Парадокс второго шанса

      Больше суток прошло с того самого ритуала, который вернул Тому Марволо Реддлу его тело и магическую силу. Больше суток прошло с того момента, когда в этот мир вернулся Лорд Волдеморт. Казалось бы, что такого необычного и значимого в том, что в магическом мире появился очередной Темный Лорд, очередной «нарушитель спокойствия»?       Темные лорды приходили и уходили, ни разу за всю историю не сумев радикальным образом повлиять на глобальную расстановку сил. Старое как мир противостояние превратилось в константу — рано или поздно, но прогрессирующее общество объединялось и побеждало тех, кто пытался установить диктат, используя деструктивный подход, опирающийся на идеологические приемы. Даже если так называемые «темные силы» перехватывали инициативу на какое-то время, которое могло продлиться годы, десятилетия… Результат был тем же самым.       Возможно, у этих самых сил даже получалось в какой-то момент выстроить псевдо-устойчивую модель общества согласно своей идеологии, но в конечном итоге они всегда проигрывали. Недостаток гибкости, зацикленность на пагубных идеях и неспособность к адаптации на фоне стремительно меняющегося мира с легкостью могли превратить любого темного лорда в политически нестабильный и нежизнеспособный ходячий труп.       Именно поэтому Геллан не рассматривал Волдеморта как долгосрочный проект, ни в коем случае. Более того, он с самого начала не слишком-то высоко оценивал мировоззрение Тома Реддла, незрелое и однобокое, не учитывающее сотни, тысячи мельчайших деталей и аспектов.       Том Реддл был взрослым, но все еще незрелым, когда Геллан впервые вышел на контакт с ним — талантливым магом с душой озлобленного мальчишки, на которого удалось выйти благодаря ныне покойному Хьюго Нотту, отцу Таддеуса и деду Теодора. Тогдашний Лорд Нотт между делом обронил фразу о том, что в верха старается пробиться некий маг из побочной ветви Слизеринов, который якобы умеет разговаривать на истинном парселтанге и придерживается идей Грин-де-Вальда, но при этом не стремится к априори бессмысленной мировой войне.       И Геллан уцепился за эту информацию, довольно быстро разузнав о том, кто на самом деле скрывается под кличкой Лорда Волдеморта. Нищий полукровка, чья мать происходила из забытого богом рода Гонтов, а отец был… всего лишь магглом, пусть и из знатного рода. Полукровка, который водил за нос молодежь, считающуюся элитой Магической Британии — это намного более ценный улов, чем просто полукровка, не так ли? Да и этот истинный парселтанг являлся, как к нему ни относись, абсолютно уникальным и поистине интересным даром. Если уж представитель побочной ветви заполучил его, то явно на что-то он был способен.       К сожалению, несколько коротких встреч и мимолетные беседы полностью изменили мнение Геллана о Реддле. Нет, у него не было шансов стать вторым Геллертом Грин-де-Вальдом, совсем другое тесто. Геллан довольно быстро осознал, что Том, несмотря на возраст и все свои достижения, остается человеком, который видит мир в черно-белом цвете, и именно поэтому он был непригоден для долгосрочного сотрудничества.       Геллан не собирался устанавливать диктат силы, развязывать войны или уничтожать магглорожденных — ему все это было неинтересно. Он хотел, чтобы его род процветал, а вместе с ним процветали те, кто помогал его семье в трудные минуты. Просто путь для достижения этих целей мог выглядеть слегка… неопрятно. Да, он держал под контролем те части теневого рынка, которые порой переступали за грань морали, но он хотя бы подходил к этому ответственно и качественно.       Он знал, что если отпустит эту нишу, то ее довольно быстро кто-то займет, что плохо скажется на положении рода Верхетов, не говоря уже о том, что упадет и качество предоставляемых услуг в целой сфере. Это можно было бы счесть за оправдание, но… да, именно так он оправдывал некоторые свои решения, которые плохо стыковались с тем, что считалось нормой. Геллан использовал влияние в этих сферах как инструмент для усиления в других аспектах, инструмент для налаживания полезных связей и создания стабильно функционирующей системы.       Том Реддл тоже был для Геллана инструментом. Опасным, излишне независимым, практически неуправляемым, но все же инструментом. Сам Реддл только способствовал этому, потому что вообще не представлял, как должна выглядеть его долгожданная «победа». Нельзя добиться чего-то значимого, если твои неуемные амбиции опираются на фундамент слабой, бестолковой идеологии превосходства без какой-либо подоплеки. Идеи пустого превосходства показали свою полную несостоятельность сотни лет тому назад, но история циклична, и всегда находились те, кто с радостью впитывал эти бессмысленные, но громкие речи.       Реддл был одним из таких. Детство в нищем маггловском приюте, бросивший его отец-маггл, обнищавший род матери с одной стороны; кровь Слизерина, истинный парселтанг и незаурядная магическая сила с другой. Амбиции столкнулись с ненавистью, а из этого столкновения пророс росток превосходства. И в этом была его главная слабость.       Нельзя было забывать и о психических проблемах. Патологический страх смерти привел к тому, что Реддл раскрошил собственную душу в попытках любой ценой закрепиться на этой планете. Более того, он изувечил самого себя ритуалами, в которых явно не слишком-то хорошо разбирался, раз превратился… вот в это.       Пройдя по пустому коридору частично разрушенного замка, который когда-то принадлежал роду Годфри, канувшему в небытие после попытки вступить в противостояние с Гелланом, аристократ наконец подошел к тяжелым массивным дверям и вошел в пустой зал, посреди которого стоял вытянутый стол, по периметру которого были расставлены резные стулья. Во главе стола сидел сам Реддл, со скучающим выражением лица крутящий в руке волшебную палочку.       — Рад вновь увидеться, Том, — легким кивком Геллан поприветствовал Волдеморта, который продолжил сидеть на своем стуле-троне, несмотря на появление гостя. — Признаюсь, я сомневался в том, что все пройдет успешно.       — И не ошибся, Геллан, — сверкнули в сумраке огромного зала багровые глаза, — все окончилось неудачей. И в этом есть и твоя вина.       — Моя вина? — кривая ухмылка появилась на лице Верхета. — Боюсь, Том, в этом ты ошибаешься.       — Ты ошибся, когда решил передать часть контроля над подготовкой своему уродливому психопату, — процедил Реддл. — Если бы не он, Крауч выкрал бы Поттера наиболее простым и банальным способом, а теперь все существенно усложнилось.       — Если бы твой Крауч был хотя бы на пять процентов настолько компетентным, каким ты его сейчас описываешь, он бы находился здесь, — Геллан оглянулся. — Ох, его здесь нет. Не подскажешь, где твой самый преданный слуга, как ты однажды выразился?       Реддл закатил глаза, и эта совершенно обычная эмоциональная реакция придала его змеиному лицу какой-то… почти что человеческий облик на долю секунды.       — Количество мер безопасности, которые были предприняты, исключали обычное похищение, — вздохнув, продолжил Геллан, взмахом палочки превращая стул в чуть более удобное кресло и усаживаясь в него. — Просто сейчас твое недовольство пытается найти приемлемое оправдание, которое невозможно проверить. Важно, что результат достигнут, так или иначе.       — Не достигнут, — поморщился Реддл, — кровная защита, созданная матерью Поттера, все еще на месте. Я не могу убить его.       — Это… мягко говоря, непроверенные сведения, — Верхет прищурился, опираясь на подлокотник, — у меня другое мнение на этот счет.       — Вот как?       — Да.       Этот краткий ответ словно завел беседу в тупик, но Волдеморт, несмотря на свое любопытство, сумел удержаться от расспросов. Он не первое десятилетие вел дела с аристократами поколения, родившегося задолго до Грин-де-Вальда, и с ними нельзя было подсаживаться на иглу дозированной информации.       — В любом случае, — пожал плечами Геллан, — сейчас есть дела и поважнее Поттера. Например, твои дальнейшие планы на ближайшие… — он сделал секундную паузу, — полгода, хотя бы.       — Полгода? — переспросил Реддл. — Если ты ожидал, что я начну проводить активные мероприятия, то лучше умерь ожидания. Наше сотрудничество подождет, мне нужно восстановить свое состояние до приемлемого уровня.       — Ты решил в одностороннем порядке пересмотреть наш уговор? — Геллан усмехнулся. — Это не очень вежливо, Том.       — Не называй меня этим именем, — прошипел Реддл на парселтанге и с удовлетворением отметил, как Верхет вздрогнул от этих звуков. — Я не собираюсь оправдываться, Геллан, но ты все же мой союзник, ты должен понимать суть ситуации. Мне нужно восстановить силы и собрать сторонников, прежде чем вступать в противостояние с Дамблдором. Он во всеуслышание сегодня объявил о том, что я вернулся, поэтому старик явно занимается тем же самым.       — Об этом я и хотел сообщить, — Верхет слегка прищурился, — меня полностью устраивает то, что ты сейчас находишься в тени. Рита Скитер работает на нас и ей потребуется от силы два-три месяца для того, чтобы низвести репутацию Дамблдора до уровня маразматика, мечтающего о власти. Нет никакого смысла выходить в свет, если это не принесет нам никакой уникальной выгоды.       — Хорошо, пусть так. Тогда мне нужны от тебя выходы на вампиров, оборотней и великанов, — кивнув, ответил Реддл, перевернув ситуацию так, словно он исполнял просьбу Геллана, а вовсе не сам собирался оставаться во мраке. — Сивый мертв, Макнейр исчез, а его контакты с великанами могли бы очень пригодиться.       — Ты хочешь переправить их… на острова? — уточнил Верхет.       — В том числе, — подтвердил догадку аристократа Волдеморт, — просто это нужно сделать в правильный момент, как ты уже сказал.       — Оборотни и великаны — возможно, — задумчиво протянул Геллан, — но насчет вампиров не уверен. Они вполне неплохо устроились в Швейцарии, получив комфорт в обмен на нейтралитет и кое-какие ограничения. Не думаю, что им выгодно участвовать в заварушке за пределами Швейцарии.       — Я говорю вовсе не о высших, — отмахнулся Реддл, — к этим лучше не лезть вообще, пусть гниют в своей изоляции. По крайней мере, пока что. Сейчас мне пригодятся низшие, которых можно завлечь кровью.       — И кто будет их этой самой кровью обеспечивать до старта боевых действий? — приподняв бровь, спросил Геллан. — Я не собираюсь кормить ораву низших вампиров лишь ради их потенциального участия в будущем перевороте. Если все пойдет по плану, то крови почти не будет, нужно лишь разобраться с верхушкой Министерства.       — Люциус держит Фаджа на коротком поводке, — кивнул Реддл, — но нельзя забывать и о Хогвартсе. Вдобавок, вампиры могут остаться в Британии, если создать для них подходящие условия.       О пророчестве Том не собирался упоминать абсолютно сознательно. Верхет был его союзником, да, но союзником ситуативным, а не принципиальным, поэтому знать лишние детали ему было ни к чему. Тем более, что пророчество никоим образом не касалось сидящего в кресле аристократа, оно было бременем и проклятием исключительно Реддла, поэтому он собирался пробраться в Отдел Тайн самостоятельно. Для этого нужно было лишь… ворваться в Азкабан и высвободить Руквуда из заточения.       — Детали мы еще успеем обсудить, — кивнул Верхет, — не думаю, что стоит все решать в первый же день, а потом судорожно пытаться справляться с отступлениями от спешно принятых решений.       — Ничего не имею против, — Реддл усмехнулся, — Нагайна вернулась. Ты свободен, Геллан.       — Не забывайся, Том, — с легкой улыбкой произнес Геллан, качая головой и поднимаясь с кресла. — Из нас двоих совсем не я пришел к тебе с мольбой о помощи.       Реддл ничего не ответил, хотя на упоминании «мольбы о помощи» у него явно дернулся глаз. Что ж, этот разговор и впрямь зашел в тупик. Нужно было многое переосмыслить, прежде чем встречаться вновь для обсуждения деталей. Несмотря на то, что он вернул себе тело и магию, засевшее где-то в глубине чувство тревоги мешало Тому здраво мыслить. Пропажа Крауча, несколько исчезновений других пожирателей смерти, тот проклятый чемпионат по квиддичу, провал с похищением Поттера…       Существовала еще одна сила, с которой необходимо было считаться, нападения которой можно было ожидать в любой момент. И Том намерен был позаботиться о том, чтобы убить его стало практически невозможно — он уже почти закончил с расчетами для очередного крестража, носителем которого должна была стать… Нагайна.

***

Малфой-мэнор, на следующий день после Хогвартс-экспресса

      Вивьен открыла глаза и тут же зажмурилась, мечтая вернуться в сон, прекрасный сон, в котором все-все было хорошо, на улице светило зимнее солнце, а она всеми силами пыталась перелезть через сугроб, чтобы обогнать Асторию. Воспоминание о событии, которого никогда не происходило, но которое кажется теперь таким реальным. Этот сон был словно компенсацией, балансирующей с пугающей и мрачной реальностью. Еще совсем недавно все было хорошо, но теперь…       — Госпожа Вивьен, — возникла рядом с кроватью эльфийка, — мисс Дафна Гринграсс запрашивает разрешение на открытие камина.       — Сколько… — Вивьен посмотрела на настенные часы и обнаружила, что часовая стрелка уже перешагнула через цифру десять. — Ох, Мордред и Моргана, проспала!       — Камин…       — Да, открывай, — бросила Вивьен, вскакивая с кровати и спешно меняя пижаму на футболку и легкие летние брюки.       Не прошло и пары минут, как в камине вспыхнуло зеленое пламя и Дафна Гринграсс, задержавшись на пару секунд, вышла в комнату.       — Мне столько всего надо рассказать! — воскликнула Вивьен, оглянувшись на дверь.       — У меня тут просто… — Дафна взмахнула рукой, крепко сжимавшей лист пергамента. — Так, кто первый?       — Лучше ты, — сразу же ответила Вивьен, с помощью волшебного гребня приводя в порядок прическу.       — Хорошо, — вздохнула Гринграсс, направляясь к креслу и с размаху приземляясь на него, — но сразу предупреждаю, что я сама обо всем узнала только утром.       — Ла-а-адно, — прищурилась Вивьен, садясь на кровать.

***

Двумя часами ранее, Гринграсс-мэнор

      — А сообщить об этом раньше нельзя было?! — воскликнула Дафна. — К чему были все эти туманные намеки на подбор кандидата, влияние моего мнения и прочую чепуху, если… дедушка Арчибальд давным-давно решил все за меня?!       — У нас не было контракта на руках, — отметил Ричард, понимая, что оправдывается перед пятнадцатилетней дочерью, — а еще я рекомендую тебе не распаляться, потому что ситуация изменилась, теперь ты в намного более свободном положении, чем кто-либо из нас был.       — В контракте отдельно прописано, что непосредственно подготовка к помолвке начнется лишь тогда, когда обоим представителям исполнится пятнадцать, — добавила Изабелла, — а разговаривать о деталях с тобой, не имея на руках даже текста — это странное решение, и мы его отвергли абсолютно сознательно.       — То есть, вот эта бумажка… — Дафна взмахнула листом пергамента, на котором стояли подписи Арчибальда Гринграсса и Флимонта Поттера, — обязывает меня выйти замуж за Гарри, черт бы его побрал, Поттера?! За Гарри Поттера?!       — Неужели он так плох? — аккуратно поинтересовался Ричард, понимая, что с возвращением Темного Лорда ответ на этот вопрос стал до безумия однозначным. — В конце концов, если рассматривать ваш потенциальный союз так, как его рассматривал мой отец, то все становится до безобразия логично, варианта лучше в нашей стране точно не найти. Если брать в расчет только сухие факты, конечно же.       — Ч-чего? — чудом не потеряв дар речи, переспросила Дафна, переводя взгляд с матери на отца и обратно. — Скажи, что ты шутишь, пожалуйста.       — Сейчас это уже неактуально, — поспешила успокоить старшую дочь Изабелла Гринграсс. — Можно сказать, ты абсолютно… — она переглянулась с мужем, — свободна. Сразу после совершеннолетия, конечно же.       — Я ничего не понимаю, — медленно произнесла прослушавшая последнюю фразу матери Дафна, продолжая через строчку перечитывать текст контракта, подписанного ее дедом, — почему дедушка сделал это?       — Твой дедушка… Арчибальд очень волновался насчет будущего своего рода, — подбирая слова, начала отвечать Изабелла, — поэтому решил перестраховаться еще до твоего рождения. Времена тогда были совсем неспокойные, и ты понимаешь, о чем я сейчас говорю. И о ком.       — Я и… и Поттер, — запнувшись, Дафна покачала головой, — это самый странный способ достижения безопасного будущего.       — На самом деле, не все так просто, — поправил ее Ричард, но тут же поспешил успокоить дочь, которая явно пропустила кое-какие реплики мимо ушей, — но это все неважно. Мы же сказали, контракт уже неактуален.       — Да, но вы… — Дафна посмотрела на стол, где лежало официальное прошение с отпечатком кольца главы рода Поттеров, а также ключ от хранилища и бумаги по этому самому хранилищу. — Стоп, неактуален? Контракт разорван?!       — Именно, — подтвердила Изабелла, — так что… в некотором роде, твои мягкие намеки на независимость, которые ты применяла прошлым летом, — женщина усмехнулась, — были одобрены судьбой.       — Джеймс Поттер разорвал контракт? — неверяще переспросила Дафна. — Хотя, он ведь женился по любви на магглорожденной и был тем еще тупоголовым гриффиндорцем, так что…       Изабелла и Ричард переглянулись настолько красноречиво, что девушка застыла на несколько секунд, пытаясь осознать произошедшее. Переключатель щелкнул в ее голове и она молча положила недействительный контракт на стол, подцепляя лист магической отказной. Потребовалось еще несколько мгновений, чтобы сфокусировать зрение и прочитать написанные аккуратным почерком строки.       — Глава рода Поттер, будучи в здравом уме и трезвой памяти, разрывает брачный контракт между родами Поттер и Гринграсс по причине несоответствия контракта целям рода, — прошептала Дафна, — и обязуется выплатить откупные в размере пятидесяти тысяч галлеонов прямым переводом в новосозданный именной сейф в банке Гринготтс.       Сразу после этих строк следовал номер сейфа, ее имя, а также условие сохранения денег до ее совершеннолетия. А также отпечаток кольца и… подпись.       — Это Гарри Поттер, — произнесла Дафна севшим голосом, — Гарри Поттер разорвал контракт между нами.       — Он глава рода, — мягко напомнила старшей дочери Изабелла, хотя прекрасно понимала, что именно Дафна чувствует сейчас. Ей все казалось таким несправедливым, но ровно до того момента, как она узнала, что ее суженый сам отказался от нее и даже заплатил полсотни тысяч галлеонов, целое состояние, лишь бы разорвать контракт и… избавиться от нее. Даже если бы Дафна по-настоящему ненавидела Гарри Поттера, этот поступок все равно бы взбесил ее, а уж чего-чего, но ненависти точно не было. Гарри Поттера вообще тяжело было ненавидеть, судя по рассказам и письмам Астории, которая прочно вписалась в его компанию в этом году.       — Он разорвал контракт, — повторила Дафна, поджав губы, — ладно, я все поняла. Я поняла.       — Тут есть еще и ключ, — напомнил о компенсации Ричард, который не заметил мелкие изменения в эмоциональном настрое дочери, но порадовался, что та не стала закатывать ссору, — ты можешь забрать его или отнести в Гринготтс, решать тебе. Это твои деньги, которыми тебе предстоит распорядиться уже через два года.       — Да-да, — слегка отстраненно отозвалась девушка, забирая ключ, — точно. Откупные, да. Мне нужно… нужно осмыслить все это, вот что мне нужно.       — Я всегда рядом, Дафна, — приобняв дочь, прошептала ей на ухо Изабелла.       — Спасибо, — прошептала в ответ Дафна, — но я хотела бы… побыть одна. И мне нужно навестить Вив.       — Вивьен? — переспросила Изабелла, бросая вопросительный, но в то же время встревоженный взгляд на мужа. Тот едва заметно кивнул. — Разумеется, котенок. Эльфы откроют твой камин, как только…       — Хорошо, — выдохнула Дафна, выбегая из кабинета отца с зажатыми в руке ключом и отказной.

***

      — В общем, — Дафна провела рукой по лбу и посмотрела на Вивьен, которая сидела молча с самого начала рассказа, — вот так все и было, примерно.       Малфой кивнула, после чего взяла в руки отказную и коснулась оставленной под текстом подписи. Нахмурившись, она отложила лист пергамент в сторону и вновь перевела взгляд на Дафну.       — Ты так и будешь молчать? — прищурилась Гринграсс. — Мне кажется, новость стоит как минимум обсуждения.       — Да, новость и впрямь… — Вивьен присвистнула, — конкретная. Когда я открывала утром глаза, я могла предсказать, кажется, любое развитие событий, но только не… вот это вот.       — Именно! — нервно хихикнула Дафна. — Прошу, скажи, что ты не злишься.       — Злюсь? — непонимающе переспросила Вивьен.       — Ну, на меня, — объяснила Гринграсс, — ты ведь вроде как…       — Все в порядке, это ничего бы не изменило, ведь шансов все равно нет, — закрыв глаза, отмахнулась Вивьен. — Вдобавок, в конце концов, он ведь все равно отверг тебя, разве нет?       — Он за это еще ответит, мог бы хоть сообщить лично, — поморщилась Дафна, — но и поблагодарить его тоже стоит. В конце концов, пятьдесят тысяч галлеонов в придачу к свободе выбора жизненного пути, — она присвистнула, — самый дорогой подарок, который можно только вообразить.       — Если бы… — Малфой сглотнула возникший в горле комок, — если бы он не разорвал контракт, то… что бы ты сделала?       — Это странный вопрос.       — Мне просто интересно, — пожала плечами Вивьен, — никакого двойного дна, честно.       — Тебе интересно, вышла бы я за него или нет, вот что тебе интересно, — фыркнула Дафна. — Не знаю, наверное. Эй, не смотри на меня так! Если бы речь шла о контракте, который по каким-то причинам нельзя было разорвать, то мне бы в любом случае пришлось подчиниться, верно? Тем более, как бы я ни называла его в прошлом… или пять минут назад, технически Поттер и впрямь хорошая партия, верно? Красивый, богатый, сильный, не полный идиот, кровь разбавлена. Да, он гриффиндорец, который постоянно устраивает клоунаду, да и с головой у него явно не все в порядке, но… кто из нас идеален?       Вивьен молча покачала головой, слушая сбивчивые объяснения Дафны. Разумеется, Гарри и впрямь был хорошей партией, но ключевое слово тут именно «был». Каким бы замечательным он ни был, ситуация изменилась, и об этом Вивьен собиралась рассказать подруге.       — Родители объяснили, почему забрали вас с сестрой из школы? — спросила она, так резко сменив тему, что Дафна опешила на секунду.       — Ну, это из-за всего, что произошло с Диггори, да и вообще…       — Нет, — перебила Дафну Вивьен, — кое-что случилось, Даф. Мама рассказала мне вчера, что… — девушка выдохнула, — Тот-кого-нельзя-называть вернулся.       Тишину, воцарившуюся в комнате после этой фразы, можно было ощутить на кончике языка. Помедлив с ответом, Гринграсс подобралась и сделала глубокий вдох. Прикусив губу, она спросила:       — Твой отец…       — Да, — кивнув, тихо ответила Вивьен, — он созвал всех, у кого на руке есть…       — Я поняла, — также тихо произнесла Дафна, — это все меняет.       — Именно.       — Дамблдор был прав?       Вивьен поморщилась, но все же кивнула:       — Судя по всему, да.       — Ты приглашена в нашу поездку по Европе, ты ведь помнишь? — уточнила Дафна. — Теперь я точно без тебя никуда не поеду.       — Мама не разрешила бы мне остаться здесь в любом случае, — Вивьен вздохнула, — вчера тут целый день ходили какие-то люди, которых я впервые в своей жизни видела. Мама при этом твердо решила остаться, чтобы не дать Драко совершить ошибку.       — Ошибку?       — Мама считает, — Малфой перешла на шепот, — что если Тот-кого-нельзя-называть потребует у отца сделать Драко пожирателем, то ни один из них не станет отнекиваться. И тогда она собирается не допустить этого.       — Какая-то жуть, — закрыв глаза, шумно выдохнула Дафна, — но если вспомнить, что Нотт оказался пожирателем, то я уже ничему не удивлюсь. Вот только… Что теперь вообще будет? Я имею в виду, — она развела руками, — в целом?       — Понятия не имею, но точно ничего хорошего.       — И Гарри Поттер обязательно поучаствует, он магнит для всего этого, — добавила Дафна. — Да уж, разрыв контракта теперь и впрямь выглядит как благословение.       Вивьен ничего не сказала в ответ на это. В ее разуме крутилась мысль написать Поттеру письмо, рассказать о том, что ей удалось узнать, но… это было бы ужасной глупостью. Подвергать опасности маму и брата, а ради чего? Ради человека, с которым она нормально разговаривала три раза за жизнь? Вот именно.       — Твой братец тоже в курсе?       — Угу, — откликнулась Вивьен, — я думала, он будет радостнее, но он весь вчерашний день ходил хмурый.       — Может, Поттер вправил ему мозги, когда поймал тогда в коридоре? — пожала плечами Дафна.       — Может, — неопределенно ответила Малфой, — а может, просто не осознал еще до конца. На самом деле, важно лишь перетерпеть эти два месяца, дальше все станет проще. По крайней мере, я так считаю.       — С чего ты взяла?       — Не знаю, мне просто так кажется. И еще, возможно, твоей сестре лучше оборвать общение с отрядом Поттера. Публичное, по крайней мере.       — Да-а-а, — протянула Гринграсс, — факультет станет змеиным клубком, вот что я точно могу сказать.       — К тебе сейчас можно? — со вздохом спросила Вивьен.       — Да, конечно же, — ободряюще улыбнулась Дафна, — можем потом сходить в Гринготтс, если хочешь. Брать золото нельзя, но посетить сейф и полюбоваться можно.