Парадокс второго шанса

      — Ага! — победоносный крик разнесся по всему первому этажу. — Я же сказала, что у меня с памятью все в порядке!       Перебравшийся на диван Поттер фыркнул, услышав радостный голос Эммы, но тут же закатил глаза, как только увидел, что она вошла в гостиную, держа в руках две пыльных бутылки.       — Я не говорил, что у тебя плохая память, — подметил Гарри, но тут же добавил, — для твоего возраста.       — Ты опять позволил себе усомниться… А-а-пчхи! Мерлин, сколько пыли… Экскуро!       — Ты уничтожила этикетку, — едва сдерживая смех, подвел итог Поттер. — Дай-ка сюда, я исправлю, пока ты окончательно все не испортила.       — Исправишь? — приподняв бровь, передала парню вино Эмма. — Это вообще…       Вампирша повернулась к журнальному столику, на котором оставила вторую бутылку, но не смогла отыскать алкоголь. Недоуменно осмотрев сначала пол рядом с диваном, а затем и путь к коридору, она собралась было пожаловаться на несправедливость судьбы, как вдруг заметила, что Поттер с насмешливой улыбкой наблюдает за ней, а в его руках нет бутылки.       — Ты сама просила удерживать тебя от алкоголя, помнишь? — поднял руку Гарри, останавливая не успевший начаться поток изобретательных оскорблений, которые Эмма подбирала для особенного случая.       — Верни вино, — закинув ноги на диван, Эмма приподняла плед и пихнула Поттера в бедро, — а ну верни вино, воришка.       — Ага, верну когда-нибудь потом, — Гарри потер ушибленное место, готовясь предотвратить повторный удар.       Это удалось сделать путем перехвата лодыжки атакующей его ноги и поднятия ее вверх, из-за чего Эмма сползла с подушки и оказалась в невыгодном положении. Продолжая удерживать ее ногу на высоте, Гарри рассмеялся, когда Валье попыталась ударить его, но чуть было не свалилась с дивана. Тем временем, на телевизор с выключенным звуком после рекламной паузы вернулся сериал, появление которого никто из присутствующих в комнате зрителей не заметил.       — С твоим появлением я всерьез задумалась о приобретении домового эльфа, — с притворной горечью протянула Эмма, — ногу мою отпусти, разбойник.       — А ты драться будешь?       — Буду.       — Тогда не отпущу, — пожал плечами Гарри.       Эта странная дискуссия могла бы показаться подозрительно спокойной, если бы Эмма не начала тихо хихикать, а спустя несколько секунд к ней не присоединился бы и Поттер. Отпустив ногу, Гарри вздохнул, когда та вновь скрылась под пледом, но почти сразу же дернулся, когда ощутил наглое и явно враждебное прикосновение под ребрами.       — В Магической Европе под моим правлением за щекотку будут пытать щекоткой, — Гарри резко повернулся, вновь хватая ногу Эммы, но на сей раз в другой руке у него появилось трансфигурированное без использования палочки перо.       — Не смей! — заерзала Эмма, не в силах избавиться от улыбки на лице. — Эй, не смей! Не разрешаю! Око за око — и весь мир ослепнет!       — Я ведь уверен, что если отпущу тебя, ты опять начнешь меня домогаться.       — Домогаться? — удивленно переспросила Эмма. — Мистер Поттер, вы же серьезный колдунишка, о каких домогательствах идет речь?       Гарри промолчал, лишь качнул головой и отпустил захваченную в плен ногу, которая тут же скрылась под пушистым пледом. Эмма замолчала на несколько секунд, переведя взгляд на телевизор и поджав губы. Тем временем, на экране Рэйчел, сломя голову, неслась в аэропорт, чтобы встретить возвращающегося из Китая Росса и сказать ему, что любит его. Эмма уже смотрела этот эпизод и знала, чем все закончится, но все равно печально усмехнулась, видя выражение лица Рэйчел в тот момент, когда Росс покинул самолет в обнимку с другой девушкой.       — До второго сезона осталось всего ничего, — услышав цокающий звук и заметив печаль во взгляде Эммы, пожал плечами Поттер, который прекрасно знал, как закончится сериал в целом. Порой у него даже просыпался соблазн приступить к шантажу спойлерами, но до такого Гарри пока опускаться не собирался.       — Да, я просто… — Эмма пожала плечами, отводя взгляд от экрана с титрами. — Знаешь, мне кажется, что принимать близко к сердцу отношения несуществующих персонажей — это точно перебор, да? Телевидение всех сведет с ума, а ситкомы сыграют во всем этом безумии главную роль.       — Поверь, если телевидение и приведет к всеобщему сумасшествию, то не сериалы будут тому виной, — фыркнул Гарри. — На самом деле, ты подняла интересный вопрос, ведь люди столетиями, если не дольше, переживают насчет отношений несуществующих персонажей из мифов и легенд, разве нет? Театр, устные сказания, книги…       — Пожалуй, да-а-а, — Эмма кивнула, — но все это смотрится органично и правильно, когда об этом рассуждаешь ты. Человек, век которого на этом свете расписан и ограничен, прекрасно гармонирует с миром грез.       — Так, вот эту философскую ерунду лучше объясни чуть более понятными словами. Не забывай, я десять лет с магглами жил, а потом кое-как четыре года учился на проходные баллы.       Эмма тихо рассмеялась, и слегка сдвинула подушку, чтобы оказаться ближе к Поттеру. Тот молча наблюдал за этим, ни слова не сказав даже в то мгновение, когда ощутил мягкое прикосновение. Эмма под пледом коснулась его руки своей рукой, после чего отдернула ее, словно дотронулась до кипятка. Моргнув пару раз, Валье посмотрела сначала в сторону зашторенных окон, а затем вновь обратила меланхолично-расслабленный взгляд на Поттера.       — Суть скрытого баланса в том, что любовь бессмертна, а человек нет. Если ты отклоняешься в ту или иную сторону, это не ведет ни к чему хорошему, — произнесла она, слегка помедлив перед выводом.       — Если мы вновь собираемся обсуждать бессмертие, то мне больше нечего сказать, Эмма, — Гарри пожал плечами. — Я работаю над теми записями, но не могу ничего гарантировать. Могу лишь сказать, что ты явно переоцениваешь влияние твоей… нечеловеческой стороны.       — Дай сюда руку, — не дослушав, перебила парня Валье и схватила протянутую руку за запястье, после чего потянула к своей груди. Ощутив прикосновение теплых пальцев к грудной клетке, Эмма вздрогнула, но продержалась несколько секунд, прежде чем отпустить руку Поттера и посмотреть на него чуть более внимательно.       — Заметил что-нибудь? — приподняв бровь, спросила она, не пытаясь скрыть частичку яда в голосе.       — Твое сердце не бьется.       — Кровь циркулирует в моем организме благодаря ритуалу, который сделал меня такой, — Эмма коснулась одного из удлинившихся клыков кончиком языка, — для химер любовь — непозволительная роскошь.       — Синграху, кажется, это не мешает.       — Ты знаешь их историю? — Эмма усмехнулась. — Он рискнул всем, когда позволил себе влюбиться в Ирен, чтобы в итоге обратить ее. Ритуал должен был убить избранницу, шансы пережить его невысоки, но… мой дядя либо чертовски удачлив, либо на самом деле знает какой-то секретный ингредиент. И произойди нечто подобное сейчас, МКМ наверняка нашли бы способ добраться до него.       — Если бы узнали, — добавил Гарри.       — Да, если бы узнали, — кивнула Эмма, соглашаясь. С окончанием фразы комната погрузилась в тишину, которую Эмма почти сразу же разрушила. — Ну, какими подвигами может похвастаться пятикурсник Гарри Поттер? Неужели за первую неделю не случилось ничего интересного?       — Честно говоря, я практически уверен, что сын Люциуса выполняет поручение Волдеморта и…       — Бе-е, — скривилась Эмма, словно открыла дверь ванной и увидела, что плитка покрыта плесенью, — я совсем не об этом спрашивала. Или ты по мальчикам?       — У пятикурсников хватает проблем и без всего этого.       — Ага, да, — кивнула Валье, притворяясь, что ей безумно интересно рассматривать собственные ногти, — когда я изучала твое досье, то там было немало сведений о том, как вел себя в Хогвартсе твой отец. Потом я узнала, что твой дед Флимонт в частных беседах с Валентином Борра постоянно сетовал на то, что Джеймс подозрительно часто был близок к тому, чтобы случайно угодить в так называемую залетную ситуацию.       — Я бы прекрасно жил и без этих сведений, — честно признался Гарри, вновь ощутив мягкое, невесомое прикосновение. Пальцы ног Эммы уперлись в его торс, и та словно попыталась сдвинуть вверх рубашку, не подавая вида.       — Неужели не интересно? — Эмма придвинулась к Поттеру.       — Предпочитаю считать, что все происходит благородно и по обоюдному согласию, остальное меня не волнует.       — Поверь мне, Гарри, то, что ты подразумеваешь под благородством, им вовсе не является.       Всего за несколько секунд Эмма плавно преодолела весь требуемый путь, и теперь между их с Поттером лицами оставалось не более пяти дюймов. Замерев, она остановилась, когда почувствовала, что рука парня скользнула под плед и оказалась где-то в районе ее талии. Секунда, вторая, третья… Гарри начал сокращать расстояние между ними, и Валье сама подалась вперед, после чего их губы встретились.       Поттер почувствовал, как по спине пробежала волна мурашек. Возможно, причиной тому были руки Эммы, одна из которых оказалась на его плече и обвивала шею, а вторая закрепилась где-то в районе лопаток. Или же, и в это верилось намного легче, главной причиной все же был чувственный, сложный поцелуй, который всего за одно мгновение заставил Поттера переосмыслить целый год его дурацкого воздержания. Теперь подобный подход к жизни казался бессмысленным на всех возможных уровнях, но Гарри не собирался думать об упущенных возможностях, пока Эмма тянула его на себя, из-за чего они довольно быстро оказались в горизонтальном положении.       — Спихни его на пол, — прямо в губы Поттеру прошептала Эмма, когда плед начал их раздражать, но гриффиндорец неловким движением пальцев использовал Эванеско, — эй, я его только в прошлом году купи-и-и…       Не позволив Эмме продолжить возмущаться, Гарри окончательно оказался сверху, и на сей раз его левая рука завершила свой путь в правильном месте, подперев обтянутую брюками попку. Валье хихикнула, но все же не стала ничего менять, закрывая глаза и вновь погружаясь в медленный, тягучий поцелуй, который пьянил лучше любого алкоголя.       Вспомнив о вине, Эмма все же сумела отстраниться:       — Я не забыла о вине.       — Каком вине? — на автомате переспросил Гарри.       Проморгавшись, Поттер не дождался ответа и попытался вытащить из-под Эммы руку, чтобы переместить ладонь в куда более удобное место, но вампирша внезапно подняла вверх ногу и крутанулась вбок, роняя парня на пол и падая вслед за ним. Приземление нельзя было назвать мягким, а рухнувший на Гарри мешок картошки по имени Эмма едва ли добавил комфорта. Впрочем, это позволило ему наконец-то положить свои руки именно туда, где им было место.       — Надеюсь, я хотя бы не украла твой первый поцелуй? — Валье поерзала, заодно покрутив пятой точкой, и вновь наклонилась для еще одного быстрого, но чувственного поцелуя.       — А если украла, то что это изменит? — Гарри задал встречный вопрос, продолжая прижимать девушку к себе.       Эмма поморщилась, оголив заостренные клыки, сразу заметные на фоне ряда ровных белых зубов.       — Тогда тебе не повезло, — протянула она, — со мной никто не сравнится.       — Ты задеваешь мои зубы своими, когда целуешься, — фыркнул Гарри, — и не знаешь, куда деть нос.       — То есть, ты выбрал именно этот момент для своих надуманных претензий?! — притворно возмутилась Эмма. — А ну хватит меня тискать, расходимся. Видеть тебя более не желаю, проходимец.       — Претензии озвучены не с целью уязвить, — Гарри слегка склонил голову набок, припадая губами к шее девушки, — а для того, чтобы проделать работу над ошибками.       Валье поежилась, как только внезапно осознала, что находится во власти совсем недавно еще казавшегося невинным парня, но едва ли она собиралась жаловаться.       — У меня на втором этаже есть спальня, — томно прошептала она, когда губы Поттера уже достигла мочки уха и коснулись серьги, — а в спальне есть очень комфортная и теплая кровать.

***

      Воскресное утро началось с того, что Гарри выскочил на улицу, на ходу разбираясь с пуговицами и судорожно пытаясь отогнать мысли о прошедшей ночи куда-то прочь. Во-первых, изменить это он уже в любом случае не смог бы, а во-вторых…       Поттер остановился настолько резко, что чуть было не потерял равновесие, несмотря на ритуальные усиления, которые и по сей день контролировали его тело. Маховик времени. С желанием воспользоваться маховиком времени, чтобы махнуть на восемь часов назад и с помощью Добби все-таки организовать встречу, хоть и с задержкой, пришлось бороться. Мало того, что Дамблдор мог бы заметить несостыковку с учетом усиленных защитных чар, так и само использование маховика могло попасть на радары Министерства Магии. Прошлым летом он бы ни секунды не сомневался в том, стоит ли того этот риск, но сейчас, с учетом того, насколько глубоко враждебным и реструктурированным было Министерство, даже такая деталь могла лишить Поттера серьезного преимущества в будущем.       Ему необходимо было обеспечить себе стабильное и безотказное прикрытие, но для этого возвращение в Хогвартс пришлось отложить. Нырнув в случайную подворотню, Гарри крутанулся на месте, используя рунный портключ, который унес его прочь из прохладного Эдинбурга, несколькими отдельными переносами доставляя парня в зачарованный лес, окружающий дом Фламелей. С трудом протиснувшись сквозь магическую защиту, которую Николас усилил сразу после отъезда ученика в школу, Гарри едва успел добраться до входной двери, как та открылась прямо перед ним, и Поттер остановился, наткнувшись на недовольный взгляд Фламеля.       — Кажется, мы с тобой обсуждали подобные исчезновения, верно? — спросил он, и юноша сразу же все понял.       — Ты ведь меня прикрыл, да? — с надеждой в голосе поинтересовался Поттер.       Фламель усмехнулся, и недовольство полностью исчезло из его глаз.       — Вроде того. Сообщил через Фоукса, что вызвал своего любимого ученика на дополнительную тренировку, — кивнул он, — но тебе все же стоит в будущем заранее просчитывать подобные моменты, Гарри.       — Форс-мажор… — неуверенно протянул Поттер.       — У форс-мажора есть имя? — сразу же задал вопрос Фламель, и рассмеялся, как только увидел стрельнувший в сторону взгляд ученика. — Ну, я допускал подобное. Очень рад, что хоть в этом ты наконец-то оказался предсказуемым. Не скажу, что угадал с выбором, но…       Игнорируя смех наставника, Гарри протиснулся мимо него и разместился за столом на кухне, тут же опершись локтями на стол и уронив голову на подставленные руки. В такой позе он провел секунд двадцать, но все же очнулся, когда Фламель сел напротив и наконец прекратил посмеиваться.       — Честно говоря, хотел повременить со всем этим до окончательной победы, — признался Гарри, — но это было сомнительным решением, признаю.       — Да, дурацкий план, — поморщился Фламель, но тут же хихикнул, — и я рад, что он не сработал. Знаешь, скольких людей сгубило сексуальное неудовлетворение?       — Ник, пожалуйста… — Гарри нахмурился и почесал левое запястье, после чего покачал головой, и в его руке внезапно появилась закрытая бутылка. — Ничего не спрашивай, — вздохнув, добавил он, вспоминая, что забрал у Валье сразу две бутылки вина и осознавая, что левая татуировка заполнена до отказа каким-то барахлом, из-за которого начал неметь мизинец.       — М-м-м, меня немного удивил твой выбор, пожалуй, — протянул Николас, — но я в любом случае одобряю твое стремление к нормальной человеческой жизни. Целибат был тебе не к лицу, а вдобавок еще и скверно влиял на и без того сложный характер.       — Боги, ты хоть представляешь, каково мне сидеть и слушать тебя прямо сейчас? — Поттер закрыл глаза, продолжая качать головой, словно какой-то маятник. — Старый дед поздравляет правнука с тем, что тот впервые провел ночь не дома, вот как это выглядит. Просто позор какой-то.       — Как прикрыть, так сразу ко мне, а как выслушать пару невинных замечаний, так «позор», — алхимик недовольно фыркнул, — но я прислушаюсь к тебе. Наверное. Или нет. Пока не решил.       — Мне нужно возвращаться в Хогвартс, — вздохнув, Гарри посмотрел на уцелевшую этикетку на второй бутылке вина, цокнул языком и вернул ее обратно в татуировку, — сегодня будет день унижений. Как вообще надо извиняться перед крайне высокомерными и не слишком добродушными чистокровными пятикурсницами?

***

      Вивьен не призналась бы в этом никому на свете, включая Дафну (которая понятия не имела о назначенной встрече), но после возвращения в гостиную Слизерина она несколько часов провела под одеялом, воображая красочные сцены того, что сделает с Поттером, как только увидит несносного гриффиндорца. Поначалу варианты были настолько жестокими, что неминуемыми последствиями подобных наказаний стал бы пожизненный срок в Азкабане, но постепенно они смягчались под давлением влюбленности, а злость, сопротивляясь, уступала место обиде. Классической и до боли понятной обиде, которой не требовались дополнительные пояснения.       Рациональная сторона Малфоев из последних сил боролась за место под солнцем с темпераментной кровью Блэков, отвечающей за чувства в бессмысленной дуэли с разумом. И Вивьен уснула, так и не придя к консенсусу насчет произошедшего. Поттер усложнил все на свете, назначив эту встречу, а затем усложнил все еще раз, когда не явился на нее.       Как ни удивительно, но к утру ничего не изменилось. Дафна исчезла рано утром, чтобы провести воскресенье с Асторией и родителями, благодаря чему Вивьен провалялась в постели до одиннадцати. Взлохмаченная, недовольная и невыспавшаяся, она с трудом вылезла из-под одеяла и приступила к утренним процедурам лишь после того, как Трейси с беспокойством в голосе поинтересовалась у нее, не заболела ли она.       А однозначного ответа не было! Вспомнив о сорока пяти минутах, что Вивьен пришлось провести на самой высокой точке Астрономической башни, кровь Блэков ненадолго вырвалась вперед в незримом противостоянии, взывая к оскорбленной чести и неоправданным ожиданиям. Но довольно быстро Вивьен вновь вернулась к балансу, вспомнив о том, что происходило с Поттером в прошлые годы. В конце концов, он ведь мог просто погибнуть, верно? Лучше бы он действительно погиб, потому что другие потенциальные доводы звучали куда менее убедительно.       Смерть стала бы достойной причиной для того, чтобы не являться на встречу, которую сам и назначил. Не идеальной, конечно, но… мертвецу мстить Вивьен не собиралась, так что с подобным раскладом она смогла бы смириться. С другой стороны, рациональная сторона подсказывала девушке, что Поттер живее всех живых, а его исчезновение связано с «приключениями», о которых то и дело судачили студенты вот уже пятый год. Вне зависимости от того, с кем именно он столкнулся в субботу вечером: будь это хоть чудовище Слизерина, хоть сам Тот-кого-нельзя-называть во плоти, подобный ответ Вивьен бы не устроил. Почему?       Потому что девушка в Хогсмиде не была похожа ни на чудовище Слизерина, ни на Того-кого-нельзя-называть. И в последний раз Вивьен видела Поттера как раз в тот самый момент, когда он шел под руку с этой девушкой. Не желая делать итоговые выводы до того, как станет известно еще хоть что-нибудь, Малфой покинула душ, оделась и вернулась на кровать. Лишь тогда она заметила лежащий на прикроватной тумбе конверт.

***

      Поправив воротник рубашки, Гарри нервно дернулся, увидев открывающуюся дверь. Что ж, Добби доставил письмо в спальню пятикурсниц Слизерина всего лишь час назад, так что… сроки появления все еще можно было считать приемлемыми. Было бы намного хуже, если бы она не пришла вовсе. Заглянуть в Карту Мародеров великий и гениальный Гарри Поттер попросту не догадался.       Зашедшая в заброшенный класс Вивьен остановилась прямо на пороге, увидев стоящего рядом со сдвинутыми в сторону партами Поттера. Что ж, он был живее всех живых, и даже в кои-то веки оделся прилично, выбрав вместо маггловской футболки приемлемую рубашку, единственным изъяном которой был странный рисунок на левом рукаве. Взлохмаченные волосы и не слишком-то презентабельные маггловские кроссовки, впрочем, все еще служили прекрасным напоминанием о том, насколько странным и несуразным человеком он на самом деле является.       — Э-э-э, доброе утро, — помедлив, произнес Гарри дружелюбным, как ему показалось тоном, но тут же понял, что совершил ошибку, не успев даже коснуться основной темы разговора.       Вивьен скривилась от приветствия, словно от зубной боли, после чего медленно вытащила волшебную палочку и начала перекатывать ее между пальцами. Так продолжалось по меньшей мере несколько секунд, прежде чем Малфой вздохнула и подняла взгляд, смотря на гриффиндорца, который и не подумал о том, чтобы приготовиться к отражению возможной атаки.       — Если ты собрался разыгрывать передо мной дурачка, то я уйду, — с непроницаемым лицом предупредила Поттера Вивьен.       Гарри издал нервный смешок и тут же поднял руки вверх, с трудом пытаясь противостоять расползающейся на лице улыбке:       — Признаю, получилось очень-очень нехорошо. Вивьен, прости меня, пожалуйста.       — Я все понять не могла, как ты умудрился спутаться с Уизли на первом курсе, Поттер. Теперь поняла — вам обоим нужны уроки хороших манер, и тебе в особенности.       — Да, знаю, — Гарри вздохнул, — поступил как полный мудак. Честно говоря, я даже не могу сказать, что именно стало причиной моего… э-э-э… исчезновения, потому что… еще не доверяю тебе.       Брови Вивьен тут же взлетели вверх, а сама она окинула Поттера удивленным взглядом.       — Не доверяешь? — переспросила она, сжимая губы. — Это как-то связано с тем, на что ты намекал в поезде? Или дело в той девушке, с которой ты был вчера в Хогсмиде?       Заметив смесь недоумения, страха и замешательства, что вспыхнула на лице Поттера на мгновение, Вивьен прищурилась, не зная, радоваться или поднимать палочку и атаковать. Соблазн увидеть Поттера, плюющегося слизняками, достиг какого-то невероятного уровня.       — Не совсем, — помедлив, ответил Гарри, — но в какой-то степени, да.       — Мы в тупике, Поттер, — вздохнула Вивьен, отступая на пару шагов и, позабыв о том, как должны вести себя молодые леди, уселась на одну из парт. — Может, определишься для начала, чего ты вообще хочешь, а уже потом начнешь назначать встречи, на которые не собираешься приходить?       — Думаешь, я бы стал назначать встречу, если бы не собирался на нее приходить? — задал встречный вопрос гриффиндорец.       — Ты мне скажи, это не я так сделала, — пожала плечами Вивьен.       — Нет, не стал бы.       — То есть, это был не ты? — с ухмылкой посмотрела на парня Малфой. — Мне уже пора сообщать директору о самозванце? Или сначала поболтать об этом с профессором Амбридж?       Гарри промолчал, но и Вивьен не могла злиться вечно. Влюбленность подсказывала ей, что нужно срочно забыть о самоуважении, чувстве собственного достоинства и чести, но воспитание и самооценка отчаянно боролись с этими подсказками. Не в силах принять решение, она в течение минуты смотрела на Поттера, гадая о том, что на самом деле стало причиной его исчезновения.       Вне зависимости от обид и претензий, она знала, что Поттер не лжет — он не был тем, кто назначает встречу, а потом не приходит на нее без весомой причины. Каким бы он ни был оболтусом, но Распределяющая Шляпа отправила его на Гриффиндор, где подобное поведение точно не приветствовалось. С другой стороны, воспитание у магглов и странные выкрутасы на четвертом курсе могли стать свидетельством обратного…       — Волдеморт вернулся, и мы с тобой прекрасно понимаем, что лучше от этого никому не станет, — решив сразу перейти к делу, оставил обсуждение встречи Гарри. — Я понимаю, что Люциусу некуда деваться, метка остается меткой вне зависимости от его желаний, но рано или поздно Реддл избавится и от него тоже, как уже избавился от Барти Крауча-младшего. Кстати, у меня есть вопрос. В конце июня или начале июля твой отец наверняка вернулся домой в полукоматозном состоянии из-за пыток, верно?       Заметив промелькнувший в серо-голубых глазах Вивьен страх, Гарри кивнул:       — Разумеется, догадаться было несложно. Реддл ни за что не простит ему потерю дневника.       — Дневника? — тихим голосом переспросила Вивьен.       — Не вздумай сболтнуть об этом при нем, — предупредил ее Поттер. — Том становится крайне чувствительным, когда дело заходит о его прошлом или его секретах.       — Том? — Вивьен вернула пропавшее самообладание.       — Ты не знаешь? — Гарри хмыкнул. — Настоящее имя Волдеморта — Том Марволо Реддл. Он полукровка, сын маггла и сквибки, выросший в маггловском приюте и выпустившийся из Хогвартса в сорок пятом.       — П-полукровка? — сделав глубокий вдох, возмутилась Вивьен. — Сын маггла? Ты с ума сошел, Поттер?       — Можешь спросить у матери, если хочешь, — Гарри сделал шаг в сторону, прислоняясь к одной из парт и скрещивая руки на груди. — Это не было какой-то тайной для его однокурсников, твоя бабушка Друэлла наверняка была знакома с ним лично. Насколько я знаю, Абраксас Малфой вообще был одним из его самых приближенных сторонников, и даже вошел в состав Вальпургиевых рыцарей еще до выпуска из Хогвартса.       — Зачем ты все это… — Вивьен не смогла даже договорить, ее голос превратился в шепот посреди фразы.       Вмиг она забыла о несостоявшейся встрече, влюбленности и девушке в Хогсмиде. Внезапно Малфой осознала, что Поттер уже давным-давно перерос все то, что Дафна назвала бы «детскими играми». Вне зависимости от того, каким шутом тот был на публике, Гарри Поттер на самом деле был в курсе всего происходящего и держал руку на пульсе, умудряясь озвучивать верные догадки даже в тех моментах, которые были тайной для всего мира.       — Драко выполняет какое-то задание для него, да? — прищурившись, спросил Гарри.       Вивьен открыла рот, но не смогла ничего ответить. Еще в конце лета вообразив себя той, кто сможет возвести мост между своей семьей и «светлой стороной», Вивьен вдруг испугалась всех тех возможных последствий, что могли ждать ее род в том случае, если Темный Лорд узнает о предательстве. Не сыграет никакой роли то, что Вивьен не успела получить метку, наказание явно будет очень жестоким.       — Я знаю, что это наверняка прозвучит весьма самонадеянно, когда я произнесу это, — Гарри сократил расстояние между ними вдвое, и Вивьен впервые с начала разговора смогла поймать пристальный взгляд невероятно красивых ярко-зеленых глаз, — но ты можешь рассказать мне обо всем, что считаешь нужным. Если вам необходима защита, то мы с Сириусом поможем вам. Волдеморт не доберется ни до тебя, ни до твоей матери.       — Что насчет Драко и отца? — с легкой хрипотцой в голосе спросила Вивьен.       — Не стану лгать тебе, утверждая, что спасение твоего отца будет нашим приоритетом, — вздохнув, произнес Гарри, — но я постараюсь помочь Драко. Волдеморт уже решил, когда вы должны будете получить метки?       — Мы с Драко — летом, но мама… в это Рождество.       — Ой, херовато, — не удержавшись, выругался Поттер, в родном мире которого Нарцисса избежала получения темной метки.       Судя по всему, утрата ближнего круга, который Волдеморт наверняка рассчитывал вызволить из Азкабана, заставила того сосредоточиться на лояльности окружающих его людей. Метка гарантировала покорность и являлась неснимаемым ошейником, но… пацифистские идеи Фламеля теперь могли пригодиться. Если алхимик добьется удаления темной метки без необходимости умерщвления ее носителя, то подобная возможность может стать хорошим предметом в торге сторон.       — И это все, что ты можешь сказать? — уныло протянула Малфой. — Я и без тебя знаю, что ничего хорошего в этом нет.       — Все может серьезно измениться за три месяца, — пожал плечами Гарри. — Не забывай, всего три месяца назад Волдеморт был похож на лягушку.       — Откуда ты вообще об этом знаешь? — несмотря на попытку сдержать себя, Вивьен все равно вздрогнула, услышав имя Темного Лорда.       — Просто знаю, — Поттер вздохнул и сел рядом с ней, не обратив внимания на румянец, который тут же появился на щеках девушки. — Ну, и что приказали твоему брату? Он ищет что-то или пытается что-то починить?       Вивьен пожала плечами, отчаянно борясь с водоворотом странных и неправильных желаний, которые вдруг затмили обиду, ревность и все остальные негативные чувства, бок о бок с которыми она жила уже больше двенадцати часов.       — Я с ним поговорю, — Поттер кивнул каким-то своим мыслям и повернул голову, замечая, что Вивьен в последний момент отвела взгляд, — в прошлом учебном году у нас как-то состоялся… воспитательный разговор, и твой брат вел себя тогда на удивление адекватно. Если он не ударился в фанатизм и понимает, что такое темная метка на самом деле, то я смогу убедить его.       — Убедить в чем? — Вивьен вспомнила, как они с Дафной подслушали тот самый «воспитательный разговор». — Ты собрался превратить моего брата в шпиона?!       — Какой из него шпион, боги, — скривился Гарри. — Он даже метку еще не получил, я с тем же успехом могу попросить шпионить тебя. Нет, просто расскажу ему о том, чем чревато добровольное рабство, когда твой хозяин — психопат-садист с манией величия.       — Думаешь, мы с мамой ему ни разу об этом не говорили?       — Думаю, ему необходимо еще разочек услышать это от меня, — подмигнул девушке Поттер, и та слабо улыбнулась.       — В любом случае, — печальная улыбка словно застыла на ее лице, — моя семья… в заднице.       — Ого, а как же ваше знаменитое воспитание, мисс Малфой?! — притворно удивился Гарри, рассмеявшись, когда Вивьен вдруг пихнула его плечом. — Не все так плохо, как тебе кажется. Как я и сказал, за три месяца многое может измениться. Вдобавок, не стоит забывать о том, на что способен Сириус.       — И на что он способен?       — Не знаю, но обязательно выясню, — фыркнул Гарри, и эта непосредственность все же вызвала у Вивьен искреннюю улыбку.       — Ты ни разу не упомянул Дамблдора, — прокрутив в памяти разговор, внезапно осознала Малфой.       — А должен был? — Гарри удивленно поднял брови.       — Честно говоря, теперь уже и не знаю, — протянула Вивьен, — на самостоятельного лидера ты пока что точно не тянешь.       — Дискриминация лидеров по возрасту, так и запишем, — закивал Гарри, спрыгивая с парты и поворачиваясь к девушке. — На самом деле, я заметил, что тебя не было на завтраке, так что…       — Гарри Поттер снова собрался подкармливать голодающих студентов? — сморщила носик слизеринка, наблюдая за тем, как Поттер, вытащив палочку, несколькими взмахами приводит в движение сразу несколько парт, на ходу превращая их в столик и два стула. Всего через мгновение на столик опустилась белая скатерть, а потом, словно из ниоткуда, посреди стола приземлилась картонная коробка.       Нахмурившись, Вивьен посмотрела на Поттера, который уже сдвинул в сторону стул, без слов приглашая ее за стол.       — Я тебя все еще не простила и пока что прощать не собираюсь, — сразу же предупредила она, но все же спрыгнула с парты и пересела на удобный резной стул с мягкой спинкой. — И если я покажу это воспоминание Снейпу, то он до смерти тебя загоняет на уроках ЗОТИ за такое представление. Почему ты притворяешься олухом, как только заходишь в класс?       — Потому что я Избранный и оценки никак не повлияют на мою дальнейшую жизнь? — предположил Гарри, открывая коробку с горячей пиццей прямо из печи.       Сразу после дома Фламеля он перенесся в Италию, где и подготовил повтор прошлой встречи с Малфой, состоявшейся как раз на вершине Астрономической башни. Магическая татуировка и наложенный на картонную коробку термостазис помогли ему сохранить пиццу в первозданном виде, благодаря чему по закрытому классу прямо сейчас разнесся невероятный аромат.       — И все-таки ты высокомерный оболтус, — вздохнув, констатировала Вивьен, стараясь не думать обо всем происходящем как о свидании. Было заметно, что сам Поттер воспринимает все в ином ключе, но… воображение, подкрепленное чувствами, имеет свойство приукрашивать реальность.       — Возможно, — с готовностью принял вердикт слизеринки Гарри, вытаскивая из кармана зеркальце, — но я все равно хотел бы попросить тебя взять это.       — Сквозное зеркало? — тут же узнала Вивьен артефакт, который неоднократно замечала у Астории.       — Я рад, что тебе ничего не нужно объяснять, — фыркнул Гарри. — Ты можешь в любой момент связаться со мной, но я понимаю сложность всей ситуации, так что зеркало фактически двойное, и поверхностный слой рун предотвратит обнаружение. Я не заставляю тебя взять его, но с учетом того, как резко все может измениться, экстренное средство связи не повредит.       — Пожалуй… — неуверенно протянула Малфой, забирая зеркало и заодно касаясь пальцев Поттера своими. Сердце пропустило удар, а во рту сразу же пересохло. — Я могу использовать его только в экстренных случаях?       — Э-э-э, четкая инструкция отсутствует, так что можешь использовать в любое время, — задумавшись, протянул Гарри. — Если ты однажды решишь присоединиться к нашей небольшой компании, то можно будет расширить связь и…       — Отряд Поттера? — Вивьен скривилась и высунула язык. — Пока что обойдусь, спасибо.       — Ну, ты вольна изменить свое решение в любой момент, — Гарри пожал плечами, не собираясь сообщать ей о том, что с помощью крайне сложного зеркала сможет найти ее в случае необходимости. — Ешь, пока она еще горячая.