Лицом к лицу

Отчётливый, пронзительный гул и внезапная боль в висках- это всё что я помнил. По крайней мере до тех пор, пока не оказался здесь. Наедине со своими мыслями и страхами, в бесконечном, как мне казалось, пространстве: тёмном словно ночная гладь окутавшая меня со всех сторон. Здесь нет ни единого источника света кроме хлипкой лампочки висящей на тонком проводке, прямо над моей головой. Я бы мог подумать, что сейчас она упадёт мне в ладони, или, не дай Боже, рухнет с куском отделочной шпаклёвки прямо на голову. Но ничтожный ошмёток проводка обеспечивающий эту склянку электричеством, оказался сильнее. Кто же знал что всё может закончится именно так, и именно здесь. Со стоящим "мной" в кругу тусклого света и боящимся выйти за его пределы. А вдруг что-то поджидает в темноте? Может, там будет что-то, что выпрыгнув схватит за плечи, утащит в свой укромный уголок и начнёт раздирать бледную кожу. С противным чавканьем, полным неимоверного наслаждения, станет добираться до мясистой плоти, прогрызая ход к драгоценным органам. Наверняка первыми в пищу этой твари пойдут лёгкие или бронхи, а после и всё остальное. Хотя, кто знает, может оно просто огромное. Тогда для него я буду словно курочка-наседка, на один зубок. Соглашусь, лучше об этом не думать. Моя нервная система этого явно не выдержит. А тем более, не выдержит и мозг от такого количества мыслей. Будто одной только темноты пробирающей насквозь, становится мало. "Но нужно сделать шаг навстречу страхам, найти выход. Пусть этот шаг и даётся с трудом! Что? Этого ты хотел от меня услышать? Ну уж нет! Я в эту дрянь ни ногой, даже не подумаю о сием варианте. А ты смейся, смейся, дескать я такой трусишка! Сам сначала окажись в подобной ситуации: На островке спасительного света, с пустыми карманами и головой полной ненужной ерунды. Только тараканов да клопов смешить. А эта сука постепенно пробирается под кожу, разъедает её и лезет в самое сердце, словно жук Скарабей проползающий под тонким слоем мягкого покрытия. Так невыносимо, разрывая сухожилия прокладывает путь к головному мозгу, чтобы оставить тебя гнить здесь навечно, окутанным единственным лишь чувством- страхом. Ужасом склизким настолько, что каждый миллиметр тела коий он охватит своими жгучими лапами, окажется обездвижен. А в попытках вырваться, ты, вредя самому себе, доходишь до стадии панических атак. Которые словно маленькие пауки волной пробегают по спине, своими тонкими лапками цепляясь за кожный покров, впиваясь буквально во всё, что не прикрыто плотной тканью. И после этого, ты смеешь говорить мне о трусости? Тогда я действительно боюсь представить, куда это тебя нужно запихнуть, чтоб ты испугался по настоящему. Видимо моя участь предначертана смертью в этом дрянном помещении без стен и потолка. Смерть от холода, голода, возможных насекомых или любой другой херни" Стоило мне на пару минут окунуться во внезапный монолог с обращением к пустоте и я не сразу заметил то, что спасительная лампочка погасла. То-ли она перегорела, то-ли электричество пропало абсолютно везде. Мне известно не было. Скорее, пугал факт того, что я мог слышать всё меня окружающее. Если ранее треск мигающего люминисцента заглушал прочие выбросы окружения, то сейчас- это было чем-то невообразимым. Мысли давили на голову словно пресс, готовый в тот же час схлопнутся и оставить от меня одно только кровавое месиво. Воздух ощущался более спёртым, густым словно неосязаемый кисель. Нельзя было ни вдохнуть, не выдохнуть. Рот был распахнут, в попытках заглотнуть хоть немного кислорода. Каждая попытка ощущалась невыносимой болью в районе грудной клетки. Болью такой, что хотелось свалиться на холодный каменный пол, прижаться к нему, только бы это закончилось. Так я и сделал. Но вместо спасительной прохлады, коию я так жаждал, меня хватит тремор. Мог бы я полностью увидеть хотябы свои руки, они бы наверняка отбивали Тэп, дрожа словно осиновый лист на ветру. Слава Господу, долго это не продлилось. Спустя пару минут беспринципного "отдыха" на холодном полу, следом пришла ложная усталость. Желание закрыть глаза и уснуть на короткое время. И дёрнул же меня чёрт, именно в этот момент попытаться встать, или присесть. Одного только движения вверх хватило, чтобы меня снесло в сторону, поведя за собой рвотный позыв. Голова шла кругом, а глаза постепенно привыкшие к темноте на данный момент видели перед собой один только пол, что волнами носился из стороны в сторону. В этот момент обычно и наступает период "Страха из-за страха", когда ты пугаешься своего состояния. Так произошло и тогда. Когда я начал осознавать своё положение, резкое напряжение в мышцах окончательно выбило из калии. Охватившая нижнюю часть тела- судорога, привносила дичайшую боль, существующую за гранью реальности. Я ведь знал что здесь нет ничего, что могло бы мне навредить. Нет ничего, и никого. Но чёрт его побери, это никак не выводило меня в привычное состояние! Казалось, стоит вдохнуть и спокойно начать путь. Но мысли постепенно превращались в кашу, а картинка перед глазами плыла. Я ужасно хотел выкрикнуть "Спасите! Умираю! " Или что-то похожее по смыслу. Но с уст слетал только лишь тугой хрип, наполненный отчаянием. Именно с этого момента, начинается "порочный круг тревоги". Не успев даже опомниться, тело резко обмякает как тряпичная кукла и я теряю равновесие, сваливаясь на хладный бетон. Пару секунд, мои глаза всё ещё распахнуты. Но время проходит, картинка уплывает и вот, ничего не остаётся. Кроме как вездесущая чернота закрытых век. Я всё ещё могу думать, ощущать и слышать своё окружение. Именно из-за этого, мозг начинает дорисовывать ужасающие картины. Он начинает вырисовывать вокруг меня ошарашенных существ скорее похожих на мутантов "Метро 2033", такие уродливые они были: Когда-то фантазии хватало только на истощённых пребыванием здесь людей, кости которых были облеплены тонкой кожей. Из-за отсутствия света, органика на них приобрела сероватый оттенок, скорее напоминающий цвет чешуи сельди. Зубы ужасно искривились, образуя собой арку невероятно острых рубцов бежево-карего цвета. У кого-то отсутствовала плоть на руках, животе и даже ногах. У кого-то оставались противные клочки волос, нитками висящие с облысевшей головы. Кто-то страдал от рахита- когда живот вздувался как у утопленника, а он сам был невероятно худым. А если уж воображение входило в кураж, оно рисовало не только ужасных тварей. Оно посылало мне звуковые галлюцинации, предвещающие скорую гибель: звук шагов, дыхание над самым ухом, лёгкий хрип за спиной. И так повторялось неисчислимое количество раз. Снова и снова. Куда бы я ни шёл, куда бы не несли меня ноги в потёмках коридоров: этому тоннелю нет конца. Однажды, я умру от жажды, и тогда всё обновится. Это место меня не выпустит, ни в рай, ни в ад. Хотя, может оно и является истинным адом. Кто знает, за какие грехи я сюда попал..