Тяжёлая работа учителя.

      Звеня ключами, Гук поднимается на свой этаж и, открывая дверь, пропускает детей вперед. Дождавшись пока ребята зайдут, он захлопывает дверь и, вставив ключи в скважину поворачивает два раза, оставляя ключи в двери.       — Ванна с туалетом направо, кухня левее, а спальня прямо, — Гук ставит пакет на пол.       — Нерегулируемый перекрёсток… — шепчет Ким.       — Что? — Чонгук не разувается и с пакетами проходит дальше на кухню, оставляя там купленные продукты. Чимин к этому моменту уже осмотрел комнату и зашел на кухню к учителю.       — А где мы спать будем? У вас же одна комната и собственно кровать…       — Вы на кровати, а я постелю себе на пол.       — Это как-то неправильно…       — Мой дом — моё решение.       Чонгук направился за вторым ребёнком, который застрял в коридоре.       — Тэхён, что такое?       У ученика немного покруживается голова и тот еле разулся.       — Тэ, всё в норме? — Чимин снимает с себя рюкзак и ставит его на пол.       — Душно…       У Тэхёна немного сбивается дыхание, и он оседает на пол.       Чонгук подбегает к ученику и кладёт руку на лоб. У того стекает пот по вискам и отросшая чёлка от этого липнет к лицу. Чон снял сначала эту дурацкую маску, а уже после перешел к зипке.       — Учитель, а это домогательство… — Ким посмеивается и перекрывает руку учителя своей. — Я сам.       Чонгук дёргает рукой и поджимает губы.       — Дотащи его до кровати, а я пока полотенце и воду подготовлю, — он встаёт и идёт в ванную комнату.       Чимин закатывает глаза и поднимает друга на ноги, таща его тушку на себе.       Он знает это состояние друга: После того, как он сдуру выпьет, потратит всю свою энергию и зайдет в теплое помещение, его начинает лихорадить.       Пак кидает его на кровать, а тот шипит и друг не понимает почему.       — Там ещё две бутылки, они впились мне в спину.       Тэхён переворачивается на бок, стягивает одну лямку с себя, после чего его тело моментально слабеет и даже руки лень поднять.       — Давай помогу, — друг приподнимает того за предплечье и сдёргивает лямку, вытаскивая рюкзак и ставя около кровати.       — Дай мне там светлого… — Тэхён бубнит и переворачивается на спину. Зипка уже почти расстегнулась, и оголило плечо.       Под кофтой была майка и та уже тоже даёт слабину. Лямка надорвалась и еле держится на плече.       — Ты как проститутка, — смеётся Чимин.       — Только если дорогая, — хмыкает Тэхён и наконец, открывает глаза пошире. — Где пиво?       — Это что за фразы такие?       В комнату заходит учитель. В руках ёмкость с холодной водой и на ней же полотенце.       Сдув чёлку, Чонгук ставит на тумбу воду и, опустив взгляд вниз, он видит, как медленно рука тянется к рюкзаку. Чон выпрямляется и наблюдает да тем, как из рюкзака уже тянется бутылка.       — Так! — ударив по руке и отобрав алкоголь, он запихивает обратно стеклянную бутылку, отодвигая рюкзак от кровати.       — Блять…       — Тебе что, рот мылом промыть?       — Мы сейчас не на уроке, поэтому не ебите мозга, а…       — Ким Тэхён, как только ты проспишься, тебя будет ждать серьёзный разговор.       — Вы прям как моя девушка.       Ким садится на край кровати, немного поправляет волосы на бок. Осмотрев друга, который до сих пор в кофте с маской, тяжело вздохнул, встал позу а-ля «уебашусвертушки» и начал снимать ненужные вещи.       В угол полетела кофта. Схватившись за подол майки, Ким начинает стягивать её, как вдруг в глазах потемнело и вестибулярный аппарат дал слабину. Ким стал шататься.       — Воу-воу.       Чимин подхватывает за талию друга и садит на край кровати обратно. Помогая с майкой.       Чонгук смотрит на эти кадры и просто не знает уже как успокоить этого бешеного ученика. Он знает, что точно убьёт с утра его. А сейчас главной целью было: усыпить его.       — Давай ложись, а то тело уже не слушается.       — Эээ.       Тэхён весь взлохмаченный смотрит на учителя. Ну как на него… скорее всего сквозь него. Его карие глаза и так уже стали стеклянными как бутылка светлого фильтрованного пива.       — Что значит твоё «эээ»? — спрашивает Чонгук и прищуривает глаза.       — А вы очень даже ничего.       Тэ усмехается и встаёт с края кровати, расставив ноги на ширине плеч, чтобы не упасть.       Чонгук хмурится и решает пропустить слова Кима мимо. Чимин смотрит на этих двоих и решает, что сейчас самое время сходить в туалет.       Медленно, бочком, он смылся из комнаты.       Тэхён поворачивает голову и пытается сфокусировать взгляд.       — Но пивко привлекает меня больше.       Он наклоняется к рюкзаку и начинает шариться. Немного подкосившись, он хватается за тумбу, на которой стояла тара с водой и переворачивает её на себя и рюкзак.       Чонгук подбегает и берёт тару в руки, начиная шипеть. Весь коврик мокрый. Он слышит щелчок и довольный выдох:       — Многообещающий звук.       — Ким Тэхён!       Чонгук ставит обратно уже пустую миску.       — Ну, Чонгук-иии.       — Это что за форма обращения? — Чонгук немного опешил.       — Дружеская. — После нескольких глотков выразился ученик.       — Давно друзьями стали?       — Если не хотите проблем, то со мной стоит дружить.       Немного тихим и бархатным голосом прозвучала фраза Кима. И у Чонгука мурашки по телу прошли. Голос начал немного подрагивать, но он старался передышаться и промолчать. Он смотрит на то, как его ученик вновь начинает пить пиво, как кадык двигается вверх-вниз и маленькая струйка алкоголя стекает с краешка губы. Опустив взгляд вниз в глаза сразу бросается грудная клетка, что выглядит крепкой и накачанной; видно, что над фигурой работали, но еда училища не дала набрать нужную мышечную массу, чтобы все изгибы имели идеальную четкость, но это не мешало привлекательности Кима.       — Учитель, а вы случаем не… — Ким подходит ближе и кладёт руку на предплечье учителя, который, видимо, залип.       — Быстро спать! — Чонгук дёргается и отходит. — Чимин, умывайся и укладывай друга.       Ким хмыкает и в его пьяной голове уже появился прекрасный план забавы ради. Ночь длинная, если не спать.