Вторая половина

Шпиль учебного корпуса вреза́лся в небо, гоня прочь перистые облака. Ласточки, взмывающие вверх, кружили над садом, изредка приземляясь на выступы крыш. Часы на башне мирно тикали, и, казалось, тишина всегда хранит вековые традиции магической академии, но в истории учебного заведения появился он. Разрушив примерный уклад жизни. Йен Клейтон Галлагер. Эти инициалы висели на всех досках, как не лучший пример для подражания. Рыжеволосый вечно устраивал нервотрёпку директрисе и всей администрации своим взрывным характером и вечными идеями. Изобрести то самое заклинание, что изменит мир. Лишит его вооруженных конфликтов. Избавит от смерти, предотвратит эпидемии. Он жил мечтой сделать жизнь простых людей лучше. Хотел быть настоящим Робин Гудом, но был магом начального уровня, только заканчивающим первый курс. Вроде все хорошо, только контроливать духовную энергию он не мог с рождения. Она с перерывами выливалась из него наружу, постепенно нанося ущерб телу. До кровоточащих шрамов, истерик и кошмаров, не дающих спать по ночам. Йен контролировал малую часть магии, но всегда боялся, что она причинит вред его близким. Такое уже случалось. Однажды, играясь с младшей сестрой и усерднее взмахнув палочкой, он поджёг её волосы. Дебби испугалась, а на ее страх откликнулся пушистый котенок с черными полосами на рыжей спинке. Мигом задув огонь, он пристроился на коленях девочки, укусил за палец и оставил метку, горящую зелёным пламенем, на ладони. Йен тогда ничего не понимал, боялся проклятья, возможно, случайного наложенного на сестрёнку. Сомнения развеялись стоило старшей сестре выйти на крыльцо. — Фи, с ней все в порядке? — испуганно спросил трясущийся от ужаса Галлагер. — Да, Дебби заключила контракт с своим фамильяром, для ее возраста это вполне ожидаемо. Рыжик поднял брови, посматривая на котёнка, уберегающего юную особу от невзгод и опасностей. В подсознании зародился вопрос. — А где мой фамильяр? Фиона мягко потрепала волосы, посмотрев в детские, полные надежды глаза. Буквы не хотели складываться в слова, но Йен уже достаточно взрослый, что бы знать правду, надо молвить, не скрывая. Чем раньше, тем лучше. Набравшись смелости, полученной с годами, она начала. — Ты же знаешь, у магов всегда есть их родственная душа, помогающая им в освоении навыков. Их вторая половина, без которой они не способны достигнуть максимального уровня. Печаль постепенно подкрадывалась к мышцам лица, и, словно кукловод, управляла мимикой ребенка издали. — Ага, вот только у меня нет такого друга. — Йен, фамильяры появляются до определенного возраста, если они не появились сейчас значит... — Значит, этот фамильяр нашел себя мага раньше или он мертв — голос Липа раздался позади. Йен не плакал. Сильный мальчик лишь сложил ладони надеясь. Мы с ним или с ней ненадолго врозь. Любые препятствия нипочём, если на финише за красной лентой ждёт родственная душа. — Прости, малой. Лип не мог позволить Фионе взять грешок на свои плечи. Обладая прекрасными способностями к слуху, и заимев в помощники белую сову, парень поспешил поддержать брата. — Фамильяров могут заставить существовать бок о бок с чужим магом? — Да, но такое случается крайне редко, при рождении. Если в семье рождается и фамильяр и маг, то скорее всего они будут связаны родственными связями. Йен понимает, духовная половина его не бросила. Так сложились обстоятельства, следовательно надо добиться успеха и без этого рогатого, ушастого, зубастого, да не важно какого чудного зверя. Мечта стать первоклассным магом непременно сбудется, неважно, что он обделён. Руки, ноги, голова на месте, поэтому двигайся вперёд. Через тернии к звёздам. — Фиона, Лип, я стану магом сам. Старшие не удивились. Вылитый Галлагер. Выбирающийся из выгребной ямы сам, без помощи или связей. — Мы знаем, Йен. В тот день мальчонка дал клятву стать выдающимся волшебником, найти вторую половину, начистив личико до блеска, так для знакомства и дальнейшего общения. Вот только грандиозные планы начинали трещать по швам, а иголки не находилось. Серая хмарь бесконечно тянулась над головами прохожих с кружевными зонтами. Галлагер ходил взад и вперёд в плаще с капюшоном, палочка в кармане светилась, он провалил три экзамена. Подстава от одногруппников и ложные доносы обернулись близостью к исключению.Так просто рукой махнуть не получится, надо что-то делать, вытворять чудеса. А на них нужно больше упорства исчезнувшего вместе с верой в себя. Да пробился сдав экзамены без фамильяра. Да проучился, но продолжать без повышения уровня рейтинга юных магов — пустая трата времени. Он так больше не может. Словно лодка в океане потерявшая берег с яркими огнями маяка, он ищет смысл существования, гоняя белых голубей. Срываясь на них, улучшая навыки, но не продвигаясь по лестнице. Маг начального уровня. Сверстники приближаются к средним высотам магического искусства. — ЧЁРТ!—пинает дверь ведущую вниз. Птицы хлопают крыльями у земли. Дело близится к ливням. Подвести семью, сделавшую так много для поступления в одну из лучших академий Великобритании — ужасный поступок. Замахивается кулаком. Перед глазами зверя знакомая чернявая макушка с кудряшками. — Спокойно, свои. Староста их группы стоит перед ним явно не с лучшими новостями. Роза в пиджаке мосолит глаза, символ академии бьёт по последним нервным клеткам. — Тревор, у меня желание раскрасить морду всеми оттенками красного. — Воу, полегче, мальчик, я долго искал тебя по корпусам, в столовой, получил мылом по лицу в женской душевой, но не суть. — Моя туша кому-то понадобилась? — Директриса вызывает. — Пиздец, бля. Придется навестить старую каргу. — Не явишься за тобой пошлют коменданта общежития с уведомлением о выселении. — Да, что за день такой! — Среда—отзывается Тревор. Галлагер отпихивает старосту от дверного проема, включает вторую скорость, надеясь попасть к директрисе до обеда. — Возьми это — маг протягивает бумагу — Рекомендации от профессоров. — Спасибо, ещё увидимся. Тревор машет рукой. Йен считает повороты длинных коридоров одним за одним, проклинает всех за то, что они повсюду насажали фикусов. Блуждает в поисках нужного кабинета, активировать заклинание поиска не хочет. Привычка стараться обходиться без магии рядом всегда. Так легче беречь духовную энергию, уменьшать риск срыва. Заветная дверь в сотне метров. Два стука. — Входите — голос пожилой дамы позволяет ворваться в ее покои. — Йен Галлагер, вызывали? — Да, проходи. Дама сидит в массивном кресле, обитом бархатом, держится тонкими пальцами за ручку кружки, перечитывает бумаги на столе. Личное дело — догадывается Йен. Галлагер отодвигает стул, садится напротив. — Неплохие успехи в зельеварении, магической истории, превращениях и все без фамильяра, похвально. — Благодарю, мисс, не подскажите причину моего нахождения у вас. — Ты хороший юноша, но несданные три экзамена весомый повод к исключению. Я бы могла закрыть глаза прочитав рекомендации нашего преподавательского состава, но ты превратил одну из преподовательниц в камень. — Увы, это полностью ее заслуга, нечего чморить девушку из бедной семьи, не нашедшую белой рубашки на занятия. — Это противоречит уставу академии Алой розы! — Ваши меры по устранению учеников неспособных учиться без духовных помощников, огорчают больше. — Что ты сказал?—желваки на лице директрисы вздулись. — Вас бесит, что я пробился в одиночку, сдав экзамены на высший балл, и вы не хотите, видеть в своих рядах, на вашем теплом местечке похожих на меня парней и девушек. Я прав? Проницательный мальчишка выбешивает до скрежета зубов. — А вы наглый, Галлагер. — Сочту за комплимент, так мы можем закончить нашу беседу? — У вас есть ровно три дня для повышения духовного уровня и восстановления в академии. Не проморгайте шанс. Йен кивает. Без этой чертовой академии он не станет профессионалом. Да и с удостоверением на руках продолжать деятельность проще, без штрафов от псов закона. Надо найти фамильяра. Йен не справится без него. Хлопнув дверью, выходит в душное пространство залитое розовым светом. Зачесывает волосы пятерней в планах напиться, обозначив план действий на такой маленький срок. — Проблемы, Галлагер? Аура высшего мага ощущается на приличном расстоянии. Сомнений нет. — Как и всегда, госпожа Ви. — Я не позвоню Фионе, если согласишься выпить со мной и обдумать все вдвоём, хорошо? — Так точно! — Умничка, собирайся. Йен больше не позволит подтирать свой зад любимой сестре.

***

Зелёные стекла отражаются в лучах белых светодиодов, волны испускаются на пол образуя яркие круги. Разные масти фамильяров клацают когтями, бьют шипастыми хвостами, хлопают белыми крыльями. Не находят точек соприкосновения нарываясь друг на друга, в потасовках теряя вежливость. Кто-то спит на барной стойке, кто-то следит за светящейся кометой, предметом интерьера заведения. Красота, но здесь многие так называемые одиночки, сироты не нашедшие магов. Чаще всего прожигающие мимолётные дни за выпивкой и драками. Это место могли прикрыть сразу же после массовой потасовки, но таких не было. — Мик, там ворон сцепился с котами. Микки Милкович — профессиональный секьюрити. Животная сущность — чёрная пантера. Сверкая синевой глаз охлаждает пыл каждого ведя к конструктивному диалогу. Временами чешутся руки. Недолюбливает всех из рода кошачьих. Причина тому традиции семьи — устроить свой быт только с подобным по статусу. Пантеры от рождения высшие фамильяры, для них низость служить каким-то людишкам. Бьют в переносицу. Микки отвечает ударом под дых, ломая рёбра, не спешит трансформироваться, это вряд ли необходимо. Скручивает зачинщиков брыкающихся в его стальных объятьях, прибавляет удушающий и "британцы" падают на пол. Навзничь не успев убрать хвосты кричат ругательства в сторону парня. Тот усмехается сплевывая на них всю горесть, боль родословной. — Ещё раз увижу здесь, глотать комки шерсти до конца дней будете. Котов забирает приехавший наряд полиции. Микки глотает чужой дым кальяна и морщится. Его точно засняли и выложат в паучью сеть с названием интернет, класс. — Ты в своем репертуаре. Кевин ставит стакан содовой перед носом. На работе Микки не пьет, только если заприметит хорошенькую пассию на ночь. Он любит всех в независимости от статуса и животной сущности. — Менди задерживается, это напрягает. Менди Милкович — азартный игрок поддерживающий бар материально. Брат и сестра работают на Кева, получая кров, еду, работу, скрываясь от влиятельного отца, что так и норовит выдасть их за первых встречных. Главное—продолжить род и вести дела мафиозной группировки. На счастье детей поебать. — Готовься отвечать жопой за ее промах. — Хочешь сказать, что она истратила весь денежный лимит? — Да, ты бы подстраховал сестрёнку, а то придется платить натурой. Микки вытирает губы после напитка, проверяет гарнитуру — новых сообщений нет. Стоит ли срываться ради сестры неконтролирующей игровые порывы? Иногда, но сегодня, чертовски хочется забыться, из-за рабочего напряжения и пары вызовов в участок у Микки не сходит напряжение. Привычная дрочка не помогает, всевышний, пошли того, кто отсосет без лишних вопросов. Удовлетворит естественные потребности, без отношений. — Мне никто не давал больше недели, сейчас не до сестрицы. — Волнение не скрыть. — Менди никогда не попадется на глаза приспешникам отца, будь спокоен. Кевин чистит бокалы. Микки кусает трубочку. Зубы чуть не проходятся по языку от рук обвивших тонкую молочную шею. — Не выводи меня. — Микки, я проиграла твой зад в казино. — Ебанутая? — Подражаю лучшему ебанатику Лондона. Болл не сдерживается начиная хохотать на весь бар. — Котелок начистить, Кев? — Менди неприятно хрустит костями. — Давай, дружок, подставляй, подумаешь чипсы нечем грызть будет. — Ой, кажется пиво привезли, пойду приму, не скучайте. Надо бы обратиться и расцарпать этому красавчику морду. Только он волк. Их силы практически равны. — А теперь по порядку. — Всё бы оказалось проще, но ты спал с одним из них. — Бля. — Долг простят при одном условии. — Каком же? Потрахаться второй раз? Согласен. — Переспать с магом. Микки всё-таки прикусывает язык, взывывая от болевых ощущений. — Им хватит и минета, но на камеру. — Давай их отпиздим. — Нет, иначе сообщат отцу о нашем местоположении и убьют Кева. — Или просто сольют видео в СМИ и подпортят репутацию Милковичей. Фамильяр облизывается. Мечта насолить родакам способна так легко сбыться. Теперь он не прочь повертеть задом. Менди понимает всё без слов, достает из кармана маленькую камеру в виде броши и цепляет на чёрную рубашку. Микки планирует закончить пораньше, что бы зажать какого-нибудь студентика в подворотне. Копошение в зале нервирует, абсолютно все озираются на новоприбывших персон отличающихся по запаху. Постоянные посетители ласково улыбаются Фишер, не пожимая рук рыжему магу рядом с ней. Секьюрити отвлекается на шум, двумя прыжками настигает эпицентр возмущений. — Не шипи, Мик, он со мной. — Ви, здесь не жалуют магов. — Знаю, но у этого парня серьезные проблемы, обещаю он не станет домогаться кого-либо. — Мы одиночки, этот бар и был создан для этого, пусть сидит, но не заводит разговоров. — А то ты мне в обувь нассышь? — Йен касается плеча, намекая о симпатии, по отношению к пантере. Импульсы бегут к Мику младшему. Вот и решение для проигранного в казино зада. — Выпорешь меня за такой проступок? Вероника удивляется происходящему, кажется сейчас эти двое потрахаются на коврике у входа в бар. — Кошки настолько пластичны или это слухи? — Могу помочь тебе проверить — отзывается Микки. Склеил на раз, два. — Вижу беседовать перехотелось, да Йен? — У меня есть запасные варианты, позволь этот вечер ни о чем не думать. Фишер тяжело вздыхает, честно в няньки она не нанималась, пускай Галлагер творит безрассудство. Заботливо треплет по рыжим волосам, толкая в спину с напутственным: повеселись. Хочется любви без отношений. Получай. Микки касается руки несмело, обводит пальцами запястье, Йен чувствует приятный запах парфюма, вдыхает его с ключиц. Им не надо долгих сюжетных линий, без лишних глаз отдаться друг другу, и неважно, что с ними станет с наступлением рассвета. — Давай наверх — говорит черноволосый подталкивая мальчишку. — Эй, хоть назовись, пантера. — Микки, а ты, рыжий волшебничек? — Йен. Милкович проговаривает имя шепотом, хорошо звучит. Внизу грохочут басы, они поднимаются по черной лестнице к комнатам, обычно предоставляющимся для приватных танцев. Танцовщицы появляются редко, обычно их привозят с собой. Никто не против — платят достойно. Проходят в комнату. У Йена не работают тормоза, сдерживаться в плане секса, он попросту не умеет. Галлагер толкает Микка на кровать, и садится вверхом держа руки крепко. Выпячивает зад имея наглость потереться о пах, внутренняя пантера рычит. — Мяты принести или за ушком почесать? — Твою мать, хвост... У Микки на возбуждение необычная реакция — потеря контроля над трансформацией хвоста. — О, значит ты готов. Йен опускает руки на массивную грудь и расстёгивает пуговицы на рубашке. Тело охранника проработанное, не зря целыми сутками пропадает в зале занимаясь боевыми искусствами. Галлагер сглатывает слюни, проказничает высовывая язык, припадает к шее и ведёт им до одного из сосков. Дышит на горошину, согревая, у Микки дрожь, и предупредительный рык из грудины. Поздно маг начинает посасывать, понемногу кусая. Милкович выгибается, смотрит мутным теряющимися взглядом, цепляется за соседние тёмно-лиловые подушки. Укусы приятны, видимо по натуре, от них невозможно отказаться. Микки не любит быть снизу. Рывком опрокидывает рыжего, правой рукой спускается по спине к бёдрам и потирается через ткань белья. Йен скулит, решает подражать кошачьим, мурлыкает под Милковичем. И совсем теряет страх. Пантера тянет вниз боксеры, шлёпает по промежности. Неплохая задница, упругая, аппетитная, ну реально грех отказывать себе в удовольствии. Мнет, треплет, оставляет укусы. В неудобной позе у мага затекает шея, но он открывает рот замечая фаланги пальцев и в ожидании смотрит расфокусированно. — Обсоси. Йен вбирает в рот, обводит языком обильно смачивает слюной и пошло втягивает щеки. — Отпускай. — Можешь долго не растягивать, у меня такое регулярно. Укол ревности чувствуется незамедлительно. Не первый? Какая жалость. Зверю неведомо, почему его так тянет и когти труднее контролировать, они хотят проткнуть плоть насквозь. Расцарапать до кровавых отметин, а потом зализать в извинении. Мик не уверен, но такая близость вряд ли свойственна простым прохожим, случайным парням взявшим друг друга, словно они виски с колой и чуть подтаявшими кубиками льда. Ловить кайф, трахая пальцами: вставлять каждый по очереди, проталкивать до костяшек, нащупывать простату и сгибать до хруста. Йен потирается своим членом о его, жарко дышит, ругается про себя срываясь на непохожие тональности. — Умоляю, не останавливайся. Ухмылка на лице не сулит ничего хорошего. Фамильяр останавливается готовясь перейти к сладкому. Галлагер разворачивается на ватных ногах, спускается на бледные, мраморные бедра, Милкович шепчет, что-то про предохранение. На всякий случай, не помешает. Они не настолько готовы к риску. Йен открывает ящик тумбочки находя все необходимое. Снимает с Микки джинсы вместе с бельем, аккуратный стояк возбуждает до покалывания в области сердца. На его промежности снова хозяйничают чужие пальцы, касаясь пульсирующего входа, поглаживают, постепенно растягивая. — Не думаю, что ты хочешь целоваться с полом. Пантера рычит. Рыжий насаживается плавно, придерживает член. Не спешит разгоняться, даёт телу привыкнуть к размерам, прикосновения по позвоночнику, дают ожидаемый эффект. Расслабляется. Опускается пахом на манящие бедра. Приятно давит на стенки, распирает изнутри то, что надо и так необходимо. Вращение тазом в поисках точки наслаждения, Микки кусает губы, слизывает кровь, глотая, Йен засматривается на кадык. Блядство, разврат какой. Находит комфортную позу — откидываясь назад, самое время нарастить темп. Йен скачет на нем, замедляется желая ощутить максимально глубоко. Потом оставляет у входа только головку, мучая фамильяра выходками. Милкович подстраивается охотно, вскидывает бедра, берет инициативу на себя, уста мага раскрываются в громком стоне, трахает жёстче, прогибаясь в спине. Йен вздрагивает от каждого грубого толчка, улыбается, Микки тянется его поцеловать. Властно, проталкивает язык, изучая полость и получает прикус зубами за хулиганство. Удлинившиеся когти сложнее контролировать, Мик старается не поранить любовника. Делает пару завершающих толчков, от которых черти пляшут перед глазами. Рыжий запускает руку в волосы, сжимая, достигая пика, стонет и расплывается от мурлыканья на ухо.

***

Наручные часы пробивают семь часов утра, когда Йен просыпается от дискомфорта в области ладони. Зелёная метка пульсирует и жжется, словно рыжий взялся за сковородку без специальных прихваток. Поворачивает голову назад и видит спящего Микки и отсутствие хвоста, видимо, они неплохо развлекались. Галлагер смотрит на руку и пытается вспомнить, где видел похожую отметину. Сознание прошибает — точно такое же было тогда у Дебби. В страхе маг будит фамильяра за плечо. — Иди нахуй — отзывается черноволосая макушка — Я сходил блять и метку от тебя получил. Микки моментально просыпается, хватаясь за ладонь и разворачивает ближе к себе. — Этого не может быть, мне говорили, что мой истинный маг давно мертв. — Такая же история, но я думал ты занят другим. — Как думаешь, Ви ещё в баре? — Надеюсь, только высший маг знает, причину. Наспех они одеваются. Бар ещё закрыт, но Вероника бодренько проверяет список поставщиков алкоголя на ближайший месяц. Заприметив шебуршание, девушка оборачивается и видит двоих молодых людей. Оба растрёпанные, немного напуганные, без распросов маг подходит к кофемашинке, насыпает зерна и нажимает на кнопку. Им надо взбодриться, может тогда язык понемногу развяжется. Йен садится на стул, волнительно смотря как кофе наливается в кружку, Микки находит в кармане мячик и не замечая никого начинает с ним играться. — Ви, мы.. — Я вижу. Высший маг всегда видит нити связывающие фамильяра и человека. — Это правда? — пантера сжимает мячик когтями. — То, что Йен, твоя вторая половина сомнений нет. — Как такое возможно? — Йен ты родился с большим сгустком духовной энергии, который в свою очередь перекрыл рецепторы Микки. — А после траха чувства обострились и метка пробудилась — догадывается Милкович наливая из кувшинчика сливок. — МИК! Вероника не удивляется. — Парни, иногда маг и фамильяр, являются лучшими любовниками. Думаю, вы то самое исключение, когда о партнёрстве речь идти не может. Вы просто заботитесь друг о друге, в этом ваша истинная сила. — У меня реально на него встаёт — Микки просит ещё сливок. — Да ты заебал, Милкович, это взаимно. — тушуется прикрывая лицо ладонями. Фишер наблюдает изменения в духовном фоне Галлагера. — Йен, а что теперь с твоим мировоззрением, когда ты обрёл своего фамильяра? — Каждому необходима половинка души, способная принять буйство во всей красе, я хочу, что бы мы были вместе. Микки мурлычет. Чёрная пантера становится котёнком. — Это неожиданно, но я обещаю работать над отношениями, ты в таком возрасте и до сих пор на начальном уровне? — Да, знаешь сложно пробираться к вершинам без фамильяра. — Уж, прости, но мой папаша не одобряет такого, считая, я и сестра особых кровей и нам только нужно заводить семьи с себе подобными. — М, мудачье. — Тоже самое и с магами, они нам не нужны, но только сейчас я понимаю, как спокойно рядом с нужным человеком. — Мик, будь моим и стань независимым. — Я итак твой, Йен. Фишер тянется за платочками, слишком милые. Галлагер вытаскивает телефон, имеется один пропущенный. Набирает незамедлительно.

— У аппарата. — ЙЕН, ТАКАЯ НОВОСТЬ — Тревор кричит в трубку. — Что такое? — Твоя речь произвела на директрису такое впечатление, что она дает шанс сдать экзамен на получение ступени мага среднего уровня. — Средний уровень? Ты шутишь? — Нет, поторапливайся экзамен, через четыре часа.

Йен смотрит на присутствующих, пора делиться радостью. — Ви, а я могу сдать экзамен на мага среднего уровня? — Йен, знаний у тебя много, ты талантлив и смышлен. Мик, обязательно подсобит в этом. — Тем более духовной энергии прибавилось, мы справимся Йен. Фамильяр двигает стул ближе и невесомо губами мажет висок. — Тогда пойдем, милый. Мы как будто не знали друг друга Мы как будто случайно встретились.

***

Толпа студентов под окнами кричит, планируя влезать без очереди, в этом году им не повезло. Нехватка баллов по основным предметам привела к маленькой сумме, далёкой от необходимой. Порог не пройден — возможность пройти экзамен на получение средней ступени упущена. Любой из них достоин повысить уровень, но академия слишком сурова и ни всем даёт возможность стать сильнее. Йен держится за руку Микки, дрожит осиновым листиком. Милкович смотрит на кирпичную стену, точнее на лист, упоминающий юным дарованиям о родительском дне. Завтра, придется забирать пару кед и гитару из общаги, Галлагер знает только одно: вопросы строятся по программе первого курса, но есть и подводные камни. Его лодка точно наткнется, а ещё завтра Фиона прилетает. Класс, домой поедут втроём, Микки рассказал о том, что его стали пристальнее искать помощники отца. Они с Менди выложили запись, и теперь оба чувствуют за спиной приближение нелучших времён. — Зайдём? — Хотелось бы сбежать, но выбора нет — Я рядом, погнали. Фамильяр хватает за руку, ведёт по неизведанным коридорам, словно чует необходимую аудиторию. Йен запоминает приятные моменты, наслаждаясь ими в полной мере. Перила по ним бы покататься, Йен обещает исполнить желание чуть позже. Парни оказываются перед входом, их ещё не вызывали. — Спасибо, тебе за все. — Рано благодарить, думаю надо обратиться для достижения необходимого эффекта. — Это точно не больно? — волнуется рыжеволосый. — Высшим фамильярам судьба не дала шанса остаться при животной сущности, зачем то даровав плоть человеческую. Это мой крест терпеть ради второй половины. Галлагер краснеет. И мир в котором нет тебя, вовсе не нужен, в нем нет смысла. Микки отходит на безопасное расстояние. Ощущения болезненные, тело объятое невидимыми языками пламени ноет и просит помощи, кожа чешется покрываясь черной шерстью. Клыки пробиваются через десны, сверкая в свете коридорной лампы, подушечки лапы мягко ступают по полу. Когти стучат по покрытию, как Лондонский дождь по кабинам таксофона. Громкое рычание не пугает Йена он обходит зверя, понимая, вред не причинит, касается милых ушек и чешет за ними, успокоивая. Боль сходит постепенно, но фамильяру надо собраться ведь на двери зажигается та самая фамилия. — Йен Галлагер разрешите войти. — Тот самый значит — отзывается мужчина преклонных лет в черном пиджаке. За рыжиком мягкой поступью проходит чёрная пантера, машет хвостом. Ради приличия Микки подгибает одну лапу, кланяясь. Выпрямляется не сводя глаз с Йена, тот уже за столом принимается за тестовую часть. Далее практическое задание и результаты на следующий день. — Продемонстрируй умения, Йен. Зверь сидит рядом. Охраняя сокровище от сложностей и опасностей. *** Йен, не стесняясь ласточек снимает с Микки футболку целуя торс. Крыша лучшее место для свиданий. Позади сумка с вещами, несчастная гитара пристроенная к стене. И целое будущее, без половин одиноко живущих на Земле. — Нас точно загребут в участок, если согрешим на крыше учебного заведения — предупреждает Микки. — Плевать, иди ко мне. Придаются утехам. Результаты сами попадут в руки. Неслышно на цыпочках на крышу попадает черноволосая незнакомка и паренёк удерживающий ее гнев. — Госпожа Галлагер, тише. — ЙЕН КЛЕЙТОН ГАЛЛАГЕР, ЭТО, ЧТО ТАКОЕ? Йен отталкивает Микки оборачиваясь на возмущения в его сторону. — Ой, Фиона. Фи держит в руках документ. Йена прошибает. Микки чувствуя опасность встаёт перед ним, стараясь загородить от мага. — Засранец, ты почему не сказал, что стал магом среднего класса и обрёл фамильяра? — Не успел, сестрёнка. — Сюда иди, уши отрывать буду. Милкович принюхивается, запах схож с хозяином. Опасности девушка не представляет. Подходит получая крепкие объятья. — Я горжусь тобой, Йен. Шмыгая носом рыжеволосый целует Фиону в лоб. — Я тебя люблю. — Поскольку ты достиг нового уровня, хочу предложить тебе и твоему фамильяру стажировку. — Мы согласны. Галлагер подходит к Микки и пожимает руку. — Без тебя, он не стал бы таким, спасибо. Микки смущён. Ровно через неделю компания, включая Менди, едет на поезде, за окнами леса, озера голубые, домишки с трубами из которых валит дым. И два мальчишки дают клятвы верности. Моей второй половине, заботы, кошмары, истерики, залеты, эмоции. И неизмеримую любовь сверкающую во тьме.