Парадокс второго шанса

      Вивьен вошла в спальню и со стоном упала на кровать, раскинув руки в стороны.       — Ты ведь в курсе, что это моя кровать, да? — поинтересовалась Дафна, которая всего за несколько секунд до этого вышла из душа и теперь рассматривала подругу, наматывая на влажные волосы полотенце.       — Ф-ф-ф-ф, — пробубнила Вивьен что-то невнятное в подушку.       Дафна нахмурилась.       — Что ты там пыхтишь? — спросила она, подходя ближе. — Неужели все так плохо?       Вивьен перевернулась набок, освобождая место для Дафны, присевшей рядом.       — Прости, — вздохнула Малфой, — это было просто ужасно. Даже хуже, чем в прошлый раз. Не-е-ет, даже хуже, чем на каникулах!       — Подробности будут или это твой стандартный сеанс стенаний? — уточнила Дафна. — Потому что если второе, то слезай с кровати.       Вивьен хихикнула и медленно поднялась, упираясь локтями в мягкую перину, после чего с непередаваемым выражением лица посмотрела на Гринграсс:       — Честное слово, однажды я пну его так сильно, что туфля навечно застрянет у него в…       — Мерлин и Моргана, — Дафна закатила глаза, — что он опять натворил?       — О, ничего особенного, просто… — Вивьен рывком поднялась с кровати и начала медленно расхаживать по комнате кругами, явно пытаясь изобразить кого-то. Нотки абсолютного превосходства во взгляде, пафосное покачивание плечей в такт походке, а также попытки небрежным, вычурным жестом поправить и без того идеальную прическу — любой студент Хогвартса с легкостью угадал бы в этом образе Драко Малфоя, печально знаменитого слизеринца. — Да, папа, я уже близок к тому, чтобы возглавить факультет…       — Погоди, давай сразу расставим акценты — это будет пародия или набор реальных цитат? — спросила Дафна, стараясь не рассмеяться.       — К сожалению, набор цитат, — Вивьен со вздохом покачала головой, — я слушала это целых два дня, настоящая пытка. Пожалуй, стоит заняться окклюменцией только для того, чтобы вычистить эти воспоминания навсегда.       — Ладно-ладно, давай к делу, — Дафна махнула рукой, прерывая отступление.       — Этот Поттер, папа… — театрально вздохнула Вивьен. — Он виноват во всем, папа. Я абсолютно уверен, папа, что он жульничал во время второго испытания…       — Разве твой братец не ставил против Поттера? — нахмурилась Гринграсс. — Я помню, что во время первого испытания он ставил против.       — Как оказалось, мой братец готов ставить на «врага», — закатив глаза на последнем слове, объяснила Малфой. — Видимо, выступление в первом испытании сподвигло его…       — Он поставил на Поттера, а тот продул и оказался на третьем месте? — закончила за подругу Дафна и расхохоталась, игнорируя, наверное, около восьмидесяти правил этикета как минимум.       Вивьен не замедлила и присоединилась к ней. Потребовалось несколько минут, чтобы смех наконец затих и рассказ, совмещенный с театральным представлением, продолжился.       — Если бы не подстава, папа, я не проиграл бы свои сбережения, — со скорбью в голосе простонала Малфой, серьезно хмуря брови. — Я практически уверен, что вейла тоже в этом замешана! Если бы не ее сестра, он бы точно пришел первым!       — Ну хоть что-то у вас общее — ненависть к Делакур, — отметила Дафна.       Вивьен покачала головой.       — Я ее не ненавижу, — тихо произнесла она, — просто не очень люблю.       — Нет, ты ее ненавидишь, — фыркнула Дафна. — Ладно, об этом потом, продолжай.       — На самом деле, наиболее смешным был момент, когда отец решил отчитать его при нас с мамой, — поделилась Вивьен. — Те бумаги, которые Снейп составил в конце февраля, помнишь? Так вот, там оказалось много интересного.       — Надеюсь, он написал, что в общем зачете великого Драко Малфоя обогнал Лонгботтом, — пробормотала Гринграсс.       — Сынок, — кашлянув в кулак пару раз, Вивьен переключила образ, пытаясь достоверно изобразить отца, — я был огорчен, когда получил твою характеристику. Ничего хорошего, сынок, там не оказалось. И это еще очень мягкая оценка, Драко.       — Ничего? — нахмурилась Дафна. — Снейп решил не прикрывать его?       — Три раза тебя застали в кладовой для метел, сын, — продолжала Вивьен, махнув рукой, чтобы Дафна не прерывала поток вдохновения. — Три строчки посвятил Северус твоему поведению, явно не слишком соответствующему твоему статусу. Не говоря уже о том, что этими действиями ты бросаешь тень на честь мисс Паркинсон…       Дафна расхохоталась, понимая, что стоило наверняка наложить на комнату заглушающее посильнее, чем уже стоящее, либо же снизить громкость смеха.       — Честное слово, твои поездки домой — это нечто, — отсмеявшись, пробормотала она, обращаясь к Вивьен. — С лихвой компенсируют то, что мы стараемся здесь встречаться с твоим братцем все меньше.       — Он готовит какую-то пакость, — вздохнула Малфой. — Собрался отомстить как минимум Поттеру, а если повезет, то всей их компании.       — Вот как? И что готовит?       — Понятия не имею, просто слышала, как он что-то там пыхтит под нос о великой мести. Сказала бы, что обычная болтовня, но в этот раз, кажется, он считает, что без Поттера все было бы просто замечательно.       Дафна почесала лоб и закатила глаза:       — Может, он все-таки приемный? Вдруг это просто одна большая подстава?       — К сожалению, нет, — покачала головой Вивьен, — это явно что-то семейное. Я слышала от мамы рассказ о троюродном дедушке Валентине — судя по всему, тот был тем еще идиотом при жизни, раз погиб в результате того, что пытался магией сбить с края крыши сосульки, но случайно использовал Акцио и оказался прибит к земле. Может, Драко повезло унаследовать эту, как оказалось, фамильную черту.       — И все же он может быть опасен в исключительных случаях, — отметила Дафна. — Как минимум, воду мутить он точно умеет.       — Угу, — печально согласилась Малфой, — именно поэтому я решила…       — Вив, только не говори, что решила предупредить Поттера, хорошо? — прервала подругу Гринграсс.       — Что в этом такого?       — Скорее, что в этом хорошего? — поправила ее Дафна. — Это их дела, пусть они и разбираются.       — С моей стороны будет правильно…       — С твоей стороны будет правильно тихо наблюдать за всем этим и ничем не выдать своей… — Дафна задумалась, подбирая слова, — нелояльности. Неужели ты хочешь окунуться в лужу проблем просто из-за того, что четырнадцатилетний мальчик решил «отомстить» своему давнему противнику? Что он твоему ненаглядному Поттеру сделает, навозными бомбами закидает?       Малфой пожала плечами.       — Он может быть весьма изобретательным, когда дело доходит до того, чтобы причинить вред окружающим.       — Да, но это все еще не твое дело, — не согласилась Дафна. — Стой в стороне и молчи, мой тебе искренний совет.

***

      Гарри разложил на столе несколько ящиков с семенами и задумчиво посмотрел в записи, после чего вновь окинул взглядом получившуюся магическую теплицу. Потребовалось немало потрудиться, чтобы доработать купленные у мастеров заготовки, но все наконец-то было готово. Он настроил автоматический полив, систему смены дня и ночи, разную интенсивность освещения, в зависимости от того, какое именно растение необходимо вырастить. Строго говоря, теперь это была, наверное, самая универсальная теплица в мире. Оставалось только засыпать несколько избранных грядок и тогда можно будет приступать к посадкам.       В этот момент раздался быстрый и негромкий топот, заставивший Поттера закатить глаза.       — А вот это вот? А это? — спросила маленькая девочка, тыкая пальцем в мешок, приставленный ко столу. — А вот это что такое?       — Могильный грунт, — наслаждаясь дергающимся глазом, ответил Гарри, продолжая заниматься рассадой.       — Могильный? — округлив глаза, переспросила девочка. — Он правда из могил?       — Не совсем, это скорее просто… рекламная уловка, — с усмешкой ответил Поттер и обернулся, чтобы наткнуться на взгляд Сары, наполненный искренним любопытством. — Разве за тобой не должен кто-нибудь присматривать, ребенок?       — Джо присматривал, но он уснул, — устало вздохнув, пробубнила Сара, но тут же вернула себе приподнятое настроение. — А вот это что?       — Это лейка, — со смешком ответил Гарри.       — Обычная?       — Абсолютно обычная.       — Ну, это не так интересно, — вздохнула Сара. — Дэмиен, а наколдуй кролика!       — Я наколдую тебе потом целый зоопарк, если ты сейчас немножечко посидишь и повременишь с активностью, хорошо? — спросил Гарри, взмахом палочки создавая в углу помещения кресло, в которое Сара тут же забралась. — Мне нужно распределить некоторые руны и твой бег может помешать установлению магической связи.       — Звучит сложно, но я посижу ради зоопарка, — потратив несколько секунд на обработку фразы, ответила Сара.       Гарри с облегчением вздохнул. Нет, он осознавал, конечно, что после поставок модернизированного волчелычьего зелья и исцеления шрамов его авторитет в деревне вырастет, но чего он точно не ожидал, так это… принятия. Его не просто больше не опасались, его, кажется, уважали и даже стали ценить. К сожалению, это также привело и к тому, что теперь Сара старалась находиться поблизости, как только он оказывался в Воющих холмах.       Разумеется, ничего удивительного в этом не было, особенно с учетом того, что она была еще слишком мала для магических уроков, а Поттер приходил как раз тогда, когда обычных уроков у детей уже не было, но… все-таки она его немного раздражала.       — Мистер Ферес сказал, что я пока еще слишком маленькая, чтобы работать в магической теплице, — надув губки, пробормотала Сара. — Представляешь, он сказал, что придется повзрослеть, чтобы поливать грядки?!       Гарри закатил глаза. Что ж, глупо было ожидать, что восьмилетняя девочка действительно сможет промолчать больше минуты.       — Он прав, — повернулся Поттер в сторону кресла, — придется подождать пару-тройку лет.       — А почему-у-у? — протянула Сара, ложась поперек кресла и перекидывая ноги через подлокотник.       — Потому что здесь будет расти аконит, — объяснил Гарри. — Не самое безопасное растение для оборотней, поверь мне.       — А-ко-нит, — по слогам повторила Сара, — это клобук монаха, да?       — Именно, — с удивлением в голосе отозвался Гарри, — тебе уже рассказали о нем?       — Прочитала в книге, когда было скучно, — вздохнула Сара, тут же коснувшись исцеленного лица. — Дэмиен, а ты женат?       Гарри поперхнулся.       — Н-нет, не женат.       — И девушки нет? — прищурилась Сара. — Совсем-совсем нет?       — Совсем-совсем нет.       — У нас тут много девушек… — состроив задумчивую мордашку, продолжила издеваться над взрослым волшебником Сара, — ты ведь видел, есть и очень красивые, Кристал, например, и она твоего возраста…       Чуть было не ляпнув, что предпочитает мальчиков, Гарри предпочел промолчать, понимая, что обнаглевшая девчонка намеренно провоцирует его. Да уж, в их первую встречу она слово боялась сказать, но прошло всего несколько дней — и вот, пожалуйста, настоящий ураган. Он понимал на что подписывается, когда возвращался в Хогвартс и оказывался среди студентов, но никто не предупреждал его, что придется иметь дело с… ну, реальными детьми.       — Дэ-э-эмиен, — простонала девочка, не дождавшись реакции на последнюю фразу, — а почему ты просишь себя бить?       — Что?       — Тетушка Альва сказала, что ей сказал дядя Йенс, что ему сказал…       — Сара, давай сразу к делу, без сплетен.       — В общем, — вздохнула Сара, — говорят, что ты просишь Джо избивать тебя, вот.       — А если я тебе отвечу на этот вопрос, то ты всем расскажешь, да? — усмехнувшись, уточнил Гарри. — Потому что вот прямо сейчас рот у тебя вообще не закрывается.       — Нема как рыба, — Сара сделала жест, словно застегивая рот на замок.       — Да, так и есть, — кивнул Поттер. — Мне это нужно для эксперимента.       — Странный какой-то эксперимент, — вынесла вердикт Сара, — мне он не нравится.       — Ну, какой есть, — Поттер пожал плечами, отходя от стола. — А теперь смотри и слушай, это называется рунная песнь.       Взмах палочки — и руны, что он высчитывал и наносил на предварительном рисунке, начали «отрываться» от пергамента и в виде полупрозрачных символов подниматься в воздух, после чего распределялись по десяткам грядок. Их полет сопровождался тихим, едва различимым заунывным пением, словно Гарри и Сара находились в миле от оперы.       — Как странно, — прошептала Сара, как только последняя руна долетела до предназначенного для нее места.       — А? — отозвался Гарри, повернувшись к ней.       — Почему они пели? — недоуменно спросила та.       — Потому что магия намного интереснее, чем кажется на первый взгляд, — с улыбкой дернул плечом Поттер. — Кажется, у нас гости.       В этот момент в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. Джо Холл, окинув беспокойным взглядом помещение, наконец увидел кресло и свисавшую с него Сару.       — Сбежала! — воскликнул он. — Я всего на пять минут задремал, а ты… Дэмиен, я весь дом обыскал, прежде чем догадался!       — Надо кушать больше шоколада, — ответственно заявил Гарри. — Глядишь, даже соображалка ускорится.

***

      О каком бы деле речь ни шла, всегда очень важно помнить о том, что нельзя увлекаться. Это Поттер знал абсолютно точно. Даже сейчас, получив на руки список с именами, Гарри не ринулся в смертоносный круиз, не стал убивать агентов Верхета одного за другим. Он убил всего одного и теперь наблюдал за реакцией замкнутого магического сообщества.       Пропажа мелкого чиновника, как и ожидалось, мало на что повлияла в пределах Болгарии. Инсценированный Поттером пожар, уничтоживший «мэнор», оказался удобной версией для местного ДМП, а показания друзей погибшего, которые наперебой рассказывали о печальной судьбе приятеля, опустившего руки после развода, поставили точку в этом деле. Разумеется, уже через несколько дней должность перешла к новому человеку. Что удивительно, так это интересное совпадение, которое Гарри совпадением не считал — кабинет погибшего занял человек, чье имя тоже присутствовало в его списке.       Судя по всему, Верхету все же нужен был тот, кто находится на этом месте. Возможно, в его планы входило лоббирование еще какого-то законопроекта через подставных чиновников или же…       Нет. Лучше не гадать, чтобы не забивать разум бессмысленными теориями.       Гарри сдвинул рукав, посмотрев на часы. Стрелка уже почти приблизилась к шести, а значит…       — Какая педантичность, — хмыкнул Поттер себе под нос, когда волшебник лет сорока пяти в форме аврора вышел из телефонной будки, — это очень удобно.       Гавейн Робардс был одним из тех авроров, кто имел доступ к Азкабану. Несколько лет работы в качестве сопровождающего заключенных привели к тому, что он остался в списке доверенных лиц, у которых была возможность проникнуть на остров, не пытаясь разыскать его вручную, необходим был лишь портключ.       Надев мантию-невидимку, Гарри аппарировал на улицу, после чего пошел вслед за аврором, который продолжал идти среди магглов, не пытаясь замаскироваться. Потребовалось меньше минуты, чтобы Поттер подобрался ближе и взмахом руки аккуратно срезал локон волос аврора.       — Черт, неприятненько, — пробормотал парень, когда обнаружил, что волосы превратились в пыль прямо в его ладони. Судя по всему, на авроре был артефакт, который автоматически делал потерянные частички тела непригодными для использования в ритуалах или еще каких-то сомнительных делах. — И как давно все стали такими предусмотрительными?       Вздохнув, Поттер вновь аппарировал, на ходу меняя планы.       Раз вариант с незаметным проникновением в Министерство под видом Робардса отпадал, необходимо было продумать отбракованный ранее вариант со слежкой за берегом. В конце концов, как бы это ни было странно, но осужденных по-прежнему доставляли в Азкабан с помощью традиционного способа — сначала сопровождающий аврор аппарировал с будущим узником на необходимый участок берега, где уже находилась скрытая от глаз магическая лодка. После этого они размещались в ней, и лодка сама доставляла их до тюрьмы.       — Кажется, придется ждать какого-нибудь приговора, — вздохнул Гарри, рассматривая чистое побережье. Отследить местонахождение лодки по магическим следам ничего не стоило, но иногда лучше не нарушать контуры, чтобы никто ничего не заметил.

***

      — Хозяин Гарри… — с нотками подозрения в голосе пробормотала эльфийка. — Мне кажется, это какой-то необычный пергамент. Не слишком приятный.       — Да, — скривившись, отозвался Поттер, замечая, что Винки подошла к столу, на котором лежал раскрытый свиток. — Лучше не трогай его, это человеческая кожа, а сами письмена из крови мула. Он может влиять на окружающих, вызывая интерес.       Ахнув, Винки отдернула руку, которую уже успела протянуть. Морок спал и теперь свиток выглядел просто неприглядным куском засохшей кожи.       — Я сам не в восторге, но как есть, — вздохнул Гарри, замечая реакцию. — Иногда ценную информацию приходится добывать из странных источников.       — Хозяин Гарри, это страшные символы, — прошептала Винки, рассматривая руны, больше похожие на иероглифы, которые Поттер рисовал на листах пергамента с помощью большой кисти. — От них веет тьмой.       — На удивление, Винки, для нас с тобой они безвредны, — задумавшись, ответил Гарри. — По крайней мере, я почти уверен в этом. Да, почти.       В этот момент в комнате потух свет, а по стеклу в окне пополз ледяной рисунок.       — Ой-ой-ой, — запричитал Поттер, спешно исправляя одну из рун. Несколько секунд прошло, прежде чем комната вернулась в прежнее состояние, — ладно, они не очень стабильные, это уж точно.       — Хозяин Гарри позволит узнать, зачем они нужны? — поинтересовалась Винки, все еще с подозрением поглядывая то на свиток, то на окно.       Поттер улыбнулся, после чего повернулся к эльфийке и торжественно заявил:       — Я хочу создать рунную цепь, способную дезориентировать дементоров и нарушить их магические способности. Судя по всему, в теории такое возможно.       Винки поежилась, услышав про дементоров и хотела было уже рассказать о своем опыте выхаживания того, кто находился рядом с ними достаточно долго, но в этот момент в окно кто-то постучался.       — А? — Гарри отвлекся от рун и посмотрел в сторону окна. Стук повторился — за окном на карнизе сидела птица. Вот только это была не сова и даже не филин.       Отложив в сторону кисть и пергамент, Поттер подошел к окну. Взмах рукой — и задвижка сдвинута в сторону. Еще один — окно открывается и ворон одним прыжком преодолевает оконную раму и вытягивает вперед лапу, к которой привязан свернутый в трубочку пергамент.       Склонив голову в сторону, Поттер решил не рисковать. В конце концов, не так уж и редки были случаи, когда письма оказывались портключами или были пропитаны ядом…       Вытянув вперед руку, он с помощью магии филигранно вытащил свернутый пергамент, не нарушая застежку, но тут же вздрогнул, когда ворон развернулся и совершил еще один прыжок, совмещая это со взмахом крыльями.       — Кажется, ответа не ждут, — пробормотал Гарри, обращаясь к Винки. — Как ты думаешь?       — Винки не уверена, хозяин Гарри, — пробормотала эльфийка, рассматривая свиток. — Винки раньше не приходилось видеть, чтобы ворон приносил письма.       — У каждого свои причуды, — со вздохом заключил Поттер. — Ладно, посмотрим, что там.       Проверив письмо на все возможные угрозы, Гарри надел на руки перчатки из кожи дракона и аккуратно развернул его, всматриваясь в текст, написанный, судя по всему, от руки, а вовсе не самописным пером.       «Уважаемый мистер Поттер, глава рода Поттер! Я, Фелицио Гуидо Борра, глава рода Борра, приглашаю вас на закрытое мероприятие, совмещенное с эксклюзивным аукционом, которое состоится в моем замке вечером второго апреля. Надеюсь, вы примете данное приглашение, я бы очень хотел познакомиться лично с таким перспективным юношей. Это письмо превратится в портключ за сорок минут до начала мероприятия, свиток сменит цвет на золотой. С уважением и осторожным интересом, Ф. Борра.»       Прочитав письмо и затем перечитав его еще пару раз, Гарри прислушался к интуиции. Та сигнализировала о чем-то не слишком хорошем.       — Лишь богам понятен смысл гроз, — пробормотал он, откладывая в сторону свиток.       — Винки не очень поняла, что хозяин Гарри имел в виду, — смущенно ответил эльф.       Гарри слегка улыбнулся, услышав этот ответ.       — Приглашают в гости, — пожал плечами он, возвращаясь к рунам. — Зато теперь понятно, почему именно ворон, а не сова или филин. Слишком просто для него.

***

      Николас находился в своей мастерской, куда не захаживал, наверное, уже лет пятнадцать. Появление нового варианта волчелычьего зелья и добытый образец мази пробудили в нем давно уже исчерпанный интерес к алхимии. Теперь он носился по помещению и использовал все свои навыки, стараясь разгадать секрет чужой рецептуры. Вел себя так, словно вновь вернулся в молодые годы — когда ему было лет двести сорок или где-то около того…       — Как прогресс, Ник? — в мастерскую заглянула Перенелль и тут же зажала нос рукой. — Ох, ну и вонь, ты бы хоть табличку повесил.       — Извини, обо всем забыл, — отозвался Фламель, отвлекаясь от зелья, бурлящего в колбе. — Прогресс есть.       — И что там?       — Строго говоря, он исцелил шрамы у всех оборотней в деревне, используя это, — Николас махнул рукой в сторону стола, на котором находились образцы мази, разделенные по склянкам.       Перенелль подошла и посмотрела внимательно на записи, где Николас пытался разгадать секрет рецептуры.       — Кажется, прогресс есть у него, но не у тебя, — фыркнула она, поняв, что все предположения перечеркнуты.       — Он где-то добыл адлета, я практически уверен в этом, — повернувшись к жене, медленно произнес Николас. — Не живого, конечно, просто… какие-то части. На их основе он рассчитал алхимическую формулу, а потом подобрал варианты для мази из обычных ингредиентов, доступных на рынке.       — Ты хочешь сказать, он составил эксклюзивный рецепт, а потом пересобрал его, используя то, что можно купить? — уточнила Перенелль. — Это…       — Это очень интересно, согласен, — кивнул Фламель. — Я бы сказал, что этот подход не просто логичен, но еще и крайне… эффективен. По крайней мере, когда получается добиться успеха.       — И у него получилось.       — Именно, — подтвердил Николас. — Честно говоря, я хотел бы познакомиться с ним. Очень хотел бы.       — Не стоило тогда позволять Дамблдору хоронить нас, — отметила Перенелль. — Если бы мы публично остались в живых, никаких проблем бы не было.       — Эти проблемы — мелочь, иногда оно того стоит, — махнул рукой алхимик.       — Я вообще-то пришла сказать тебе, что ты пропустил обед и ужин, — кашлянув, произнесла Перенелль. — Пойдем, а то еще и ночь здесь проведешь.       Николас вздохнул, рассматривая незаконченный анализ, который, кажется, не имел шансов на успех.       — Пошли, — кивнул он, снимая защитные очки и перчатки, — продолжу завтра.