Треугольник Жизни. Часть 1. Биоинженерный регион.

Система, гадкая, мешающая просто всему на свете. Сколько уже человек стали жертвами избирательности благодаря установленным рангам? Немереное количество. А замять реальную статистику, когда имеешь доступ просто ко всему через какой-то там один мощный вычислительный компьютер, не составит большого труда. Нажать всего пару кнопок и десятки тысяч превратятся просто в десятки. Разница в три нуля, а ощущается уже иначе. И сколько раз буквально своими глазами Флойд видел подобное проявление системы, просто выходя элементарно в магазин за продуктами. То светофор переключится как-то слишком внезапно, что машины не успевают остановиться, а люди уже начинают переходить дорогу, получая соответствующий приказ. То дома загораются сами по себе, а потом выясняется, что жильцы элементарно не смогли уплатить налоги. Самое настоящее оружие массового поражения. Оружие для человеческого геноцида, способное разделить общество по рангам и уничтожить тех, кто не является «золотым достоянием». Тех, на кого нельзя возлагать надежды просто потому что они не смогли ничего добиться в жизни, в отличие от политиков, ученых. Даже обычный школьный учитель имеет ранг ниже пяти, словно какой-то чернорабочий, что уже обозначает их как класс без перспектив. Куда им. Пришло время это остановить. Да. Это было нелегко. Да. Пришлось рисковать. Но он не Флойд Лич, если не может преодолеть даже самые заковыристые трудности. Работать на два фронта было изначально не самой прекрасной идеей. — У тебя все нормально, Флойд? Ты выглядишь очень уставшим, словно эту ночь ты провел явно веселее меня, — слышалось практически день через день со стороны Джейда, как раз после очередной вылазки по заданию от ДедСек. Все для того, чтобы получить нужную информацию от них, втеревшись перед этим в доверие. Заодно и научиться хакерскому мастерству. Профессионалы там от бога, смогли за пару месяцев, пока вынашивался четкий план по ликвидации сети, буквально с нуля обучить самого настоящего чайника тому, чему некоторые люди учатся годами. И в конце концов… Предать. Сканирование файлов завершено на 99%. — Что ты здесь делаешь? — послышалось откуда-то из-за спины, — Флойд, зачем? — быстрые приближающиеся шаги разрывали кликающие звуки работающих серверов, — Какова была твоя истинная цель? Послужить во благо Блюм? Ты этого добивался? В ответ молчание. А что тут можно сказать. «Да, все почти так. Только я собрался уничтожить систему раз и навсегда, чтобы оставить вас без вашего хлеба»? Ну уж нет. Равносильно самоубийству. Бегло просмотрев данные своими глазами и что-то слив на свою флешку, Флойд просто молча развернулся и ушел. Тот парень. Такой наивный. Ожидал услышать прямой ответ. Напрасно. Нельзя терять ни минуты. Головной офис компании Блюм. Идет дождь, словно говоря о приближении чего-то не очень хорошего. Лич стоит напротив входа, держа в одной руке свой телефон с продвинутым софтом для взлома, который проапгрейдил собственно сам, а в другой крутя ту самую флешку. Что-то там да есть. Основные планы лежат в голове. Место, где находится обнаруженная уязвимость, бэкдор. Номер сервера, номер ячейки. Все это он прекрасно помнит. Пришла пора покончить с этим. Пройти мимо охраны не составило труда. Флойда здесь все прекрасно знают и не имеют ничего против того, что он пришел спустя три часа после завершения рабочего дня. Подумаешь. Кого это волнует? К счастью, никого. Таким же размеренным полуленивым шагом дойдя до лифта, зашел в него, сразу на кнопку ТЭ (технический этаж). И кто придумал запихивать серверную на самый верх. Явно самый отбитый гений. Сервер 189. Ячейка 3. Подключившись к нужному аппарату, тут же принялся искать тот самый обратный код. Нашел. На самом видном месте. Поразительная халатность. — Нэ, как же тупо. Заметно невооруженным глазом, — протыкав через телефон на пару иконок, подключил флешку к ячейке, чтобы подгрузить вирус. Вирус-ловушка. Бэкдор закрыт. При попытке войти система просто выйдет из строя. Возможно даже будут жертвы. Еще больше, чем от избирательности. Забавное замечание. Как жаль, что такой результат вполне ожидаем. Запрятав бэкдор-ловушку поглубже в код, чтобы найти его было сложнее, извлек флешку. На ней написаны координаты. Написан отрывок кода из места, где находится эта страшная новая уязвимость. Нужно предусмотреть многое. Возможность самоустранения. Кто знает. Закончив с этим делом, преспокойно удалился из серверной. Только глупый Флойд не учел одного. За ним следили через камеры. Жаль, ничего вернуть уже нельзя. «Мы приведем вас к лучшему будущему» — скандируют вывески и громкоговорители, — «Будущему, в котором царят безопасность и порядок. Вам не придется испытывать на себе муки выбора жизненного пути — мы сделаем это за вас, благодаря новой, усовершенствованной системе рангов и отбора. Где будете жить, учиться, работать — все это появляется в базе данных с момента вашего рождения. Все для того, чтобы развитое, интеллигентное общество стало еще прекраснее и чище!» Азул верит в эти лозунги и красивые слова. Берет за аксиому к своей карьере и жизни, восхищается «великими людьми», создавшими эту сложную, тонкую систему отношений между каждым человеком в их большом городе. Он рад родиться в это время, когда есть возможность застать важнейший перелом в истории человечества, приложить свою руку к этому великолепному проекту, поддержать, улучшить его. Конечно, ведь не каждому повезет получить подпись «10-й ранг» в своем профайлере. Хоть для Азула это и не веский повод для хвастовства, чего не скажешь о его коллегах. Корпорация «Блюм» набирает к себе исключительно умных, способных, высокоранговых работников. Даже если в вашей карточке стоит заветная цифра «9», никто не даст гарантий, что место будет ваше. 10-е ранги — самые высшие — принимаются в компанию без очереди. Все потому, что для них нет другого пути — с недавних лет в профайлере такого ребенка пометка в графе места работы никогда не изменится, даже если он захочет учиться на художника или преподавателя музыки. «Корпорация Блюм» — для кого-то, может быть, проклятье, для кого-то — мечта. Впрочем, еще ни разу не было прецедентов отказа. Хотя едва ли кто-то наберется смелости сказать «нет» самой системе, лишившись при этом ранга, накоплений и возможностей, которые дают эти заветные цифры. Поэтому, когда сверху приходит приказ о новой программе «Еженедельный суд», по многоэтажному (действительно многоэтажному) зданию проносится гул заинтересованных голосов, но никак не возмущенных. Суть «Еженедельного суда» оказалась довольно простой. Работники 10-го ранга, всего в количестве 28 человек, собираются в специально отведенном помещении, похожем на конференц-зал. Только на двери бронированные накладки, и закрывается та на 4-ех створчатый пин-код замок, который возможно открыть только из центра управления. На связь выходит один из основателей корпорации, рассказывает, каких успехов они добились, благодаря общим стараниям, и просит о небольшой помощи. В любом организме, организации и системе существует слабое звено — так и в их хрупком обществе. А слабое звено, как гласит правило, необходимо искоренять. «Еженедельный суд» преподносится простой, незатейливой игрой, в которой основатель проверяет своих исключительных работников на честность. Поэтому каждый, находясь в круглом конференц-зале, старается произвести впечатление своими логическими схемами и размышлениями. Участники не слышат имен, не видят лиц и совсем не думают о том, чью судьбу они решают. Это же просто игра — выбери наказание, сравнимое тяжести проступка. Азул наслаждается собой: как плавно текут мысли, и как остальные присутствующие замолкают, стоит ему набрать в легкие воздуха. Его замечания всегда попадают четко в цель, наказания — самые безжалостные и, как ему кажется, правильные. Основатель, по ту сторону экрана, молчаливо кивает головой и, кажется, даже немного улыбается. Азул рад чувствовать себя значимым, рад видеть на себе хвалебный взгляд, украдкой посматривая на широкий монитор. В этот день Суд не отличался от прочих предыдущих. Те же люди, взбудораженные взгляды, файлы, показанные в виде голограмм, Основатель, наблюдающий за ними из-под чуть спущенных на нос очков. Поэтому, когда Азул выносит вердикт «Наказать безжалостно», никто не ожидает, что велико уважаемый человек немного приподнимется с места и внимательно посмотрит на юного участника великой системы. «Их» великой, безжалостной системы. — Вы уверены, мистер Ашенгротто? Внезапный вопрос, совершенно не к месту, заставляет усомниться, зал затихает, а все напряженные взгляды устремлены на Азула. Дело касается милого работника, сознательную жизнь посвятивший прекрасной компании. Работал, не покладая рук, выполнял даже самые мусорные поручения. Больше всего он желал заполучить признание и доверие, но… использовать эти благие дары отнюдь не для благих целей. Он подставил компанию, заполучив секретные данные и распространив их по всему миру. Это подорвало репутацию, из-за чего хрупко выстроенная система развалилась, а весь мир погряз в хаосе и беспорядке. — Уверен, — отвечает Азул и крепко сжимает кулак от напряжения. Почему он должен сомневаться? Предательство тех, кто щедро кормил тебя — самое страшное преступление. — Вот видите! — Основатель смеется, смахивая с уголка глаз невидимую слезу. — Не зря вы, 10-е ранги, такие исключительные! Людям ниже вас не дано понять всю сложность такой ситуации, а уж тем более вынести правильный вердикт. Зал тихо смеется — в словах чувствуется вязкая приторность. Однако не каждый обращает на это внимание. Даже Азулу кажется, что это легкое наваждение, которое появилось из-за внезапного напряжения. — Запомните этот случай, — продолжает Основатель. — Как ваш наставник и проводник в новую жизнь, я хочу, чтобы вы поняли, что случается с теми, кто пытается пойти против системы. Наступит хаос! Разруха! Все, что мы создавали таким упорным трудом, превратится в труху, и общество снова вернется в каменный век. Слышатся одобрительные возгласы. Еще одна успешно завершенная игра с не менее прекрасным вердиктом для главного нарушителя системы. «Если вы когда-нибудь решите повернуться к нашей прекрасной корпорации спиной, мистер Ашенгротто наградит вас исключительным, достойным только вас наказанием!» Основатель хохочет в голос, как и весь зал. Гул голосов отзывается эхом в черепной коробке, отчего мысли и взгляд начинают постепенно расплываться. Дышать становится сложнее, но ему нужно стоять на ногах — он не может упасть в грязь лицом перед уважаемым человеком и остальными коллегами 10-го ранга. Отчего-то Азулу впервые становится страшно среди этих людей. Утро начиналось практически как обычно. Очередные ошивания в головном центре Блюм ради того, чтобы получить контракт на устранение. Цели находятся всегда, каждый день, по несколько человек. Или это только Джейду так везет. В любом случае, факт есть факт, у центра всегда много врагов, всегда находится кто-то, кто готов пойти против созданной системы, что, в общем-то, и не удивительно. Данные очередной цели уже в телефоне. Весьма удобно пользоваться сторонними зашифрованными девайсами, чтобы упростить себе жизнь в поисках своей жертвы. И лишь только выйдя из здания, в голову прокрался вопрос. Где Флойд, с которым он видится каждый день по утрам независимо от обстоятельств? Брат ведь всегда приходил на работу, даже если был сильно потрепан. Нотка переживания тут же закралась в сердце, заставляя биться чаще. Контракт пришлось отложить, вернуться в здание, вдруг родной душе стало где-то плохо, поэтому он не вылез из ниоткуда, чтобы повеситься на Джейда и крепко того обнять, почти что задушив. Но это же насколько ему должно быть плохо… Ничего. Обыск каждого этажа ни к чему не привел. Флойда нигде нет. Тогда то и пришлось прибегнуть к тому, чтобы пробраться на этаж десятого ранга без разрешения и без приглашения. Сразу же возмущенные возгразы из разряда «что вы тут делаете?». Но никто даже не пытался забить тревогу. Не удивительно. Десятки чувствуют себя в безопасности, закрывшись в своем бункере на двадцатом этаже. Найдя нужный кабинет с табличкой, имя на которой довольно часто звучало в их с братом жизни, так же бесцеремонно вошел, даже не постучавшись. — Мистер Ашенгротто. Прошу прощения за такое внезапное вторжение, — и зачем он это сказал. За что здесь извиняться, когда пропал брат и единственный, что чаще всего им обоим выдавал контракты на устранение, был именно Азул, — Флойд Лич, мой брат. Он приходил сегодня сюда для получения задания? Из-за вороха документов и нагромождений папок выглядывает светлая макушка. В последнюю неделю свет в этом кабинете выключается поздно, а включается слишком рано. Поэтому, когда Азул поднимает голову, чтобы посмотреть на внезапного гостя, его взгляд немного расфокусирован и плавает между предметами мебели и фигурой вошедшего. Обычный 10-й ранг возмутился бы такой наглости — без стука, да ещё и не имея имея себе специального разрешения. Но Азул уже давно размазал для себя рамки этой обычности. По крайней мере, для себя. И по крайней мере — для братьев Лич, с которыми он разговаривает в этом офисе, наверное, даже чаще, чем с остальными коллегами. А близнецы даже не напрямую принадлежат его корпорации — за это можно получить и выговор. Впрочем, последнее его волновало меньше всего, ведь 10-е ранги могут получить наказание только от Основателей, а тех не очень-то и интересует повседневная жизнь исключительных работников в светлом офисе. — Доброе утро, Джейд, — все же решает немного поучить манерам. Улыбаясь, в его голосе явно слышится ненавязчивое наставление. — Мне всегда казалось, что вы чувствуете друг друга на расстоянии, и таких вопросов я никогда от вас не услышу. Шутка, наверное, не самая тактичная и слишком неловкая. Азул понимает это только когда язык успевает повернуться быстрее, чем умная мысль приходит в голову. Он прочищает горло, отодвигая на край стола стопку папок, и старается сделать вид, словно ничего не было. — Флойд не приходил сегодня. Хотя одно задание для вас висит… Может, посидишь-подождешь? — кивает на кресла в углу кабинета. Услышать «не приходил сегодня» было достаточно для того, чтобы сердце окончательно ушло в пятки. Чтобы Флойд то да не пришел… А «работодателя», что зовется, волнует в основном только то, что есть очередная цель для устранения и было чвно неплохо расправиться с ней поскорее. Немного все же обозлившись на услышанное, сделал несколько шагов в направлении стола, намереваясь задать больше вопросов с язвящим подтекстом но… Остановился. — Особенная связь между братьями-близнецами сейчас не самая удачная шутка с вашей стороны, сэр. Флойд не получил задание на устранение, Флойда не было здесь. Я его не встретил. Он не берет трубку. Интересно предположить то, что с ним могло что-то случиться, — на лице эмоция крайней степени напряжения. Все же сердце и так уже давно подсказывало, что что-то здесь не так и, возможно не стоит тратить время настолько напрасно, лишь выжидая, — Вчера я его видел последний раз по видеосвязи, когда он пришел домой. На нем не было лица. Он говорил со мной так, словно в последний раз. Произошло что-то, о чем я не знаю? Вы дали ему задание, которое предполагает возникновение угрозы его жизни? Азул не переносит напряжения — от давления начинается изжога и неприятно болит голова. Он борется с каким-то инстинктивным желанием вжаться в кресло, старается смотреть прямо и вздыхает, поправляя очки. Лёгкое движение, позволяющее привести мысли в порядок. — Козёл отпущения всегда тот, кто даёт работу, конечно, — кладет руки в замке на свободное место стола. — Нет, я не выдывал ему никаких заданий. Да и откуда мне вообще знать, чем он занимается в свободное время, — я же не слежу за ним. Если не берет трубку, может, отправился покорять толпы красоток. Должна же у него быть личная жизнь, м? Могу, разве что, проверить записи входящих и выходящих на нашем этаже. — Флойду не интересно ничего, кроме работы. О том, чем он занимается в свободное время я всегда прекрасно знал, поскольку он никогда от меня это не утаивал, — сделав глубокий вдох, Джейд прикрыл глаза и сделал несколько шагов назад, — Если вам не сложно, то посмотрите. Возможно он получил срочное задание от кого-то другого и поспешил отправиться на выполнение задолго до того, как я пришел. — Ооо, — на лице Азула понимание, смешанное с легкое насмешкой. Впрочем, не ему лезть в чужую жизнь и уж точно в тонкости братских отношений. Поэтому он тактично поднимает руку вверх, мол, все понял, без проблем, пока второй открывает верхний ящик стола и достает ноутбук. Всегда бы им пользовался, если бы не целая часть данных, которые ему приносят исключительно в печатном варианте. Потому что, как показала чья-то практика, некоторые цифры слишком важны, чтобы хранить их в системе даже под такой, казалось бы, высокой защитой. На то, чтобы открыть ноутбук и найти среди файлов записи с прошедшего вечера и раннего утра, требуется несколько минут. Просмотреть видео с ускорением — еще парочка. — Тебе повезло прийти до 12-и дня, — подмечает задумчиво, просматривая. — После этого все записи отправляются в архивный отдел и пришлось бы просить лишние коды доступа. Это было бы затруднительно. Из груди вырывается легкий смешок, когда он понимает, что на записи, кроме него и прочих работников 10-го ранга, на этаже никого не было. Вот толпа выходит на Судебную игру, после этого возвращаются не все, но многие, и разбредаются по своим местам, чтобы закончить работу. — Не вижу его, — подытоживает Азул и поворачивает монитор к Джейду, чтобы тот сам мог удостовериться. — Тогда. Пока не поздно. Я хочу, чтобы вы помогли мне просмотреть все этажи. Я бы мог справиться и без вашей помощи, но, чтобы не получить большое количество проблем, я буду использовать вас как ключ доступа, — он скрестил руки на груди, хитро ухмыльнувшись, — И вы не можете мне отказать, — в одной руке держит телефон с тем самым установленным софтом, что доверил ему брат, незадолго до своей пропажи. Руки резко закрывают ноутбук — пальцы вцепляются в края устройства, сжимая, словно игрушку-антистресс. — Что это?.. Телефон? — из груди вырывается напряженный смешок. — С чего ты решил, что какой-то телефон не позволит мне сейчас нажать на кнопку и вызвать охрану, вместо того, чтобы идти за тобой, словно собачка на поводке? — Я могу вам наглядно продемонстрировать то, каким образом я смог сюда попасть, — ничего не стоило Джейду нажать пару раз по экрану. Система безопасности заблокирована. Как и выход за пределы кабинета, — Можете делать, что вам будет угодно. Сейчас вы стали моим заложником. Если и дальше продолжите упираться, то я исполню свою роль как устранителя прямо здесь. В глазах Азула заметен страх, с которым он смотрит на телефон в чужой руке. Ни подбежать, ни выхватить устройство — все без толку, с его то физической подготовкой, которой не было. Оставалось только плотно сжимать губы и дышать, раздумывая. Хотя и думать тут особо не над чем — вариантов ему никаких не оставили. — Бесстрашность или безмозглость — угрожать мне в собственном кабинете. Ну, убьешь, выйдешь, потом все равно найдут — догадаться будет нетрудно. Получишь такую же пулю в лоб… — откидывается на спинку кресла и, выждав несколько секунд, кивает головой. — Ладно, пусть по твоему. Если совесть не замучает. — Тем не менее, вы боитесь, — сделав шаг в сторону, как бы приглашая пройти на выход, Лич, в ту же секунду возвращает все, как было, — Даже не думайте подорваться к кнопке сейчас. Моя реакция куда лучше вашей. Азул задумчиво смотрит на руки, лежащие на коленях. Пальцы и ладони немного подрагивают, а ближайшая к столу ненавязчиво движется в сторону. В итоге он насильно останавливает ее, накрыв второй рукой и крепко сжав за запястье. — Конечно я боюсь, — улыбается, правда без капли искренности. Он встает с кресла, складывает руки в замок за спиной и пожимает плечами — делать нечего. А такая глупая и внезапная смерть в жизненные планы никогда не входила. — Смотри, как бы тебе это не аукнулось в будущем. А пока, раз уж я твой заложник, выбирай маршрут — отдаю тебе право. — Этажи. Затем архивы, в случае, если Флойда не удастся обнаружить нигде. Это уже о многом скажет. Даже будучи серьезно раненым он не стал бы пропускать работу, — Джейд навис над Азулом, глядя на него весьма устрашающе и голодно. Словно прямо сейчас собирался его съесть, — Идите вперед. Вам же открывать вход на этажи. — Звучит как хороший план, — голос насквозь пропитан сарказмом, однако от своих слов Азул не отказывается. Подтрунивать даже в такой ситуации нужно уметь. Достает из кармана пиджака пластиковую карту — буквально ключ ко всем помещениям и этажам офиса, кроме особо защищенных. Покажи такую любому охраннику — ни единого слова не скажут, а только вперед пропустят, еще и кивнут вежливо в знак приветствия. Стоят ли обязанности 10-го ранга таких привилегий? Возможно. Как, например, сейчас, когда пожирающий взгляд направлен прямо в затылок и ощущается ничуть не хуже холодного дула пистолета. В коридоре 10-го ранга на Азула смотрят с удивлением, на Джейда — с недоверием и неизменным презрением. Однако милой улыбки Ашенгротто хватает, чтобы глазеющие коллеги разошлись по своим делам и не преграждали проход к лифту. Уровнем ниже — уже более знакомое обычному человеку офисное помещение, всего занимающее 3 этажа от здания. Здесь 8-е и 9-е ранги работают вместе, так как их правовые стези практически не отличаются. Обязанности, впрочем, тоже довольно схожи, разве что 9-ка может отправить 8-ку на мусорное задание, и тот не сможет ничего возразить. Представителя 10-го ранга кто-то встречает чересчур формально, кто-то, если занят работой, в принципе игнорирует. Азул не обращает внимания на такие мелочи — долгие приветствия и кивки только отнимают драгоценное время. Хотя такое поведение — скорее красивое исключение. — Мистер Ашенгротто, а вы… — звучит робкий голос откуда-то сбоку. Светловолосая работница, ну точно 8-го ранга — как сильно тупит взгляд в пол, видимо заинтересовалась молодым человеком, шедшим у Азула за спиной. — Экскурсия, — отмахивается тот в ответ и старается улыбнуться как можно более невинно. — Ах, понимаю! Надеюсь, этот милый молодой человек сможет влиться в наш коллектив, — девушка тут же убегает, а Азул прилагает все усилия, чтобы не залиться нервным смехом на все помещение. Остальные этажи отведены тем, кому по глупой случайности посчастливилось попасть в корпорацию Блюм. 7-ки, разжалованные 9-ки и 8-ки — практически муравейник, только без четкого распорядка. На этих этажах не обратят внимания на загулявшего устранителя, решившего провести ночь за одним из пустующих столов. И раз уж здесь не удалось найти копию того «милого молодого человека», который улыбался у Азула за спиной, можно было готовиться только к худшему. Они дошли до другого конца помещения. Приложив карту, Азул в который раз за день вызывает лифт, который приходится немного подождать. В это время Азул спрашивает тихо и практически, как ему кажется, ненавязчиво: — Почему ты так уверен в том, что Флойд не мог где-нибудь загулять? Раз он выглядел в тот вечер плохо, может, у него был плохой день, и он поехал, не знаю, за город, чтобы остыть? — Он бы сказал мне обо всем. У братьев нет друг от друга секретов. Мы клялись помогать друг другу независимо от обстоятельств. И тут мой брат внезапно пропадает. Не отвечает на звонки, телефон не отслеживается. Очень занимательно. Разве не Блюм имеет технологию, которая блокирует отслеживание устройства, когда это необходимо? Именно поэтому я не побежал искать его по городу. А пошел сюда, — сделав глубокий вдох, Джейд достал свой телефон и предпринял очередную попытку позвонить. Как и прошлые, тщетную. — Имеет, — Азул тихо вздыхает. Вроде и понимает, почему такое волнение, но с другой стороны — Флойд исправно выполнял свою работу. Настолько, что даже у заносчивых 10-х рангов было к нему отношение лучше, чем просто никакое. И все же он не решает давать сейчас лишнюю надежду. К тому моменту приходит лифт, который отвозит их на нижний этаж — к стойке охраны, разветвленным коридорам и служебным помещениям. Перед каждой дверью стоит по два человека, вооруженных не самым безобидным оружием. На практике проверять точно не захочется. — Нам сюда, — Азул указывает на одну из бронированных дверей с табличкой «архив». Подойдя ближе, сразу сталкиваются с мужчиной, которого, по виду, уже до смерти осточертело пребывание в этом месте. Он оценивающе смотрит на Азула, после чего переводит вопросительный взгляд на Джейда и пропускать явно не планирует ни того, ни другого. — Ах, да, точно, — Азулу вновь приходится лезть в карман за картой и тыкать ею охраннику чуть ли не в нос. — 10-е ранги совсем границ не видят, — мужчина вздыхает, практически рычит, и неохотно отходит от своего места. — Ваше мнение здесь мало кто будет учитывать, сделайте свою работу, — улыбка на лице Азула слишком приторная. Охранник ворчит, но с горем пополам вводит временный пароль от двери и пропускает внутрь. Когда дверь за ними закрывается, Азул раздраженно вздыхает и подходит к центральному столу. — Придумали временные пароли, теперь приходится каждый раз выслушивать нравоучения от этих… неважно. — Я бы хотел посмотреть записи за весь прошедший день. Если вы конечно не против. Хотя, особого выбора у вас нет, — максимально незаметно активировал свой телефон. Остается только подождать, пока Азул доберется до нужной информации, которую необходимо будет проанализировать. Четкое чувство того, что Блюм в этом деле как-то непосредственно замешан. И хочется верь в то, что мозг просто пытается искать виновных из-за переживаний. Всего несколько простых движений: приложить карту, ввести код сотрудника, выставить нужную дату и время. Азул практически уверен, что записи с камер не покажут ничего странного. Практически — не до конца. И все же вера в корпорацию заложена практически в подкорке, и он не горел желанием от нее избавляться. Это ведь… удобная, теплая, приятная зона комфорта. Которую, к слову, многие не признают таковой. Азул готов уже оторваться от бессмысленного созерцания на быстро сменяющиеся записи с нескольких прошедших дней. Но ровно в 12 часов ночи главные двери в офис Блюм открываются, и на экране появляется никто иной, как виновник сиюминутного волнения. Отряхивается, видимо, после дождя, мило здоровается с охранниками и проходит внутрь — его не останавливают, улыбаются и желают хорошего вечера. Записи из лифта удаляются сразу же за ненадобностью, поэтому приходится быстро переключаться между этажами, выискивая вышедшего Флойда. — Дальше сервер, — бормочет Азул, переключая запись. Единственная камера — напротив полу-матовых дверей, прямо над лифтом, записывающая каждого входящего и выходящего. Именно здесь она фиксирует Флойда — его появление, и закрывающиеся за ним двери спустя несколько минут. Азул отходит от стола, позволяя Джейду посмотреть поближе, складывает руки на груди и молча наблюдает. Увидев Флойда в конечном пункте назначения, Джейд застыл, словно окатили холодной водой. Что ему понадобилось в серверной компании Блюм в такое позднее время? Еще и пробрался так легко. Как будто и в серверную у него есть непосредственный доступ. Джейд же получил доступ ко всем помещениям, кроме серверной. Уровень защиты там был слишком сильным для хакера-новичка, который умеет только простые замки открывать за замазывать свой цифровой след во время таких вторжений в систему. — Об этом он мне не сообщал. Но почему… Почему после этого он был таким подавленным. Если это прямое вторжение в систему, получается, что его могли заметить? Если так, то его могли просто устранить. Нужно больше информации. — Ну, это уже не ко мне, — доносится немного насмешливый голос Азула из-за спины. — Я и так провел тебя по всему зданию и показал архив. За это уже могут отстранить от должности, если не хуже. Он медленно подходит к столу, посматривая на карту доступа на считывающем табло. — Почему Флойд не сообщал, выглядел подавленным или куда пропал — это вне моей компетенции. И никакой точной информации об этом я дать тебе не могу… как и не могу допустить тебя к засекреченным материалам, которые тебе видеть не положено системой. — Если предположить, что Флойда устранили, то его устранил Блюм, если произошло вторжение в систему. Если это устранение действительно было, значит его заказал кто-то из людей десятого ранга. Либо… Кто-то еще свыше? — наблюдая за действиями Азула, Лич продолжает потихоньку подкачивать данные на свой смартфон, дабы позднее получше все рассмотреть, — В таком случае мы еще не закончили. Мне нужно знать, откуда берутся контракты на устранение. Вы ведь знаете, откуда они к вам поступают? Сомневаюсь, что именно вы находите цели и передаете задания нам. Вы на такое точно не способны. — Ты и сам прекрасно знаешь, как работают большие системы. Есть тот, кто находит цель, тот, кто передаёт информацию об этой цели, и исполнитель. Считай, что я сказал тебе все, что мог сказать под надзором камер. И все же я практически уверен, что ты ищешь не в том месте. Флойд прошёл в серверную, но если бы было вторжение в систему, наверное, сработала бы сигнализация, и он оказался бы там заперт. Однако, как мы все видели, он вышел оттуда целым и здоровым. Разве что у него не было какого-то обходного плана, который не задевал бы красную зону, хоть это и очень сложно, даже среди 10-х рангов. Тогда достать системные коды и затем распространить их где-нибудь было бы слишком… — Азул запинается немного, часто моргает глазами. В голове невольно всплыло недавное дело, но… это же ведь такое глупое совпадение, — не может такого быть. — Что не может быть, — заметив, что Азул замешкался, Джейд подошел к нему поближе и крепко схватил за плечи, — Говори. — Руки! — Азул резко подаётся назад, стараясь извернуться и уйти из-под крепко сжимающих пальцев. Получается, правда, не очень. — Не может быть, так не может быть. Это игра моего больного воображения, уже порядком уставшего от твоего давления. Смотри на записи и уходи, я тебе больше ничего не могу сказать. — Если вы что-то знаете, то вы должны сказать мне. Даже если это просто предположения. Он мой брат. Я должен хотя бы знать, где он сейчас, чтобы помочь ему, — слегка тряхнул парня, чтобы тот пришел в себя, — Что вы вспомнили? — Где в моем контракте написано «должен»? Вы с Флойдом — устранители, наемные убийцы. Мне нет дела до ваших семейных размолвок, если кто-то один ушёл развлекаться и ничего не сказал второму, — поправляет очки, выдерживая паузу. Нужно держать себя в руках и не болтать лишнего. — То, что я вспомнил — тебя не касается. Это дела Блюм, а ты, будь добр, и дальше исполнять выданные лично тебе задания, — Азул настойчиво ткнул Джейда в грудь пальцем пару раз. — ДЕЛА БЛЮМ?! МОЙ БРАТ ПРИШЕЛ СЮДА ДЛЯ КАКИХ-ТО СВОИХ ЦЕЛЕЙ, ЯВНО ПЕРЕШЕЛ ВАМ ДОРОГУ, В СВЕТЕ ЧЕГО СКОРЕЕ ВСЕГО ПОПАЛ В БЕДУ, А ВЫ ГОВОРИТЕ, ЧТО ЭТО ДЕЛА БЛЮМ?! — на порыве злости Азула оттолкнули, да с такой силой, что вероятно тот скорее всего сядет на задницу, затем виновник устроенной сцены пошел на выход, поскольку девайс просигналил о завершении закачки данных, — Он мой брат. И я должен узнать, что произошло. Если вы мне не поможете, то я узнаю всё сам. Если это как-то будет связано с вами… — тут он на мгновение замолк, — Бояться устранителей нужно будет отнюдь не людям ранга ниже десятого. Внезапный толчок заставил ноги подкоситься, после чего Азул осел на пол, удержавшись одной рукой за край стола. В голове, как заведенная, вертелась одна мысль — нельзя дать ему уйти. Взгляд перескакивает с предмета на предмет, пока Джейд неумолимо подходит к двери. Если Азул его не остановит — будут проблемы. Разбирательства, понижения, споры — Основатели увидят все, в том числе и его косвенное предательство. Все люди эгоисты, не задумывающиеся о счастье другого. Так почему Азул должен поступать иначе и позволять Джейду такие вольности, если это ставит под угрозу его карьеру? — Не ниже 10-го, да?.. — фраза запустила какой-то спусковой механизм. Азул вскакивает со своего места и, врезавшись в стул, резко убирает карту со считывающего табло. Если убрать код доступа без завершения сеанса, сработает обязательная сигнализация, которая привлечёт внимание охраны. Из динамиков в коридоре тут же раздалась звонкая сирена, а в архиве загорелась красная лампа. — Ты действительно думал, что тебе это все просто так с рук сойдёт?! — голос срывается, Азул явно паникует и брыкается в сетях, словно загнанная, ослабевшая рыба, из последних сил. — А я думал, что раз вам все равно, то вы и не станете мне мешать. Как оказалось, напрасно я это полагал, — ухмыльнувшись, Лич резко очутился за спиной Азула и схватил его под руки, к виску уже приставляя нешуточный пистолет, — Мне ничего не стоит вас убить за то, что вы прямо сейчас решили перейти мне дорогу. Десятый ранг оказывается глупее, чем я предполагал. Даже если сейчас сюда придет вся охрана здания, они не смогут тронуть меня, если им все еще важна ваша жизнь. Если же нет. Вы умрете. Азул издаёт нечто вроде жалобного писка. Вырываться — бессмысленно, если он только не хочет усугубить свое и так тяжкое положение. — Тогда ты окажешься ещё глупее, если выстрелишь, — голос постепенно набирает обороты с тихого шепота. — Тогда ни брата, ни ответов, ни своей жизни — ничего тебе не видеть! Охрана никогда не выстрелит по 10-му рангу, даже не надейся! Эхо последней фразы растворяется в скрипе бронированной двери в архив и шума шагов — сюда сбежалась охрана чуть ли не со всего этажа. Всё же мнительность у этих людей зашкаливает. Даже понятно, почему именно они работают охраной, а не кто-то другой. Азул скользит взглядом по наведенным на ним пистолетам в дюжинном количестве. Чем дольше они стоят в таком положении, тем сильнее внутри копошится нервозность, отражаясь на лице — в уголках глаз начинают собираться маленькие слезы. Азул думает выкрикнуть что-то вразумительное, но охрана опережает его и опускает оружие. Они прекрасно понимают последствия случайного убийства 10-го ранга. Приказа выстрелить… не поступало. Поэтому охрана медленно расступается, освобождая дверь и проход. — Получить ответы я могу и без вас. С вами просто проще, — перехватив Азула покрепче, Лич пошел с ним к выходу, — Если вы попытаетесь выстрелить, то меня вы возможно и убьете. Но убить человека десятого ранга я все же успею быстрее. Устранители не просто стоят целыми днями посту, ожидая, когда случится что-то интересное. Моя реакция намного быстрее вашей. Как и слух. Один неверный шорох и в голове фактически одного из ваших боссов будет пуля. Если все поняли, то не пытайтесь гнаться. Нажать на курок я могу в любую минуту. Проследив за реакцией солдатиков, Джейд направился вместе со своей добычей к лифту, через который они пойдут прочь из здания. Если этот человек что-то знает, значит нужно в первую очередь допросить его. — Вызывайте лифт. Вам же проще. «Вам же проще» — сколько раз за день он уже услышал эту фразу? И в который раз ничего не может возразить. Только подчиниться с надеждой, что это издевательство скоро закончится. Азул послушно вызывает лифт, оглядываясь — охрана действительно осталась на своём месте. Потрясающая выдержка. Как только лифт приехал, они оба в него зашли. Само собой Джейд не намерен отпускать Азула даже по требованию властей. Опять же. Перевес явно не на их стороне. Выступать против устранителя со стажем в десять лет себе дороже. Пистолет все еще приставлен к виску, не позволяя приехавшей полиции и военным даже попытаться атаковать. — Если вы надеетесь на собственное освобождение прямо сейчас, то я спешу вас огорчить, — подойдя с Азулом к машине, на которой собственно и приехал, Джейд заптхал того внутрь и закрыл там, все еще держа на мушке, чтобы никому не пришло в голову воспользоваться моментом и убить. Не выйдет. Затем и сам сел за руль, принимаясь уезжать в направлении дома своего брата. Возможно там тоже что-то найдется, — Вы явно что-то знаете. И я намерен из вас эту информацию вытянуть. Превращу вас в послушную собачку на цепи вместе с этим. Такой ценный заложник станет ключом ко многим дверям. Какое-то время Азул молча смотрит на проплывающие за стеклом машины, дома и других людей. Ситуация паршивая — голова просто раскалывается от тревожности, что даже хочется приложиться головой обо что-нибудь твердое, чтобы отключиться на какое-то время. В принципе, это он и делает — прикладывает лоб к прохладному стеклу, но лишь для того, чтобы хоть немного унять ноющую боль. Взгляд то и дело косится на зеркало заднего вида и отражение Джейда в нем. Спасибо, хоть в багажник не посадил — это было бы в разы дискомфортнее. — Думаешь, у собачки на цепи не найдется щепотки гордости? — Азул вздыхает с усмешкой, складывает руки на груди и немного ерзает на сиденье. — Сейчас тебе повезло, а дальше… Воля случая. Как и мои слова — откуда у тебя могут быть гарантии, что я не говорю сущую нелепицу? — Под должным давлением вы точно не станете лгать. Всего того, что сейчас произошло, можно было бы избежать, если бы вы того сами захотели. Но, видимо вы не ищете легких путей, и теперь едете в машине наемного убийцы. Очень интересный расклад, поскольку лично я до последнего полагал, что вы сделаете все для того, чтобы как можно меньше связываться с устранителями в таком ключе, — погоня не заставила себя ждать. Но это временно и решаемо, — Прикажите им отступить. Вам ведь не сложно, — хитро щурится, глядя практически прямо в глаза Азулу через зеркало. — Не сложно, — кивает, но исполнять не спешит. — Однако какой мне с этого толк? Если они тебя догонят, у меня будет гораздо меньше проблем. Или ты собираешься в машине на полном ходу угрожать мне пушкой? — Азул громко усмехается и с явным вызовом смотрит в глаза Джейда в отражении. — Не боишься промахнуться, гений? Не дождавшись нужных действий, Лич достал пистолет и прострелил заднее стекло. Пуля прошла буквально в миллиметре от шеи Азула и попала прямо в колесо одной из машин, ведущих преследование. — Я вам уже говорил. Я могу убить вас хоть сейчас. Вы мне не нужны. Но с вами ответы получить проще. Третий раз я не стану это говорить. Я просто вас убью. Поэтому исполняйте приказы исправно, как вы это делали на работе. Ладно, а вот это уже было действительно опасно. Настолько, что Азул невольно перестал дышать на несколько секунд. Свист пули все ещё отзывается неприятным звоном в левом ухе — рука сама тянется, ощупывая шею и немного надавливая на висок. Видимо, пока собачку не шлепнуть тяжёлым тапком по попе, она не перестанет огрызаться. — Хорошо, — отвечает Азул, заметно присмирев и нахмурившись. Вторая рука вытаскивает из кармана пиджака телефон, чтобы несколькими командами послать сигнал об отступлении и отослать машины куда подальше. — Доволен? — Быстро схватываете, — кинув в сторону Азула хищный вздгляд, Лич продолжил следить за дорогой. Один поворот, второй, третий. Остаток пути предполагался весьма тихим и молчаливым. Приехали они не иначе как к месту жительства Флойда. Даже несмотря на то, что ранг его оставлял желать лучшего и постоянно скакал то вверх, то вниз, дом находился в самом, что ни на есть, элитном районе, где, собственно, проживала основная часть наемных Блюмом устранителей. Все лучшее даже наемникам. Свет в здании горит. Но, кажется, там никого нет. Припарковавшись на дороге, заезжать на территорию даже своего брата без разрешения считал неправильным, Джейд вышел из машины и открыл Азулу дверь. — Выходите, — затем протянул руку, — Телефон. В оставшиеся несколько минут пути Азул мало что соображал, смотря на дорогу через окно. Не сказать, что ему было страшно… скорее — ситуация напряженная. А напряжение напрочь отбивало способность рационально думать и воспринимать информацию. Только когда для него открылась дверь, он сообразил, что они уже как 2-3 минуты стоят на месте. Да и, на удивление, даже не среди трущоб и развалин, больше похожих на картонные коробки с окнами. — Я думал будет хуже, — Азул выходит из машины и, смотря некоторое время на протянутую руку, со вздохом все же вкладывает в нее телефон. — Не сравнится с апартаментами десятого ранга. Тем не менее, Блюм заботится даже о наемниках, — подтолкнув Азула в сторону входа в дом, сам пошел вперед, чтобы открыть дверь запасным ключом, лежащим под ковриком. Ничего удивительного. Как и ожидалось, в доме действительно никого нет. Телевизор включен, с кухни доносится неприятный звук пикающего холодильника. Тот оказался открыт. В помещении явные следы борьбы. Царапины на столе, пулевые отверстия в стенах. Что же здесь произошло. Глянув на камеры, Джейд подумал, что мог бы как-то по записям отследить, что в доме произошло но опять же. Какие-то зловредные нюансы никто не отменял. — В охранной системе умного дома все работает так же, как в офисах компании? Записи хранятся 12 часов, после чего также отправляются на какой-то сервер? Или все проще? Азул медленно проходит в дом следом, оглядывается, словно нет ничего необычного. Естественно, он замечает следы от пуль, даже незаметно проводит пальцами по глубокой трещине в крышке стола. Но показывать на лице что-то большее, чем простую заинтересованность, не считает нужным. Да и сил на это особо нет — воспоминания о свистящей пули — все еще яркое пятно на памяти, заставляющие легко вздрагивать от любого чуть более громкого, чем положено, звука. Азул проходит в гостиную зону и садится на край дивана. Осматривается, словно после работы на чай зашёл. — Гораздо проще. В офисе записи отправляются в архив каждое утро скорее для безопасности. В умных домах их отправляют в начале, в середине и в конце месяца, чтобы… не пропадало, скорее всего. Так что пока все записи должны быть здесь, — поворачивает голову к Джейду и скрещивает руки на груди. — Чтобы их посмотреть раньше срока пересыла, тебе нужен небольшой код доступа, имеющийся у специальных работников компании… полагаю, и здесь у меня нет выбора, кроме как с тобой сотрудничать, — вздыхает с усмешкой. — Именно. За этим вы здесь. Если вам что-то нужно — скажите об этом. Я осмотрю дом, чтобы не пропустить никаких важных деталей. Тем не менее. Не пытайтесь сбежать или как-то вызвать подмогу. Я все равно вас просто так не отпущу, — рассматривая очередной огнестрел, оставленный на стене, натыкается взглядом на какой-то комок смятой бумажки. Словно он здесь оставлен специально. Убирает его к себе в карман, пока не спеша открывать. Вдруг найдётся что-то еще. Нельзя отвлекаться. — Да я и не собирался, — звучит с намеком на скрытое недовольство. Кому бы понравилось быть взятым в заложники на таких странных условиях. Посмотрев вокруг себя несколько секунд, Азул встаёт с дивана, явно намереваясь пойти по коридору вглубь дома. Только, сделав пару шагов, останавливается и оборачивается к Джейду. — Считаю хождение по чужому дому не совсем этичным, поэтому, — возвращается в зону кухни и облокачивается на стол, — выдай мне мой телефон, будь добр. — Надеюсь на ваше благоразумие. Ограничить ваш контакт с вашим телефоном было весьма важным пунктом. Но, раз вы просите, — не колеклясь, Лич достает откуда-то из кармана запрятанный азуловский телефон, и передает владельцу, а сам отходит чуть в сторону и находит еще одну скомканную бумажку. Все это теперь похоже не привычный бардак Флойда, поскольку стоило только повернуть голову чуть в сторону, как стала заметна куча таких же бумажных шариков. Значит это ни о чем не говорит. Азул озадаченно изгибает бровь — так легко? И даже не будет стоять над душой? Покрутив телефон в руке, хмыкает себе под нос и принимается за дело. Для просмотра записей ему, как представителю 10-го ранга, достаточно приложения корпорации и соединения с сервером именно этого дома с конкретной системой. Благо с этим проблем никаких — войти по каналу того же телевизора дело нескольких минут ожидания. Программа услужливо выполняет всю сложную работу по заполнению строчек кода, поэтому Азул откладывает на какое-то время телефон на стол и, запрокинув голову, прикрывает глаза. А ведь где-то с час назад он мило сидел в теплом офисе, через час его бы позвали на небольшую конференцию… Пиликанье телефона вырывает из мысленных страданий. Азул практически наощупь вводит собственный айди-номер, после чего звучит одобрительное пиликанье. На экране постепенно появляются папки с записями каждого дня в течение прошедшей недели. На видео — минута в минуту с момента включения и выключения системы. Азул немного осматривается по сторонам, прежде чем выбрать нужную дату и включить запись. Показывать Джейду, правда, не очень спешит — хочется сначала убедиться самим… в чем-то. Столь очевидном, что даже без записи было понятно, что произошедшее — не рядовой случай. Ровно в восемь вечера система фиксирует слишком активное движение с улицы. А уже через минуту в дверь вламывается вооруженная толпа людей, после чего сразу завязывается перестрелка. Стены дома глушат происходящее внутри, а окна переходят в режим иллюзорной маскировки. Самостоятельно — так показывают сбоку индикаторы системы. Азул отматывает на нужное время с начала происходящего, сжимает телефон в руке и, вздохнув, кладёт телефон на стол экраном вверх. — Джейд! — зовёт, не сходя с места, и нервно постукивает по локтю пальцами. Закончив с осмотром места «преступления», если так можно сказать, Джейд дернулся, услышав зов Азула. Значит доступ к записям получен. На пути к нему, взгляд зацепился за еще один, очередной бумажный шарик, свернутый уже не так плотно как остальные. Пока просто подобрав его и определив в карман, Лич пошел дальше, пока не дошел до своего заложника, который любезно согласился без дополнительных уговоров предоставить доступ к серверу. Увиденное как-то особо даже не задело. Не удивило. Из окружающей обстановки и так все было понятно, однако убедиться стоило. — Вот как. Выходит моего брата только лишь схватили. Но не убивали сразу. Значит ли это то, что его могут где-то удерживают, — задумчиво протянул Джейд, пересматривая запись раз третий, как вдруг замечает, что Флойд выбрасывает какую-то бумажку. Прямо в том же месте, где сейчас же она и была замечена в действительности. Поспешив развернуть найденную записку, Лич увидел там какие-то странные надписи, похожие больше на координаты в цифровом коде. На лице сразу же появилась довольная ухмылка. Азул не стремится влезть глубже или, тем более, узнать больше, что помешает здоровому сну. Хотя здоровым тот и так уже вряд ли будет в ближайшие несколько недель. Поэтому, пока Джейд переключает свое внимание на выброшенную бумажку, он блокирует экран и как бы ненароком берет телефон в руки, покручивая его между пальцев. Приходится привстать на мыски, чтобы увидеть содержимое записки. Однако мыслей и догадок в голове от созерцания цифр больше не стало. — Это могут быть координаты места, куда его отвезли, — проговаривает тихо, скорее для себя. — Хотя я плохо верю в радушие устранителей, выполняющих заказ… Впрочем, это уже будет не моя забота. Особенно, если они решат вступить с тобой в драку. — Координаты места? Сомневаюсь. Больше похоже на нечто иное, — ловко упрятав часть содержимого записки, резко сворачивает её и убирает в карман, — Но это уже не ваше дело, — резким движением отжав у Азула телефон, как собственно планировал с самого начала, — направился на выход, — Так вот. О делах Блюм, — Джейд кладет руку Азулу на грудь, мягко того толкая ровно до тех пор, пока тот не уперся спиной в стену, — Что же вы вспомнили тогда такого, что это стоило мне объявления меня в розыск, — склоняется, глядя глаза в глаза, явно намереваясь читать свою жертву словно открытую книгу. Утаить что-то не выйдет. Он издает возмущенный вздох, когда телефон вновь выуживают из рук, однако это максимум, который он может себе сейчас позволить. Ощущение чужой ладони, даже через одежду, неприятно зудит и жжется. Хочется как-то уйти от давления, но стена оказывается за спиной быстрее, чем Азул успевает сделать шаг в сторону. Да и, встретившись взглядом с Джейдом, ноги сами примерзают к месту — не шелохнуться. Даже дышать приходится чуть глубже и медленнее, чем обычно. — Знаешь, обычно в такие неловкие ситуации сталкеры загоняют даму своего сердца. Также прижимают к стене и томно смотрят в глаза, пока жертва не потеряет бдительность, — усмехается Азул, но взгляд не отводит. Шутка, хоть и не очень удачная, все же имеет некоторый эффект — серьезно сведенные к переносице брови ярко контрастируют с глупой ухмылкой с, буквально, секунду назад. — Позволь процитирую тебе тебя же. Это уже не твое дело, как я повторял много раз. Дела Блюм касаются только сотрудников Блюм, а ты в розыске потому, что похитил одного из лучших высокоранговых сотрудников. И вообще! С некоторым усилием Азул отлепляет себя от стены и приближается к лицу Джейда, смотря исподлобья. — Ты думаешь 10-е ранги такие неженки, что сразу побегут рассказывать все тайны и лазейки собственной корпорации, стоит на них наставить пистолет? Хо-хо, а ты плохо нас знаешь… И плохо стараешься. — Хм, хорошо замечено, — воспользовавшись излишней прямолинейностью, достает пистолет и приставляет к животу Азула, — От этого выстрела вы не умрете. Но будете испытывать адскую боль ровно до тех пор, пока вам не окажут помощь. Возможно чип слежения вызовет скорую помощь специально для вас, но. Как жаль будет, если её к вам не подпустят, — в повисшей тишине можно услышать и даже прочувствовать, как палей джейдовой руки медленно начинает надавливать на спусковой крючок, — Продолжите говорить про «личные дела Блюм» и предпочтете биться в агонии? Или все же что-то расскажете? -Ты не посмеешь, — шипит сквозь зубы, но наставлннный пистолет вынуждает прислониться обратно к стене и потерять весомую долю былой уверенности в своих же словах. — Есть… есть некоторые вещи в Блюм, которые сложны для понимания. Нет, не так. Для осознания — скорее. Что люди, возможно, способны даже на такие зверства ради благополучия. Однако это все во благо! И… это точно не та информация, которую ты сможешь найти в базе данных. Даже если прокопаешь до самого тяжело зашифрованного уровня, ты ничего не найдёшь. Потому что это нужно видеть своими глазами… И никто из 10-х рангов не станет об этом болтать. Поэтому, если хочешь сведений, придётся перестать угрожать мне пистолетом. И… и присесть, да. Знаешь, ноги устали немного в таком положении. — Вы сами сказали, что я плохо стараюсь, — ослабив хватку, Джейд все же убирает наставленный пистолет, но не особо то далеко. Сопровождает Азула до кресла в гостиной, останавливаясь напротив него, скрестив руки на груди, — Я готов слушать вас. Азул тяжело опускается в предложенное кресло и также шумно вздыхает. Атмосфера лучше не стала, но хотя бы ноги смогут немного отдохнуть. — Внутри… Внутри Блюм… — он запинается, не зная, как правильно начать. Вернее — какие слова употребить… хотя по сути это одно и то же. — Наверняка ты представляешь, как устроена любая система. Есть ядро, от которого идет множество ветвей. На этих ветвях, в зависимости от ранга, располагаемся мы — обычные смертные. Однако 10ым рангам отдают особые привилегии, как и… специальные тренировки по совершенствованию вариаций выбора. Сложное название, понимаю. Если проще, то это проведение небольших заседаний, в ходе которых 10-е ранги принимают взвешенное и справедливое решение, относящееся к условному преступнику. Мы не знаем — кто этот преступник, как выглядит, знаем только то, что он сделал, а также его ранг. На основании этого нам нужно вынести ему приговор… Азул резко замолкает и косится в сторону ближайшего устройства. Спустя мгновение начинает тихо смеяться: — Совпадения всегда случаются, не может же быть такого! — однако в глазах ни намёка на смех, пока он упрямо смотрит на Джейда. — Вы так внезапно замолчали, что я предположительно достроил то, что вы собирались сказать. Вероятно это не совпадение, а действительность. Когда же было последнее такое собрание? — продолжает внимательно наблюдать за Азулом, чтобы тот не умудрился предпринять ничего, что могло бы сейчас усложнить жизнь. — Хммм, в прошедшую пятницу я вернулся действительно поздно, — он с наигранно задумчивым лицом подносит пальцы к подбородку. — Как раз после этой тяжёлой недели вы и заявились оба ко мне. — Вы лжете, — Джейд улыбнулся, прикрыв глаза, затем резко достал пистолет и весьма близко прострелил кресло к правому боку Азула. Или даже задел? Судя по начавшему расплываться кровавому пятну, в цель попал точно, — Не играйте со мной. Не забывайте о том, кто здесь жертва. Осознание резкой боли пришло не сразу. Несколько секунд Азул просто смотрел куда-то сквозь Джейда, пока не схватился одной рукой за задетый бок. Скорее всего, рана была не очень глубокой, но проверять было не самой приятной затеей. Поэтому, сжав пальцы покрепче, он несколько секунд дышит через приоткрытый рот и тихо шипит от боли. Хотя бы слезы получается сдержать — на том спасибо. — Да черт с ним, ладно! Это решение было принято, по всей видимости, в тот же вечер, когда на Флойда был выслан отряд. Видимо из-за вынесенного решения о казни! — Как занимательно, — делает несколько шагов в направлении Азула, вновь склоняясь над. Явное психологическое давление, чтобы точно узнать абсолютно все из первых же уст, — Хотите сказать, что моего брата убили про приказу десяток? Таких же, как вы? Или может быть это и вовсе были вы? Кто же в этот раз на вашей абсурдной игре первым вынес приговор? Азул замирает, ощущая на себе пристальный взгляд. Глаза не поднимает — боится. Что будет, если он скажет? Ему наверняка прострелят голову прямо на этом месте. А если не скажет? Джейд вряд ли сможет добраться до каждой 10ки, присутствовавшей на суде. А если назвать одно имя?.. Он просто подпишет козлу отпущения приговор, потому что Джейд не остановится. И Азул это прекрасно понимает. — Да говорю же, возможно это совпадение. Нам говорили, что все преступники — бутафория, а это простая тренировка, чтобы проверить нашу компетентность, — он сжимает руку на ране ещё сильнее и облизывает губы. Если бы бок не причинял столько неудобств, думать было бы легче… наверное. — Могу я… могу я узнать, что ты сделаешь с тем, кто этот приговор вынес? — Хм, что я сделаю с тем, кто вынес приговор? — отстранившись, сделав пару шагов назад, Джейд отворачивается, задумчиво глядя куда-то вперед. Ему не нужно долго таить ответ на вопрос, ведь он всегда готов, просто хочется подержать заложника в напряжении. Тем не менее, спустя минуту, илм даже две, все же выдает, — Как вы думаете. Что бы сделал серийный убийца с тем, кто лишил жизни родного ему человека? Ответ очевиден, — резко развернувшись, тот с жалостью посмотрел на Азула, — Око за око. Зуб за зуб. Жизнь за жизнь. Я убью его немедленно. Поймав на себе жалостливый взгляд, кивает с пониманием и опускает глаза в пол. Так и думал — даже гадать на кофейной гуще не пришлось. И из такой щекотливой ситуации, выход, к сожалению или счастью, был только один. По крайней мере он устраивал самого Азула, а уж что подумает о нем тот несчастный — неважно. Тому уже ничего не поможет с размазанными по стене мозгами. — Во время суда решение принимается общим голосованием… — ноющая рана на боку заставляет прерваться на несколько секунд. — Но есть тот, кто агитирует остальных сделать выбор. В случае с твоим братом… это был Роузхартс. Однако у тебя все ещё нет доказательств, что произошедшее на суде — не более чем глупая игра. И если ты вломишься к нему просто так, боюсь… мало не покажется. — Вы думаете, что меня ваши слова испугают? — усмехнувшись, парень вновь оказывается довольно близко, но уже не для того, чтобы оказывать психологическое давление. Скорее чтобы помочь гнусному братоубийце не умереть раньше времени. Разрывает на том ткань, чтобы вытянуть пулю, которая, явно благодаря излишней осторожности десяток, засела не особо глубоко, — Роузхартс… Знакомая фамилия. Кажется о нем шли разговоры недавно в кругах местного хакерского противостояния. Кажется он сбежал из компании несколько недель назад, чтобы предаться борьбе. Разве не так? — Нет, но вдруг это отобъет желание нестись убивать, — усмехается, впрочем, недолго. Лучше бы Джейд не трогал рану, потому что боль от резких движений стала просто невыносимой. Возможно, для какого-нибудь бывалого убийцы это было бы сравнимо с укусом комара, но Азул работал в офисе. А это — его первое, почти незаслуженное, ранение. — И так… и не так, — делает паузы между словами, чтобы вдохнуть поглубже и сглотнуть ком, от которого точно потекут слезы. На щеках, правда, уже появились тонкие влажные дорожки, но это хотя бы было не так заметно. — Он уходил, но пару недель назад вернулся. Возможно, странно звучит… Зашёл в офис в начале рабочей недели, как ни в чем не бывало, извинился за опрометчивый поступок и пошёл на свое место. Стал более… ответственным — даже ко мне не заходит, в основном у себя сидит и работает. Иногда мы даже не видим, как он уходит из офиса. Возможно делает это позже остальных. — Вот как. Если, как вы говорите, Роузхартс стал более ответственным, то стал бы он первым ставить запятую во фразе «казнить нельзя помиловать». Как я понимаю, эта игра помогает вам, высшим чинам, заслуживать авторитет, показывать, что вы готовы принимать верные решения независимо от обстоятельств. Что ж, — Джейд приблизился к уху Азула, — Я ни на секунду не усомнился в том, что вы попытаетесь спасти вашу жалкую жизнь, солгав. Лучше бы вам было изначально сказать все, как есть, чем мне пришлось бы из вас тянуть информацию. Тем не менее, — отстранившись, ушел смотрел в сторону выхода, — Раз Роузхартс является убийцей моего брата. То, полагаю мне стоит спросить у него, правда ли это? Азул замирает, чуть вжав пальцы в обивку дивана. Он говорит о том, что было в самом начале? Или о том, что он знает?.. Азул осторожно переводит взгляд на Джейда, но тот, кажется, вполне доволен результатом. Значит спектакль все еще продолжается. — Знаешь, что он тебе ответит? — «Меня оклеветали». А если узнает, что это я, то начнет натравливать тебя соответственно. Десятку, особенно такую, как Роузхартс, не прижмешь без четких доказательств. Ему даже говорить ничего не нужно будет — ты по глазам все поймешь и в следующую секунду уже спокойно нажмешь на курок. А для этого тебе нужна запись с того самого суда. Правда они, скорее всего, не лежат в таком легком доступе, как в офисном архиве. Возможно они находятся прямо у наших отцов, а попасть к ним могут только те самые авторитетные десятки, которых ты сейчас так презираешь. Разве что я мог бы тебе в этом великодушно помочь… — Мне больше не нужна ваша помощь. Если хотите, то можете быть свободны. В любом случае совсем скоро мы вновь встретимся. Насчет Роузхартса не беспокойтесь. Меня невозможно обмануть, — после сказанного устранитель все же вышел из дома. Находиться там ему было тошно. Не удивительно, все же в нем проживал буквально вчера убитый брат. Расследовать дело стоит пары часов тяжелой работы. Помимо всего вполне можно пробраться к хакерам и украсть у них данные о возможных местах вторжения в систему безопасности здания Блюм, если у Дедсек действительно что-то такое при себе есть. По крайней мере должно быть. — Самонадеянный идиот, — раздалось тихое, когда дверь за Джейдом плотно захлопнулась. Азул ненавидел такие моменты — беспомощно сидеть и смотреть, как к нему поворачиваются спиной и уходят с надменным видом и взглядом сверху-вниз. Гордость была не то, что задета — скорее вытоптана тяжелыми ботинками. А ведь именно Азул долгое время возился и подправлял проценты в личном деле его ненаглядного брата. И какая благодарность — в виде окровавленного бока. Он неосознанно тянется в карман, чтобы привычным движением достать телефон, однако вместо успокаивающего девайса обнаруживает пустоту. Осознание приходит сразу же — не вернул ведь! Оставил в богом забытом захолустье и просто ушел! А если он умрет от потери крови?! Неудачно забыв о боли, он резко вскакивает с дивана и пинком ноги переворачивает столик перед телевизором. Рана тут же дает о себе знать, но Азул слишком раздражен и нервничает, чтобы отвлекаться на такую «мелочь». Он мог бы, как маленький мальчик, побежать за Джейдом, требуя принять свою же помощь (что абсурд) и позволить пойти с ним, однако система не просто так наградила его 10-м титулом при рождении. У него все еще есть мозги, влияние, а также доступ к данным и возможность этот доступ получить… Даже если это будет не совсем честный способ. Сколько Джейду понадобится, чтобы долезть до той информации, которую ему видеть не стоит? Три часа? День? Прикидывать — глупо и непродуктивно, а вот попробовать найти машину — довольно здравая идея. Кое-как, прихрамывая, Азул проходит через дом и открывает входную дверь. Свет заставляет немногоприщуриться, однако его цель — дорога. Он проходит всю подъездную, тяжело выдыхает и смотрит на пустынную улицу.