Молчание

Мариа

Вадим и Алена целуются. Они официально женаты! По щеке бежит одинокая слезинка, и я тут же смахиваю ее, пока никто не заметил. — А я все вижу, — ехидно произносит Евгений. — Искренне рада, что проблем со зрением ты не испытываешь, — тут же огрызаюсь, ибо не фиг надо мной подтрунивать. — Нет ничего плохо в том, чтобы пролить слезу счастья. — Действительно нет, вот только ко мне это, какое отношение имеет? — я плачу очень редко. Ни от фильмов, ни слезливые истории из жизни, ни котята, ни что из этого не заставляло меня плакать. Даже на похоронах родителей я не позволила себе быть слабой. Я не робот, конечно, просто предпочитаю давать волю эмоциям, оставшись наедине с собой. — Со мной тебе не обязательно быть сильной, — говорит спокойно и искренне, на что мне хочется согласиться и броситься ему на шею. Хочется поделиться всеми переживаниями и загонами, но это не мой стиль. — Это условный рефлекс, нежели привычка. Несмотря на небольшое количество гостей, торжество проходит довольно весело. Жених и невеста танцуют первый танец, после чего все разбиваются на пары. Я танцую со Степашкой, затем с Вадиком, после отжигаю танго с abuelo и, конечно же, медлячок ухватывает Евгений. Мое тело и сердце странно реагируют на него. Стоит другу меня коснуться, как все нервы оголяются, и я превращаюсь в напряжённую струну — чуть коснешься — тут же лопну. Но он обращается со мной аккуратно, умело играет на струнах моего тела и души так, что я сама начинаю к нему тянуться. Лебедев ненавязчиво ведёт рукой вдоль позвоночника, обдает горячим дыханием шею, слегка касается губами мочки уха. Сейчас плевать на то, что могут подумать люди. Плевать, что будут говорить или как-то комментировать происходящее. Я впервые не боюсь признаться в том, что мне хорошо в его руках. Расслабляюсь окончательно и кладу голову на мужское плечо, прикрывая глаза. Чувствую, как улыбка на его лице растягивается от уха до уха. — Не беси меня, не улыбайся так, — хотя сама еле сдерживаюсь. — Мне так нравится, когда ты кусаешься. — Ну, раз нравится, значит, буду кусать чаще, во всех смыслах. — Сделав небольшую паузу, продолжаю: — Так что тебе от меня не спрятаться даже в Лондоне. Он отрывается от моей тушки, сводит идеально ровные брови к переносице и заглядывает прямо в глаза. — Что ты имеешь в виду? — Ну, буду приезжать к тебе время от времени, отношения на расстоянии ведь что-то подобное подразумевают? Со стороны может показаться, что я абсолютно спокойна и невозмутима, по крайней мере, я стараюсь быть таковой, вот только сердце в грудной клетке с ума сходит от волнения. Что если я опоздала и ему больше не нужна? Ответ приходит моментально, птенчик кладет руку мне на затылок и наши губы попадают в плен друг друга, после чего он, не стесняясь, проникает языком в мой рот. В какой-то момент, чувствую, как Женя удерживает меня над землёй, а моя нога покоится на его талии. Медленно возвращаюсь в реальность и слышу, как остальные аплодируют нам, кто-то выкрикивает: «Наконец то!», а кто-то, а точнее Алена, стоит со слезами на глазах. Она постоянно плачет. По абсолютно рандомным причинам. Для молодоженов мы сняли шикарный пятизвёздочный отель. Перед тем, как отправиться в медовый месяц, Каренина, а теперь уже Панихина, бросает букет невесты в небольшую толпу. — Степан, а ты-то куда? — спрашивает abuela, когда он делает шаг вперед. — Ну, кто-то же должен. Свободны лишь Мари, Женька и я. Эта точно ловить не будет, ещё и от себя отбросит. «Эта»…ну, спасибо братишка. Невеста кидает бросок в толпу из двух мужчин, и букет попадает прямо в руки к Лебедеву. — Ну, вот не старалась, а все равно обошла меня, — досадливо заключает мелкий. — Вообще-то поймал Женя, а не я, — предъявляю мелкому. — Вообще-то, — копирует мою манеру, — все мы знаем, на ком именно он женится. Вот засранец мелкий. Хочу отвесить ему подзатыльник, но он ловко уворачивается, совершаю вторую попытку, и он прикрывает предполагаемое место удара рукой, из-за чего попадаю ему по обратной стороне ладони. Женька тихо хихикает, на что я посылаю ему свой убийственный взгляд. Остальные, насладившись маленькой сценой, возвращаются в дом праздновать торжество, в то время как Лебедев подходит ко мне вплотную и мягко целует в губы. Наигранная злость тут же потухает и на замену ей приходит нежность. — Устала? — неопределенно пожимаю плечами, — Идём, сделаю горячую ванну, а потом что-нибудь посмотрим вместе. — Не, давай лучше так, под душем, а потом сразу в кровать. На том и порешили. Располагаемся в моей опочивальне, так как там расположена отдельная ванная комната. Да, я в свое время отвоевала себе самую лучшую спальню. К тому же с моими женскими баночками да скляночками, иначе было бы не очень удобно делить ванную с кем-либо еще, особенно с братьями. Собираю крабиком волосы и освобождаю себя от всего лишнего, стараясь раздеваться медленно и элегантно. Чувствую, как серые радужки не отрываясь поедают меня целиком, огибая каждый изгиб стройного тела. Прохожу в кабинку и включаю воду. Люблю часами стоять под горячими струями окутанная паром, и стояла бы, если бы не дефицит пресной воды и огромные счета за коммуналку. Лебедев заходит следом и прикрывает дверцу, выкручивая вентиль с холодной водой чуть ли не до упора. — Жень, холодно же! — тут же вскрикиваю я, стоит температуре упасть градусов на пятнадцать ниже. — Сейчас жарко будет. Тянется за мочалкой и, вылив на нее немного цитрусового геля для душа, растирает по шее, спине, плечам. Разворачиваюсь, и он проводит ею по ключицам, груди, животу. Опускается на колени и намыливает ноги. Черт, а это кажется мне сексуальным. Кажется, у меня появился фетиш. Еще ни один мужчина не опускался передо мной на колени. Да что там, на колени, ни один не любил меня так, как любит он…мой птенчик. Забираю у него мочалку и, долив немного геля, проделываю те же манипуляции. В кабинке действительно становится жарче и вода не кажется такой холодной, какой была минутами ранее. Встав под струи воды, провожу по его мощному телу руками, помогая смыть пену. Так нравится касаться его. Так приятно. Хочется ещё и ещё. Оставляю поцелуй на шее, прикусываю ключицу и спускаюсь вниз. Его сердце бешено стучит в мою руку, а грудная клетка тяжело вздымается, пытаясь вобрать как можно больше воздуха. Мажу губами вдоль виднеющихся кубиков пресса, скольжу по низу живота и, не медля ни секунды, оставляю поцелуи на налитым кровью члене. Беру его в руку и скольжу языком вдоль ствола. Оказывается это приятно, особенно когда твой человек не скрывает насколько ему хорошо с тобой. Хриплое дыхание Жени и рука, зарывшаяся в моих вороных локонах, которые в какой-то момент рассыпались по плечам и спине, — заставляют дарить ему еще больше наслаждения. Мне не доводилось, кому-либо делать минет, хотя мои прошлые ухажеры не скрывали своих желаний. Вот только я никогда на эти манипуляции не поддавалась, ибо ничего подобного в ответ они делать не желали. Не стесняюсь и с каждым разом вбираю все больше и больше, стараясь создать вакуум во рту, провожу языком по выпирающим венкам и так кайфую с этого. Лебедев опускает голову и сталкивается с моими глазами. Не отрываясь, наблюдаю за каждой эмоцией на его идеальном лице, продолжая сосать, помогая себе рукой. Рычит. Не выдерживает и оттягивает меня за волосы. Ставит на ноги, схватив за горло, притягивает и впивается в губы. Пошло. Грязно. Впечатывает в стенку душевой кабинки. Контраст его горячего тела и холодного кафеля ощущается очень ярко. Женя приподнимает меня, и я моментально обхватываю его талию ногами, сцепляя их у него за спиной. Мы не церемонимся. Он буквально сразу входит на всю длину. Мне приходится прикусить его плечо, дабы не застонать во весь голос. Не хотелось бы шокировать домочадцев. Я уже и забыла это чувство наполненности. Забыла, как хорошо с ним. Он целует каждый свободный участок кожи, до которого способен дотянуться. Зарываюсь пальцами в его намокшие волосы. Сминаю его губы своими. Касаюсь, касаюсь, касаюсь. Отдаю всю себя ему, а он жадно берет. Берет то, чего так долго желал и ждал. Женя опускает меня, разворачивает и входит уже сзади. Быстро, жёстко, властно. В прямом смысле трахает меня, намотав волосы в кулак. Пытаюсь уцепиться за скользкий кафель, но получается не очень, в итоге Лебедев фиксирует руки за спиной. От его доминирования мне башню сносит. Все возбуждение концентрируется в одной точки и, совершив несколько круговых движений по ней, я не выдерживаю. Каждая клеточка отдает импульсы наслаждения. Несколько толчков и Лебедев кончает мне на ягодицы и притягивает еще ближе к себе. Какое-то время мы нежимся в объятиях друг друга, после чего, смыв следы близости, перекочёвываем в постель. — Мне так нравится носить твою одежду, она чертовски хорошо на мне сидит, — себя не похвалишь, потом целый день, как обосраный ходишь. Мы лежим на кровати, а по телеку идёт «Хищник», не самое романтичное кино, но и мы не самые внимательные зрители. По крайней мере, сейчас. — Полностью солидарен с тобой. В квартире много моих вещей осталось, носи что хочешь. Вот только, это не бесплатная акция. — Какой вы корыстный человек, Евгений, — приподнимаюсь на локте, пытаясь придать голосу нотку недовольства, но получается так себе, — и чего вы хотите взамен? — Хочу, пока меня нет, созерцать ваш образ в моей одежде. — А без одежды? — закусываю губу, нагло флиртуя. — А это даже не обсуждается, — ухмыляется он и укладывает меня обратно. — Как думаешь, у нас получится? — спрашиваю после безмятежного молчания, которое иногда прерывалось воплями умирающих персонажей фильма. — Так, Панихина, ты ведь сама предложила рискнуть? Или ты уже не уверена? — Ты столько ждал меня, что если, я не та, кого ты ожидал рядом с собой увидеть? — Здравствуйте, с вами Мариа Панихина и я очень люблю омрачать счастливые моменты призраками прошлого. — Мари, — обхватывает пальцами мой подбородок и вынуждает смотреть ему в глаза, — ты это ты. Я видел тебя в разных ипостасях, любил и люблю, каждую из них. Да, мы молоды, однако «подростковая любовь» точно не для нас. Мы не те, кто будет строить отношения лишь на чувствах, и мечтать о ванильном будущем, нет. Где-то будет сложно, может невыносимо, но я не собираюсь сдаваться при первом же препятствии. А ты? — Я тоже, — мягко улыбаюсь, принимая его правоту. — Значит, шанс определенно есть, и попробовать стоит. — Согласна. Ты снова заглушил моих демонов. — Мне не привыкать. Кусаю его за сосок, после чего он набрасывается на меня с щекоткой. По комнате разлились мои крики вперемешку с оглушительным заливистым смехом. Это ли не счастье?