Кулон судьбы

В руке прекрасная брюнетка сжимала кулон с изображением любимых жасминов внутри. Ногти впивались в нежную кожу, как-то жутко было осознавать всё, что случилось за последние полгода. - Жаль, что его не вернуть... - тихо произнесла и буквально замерла. На руке были маленькие лужайки крови, а прямо перед ней стояла... Хюррем Султан. Та, при смерти которой мир остановился. - Не бойся так. - молвила женщина подходя к Валиде Султан. - Я ничего уже не боюсь. - строго и держа холод, ответила. - Неужто? А кто каждую ночь пытается удержаться за жизнь? - Это не значит что я боюсь смерти. У меня Хаджи есть. Его не оставлю. - Разве это держит? Совершенно другое уже важно этой душе. - Вам откуда знать? - фыркнула Махпейкер, откинув кулон в сторону и вторая султанша исчезла, а раны запекли. - Вас настолько задевают вечера? - с пониманием спрашивал Хаджи. - Будто не знаешь. После его потери так всегда. И каждая ночь ставит выбор: смерть иль существование. - И вариант всего один. Всегда. - обнимая Кесем, кинул. - Ну... возможно. Ведь ты держишь. Я обещала быть ради друзей и всегда их защищать. А ты один. - Вам нужен друг? - Нет уж, спасибо. Кеманкеш должен был быть только другом и вот что вышло. Мне тебя достаточно. - Но я ведь не вечен. - Ещё как вечен, сам себя не знаешь. - подбадривая скорее себя чем слугу, кинула. Тот лишь смутился. Вскоре покои овеял тёрпкий аромат жасминов и в них забежала Геверхан. - Дочка? - За Вас Мурад волновался. Что-то случилось? - Нет. Всего лишь руку ранила. А Мурад как? - Мучается из-за своеё же гордыни. Может лекаря? - Не стоит. Пройдёт. Ты веришь в мистику? - вдруг спросила. - Нет. Только в сильное желание чего-то и видение этого. А что-то случилось? - Гюррем Султан вроде тут была. - Это вполне логично. Её же дворец. и она обещала всегда тут быть. - Геверхан, ты подозрительно спокойна. Её же веками уже нет. - И что? Такие души не исчезают в никуда. - с лёгкой улыбкой подытожила юная султанша. Мысли не покидали её голову всю ночь. Столько эпох прошло и почти всё уже казалось невозможным, но... ночи говорили об инном. Одной из грустных ночей, когда Кесем ждала на Хюррем в полночь пришёл Кеманкеш. Живой и невредим. Но женщине он уже казался привидением. - Ты...? - ошеломлённо спросила, совершенно не смотря на то, что лишь в нижнем платье подошла и коснулась его щеки. - Да, Кесем Султан. Следует поклониться, но немного болит спина, поэтому... - Ничего. Ты... жив? - как же странно звучало это с уст госпожи, что беспощадно и саморучно казнила предателей. - Да, тогда... меня спасли греки. Уголки губ поднялись и глаза просияли надеждой. - Я не зря верила... - сильно обнимая, твердила. - А... Мы же вроде не были в столь тёплых отношениях. - аккуратно напомнил мужчина. - За это время много чего изменилось, мой мужчина. - Что? - Мустафа чуть ли не упал то ли от боли, то ли от услышанного. - М, да, прости, любимый. - Махпекер Кесем... Может обьясните что такого случилось за эти месяцы? - Я полюбила тебя. - Но поздно. А и... кого ты так ждала? - совершенно спокойно и холодно спросил мужчина. - Свою тайну. Валиде души, как поняла. Хюррем Султан. - Вы в порядке? - строго спросил, заглянув в глаза, впервые за вечер. - В полном. - сжимая кулон в руке, ответила женщина. - Тогда мне лучше спросить обо всём Атике. - Её нет. Она умерла от рук Мурада, когда тот узнал, что Атике наша дочь. - Между нами ничего не было. - Но я болела тобой. До сумасшествия. Вот и... - Что же можно было вычудить, чтобы...? - в карих глазах было недопонимание. - Когда-то ты развлекался в мейхане, я заплатила девушке за твою.... ну ты понял... - Да. Но не до конца понял зачем. - Из-за желания иметь твоего ребёнка. Извини. - Вот эта ночь всё и раскрыла. - уходя кинул и госпожа просто упала на кровать. Ни слёз, ни радости, ни горя, нет лишних эмоций. Только будто боль вместо любимого человека владела ею. Так султанша и заснула, а с рассветом проснулась от того, что её волосы гладили. - Хюррем Султан? - сонно спросила, увидев рыжее пятнышко сквозь приоткрытые глаза, спросила. - Да, Кесем... Ты такая... - Какая? - Прекрасная и несчастная. - Ещё чего. Я счастлива. А он своё мнение изменит. - Кеманкеш? Разве в нём проблема? - Именно. Он холоден как... глыба льда. - ища свой любимый кулон, кинула. - Он у меня. - призналась Хюррем. - Но зачем он Вам? - От него исходит тёрпкий аромат жасминов... Наш любимый... - Вы тоже его любите? - Именно тёрпкий. Очень. - улыбнувшись, молвила. - А, простите... Вы больны? - К сожалению, это так... Ничего не поделать... Никакая жизнь не вечна и не идеальна. - Знаю. Вчерашний вечер это доказал. Точнее, ночь. - Кесем... Кесем Султан... Выше голову и к цели по головам других. - бодро начала рыжевласка. - Ваш позитив имеет наглость убивать такую нежную натуру как у меня. - Ты ещё и Хатидже. Но не та. Далеко не та. Да, лирична и с болью души, но и исльнее, амбициознее. - Спасибо за поддержку. Так кулон будет у Вас? - Да. Я сберегу его. Обещаю. - кинула перед тем, как исчезнуть. Прошло 2 дня и казалось всё начало налаживаться. Но один ливень испортил всё. Погоду, причёску, наряд и жизнь, что только начала налаживаться. Тревога овладела душой Махпейкер. Никогда она ещё настолько не боялась увидеться с Кеманкешем. Да и... Может, просто не хотела. Их позвал Мурад. То есть, деваться уже было некуда. - Нет, он больше не будет моим псом. Мне Хаджи хватает. И с Хаджи реально безопаснее. - обьяснила свой отказ Кесем Султан. - Но это моё решение! - рявкнул Мурад, явно полюбив Мустафу. - А если я уничтожу его? В один миг. Явно, тебе это не нужно. В главные покои ворвалась Геверхан. - Валиде, не стоит идти против брата. Он, правда, добра желает сейчас. - Тебе откуда знать? Ты же не видела ничего. Да и вообще, я никогда больше не увижу его, или он не увидит мир. Халиф ухмыльнулся и это был знак Мустафе. Он буквально напал на любимую и все остальные тихо удалились. А нежная рука госпожи довольно сильно оттолкнула мужчину. - Жизнь твоя тебе не дорога, так мне ещё немного. Не стоит. - Ладно, но ты изменишь своё решение. - Обещаешь меня понять? Даже в самой странной ситуации. - Конечно. - Кеманкеш очень сильно обнял уже явно разбитую женщину. Я же... правда могу тебе верить? - совсем тихо спросила, голос уже пропадал. Но вместо ответа он просто сильнее обнял свою Кесем. Сплыли 3 года. Хюррем больше не появлялась, но и в жизни Валиде Султан Османской империи было относительное спокойствие. Но вдруг на тумбочке около кровати госпожи появился тот самый кулон. - В этот раз хоть на счастье? - спросила тишину брюнетка, надевая украшения. - Именно. Одень. - Но я выбрала колье на сегодня, валиде. - абсолютно безэмоционально кинула. - Дочка... Это лучший совет. Не советую его упустить. - мудро заметила Хюррем. Сейчас волосы госпожи-призрака будто потьмянели. Но Махпейкер не заметила этого слишком увлечённая ненавистью-любовью к Кеманкешу. У них же эти годы была странныя война. То бились на мечах, намерено нанося друг другу увечья, то залечивали их же и горели страстью. Но валиде души Кесем всё же послушала и одела кулон, который на ней засверкал и почему-то необяснимой силой потянул к покоям Мустафы. - Без Хаджи. Упаси Аллах. - Махпейкер хотела сорвать с себя кулон, но вместо этого уже влетела в покои Кеманкеша. - Султанша? - мужчина встал и хотел поклониться. Но брюнетка подлетела и взяла его руку в свои. - Ты слышал хоть раз биение моего сердца за все эти годы? - вдруг спросила. И только увидела его отрицание. Разговор дошёл к трепетному поцелую, а с терассы за ними наблюдала Гюррем Султан. Её душа облегчилась. Хоть кому-то смогла подарить счастье. Хотя... Она всегда его дарила и всем. Но тот мир был слишком тербователен к госпоже-фениксу. Даже, она немного страдала от него. - Но... Мы же никогда не относились друг к другу с такой нежностью. - робко заметил Мустафа. - Значит, сейчас самое время. - Ваше решение стало честью для меня. - вмиг склонившись, ответил. - Спокойнее. У тебя есть право на своё слово и мнение. - Тогда ты можешь быть кошкой по моему желанию? - спросил паша с огоньком в глазах. - С удовольствием, милый. - начав заигрывать, ответила Махпейкер. Впервые всё настолько наладилось. Но на прикроватном столике ниоткуда появился маленький дневник. Но чей он был? Вопрос оставался открытым. Вот и Валиде Султан вернулась в свои покои. - Дневник? И чей же он? - заинтересованно спросила тишину, держа его в руках. Открыв немного удивилась, что открылось на пустой странице. Но открыв первую она узнала почерк Хюррем султан по рассказам. - Интересная история... И что же дальше? - вновь в ответ полная тишина. Но вдруг с середины выпал цветок, он был засушенным и было неясно какой именно это цветок, но на него пришёл Касым. Касым, которого не было в живых. Или же Кесем сошла с ума? Вероятно. Ещё тогда, когда впервые увидела Хюррем султан, что показалась ей фениксом. Как же странно было это всё. Казалось, Кеманкеш отказался от неё, хотя на самом деле только он и остался рядом. Безумство стало превыше самой султанши. - Мне больно. - повторял голос, что уже садился. - Больше не будет, обещаю. - молвил Мустафа, который хотел нежно обнять любимую, но она отсахнулась. Привиделся нож в его руках. - Тебе и правда настолько больно? Ласточка моя. - тёплые руки пробежали по исхудалым щеках. - Но это всё от той невероятной силы любви к тебе. - Я виноват, дорогая. Хорошо. - целуя в лоб, кинул. Но сразу же и почувствовал её сухие губы на своих. - Может... Ты хочешь есть? - Я... Я хочу нас ... - лишаясь чувств, молвила Махпейкер. - Не бойся... Сейчас подари ей это... - услышал чей-то голос за спиной паша. Голос что-то напоминал... Когда-то он слышал подобное эхо в стенах этого дворца, но не обращал на него внимания. Мужчина немного испугался, но не подал виду. Это был приказ. Поэтому Мустафа повиновался. - Спасибо... - первое, что он услышал из уст своей султанши, как только она была уже более менее в порядке. Но Хюррем Султан не исчезла, а только грустно улыбнулась Махпейкер. После этого визита рыжевласки видения, что можно было с уверенностью назвать жуткими, исчезли. Но второй её приход не увенчался успехом. Кесем Султан случайно перепутала её с Мурадом из-за скрипа дверей и кинула в неё вазой. Что ранило даже душу и она не смогла исчезнуть. Султанша сразу же начала просить прощения, но это абсолютно никак не помогало. И помочь смогла только стрела Кеманкеша, что попала в спину султанши-призрака. Та впервые поблагодарила Мустафу, хотя не особо верила ему и даже полностью не вверяла в его руки судьбу Кесем. А сама Кесем стала заложницей совести, любви и несчастий. И это случилось не сегодня или вчера, а ещё довольно давно. *** - Я ненавижу Вас. Где мой кулон? - со злостью спросила как только приведение появилось. - Его просто уже нет. Уничтожен. И это не моя вина. - А чья же? Если именно Вы выманили его у меня? Чья тогда вина? Но рыжевласка молчала. Истерика Кесем Султан закончилась, а странные события в её жизни, - нет. - То есть, меня украл призрак, плод моей фантазии? Скорее поверю, что это сделал Кеманкеш. - фыркнула неизвестному Махпейкер. Но от того не последовало и вовсе никакой реэкции. - Но ты же сама выбрала войну со мной. Разве не так, Кесем? - спросила совсем немного прозрачная Хюррем Султан, выходя из-за колоны. - Не совсем так. Вы уничтожили мою судьбу, чтобы я страдала и я обещала, что не оставлю это просто так. - То бишь, без мести. Брюнетка кивнула. Страха не было вовсе. Она прекрасно знала, что Мустафа всегда её спасёт, что бы там не было. - А теперь тот самый выбор: лёгкая смерть за несколько дней в одном ложе с Мустафой или же карусели, но долгое счастье с ним. - Пф... Тоже мне... Конечно же, карусели... Я могу быть освобождена? - Конечно... Но если бы это оказалось кошмаром было бы куда лучше, так как Кеманкешу ещё никогда не было так плохо от переживаний. Это бывшему янычару. Руки быстро перебирали чётки, страх терзал душу, а аромат сомнений не отвязывался всю дорогу. Махпейкер вдохнула на полную грудь и подошла к зеркалу. - Хаджи, как Мустафа? - спросила в растроеном настроении. - Довольно странное его поведение... Будто опять ненавидит, но всё же скучает по Вам... Очень... И это видно... - Но только не тебе же, Кесем. - тот самый голос. Целых полгода его не было слышно в этих стенах. Женщина аж содрогнулась от неожиданности. Покои Мустафы - Когда ты успел разлюбить меня? - строго спросила, хотя на самом деле болело сердце. Пыталась не ухватится за него, дабы не выдать своего состояния. - И кто разносит подобную сплетню? - не отрываясь от бумаг спокойно спросил Кеманкеш. - По всей видимости, не такую уж и сплетню. - Кто? - подняв взор, спросил настырнее. Но вдруг остановился, зацепившись взором за украшение на груди. - Оно ничего не скрывает. Разве не видишь? - тише спросил, но с нотками ревности. - Так как у меня украли брошь обманным путём, я вынуждена была изменить свои наряды. А ты... Играешь? Или доказываешь, что я не права? - обнимая за шею, поинтересовалась. Тут бы последовал поцелуй, которого они так жаждали, но... - Не обманным путём вовсе. И мы дружили. - Пока я не уничтожила Вас из-за Ваших же ошибок. Признайте. - едко бросила Кесем Султан. Она вжималась всем телом в Мустафу, "расказывая" ему о своём страхе. И мужчина выступил наперёд. - Так давно не было, что у меня и не было кому отомстить за плохое настроение любимой. - М... - госпожа-призрак приплыла к паше и пронзительно посмотрела в его глаза. - Она угрожать ему что ль по своему будет? - пролетело в голове Валиде Султан. Кулон вдруг появился прямо в руке. Улыбка появилась на лице и будто весь мир посветлел. - Махпейкер? - немного разочарованно спросил, завидев как меняется её наряд. - В хамаме вечером. Даже то, что я незамужняя не оправдает меня перед султаном, если вдруг увидит.... Такую... - Боишься стать любовницей султана? Разве это так плохо... - Его апетиты и то... Самое важное, что он, - не ты... - впиваясь в его уста, кинула. Хюррем исчезла с тем, как от кулона посилился запах жасмина. Это, конечно же, не могло не радовать. Но тень, что осталась на стене после её последнего отбытия, пугала. - Может, в сад? - спросила султанша, желая покинуть гнетущие покои. Мустафа согласился. Сад Топкапы - Что с розамы? Увяли только белые. - вопрошала у Хаджи. - Не знаю, госпожа. Ничего такого не случалось. Но будем считать это хорошим знаком судьбы. - Будем надеятся... - прошептала. Почувствовала руки на талии. Хотела уже было влепить пощёчину Хаджи, который ранее просил обьятий, но была резко прижата к дереву. - Ах, Кеманкеш... Люблю тебя.... - А тебя много любят... И мужчин, тоже. Даже Хаджи. Так почему ты всё ещё верна? - Может, из-за того, что я не вижу мужчин в других? - спросила, обвивая руками шею любимого. Никто не ждал сейчас каких-то преград, но вдруг на голову Кесем Султан упала шишка. - Чёрт... Откуда тут шишки? Больно же. - Вы начали эту войну из-за чего? - прямо спросил паша. - Из-за кулона. - кинула женщина. - Или же из-за тебя. - опять этот голос, он уже просто выводил пару из себя. - Я точно не стою того, чтобы обижать мою любимицу. - тише заметил. Но вдруг Валиде Султан упала на ровном месте, а Мустафа был словно статуя очарован. Это стало последней каплей. Придя в себя Кеманкеш выкинул появившийся в руке любимой кулон в озеро.