Раз Грейнджер, Два Грейнджер... Что?

      — Именем закона, откройте! — в дверь очередной раз громко постучали, но это, казалось, никоим образом не повлияло на находящихся в доме людей. Столь грозный призыв остался безответным от Луны Лавгуд, которая продолжала выставлять на книжный столик склянки с зельями, не повлиял он и на Невилла Лонгботтома, который поправлял плащ из драконьей кожи, и уж точно он не оказал никакого влияние на Леонта Грейнджера, держащего в руках ритуальный нож.       — Скорее! — прошипела Луна, залпом опустошая одну из склянок. Слегка поморщившись (Оно и не удивительно — у укрепляющих зелий всегда был премерзкий вкус), девушка потянулась ко второй склянке.       — Может… — начал было Леонт, как-то неуверенно смотря на кинжал, но был прерван блондинкой, которая, выпив второе по счёту зелье, снова громко зашипела.       — Никаких «может», Лео! — девушка перевела взгляд в сторону входной двери, в которую вновь громко застучали. — Ты справишься лучше нас. — Невилл на это лишь кивнул и, взмахнув палочкой, стал медленно левитировать книжный шкаф к той самой входной двери, загораживая её.       Ещё секунду посомневавшись, Леонт кивнул то-ли своим друзьям, то-ли самому себе — он не был уверен — после чего быстро стал спускаться в подвал, где уже всё было готово к ритуалу.       Ритуал… Да уж, кто бы мог подумать, что пай-мальчик Леонт Грейнджер, любимец учителей, отличник и ярый поборник правил будет проводить кровавый ритуал запрещенный министерством? Впрочем где оно, то министерство? Его не стало ещё в первые годы войны, так что некому следить за соблюдением законов.       Так вот, этот ритуал был найден тройкой волшебников совершенно случайно. Впрочем, наверное, чтобы внести ясность в происходящее, нужно начать с самого начала. А началом можно считать 1995-й год, когда Волан-де-Морт, убив Гарри Поттера и воспользовавшись его кровью воскрес. Конечно, в тот момент никто не знал, что произошло и чему начало было положено. Грейнджер отчетливо помнил тот день — они сидели на трибуне и ожидали конца третьего этапа Турнира Трёх Волшебников. Сначала красные искры послала чемпион от Шармбатона — Флёр Делакур. За ней с дистанции сошёл и Виктор Крам. В тот момент все на трибунах были безумно веселы, ну а как же — в любом случае победит ученик Хогвартса, будь то Гарри Поттер или Седрик Диггори. Но время шло, а сигнала ни о победе, ни о сдаче не приходило. По прошествии двух часов заволновались уже и судьи с организаторами турнира, а после отметки в три часа они стали проверять, что же происходит в лабиринте. Тогда-то они и нашли остаточный след от порт-ключа, преследовал за которым они обнаружили тела двух учеников Хогвартса. В тот вечер Большой Зал Хогвартса украсили чёрные знамёна.       Министерство тогда заявило, что оставшиеся на свободе Пожиратели, те самые, которые организовали хаос на чемпионате по квиддичу, зачаровали кубок и убили обоих студентов. Ни о каком воскрешении темного лорда в тот момент и речи не шло. Конечно, по прошествии времени и изрядных споров с Невиллом и Луной, трое волшебников пришли к выводу что министерство не могло не заметить следов ритуала и нарочно скрыло факт воскрешения Волан-де-Морта, но не суть.       Пятый год обучения в Хогвартсе прошёл для Леонта в напряжении — участились атаки пожирателей на маглорожденных волшебников и их семьи. Конечно, министерство говорило, что всё под контролем, однако Грейнджер, всё же, боялся за своих родителей. Ещё один изменение в его жизни оказался конец одной дружбы и начало другой. Как оказалось, после смерти Гарри, единственное связующее звено между Роном Уизли и Леонтом Грейнджером было утеряно. Участились их ссоры, обидные оскорбления и уже к середине года стало очевидно, что их дружбе пришёл конец.       В то же время, Леонт сблизился с Невиллом Лонгботтомом, робким парнишкой со своего факультета. Началось это в библиотеке, где у них возник дружеский спор на тему гербологии. Позже к их компании прибилась Луна Лавгуд, чудная, в общем-то, девица, с, тем не менее, острым умом (Не зря она была рейвенкловкой).       Летом перед шестым курсом был совершён массовый побег из Азкабана, после которого Волан-де-Морт публично заявил о своём возвращении, устроив резню в Косом Переулке. Шестой год отметился убийством Дамблдора и захватом Министерства Магии силами Пожирателей Смерти. Тогда пути тройки волшебников — Грейнджера, Лавгуд и Лонгботтома — разошлись. Леонт укрылся в магловском мире, пытаясь убедить родителей переехать из Англии. Что делали в это время его товарищи, оба чистокровные волшебники в бог знает каком колене, он не знал.       И тогда… Началось. Окрылённый своими успехами и захватив полноту власти в магическом мире, Волан-де-Морт позарился на мир немагический. Сентябрь 97-го года стал роковым для магической братии. А началось всё с теракта в Палате Лордов, которая, стараниями Пожирателей, была уничтожена вместе с символом власти Великобритании — королевой Елизаветой II. Тогда началась война. Вначале она окутала только Туманный Альбион, но затем, когда существования магического мира более скрыть было нельзя, она перекинулась и на остальной мир. Где-то было легче, где-то было похуже, но в Англии творится настоящий Ад. Пожиратели не скупились на убийства. Маглы отвечали тем же. Стоит заметить, что в первые годы войны, многие маглорожденные перебежали на сторону неволшебников, создавая для них артефакты и помогая бороться с магами. Возможно так бы поступил и Грейнджер, если бы его не нашёл Лонгботтом, которому нужна была помощь в спасении Луны. Маглы пытали девушку, пытаясь воспользоваться её даром провидца. Леонт не мог оставить свою подругу на произвол судьбы, а потому вместе с Лонгботтомом, они спасли девушку, став тем самым врагами для маглов. Да что там, за их голову даже объявили награду. Так они трое и метались по всему Соединенному Королевству прячась и от магов, и от маглов. За это время с Грейнджера, если можно так выразиться, слетел его максимализм. Он сильно зачерствел, обзавёлся язвительность и жёстким, даже, порой, жестоким характером. Преисполнился он и цинизма. А что делать, если ты день ото дня видишь жестокость вокруг себя? Кто-то назвал бы это защитным механизмом, но Леонт говорил самому себе, что он просто повзрослел. Этот дом они нашли совершенно случайно и это была большая удача. Они как раз снялись со своего прошлого лагеря, когда наткнулись на одного из Пожирателей. Схватив его и допросив на тему того, что он делает в этой части Уэльса, вдали от какого-либо крупного населённого пункта, они узнали о небольшой ферме, на которой, до прихода Пожирателей, проживала семья маглорождённого волшебника. Там они собирались провести какой-то ритуал, но всё было только на стадии подготовки. Эта ферма идеально подходила на роль перевалочной базы — она была далеко от какого-либо города или даже деревеньки, а в реестре магловский властей, значилась как дом волшебников, что означало возможность колдовства без тревоги магловских отслеживающих артефактов. Взяв штурмом эту ферму, волшебники лишь убедились в правильности своего выбора — между полей стоял большой двухэтажный дом, в котором было достаточно комнат для всех. Привычно для резиденции маглорожденных этого времени, дом был полностью на руническом обеспечении. Вообще, это был, наверное, единственный плюс этой войны. С тех пор как маги перебежчики стали сотрудничать с маглами, руническое дело и зельеварение (Единственные отрасли которые могли использовать неволшебники) сделало огромный скачок. Так и здесь, электричество подавалось через руны, а потому не стоило опасаться счетов и прихода властей. Руны же занимались очисткой канализации. В общем, дом идеально подходил в качестве базы для трех «преступников». Здесь же они нашли и ритуал. Да, это был тот самый ритуал, который пытались провести Пожиратели. После того, как от бывших захватчиков дома избавились, трое волшебников нашли в подвале ритуальный зал, исчерченный сотнями, если не тысячами рун. Здесь не хватало даже обширный знаний Грейнджера в рунологии, чтобы понять, хотя бы примерно, что это ритуал должен был сделать. К счастью, здесь же нашлась и кипа книг. Сравнив содержимое с увиденным, волшебники не могли поверить в происходящее — по всему выходило, что ритуал должен был вернуть разум одного волшебника в его более молодое тело. И самое сложное — нанесение рун, было уже закончено. Оставалось сварить зелье из редчайших ингредиентов (которые были здесь же) и можно было начинать ритуал. Если волшебники и сомневались, стоит ли продолжить начатое, то недолго.       Следующие несколько дней прошли за подготовкой. Они вспоминали всё, что заслуживает внимание и старательно это записывали, после чего Грейнджер (а после долгих споров было решено что именно он отправиться назад) старательно всё это запоминал. Вскоре записывать стали даже мелочи — всё пригодиться. А спустя неделю, начали варить зелье. На втором курсе Леонт варил оборотное зелье и у него получилось, что было огромным достижением, однако оно и в сравнение не шло с тем, насколько сложна была эта смесь. Целых три месяца варилось зелье. В него ушли такие редкие ингредиенты как яд василиска («Дабы убить оболочку») и слёзы феникса («Дабы воскресить разум»). И, наконец, всё было готово. И тут случилась эта чёртова проверка. Иногда магловские власти наведывались в дома волшебников из своих сторонников, дабы проверить их «добропорядочность», но случалось это довольно редко. И вот, в день когда они должны были провести ритуал, они пришли.       Леонт вошёл в ритуальный зал и встал на колени посреди комнаты. Оглядев ещё раз сотни рун, он дернулся, когда сверху послышался грохот. Пора.       Грейнджер взял с пола склянку с зельем и, откупорив её, сделал несколько глотков. Зелье обожгло горло как дорогой огневиски, но мужчина не поморщился, а продолжил пить. Наверху послышались выстрелы, которые сменились выкриками заклинаний. Всё это уже спустя пару секунд смешалось в безумную какофонию и понять кто берёт верх было решительно невозможно. Леонт невольно ухмыльнулся. В последние несколько лет они изрядно тренировались. Невилл, как и Луна, вполне были способны на невербальные и даже беспалочковые заклинания, но сейчас они явно не сдерживались, понимая, как много от этого зависит. Они шли до конца. Что же, Грейнджер не собирался их разочаровывать.       Оголив своё запястье, Леонт сделал глубокий надрез ритуальным ножом и поморщился от боли. Но проигнорировав позыв закрыть рукой порез, он стал водить раной над ближайшими рунами, запитывая их своей кровью. У него было не больше пары минут, прежде чем зелье убьёт его, а потому пути назад уже точно не было.       Вдруг сверху донесся болезненный выкрик Луны, который было отчётливо слышно несмотря даже на выстрелы. Подавив в себе желание вскочить на ноги, Грейнджер закончил выводить вокруг себя кровавый круг, после чего стал громко зачитывать заклинание активатор.       — Фэрре мэ… — на очередном пассаже дверь в подвала была выбита и внутрь забежал мужчина в военной форме с винтовкой в руках. — …ретрорсум… — продолжал читать Леонт. Оставался буквально один пассаж, но видя как мужчина нацелился на него, он понял — «Не успеваю»       Выстрел. С тех пор как маглы начали использовать руны для своих пуль, даже несмертельное попадание было очень болезненной штукой. Так и сейчас, несмотря на то, что пуля попала в плечо, боль охватила всю левую часть груди Грейнджера. Падая на спину, он успел заметить яркую зелёную вспышку, после чего всё погрузилось в темноту.

***

      Было тепло. Леонт не чувствовал боли, мысли давались с трудом. Всё что было вокруг, это всеобъемлющее тепло, которое окутывало его словно кокон. Думать откровенно не хотелось, как не хотелось и двигаться или даже попросту открыть глаза. Тело объяла приятная нега. Грейнджер не был уверен, сколько времени пробыл в таком состоянии. Как не был уверен и в том, относимо ли такое понятие как время к месту, где он сейчас находится. Что это? Рай? Ад? Лимб? Впрочем, думать об этом не хотелось. Думать о чём либо не хотелось. Но вдруг, в мыслях всплыл болезненный вскрик Луны, который подействовал на Грейнджера отрезвляюще. Нет, нельзя. Нельзя просто быть здесь и наслаждаться теплом, пока его близкие страдают. Огромным усилием воли, он сумел открыть глаза и только ради того, чтобы увидеть белое ничто. Оно было повсюду в прямой видимости и в боковом зрении. Тепло, казалось, усилилось. Оно манило, заставляло забыться, но Леонт не привык так легко сдаваться. Он попытался дёрнуть рукой. И она поддалась. Возмущенное тепло пошло от руки волнами по всему телу, но мужчину было уже не остановить. Теперь он был уверен, что тепло, это не всё. Двинув, на этот раз, обеими руками, ему показалось, что он сдвинулся с места. Задвигав руками вновь и вновь, Леонт попытался представить, что плывёт. Спустя какое-то время, тепло стало отступать. Его становилось всё меньше и меньше, пока оно не исчезло вовсе. Грейнджер почувствовал что падает.

***

      Рефлексы взяли своё. Упав на землю, Грейнджер тут же вскочил на ноги и стал оглядываться, оценивая обстановку. Но вокруг было… Ничего. Он стоял посреди пустого поля и растерянно оглядывался. Леонт решительно не понимал, что происходит. Вспомнив про выстрел, он осмотрел себя, но кроме дырки в одежде, ничего не обнаружил. Никакой раны, ни даже намека на боль. Солнце было высоко, по ощущениям, ближе к обеду. Но мужчина решил перепроверить.       — Темпус… — тихо прошептал он вытянув руку. Перед ним появились полупрозрачные часы, которые указывали — «11:47» — Так-с… — негромко пробормотал он себе под нос. — Понять бы где я…       Леонт стал снова оглядываться, на этот раз более основательно и с удивлением понял, что узнает эти места. Это была их ферма. Только без фермы. Вместо неё здесь огромные поля обрамленные высоким лесом и больше ни-че-го. Тут же голова услужливо подбросила мысль — «Получилось!» Ферма на которой они жили последние несколько лет был совсем новой и в 94-м, а именно на этот год был настроен ритуал, её здесь не было.       Но Леонт не спешил радоваться. Для начала он попытался аппарировать одну из заранее подготовленных точек и оказавшись на месте, стал проверять тайник. Его здесь не было. Ещё банально не заложили. Значит он в прошлом. Но что-то здесь не так…       Грейнджер ещё раз оглядел себя и убедился — тело его всё то же, двадцатитрехлетнее. На нём всё тот же комплект одежды из кожи дракона — удобный и практичный. Значит его сознание не переместилось в прошлое. Что же тогда случилось? Решившись для пущей уверенности всё проверить, в пару прыжков он оказался у Крайга, небольшого Уэльского городка в пятидесяти километрах от их фермы.       Крайг жил своей тихой, провинциальной жизнью. Народ спешил по делам и не обращал никакого внимания, на слегка странновато одетого прохожего. Подойдя к небольшому киоску, Леонт вытащил из мешочка с чарами расширения 50 пенсов и купил газету. Тут же найдя на ней дату, он выдохнул. «Воскресенье. Май 29, 1994»