Преодоление преград

Туман в голове постепенно, хоть и нехотя подчинился мятежной воле. Селена смотрела сквозь прутья железной решетки лютой волчицей, и взгляд ее вполне осознанно, целенаправленно прожигал человека за письменным столом. Сколько еще? Сколько еще этих криво-зеркальных миров, колдовских ловушек, липкой лжи и отчаянного выживания с нуля? Смириться едва ли получится. Остается драться – или затаиться, чтобы потом биться отважнее, яростнее, живее. До тех пор, пока невидимый счетчик не обнулится, а песок не покинет верхнюю часть сосуда. «Свобода – где она, в чем она? Не самый ли страшный плен порой – наша собственная душа?» Последние слова эхом отдались в сознании, произносимые как бы чужим, посторонним голосом. Селена нервно, сардонически фыркнула, и человек за столом поднял голову. Роб. Узнавание стрельнуло в висок мимолетной болью. А за что ты отбываешь свой бесконечный срок, непримиримый? Интересно было бы узнать… - Нравится смотреть? – хрипловатый голос без усмешки, с нотками усталого безразличия к происходящему. – Или порчу надеешься взглядом навести? Ах ты, поганец! Но выдержка сейчас важнее. Всегда – важнее, чем эмоции. - Многие называли меня ведьмой, но колдовать я не умею, о чем порой приходится в некоторой мере сожалеть, - Селена подавила в себе раздражение и улыбнулась обманчиво кротко – однако опасный огонь в глазах не позволил заблуждаться на ее счет. - Я умел, - Роб опустил голову, с неискренним интересом делая пометки на полях какой-то книги красным карандашом. – Теперь – обыватель. Простая пешка среди пешек. Привыкаю. И ты привыкай. - К чему же? – в груди словно сжали тисками тревожно замершее сердце. Ответ прозвучал мнимым приговором – или, вернее сказать, жестокой насмешкой. - Будешь моей женой до конца веков, что же еще? - Спятил ты, что ли? Зачем тебе..? Для чего? Поднял голову, за мгновения считал лютую панику на лице, удовлетворенно, знакомо вздохнул. - На самом деле не помешало бы сойти здесь за своего, остепениться, но вряд ли с тобой получится что-то… подобное. Поэтому пока что решение я не принял. Но отпускать тебя за просто так никто не собирается, а побег… - Роб оценивающе окинул взглядом многочисленные замки и прочные прутья, - Бесполезен. Провалится. Да и некуда тебе идти. Верно, мне некуда идти, так почему же этот очевидный, казалось бы, факт так злит, звуча простой данностью в его устах? - Как я сюда попала? – сухие губы дрогнули, но голос не подвел. Держаться нужно до последнего, а потом… Кто знает? - Ты проиграла мне себя. Это неудивительно. Я хороший игрок, - у Роба вновь появилась стихийная потребность углубиться в книгу, но Селена уже натянула вожжи. Все равно ты расскажешь то, что нужно. Куда деваться? - Хорошо, пускай. А как ты распорядишься своим… приобретением? – Селена с усилием сглотнула и натянула на лицо усмешку, полную мнимого безразличия. – Есть планы? Роб молча отложил книгу в сторону и с резким грохотом захлопнул ящик стола. - А у тебя? – он посмотрел, как хищник на другого хищника, и это воодушевило Селену, ведь добычей ей быть хотелось все же менее всего. Мы равны, хоть решетка и является преградой между нами. Признай это. - Собираюсь отыграть свою свободу обратно. Карты, кости? Шахматы? Бой на рапирах? – ее бравада его почти рассмешила, но усталость была сильнее, чем интерес. - Сон. Пока что – только это, никаких игр. Я вымотался за день, а ты болтаешь слишком много. Увидимся завтра, Лилит, - ненавистное имя словно под кожу вгрызлось стальными челюстями безнадежности. Роб покинул комнату в молчании, а Селена села на пол, к холодной серой стене, и поджала ноги под себя. - Неспокойной ночи, - пробормотала она в смятении вынужденной беспомощности. Новый этап обещал быть непростым, но иначе и быть не могло. Разве с ними здесь шутят? Разве им позволено смеяться над этими шутками?

***

Утром у Селены появилось острое желание выпить побольше холодной воды натощак, но ей принесли только теплый кипяток в жестяной кружке и пару ломтей ржаного хлеба. Пугливая маленькая служанка прятала лицо, руки подрагивали от стыда или страха. А Роб, видимо, все еще был поглощен отдыхом – или собственной жестокой мукой. Он явился в комнату, разделенную решеткой, только через полчаса-час. Сел за стол, раскрыл вчерашнюю книгу. Кивком поприветствовала Селену, которая уязвленно (или осторожно) молчала добрые десять минут. - Хочу все-таки сыграть с тобой сегодня, - твердо сказала она, перехватив подходящий момент, когда атмосфера по субъективным смутным ощущениям стала менее тяжелой. - На свободу? – Роб потер переносицу и сжал пальцами виски. Селена заметила, что под глазами у него темные круги. Неспокойная ночь все же настигла тебя, хоть я и не ведьма. Но злорадство было вялым, неустойчивым, почти притворным. - На свободу. Или на что-то большее, если меня посетит госпожа удача. Роб тихо рассмеялся – и встал из-за стола. Щелкнули четыре разных замка. Предусмотрительно, черт побери. - Пойдем, бросим кости на твои надежды. Быть может, они и сбудутся, и тогда мне не придется терпеть твою разговорчивость. Селена возликовала – но лишь сухо кивнула в ответ, помня о деловом подходе и опасности такой неверной игры. Кости моих надежд давно под землей, но тебе об этом знать не надо. В большой гостиной пахло вином, пылью и плесенью. Селена села за исчерченный странными знаками стол, и стук шестигранных фишек-кубиков отдался эхом в ее мозгу. Только бы, только бы… В момент, предшествовавший счастливому выигрышу, Селена вдруг вспомнила, что ответной ставки на случай поражения от нее не потребовали. Это смутило ее больше, чем потеплевшие на краткий миг глаза напротив.

***

- Ну что ж, поздравляю, на этой неделе ты можешь идти, куда захочешь, - Роб налил себе полный стакан коричневато-золотой жидкости и выпил залпом, не поморщившись. - На этой неделе?.. Ты кретин? Или... обманщик? – Селена дернула щекой, словно ее ударили по лицу. - Все равно захочешь сыграть снова, здесь нет других занятий, так что надеюсь на новую партию. В этом мире его сухую душу насквозь пропитал еще больший цинизм. Что же случилось с остальными, и стоит ли ждать их появления? - У меня есть важное дело. Я буду искать… своего врага, - Селена в последний момент отказалась от мысли произнести ненавистное имя. Роб налил еще один стакан, поставил перед ней, отвернулся к окну. Провожать за дверь явно не спешил, хоть и уйти помешать не мог. - Я найду Таролога и заберу у него то, что было моим. Обыграю его, - твердо произнесла Селена. Слова возымели эффект: Роб резко обернулся и напрягся, безошибочно вычленив главное из ее хлесткой фразы. - Здесь ты не выиграешь, потому что он не игрок, - тускло проговорил он и сжал кулаки в бессознательной ярости. – Мы – пешки. А тебе лучше убраться отсюда. - Я этого и хочу, идиот! – в голосе зазвенели нотки истерики, выдержка трещала по швам. - Не из этого мира. Из моего дома. Роб сам осушил второй стакан и кивнул на дверь. - Играю с тобой на все ответы на мои вопросы. Столько, сколько нужно. - Нет. - Да, и ты знаешь, что сам азартен, слишком азартен, чтобы отказаться от развлечения. Так зачем тянуть с этим - и лгать мне и себе? Через несколько мгновений они, не сговариваясь, сели за стол. Хмель не сделал руку Роба неверной, Селена не ослепла от тяжелого гнева. Она вся натянулась в единый нерв. Однако, вопреки всему, выигрыш снова был за ней.

***

- Таролог правит этим миром уже триста лет, - медленно начал Роб, откидываясь на спинку потемневшего дубового кресла. – Он вершит судьбы всех, кто знает и не знает о нем. Живет за чертой темного леса. Лицо скрывает под капюшоном, голос его звучит крайне редко. Никому не дойти до его обители живым. И мертвым тоже туда не добраться, если это тебе интересно. Пытается язвить, а значит, поддается эмоциям. Это хорошо. - А если мы пойдем вместе и… надерем ему зад? – Селена с неудовольствием переждала приступ сухого смеха, которым отреагировал Роб. - Кто? Я? С тобой? Во имя чего, Лилит? - Ты тоже одинок, а я сильнее, чем кажется. - Или слабее, чем думаешь. - А может, и то, и другое? Окно распахнулось само собой, и с улицы потянуло холодом и сыростью. Селена подошла к обшарпанной раме, тронула пыльное стекло. Посмотрела наружу. Новый мир глядел на нее черными глазами разбитых, погасших окон. Скалился неровными скатами старых крыш. Пугал сухими мертвыми травами и островками черной влажной земли под ними. Усмехался красно-фиолетовым мрачным небом со свинцом тяжелых туч. - Здесь для всех свойственно двуличие, как мне видится, – но мы в некоторой мере верны себе, как ты думаешь? – Селена не услышала, как Роб подошел сзади и невесомо коснулся ее напряженного плеча. - Думаю, что ты очень изменился, хоть не показываешь этого. - И ты, Лилит. И ты тоже. В ее руки крыльями старого ворона лег черный дорожный плащ. У ног были поставлены грубые, но крепкие башмаки. - Ты не моя судьба, но все-таки здесь мы станем попутчиками, даже если это нас убьет. - Это значит, что ты согласен? – Селена пытливо взглянула в серые, прямо смотрящие глаза непримиримого борца. - Это значит, что я не вижу других путей. Собирайся, выйдем дотемна. Я знаю, где можно заночевать. «Есть игры, ставки в которых выше, чем может вообразить любая живая душа. А значит, скучно уже не будет – никогда, никому из них».