было слышно. Сделав дело, она перенеслась обратно. Вернувшись в дом обратно, брюнетка пошла в детскую, попутно думая, как малышка не просыпается во время всего этого. И как только она зашла в комнату со спящей дочерью Эммы, вопрос отпал сам собой. Звукоизолирующий барьер. Эмма похоже научилась его ставить, ради спокойствия своей дочери. Миллс минуту смотрела на блондинистую красавицу, а затем аккуратно взяв её на руки, перенеслась к себе. Обратно к Эмме. Перенесясь к себе домой, Реджина увидела, что Эмма не лежит на диване, а стоит на своих двоих. Эмма, обняв себя за плечи, наворачивала круги по гостиной, пока не остановилась, заметив Миллс с дочкой на руках. Реджина подошла к Эмме, чтобы передать девочку матери. — Твоя дочь, Эмма. Я не могла её оставить одну с этим пиратом. Он кстати говоря в участке, заперт в своей камере. Я наложила кучу заклинаний, чтобы он не выбрался оттуда, и чтобы его не было слышно. Участок тоже заперт на нашу с тобой магию. Только мы можем его открыть. А Эмма стояла на месте, даже не пытаясь забрать дочь с рук своей любви. Она лишь стояла и улыбалась, смотря на брюнетку. А затем она сказала лишь 3 слова. — Наша дочь, Реджина. Реджина в шоке стояла, неужели Эмма все ещё может называть свою дочь, дочерью того подонка! — Ты с ума сошла! Как ты можешь ещё называть Хоуп его дочерью, после всего произошедшего?! — Ты меня не поняла, Джина! Это наша дочь! Твоя и моя! — Как это? – удивилась Миллс. Она быстро поднялась наверх, перенесла кроватку малышки в свою спальню и уложила её спать. А сама спустилась вниз, к Эмме. — Я жду объяснений! – уселась Миллс на диван, скрестив руки на груди. И тогда Эмма сказала, что во время заклятия, она нашла Рони, хотела пробудить память Реджине. Она много чего рассказывала Реджине, но все было без толку. У неё не получилось. Зато, будучи скрываясь под другой личиной, Эмма и Рони, как-то напившись переспали. — Но как это возможно? – вопрошала мэр. — Как это как? Если два сердца любят друг друга, то возможна беременность между двумя волшебницами! — Да это то я и так знаю! Я к тому, что я без памяти была, как такое могло произойти? — Ну, наверное, твоя любовь пусть и была скрыта, но смогла подействовать и зачать нашу малышку. — Нет, это бред! Это не может быть моя дочь! – схватившись за голову, теперь уже Реджина наматывала круги по гостиной. Эмма подошла к ней поближе и схватила за плечи, остановив её на месте. Она стала поглаживать плечи своими ладошками, тихонько говоря: — Может. Я проверяла при помощи магии. Она твоя дочь. Твоя и моя. Мы её мамы. — Но… это невозможно – начала плакала Реджина, — я не могу поверить я настоящая мать. — Ты и без того мать, Джина, ты мама Генри. — Нет, я его приёмная мать, не родная. А Хоуп… получается родная. Я его очень люблю, но этого никогда не изменить. — Джина, ты полноправная мама двух детей. Мы матери нашего сына и нашей дочери. Мы тебя все любим и дорожим тобой. Не забывай этого. — Да я помню, но… Стоп, почему ты это так говоришь, как будто прощаешься? Куда ты намылилась, Свон? — Я? Но ты же не испытываешь ко мне тех же чувств. Я люблю тебя, Джина. Но ты нет. Поэтому я собиралась в дом пойти, за вещами, а потом в гостиницу у бабушки. Пока не найду новый дом, буду жить там. А этот… Я не знаю, что мне сделать с этим домом. Уничтожить или продать. Но я точно знаю, что не хочу больше там жить, там теперь совсем другая атмосфера. Давящая, злая. — Почему ты меня не спросила? Ты можешь жить у меня. Нет, ты будешь жить здесь и это точка! Понятно?! – смотрела на Эмму злым взглядом королева. — Но зачем ты это делаешь? — Потому что я тоже люблю тебя! – крикнула Миллс в лицо Эммы. — Что? Но ты ведь никак этого не показывала, я думала она уже прошла, так и не успев начаться. – недоумевала блондинка. — Да она блин началась ещё до Робина!! — Что? Как это? — Я хотела тебе признаться, но ты начала встречаться с этим пиратом-подводкой. — Но я начала встречаться, потому что видела, как вы целовались у кафе. — Вот чёрт, мы тогда не встречались. Я в тот день, хотела тебе во всем признаться, но он неожиданно меня поцеловал. — А я все неправильно поняла и начала отношения с этим идиотом, аххах – хихикнула Эмма. — Да уж, Свон, вот это мы дуры. — Ага, давным-давно могли быть уже вместе. Женщины рассмеялись, затем обняли друг друга и продолжили смеяться уже в объятиях. Затем Эмма мягко отстранилась от Реджины, чтобы сказать 3 важных слова. — Я люблю тебя, моя королева. — Я тоже люблю тебя, мой лебедь. После слов, они жарко примкнули друг к другу и сладко поцеловались. В этом поцелуе были переданы все их чувства: любовь, забота, нежность, ласка, а главное страсть. Страсть их любви, которая породила их маленькую девочку Хоуп. — Переезжайте ко мне! Ты и малышка! – улыбаясь Эмме, брюнетка нежно гладила правой рукой щечку Эммы. — С удовольствием, ваше величество! Семья должна жить вместе! После этого Реджина и Эмма отправились в спальню Миллс. Проверив малышку, они перенеслись в участок, где уже полным ходом дубасил по решётке Крюк всем, что только попадается ему под руку и голосил во всё горло. Но этого, конечно, не было слышно. Реджина сняла звукоизолирующий барьер. Крюк, поняв, что его теперь слышно сразу же начал задавать кучу вопросов. — Какого черта я делаю за решёткой? А? Мадам мэр, что я здесь делаю? А главное за что? — А домашнее насилие тебе не о чем не говорит? — Это моя жена! Хочу и бью. Вам-то какое дело? — Хочешь и бьешь? Она тебе не кукла для битья. Откуда вообще такая жестокость по отношению к ней? Ты же на ней и живого места не оставил! — Хах, красивая картина, как по мне так. Это тоже как искусство, знаешь Миллс? Только вместо бумаги живой холст, а вместо красок, руки и мой острый крюк. — Ты! Ты просто невозможен. Ты больше никогда не увидишь нас. Я сотру тебя в порошок! Хотя нет, ты отправишься за черту города. Ты будешь одинок. И мы сотрем тебе память! Уверена, Румпель даже платы не возьмет, просто так отдаст пыльцу. — Нет, ты этого не сделаешь, тебе никто не поверит! – испуганно смотрел Киллиан на свою жену и Миллс. — О нет, мой дорогой, камеры в участке всегда включены, они всё записали, каждое твоё слово. И поверь мне, ты будешь за чертой. Я тебе это обещаю. — Нет, Эмма, прости меня, пощади, хотя бы ради нашей дочки. Эмма, обняв себя руками молча стояла и смотрела на это всё. — Ах, о Хоуп он тут решил вспомнить. А где же были твои мысли, когда ты издевался и избивал её мать?! А? Где? — Я… я…я — Понятно всё с тобой, пиратишка. Пошли, милая, расскажем всё остальным и добудем пыльцу, чтобы избавиться от этого дерьма. – взяла Реджина Эмму за руку и повела прочь из участка. Крюк что-то ещё им кричал вдогонку, но они его не слышали.

***

Позже, все жители узнав новость обо всём случившемся были согласны на решение королевы. Тёмный и в правду ничего не попросил за пыльцу. Он был рад избавиться от пирата. Крюка выгнали, перед этим стерев ему память. Затем все наблюдали и смеялись наблюдая за Крюком. Он был как слепой котёнок. Да и к тому же ещё и пьяный. А Реджина и Эмма стали жить вместе. Все узнали, что они теперь встречаются. И что Хоуп их дочь. Дом они уничтожили, так как никому не хотелось, чтобы этот дом достался другим людям. Им не нужен был этот кусок из дерева и кирпича, который впитал всю негативную энергию. В Сторибруке, всё снова стало спокойно и мирно. Все жители были счастливы своей жизнью. А через некоторое время Эмма и Реджина поженились. И стали они отныне семьей Свон-Миллс. Счастливой семьей. Конец.