Подарок Таролога

Селене плохо спалось. Сквозь сон она ощущала ломоту во всём теле и откровенную боль в спине. В бок упиралось что-то твёрдое. Тяжело простонав, она попыталась сменить позу, но это не принесло существенного облегчения, к тому же теперь ей было ещё и холодно. Холодно? Девушка резко распахнула глаза. Остатки сна как рукой сняло от внезапного осознания. Она лежала на кафельном полу в маленькой тёмной комнате, которая по каким-то причинам казалась смутно знакомой. В воздухе витал тяжёлый дурманящий аромат, от которого мысли в голове путались. Селена его сразу узнала, ведь точно такой же источали ароматические свечи в Тотспеле. Уже одного этого было достаточно, чтобы вскочить на ноги и поспешить к единственному имеющемуся здесь выходу, что, собственно, она и сделала, но далеко уйти ей не пришлось. Споткнувшись обо что-то на полу, девушка потеряла равновесие и снова упала, больно ударившись коленкой. – Одичалая слизь! – слетело с её губ быстрее, чем она успела подумать. Предметом, из-за которого у неё теперь наверняка будет огромный синяк, оказалась небольшая праздничная коробка с шелковой лиловой лентой. Видимо, это она упиралась Селене в бок, пока та спала. Лицо девушки моментально скривилось в презрительной усмешке. Она схватила «подарок» и, даже не думая открывать, зашвырнула в самый дальний угол комнаты. У Таролога, как показывала практика, в жизни было только два фетиша: садизм и фиолетовый цвет. А значит, эту коробку здесь оставил именно он. – Пошёл ты. Она снова поднялась. Даже не зная, как сейчас выглядит, и почти не различая обстановку в комнате из-за царившего здесь полумрака, Селена поняла, что попала в новый мир. На это указывало как её необычное пробуждение, так и последние сохранившиеся воспоминания. В них Таролог появился, как и всегда, неожиданно – прямо во время охоты на падших – и лишил её сознания. И вот, она здесь. Селена решила не тратить время и приступить к «предпроверке», как она это называла. Заключалась она в череде действий, которые за годы скитаний сформировались в привычку, в некий обряд, неизменно помогающий реагировать на всё более… философски. Закрыв глаза и наклонившись, она стала прощупывать себя. Ноги казались человеческими, никаких аномалий не обнаружилось, тело тоже было вполне обычным, так же, как и руки, и голова. Аккуратно потрогав лицо, девушка вздохнула. По крайней мере, пока что всё складывалось неплохо. Даже удивительно, что Таролог в этот раз не стал изгаляться над её внешностью, ведь Селена давно перестала играть по его правилам, что, несомненно, до сих пор выводило его из себя. Не исключено, правда, что он изуродовал или изменил её лицо. Однажды такое уже было. А ведь когда-то она его слушалась. Злилась, конечно, требовала, кричала, но в итоге всё же делала так, как он хотел. Тогда ей казалось, что ещё немного, и её вернут обратно, в реальность. Но время шло, а этого всё не происходило. Вместо долгожданного освобождения она каждый раз попадала в новый мир, где, без преувеличения, приходилось бороться и за свою, и за чужие жизни. Так продолжалось уже много лет. Считать, конечно, было сложно, ведь у каждого измерения имелись свои законы времяисчисления, но примерное их количество Селена знала. Восемнадцать. Правда, внешне на девушке это никак не отразилось, она всё ещё выглядела на 27, но этот факт волновал её в последнюю очередь. Она уже давно заподозрила, что не только живёт в иллюзии, но и сама в каком-то смысле является иллюзией. Поэтому основной задачей для неё оставалось найти способ выбраться. Селена открыла глаза и посмотрела вниз. Теперь стоило проверить одежду. На секунду ею овладело беспокойство, потому что она заметила на себе офисный костюм. Он был таким же, как те, что она носила когда-то в реальности, и даже сидел так хорошо, как если бы был из её гардероба. Но в следующую секунду девушка уже решительно подняла голову. Нет, он её не обманет. Больше такого не случится. Её глаза уже привыкли к темноте, и теперь стало понятно, что она стоит в шатре. Том самом, с которого всё началось когда-то очень давно. Или, по крайней мере, в очень похожем. – Эй, Таролог! – крикнула Селена, но ей никто не ответил. – Это подлый приём! Взгляд сам собой метнулся в угол, куда упала коробка с лиловой лентой. «Что может быть внутри? Раньше он ничего не оставлял», – пронеслось у неё в голове, но на это довольно быстро подобрался ответ: «Карты Таро, наверняка. Он думает, что собьёт меня с толку, что я расслаблюсь и потеряю бдительность. Но тёмного в сумрак у него выйдет!». Решительно выдохнув, девушка расправила плечи и двинулась к выходу. Развела руками шатёрную ткань – та послушно пропустила её на улицу – и остановилась, как вкопанная. Она оказалась на городской площади, украшенной для ярмарки. Толпы людей лениво прогуливались каждый в своём направлении, на стендах висела реклама «Бридж Корпорейшн», из динамиков громко играла праздничная музыка. Именно так выглядел последний день Селены в настоящем. Наверное, поэтому она почти забыла, как дышать. Только закрутила головой, глупо таращась на проезжающие по дороге машины, сотовые телефоны в руках у прохожих и неоновые вывески. Внезапный порыв разрыдаться Селена подавила, угрожающе нахмурившись и сжав кулаки. Нет, она не настолько наивна. Она не позволит себе надеяться, пока не узнает о подлинности этого мира наверняка. Девушка двинулась по мощёной дорожке в ту сторону, где однажды повстречала мерзкого вида старуху. Конечно, на этот раз здесь не было никаких старух, но вот само место выглядело точно так же, как и в тот роковой день, когда проклятье вступило в силу. – Меня зовут… – произнесла она пересохшими губами, гипнотизируя стенд с изображением моста, – Селена. Дыхание снова перехватило. Слёзы всё же покатились по щекам, но она упрямо вытерла их рукавом. – Селена! – повторила она громче. – Селена! Селена! Твою мать! Она не заметила, как перешла на крик. – Ах-ха-ха-ха, – рассмеялся знакомый бархатный голос у неё за спиной, и Селена резко обернулась. У фонарного столба стоял Роберт Штицхен. Он, очевидно, только раскурил сигарету и теперь добродушно наблюдал за ней, не скрывая ни удивления, ни любопытства. – Ты в порядке? – поинтересовался он и выпустил в сторону струйку дыма. Селена не знала, что на это ответить. Слишком много эмоций, слишком много мыслей крутилось у неё в голове в данный момент, а присутствие Роба перепутало их ещё больше, ведь все последние годы он так или иначе был её возлюбленным в мирах Таролога. Правда, ему об этом каждый раз приходилось напоминать. – Роб! – только и вырвалось у неё. После столь длительного и тяжёлого пути он был первым человеком, которого она встретила в реальности. Конечно, ничего удивительного в этом не было, если учитывать обстоятельства их знакомства, но Селена всё равно обрадовалась, как девчонка. Впрочем, уже в следующий миг восторженные мысли вытеснила тревога. Судя по тому, как расслабленно детектив стоял, как смотрел и как задал свой вопрос, он снова ничего не помнил. Забыл не просто какой-то из миров, в котором они были вместе. Забыл их все. Роб молчал, изучающе разглядывая её. Он продолжал улыбаться. – Я просто… Да, в порядке, – Селена сделала над собой усилие и добавила: – Какие планы на вечер? – У меня? – его, похоже, позабавил этот вопрос. – Да, у тебя! – недовольно заявила девушка, прожигая его взглядом. Она пожалела, что навязывается ему, но отступать уже было поздно. – Свободен сегодня? Сходим куда-нибудь? Он снова непринуждённо рассмеялся. – Ты так предложила, что мне страшно отказываться. Потушив недокуренную сигарету прямо о фонарный столб и выкинув её в урну, детектив жестом пригласил взять себя под руку. Селена удивлённо приподняла брови, но всё же ухватилась за него, и они двинулись прочь от ярмарки. – Что, нет желания веселиться? – от волнения она не удержалась от ехидного замечания. – Есть. Но не здесь, – лаконично ответил он. Они прошли вдоль по тротуару, пару раз куда-то свернули и в итоге оказались в городском парке. Может, из-за позднего времени, а может и из-за самой ярмарки здесь почти не было людей. Роб потянул девушку к одной из тропинок. – Куда мы идём? – поинтересовалась Селена. – Не знаю, – Роб пожал плечами, замедляя шаг. – А куда бы ты хотела? – В ресторан? Кафе? Бар? В твоём возрасте приглашать девушку на свидание в парк уже как-то не солидно, – заметила она. Это было дерзко. Но за время пребывания в других мирах Селена поняла одно: чем больше она общается с окружающими так, словно они ничего не забывали, тем скорее к ним возвращается память. Вот и теперь попыталась вести себя в соответствии с этим знанием. Хотя это вовсе не означало, что поведение Роба её не удивило. Может, она понравилась ему уже тогда, при первой встрече? – Я не приглашал тебя на свидание, – усмехнулся мужчина, словно прочитав её мысли. – Поэтому можешь выбрать между беседкой с той стороны, – он кивнул головой налево. – и прудом с той стороны, – указал направо. – А я приглашала, – она самоуверенно вскинула голову. – Довожу до твоего сведения: у нас сейчас свидание, – и после небольшой паузы добавила: – Но я согласна пройтись и до пруда. О том, что в реальности они знакомы всего пол дня, девушка постаралась не думать. Пусть считает, что очаровал её с первого взгляда, она ничего не имеет против. А там уже и воспоминания восстановятся. Они проходили это очень много раз. «Как бы расспросить его об этом мире так, чтобы не показаться умалишенной? И надо ли это делать? Произнести своё имя я смогла впервые за кучу лет, а значит, я в реальности… Так ведь?» – размышляла Селена по пути к пруду, не сразу заметив, что пауза в их разговоре подозрительно затянулась. Наконец, Роб произнёс: – Интересно. С тех пор, как женился, ни разу не был на свидании. Он перестал идти. Селене тоже пришлось остановиться, хотя смысл брошенных им слов и не дошёл до неё сразу. Она пару раз моргнула, выныривая из собственных раздумий, и перевела взгляд на мужскую руку, которую до сих пор обхватывала своей. Надо было посмотреть Робу в лицо, ведь эти слова могли быть шуткой, провокацией или чем угодно ещё, но девушка не смогла оторвать глаз от рукава его куртки. Только прошелестела внезапно охрипшим голосом: – Что? – Лилит, – Роб положил свободную ладонь ей на плечо и уже открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но она тут же скинула её с себя, как отвратительное насекомое. И высвободила другую руку. «Это какой-то кошмар. Я в аду, и мне не выбраться на свободу» – сообщила она самой себе, забегав глазами по деревьям, что обступали их со всех сторон. Как будто их скрюченные стволы и подрагивающие листья могли подсказать, что делать дальше. Надежда на чудесное спасение, зародившаяся так робко и осторожно, умерла вместе с заявлением детектива. Настолько далеко Таролог ещё не заходил в своих экспериментах над ней. – Как… это низко, – едва разжимая челюсти и глядя в пустоту, процедила Селена. – Сначала подарил свободу, а потом отнял её вместе с единственным человеком, благодаря которому я до сих пор не сошла с ума! Единственным, кто был мне важен и нужен! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Её слова предназначались Тарологу, но в том, что он их услышал, она не была уверена. Да и было ли ему дело до того, как сильно его игры ранят Селену? Очевидно, что нет. Едва ли он понимал, каково ей путешествовать по мирам, не имея возможности ни поговорить об этом с кем-то, ни умереть, ни выбраться. Каково ей каждый раз напоминать Робу о себе, об их отношениях, а потом вновь и вновь терять его. Селене одновременно стало и холодно, и жарко, и очень захотелось прочистить желудок. Она сделала неловкий шаг назад. – Подожди, – воскликнул едва различимый, словно проходящий сквозь толщу воды, голос детектива, но девушка отступила от него ещё на несколько шагов. Роб снова попытался прикоснуться к ней, и она ударила его по руке. А потом просто развернулась и побежала. Побежала, не разбирая дороги, не видя и не слыша ничего вокруг, как если бы ничего вокруг и не существовало. Лимит потрясений за день торжественно исчерпался. Она обязательно разберётся с ним… позже. Пока что же её голова отчаянно нуждалась в отдыхе, в перезагрузке. И для этого Селена решила истязать себя физически. Её мышцы и так нещадно болели после сна на полу, а уж марафон на каблуках их и вовсе доконал. Девушка подвернула ногу, едва не свалилась, но останавливаться не стала, только на полном ходу скинула с себя туфли и продолжила бежать босиком. Холодный ветер бил ей в лицо, тёмные кроны деревьев шуршали над головой, а тело полыхало от боли и перенапряжения. Но вместе с этим понемногу приходило спокойствие. Через пару минут, почувствовав, что силы почти кончились, Селена начала замедляться и с удивлением обнаружила, что хромает. Как это вышло и когда, она не заметила. Наверное, у неё сейчас был забавный вид. Волосы растрепались, дорогой офисный костюм измялся, а кое-где, кажется, даже разошелся по швам, по щеке сбежала уже не первая струйка пота. Посмотрев себе на ноги, девушка испытала отвращение от того, как сильно они испачкались. Неожиданно для самой себя она рассмеялась. Как же она устала. Ужасно устала. Их с Робом отношения в мирах Таролога складывались преимущественно сложно, иногда невозможно и почти каждый раз трагично. Восемнадцать лет Селена ждала, когда выберется из заточения, найдёт Роба, и они, наконец, будут счастливы вместе, а теперь оказалось, что она просто впустую тратила время. Таролог никогда её не отпустит. – Лилит! – послышалось у неё за спиной. Она апатично обернулась и увидела Роба, который, как оказалось, побежал за ней. Он подобрал её туфли и теперь держал их в руках, что почему-то выглядело комично. Селена махнула ему рукой, молчаливо призывая бросить их где-нибудь, снова отвернулась и продолжила ковылять босиком дальше. Роб поставил туфли на землю, но сам двинулся следом. Самое ужасное в этой ситуации было то, что он опять улыбался. – Оставь меня, – холодно отрезала девушка, но мужчина удержал её за руку. А затем вдруг притянул к себе и сгрёб в объятия. – Ну ты даёшь, – произнёс он поражённо. – Бегаешь быстрее детектива полиции. – Я серьезно, Роб! Иди в сумрак! – Селена трепыхнулась в его руках, но он не отпустил её. Вместо этого, склонившись, вдруг поцеловал девушку в лоб, потом в нос, в щёки и, наконец, в губы. – Очевидно, ты что-то вспомнил, – констатировала она после небольшой паузы, и снова попыталась вырваться из его железной хватки. – Как жаль, что теперь существует жена, которая может этого не понять. Пусти! Не обращая внимания на протесты и всё ещё продолжая крепко держать её, Роб признался: – И правда, у моей жены взрывной характер, поэтому её лучше не злить, – он чмокнул её в макушку. – Странно только, что она допускает мысль о том, что у меня может быть кто-то кроме неё. Селена перестала вырываться и подняла голову так, чтобы видеть его лицо. – Что ты несёшь? Роб смотрел на неё насмешливо, но тепло, даже ласково. Его взгляд становился таким только тогда, когда ей удавалось достучаться до его воспоминаний полностью, что бывало не часто. Обычно почти все свои жизни в параллельной реальности он всё же забывал, осознавая только то, что они были и что в них присутствовала Лилит. – Несколько лет назад я женился. Вряд ли мне кто-то поверит, ведь это произошло на планете Z, а моя жена оказалась инопланетянкой. Как, впрочем, и я. Мы прожили вместе месяц, после чего настал конец света. Повисла неловкая тишина. Роб терпеливо ждал реакции на свою тираду, а Селена от неожиданности даже шевелиться перестала. – То есть, – наконец, выдавила она, – ты вспомнил один из миров, в которых мы были? И нашу свадьбу тоже? Роб удовлетворённо кивнул. – А в этом мире?.. – Ты моя жена, Лилит, – пояснил мужчина, но должного эффекта всё равно не добился. Селена всё еще смотрела на него с подозрением. Поэтому он подытожил: – Пусть теперь мы в другом месте, сути это не изменит. Я, видимо, выбрал не самые удачные слова для того, чтобы дать тебе понять, что всё помню. – Что – всё? – на всякий случай уточнила девушка. Роб погладил её по голове. Он выглядел спокойным. – Нашу встречу в твоём офисе, поимку варщика, Тотспел, Альтергроу, королевство Теней… Нет смысла перечислять все миры, в которых мы находились, ты и сама знаешь, что их было слишком много. Но каждый проведенный там день и год с тобой я помню достаточно ясно. Больше нет ощущения, что что-то мешает мне дотянуться до этих воспоминаний. Всё как на ладони. – Разве такое возможно? – Селене отчаянно захотелось поверить ему, но в то же время страх перед очередным крушением надежд не отпускал её. – Раньше, если тебе и удавалось вспомнить обо всём, то без подробностей. Или ненадолго. – Думаю, это стало возможным, когда мы оба очутились здесь, – он развёл руки в стороны, подразумевая, конечно, не парк, а целый мир. – Я уверен, что это реальность, Лилит. Девушка шумно выдохнула. Зря он пошёл за ней. Она не чувствовала в себе сил мыслить здраво, задаваться вопросами или искать мелкие несостыковки. Всё, чего ей хотелось, это лечь прямо здесь на траву и разглядывать сияние звёзд. И ни о чем не думать. Но можно было расслабиться и по-другому. Отринув голос разума, который настойчиво требовал сохранять хладнокровие и бдительность, Селена прислонилась щекой к груди Роба, обвила его спину руками. Он сразу же прижал её к себе в ответ. Так сильно, как если бы им пришлось сейчас прощаться. – Никогда больше не называй меня этим чёртовым именем. Меня зовут Селена. – Верно, прости. Селена, – её имя он произнёс аккуратно, словно пробуя на вкус. – Я уже привык к Лилит за столько лет. Но со временем перестроюсь, тем более, раз ты этого хочешь. «Он, как и я, может называть меня так вслух!» – отметила про себя девушка, но тут же тряхнула головой и ещё глубже уткнулась лицом в куртку детектива. «Плевать. Подумаю обо всём этом позже». – Я и сама почти забыла, как на самом деле меня зовут. Но имя Лилит я ненавижу. Больше не хочу его слышать. Роб усмехнулся. Одной рукой он взял её за подбородок, заставляя приподнять лицо, и нежно поцеловал в губы. Селена мягко, но с готовностью ответила ему. Она моментально забыла, о чем был их разговор, и стоило ли его продолжать. Всё, чего ей теперь хотелось, это остановить время, ведь рядом с Робом ей стало так спокойно. Она закрыла глаза. Вихрь приятных ощущений закружил её, словно в танце. Её пальцы даже через куртку ощутили напряжение его мышц, жар, который исходил от его кожи. Сминая её губы своими, Роб старался держать себя в руках, но Селена понимала, что хватит его ненадолго. – Роб… – прошептала она, немного отстранившись, – Мы всё ещё в городском парке. – Да, я помню… – тихо отозвался мужчина. Его дыхание сбилось. Он ослабил хватку, но в следующее мгновение снова накрыл её губы своими. Селена тоже не имела достаточной воли к сопротивлению, потому что в ответ на его действия она только вновь закрыла глаза, подаваясь вперед. Его запах, его руки, его прикосновения – всё это было так ей знакомо. Но каждый раз она трепетала, как в первый. Вот и теперь залилась краской, когда он уверенно и бескомпромиссно прошелся ладонями по ее бедрам, талии, спине, а потом остановился на груди, слегка сжимая её. Но через пару сладостных минут Роб всё же разорвал их поцелуй. – Бездна, – тяжело выдохнул он. – Ты сводишь меня с ума. Продолжать начатое он не стал. И хотя Селена сама надоумила его остановиться, она всё равно ощутила укол сожаления, когда он действительно это сделал. – Надо найти твои туфли, пока ты не замёрзла. Роб отошёл от неё, давая себе возможность восстановить сбившееся от их близости дыхание, а заодно высматривая обувь в тёмной траве. Ему было мучительно жарко, несмотря на ночную прохладу. И он совершенно не помнил, где оставил свою находку. Селена же задумчиво дотронулась подушечками пальцев до своих губ. В голову полезли мысли о том, что сейчас был их с Робом первый настоящий поцелуй. И ещё о том, что в этом мире они познакомились только сегодня, а она уже мечтает о совместном будущем с ним. С одной стороны, иначе и быть не могло. А с другой – всё произошедшее смахивало на дикий, очень затянувшийся сон, который вот-вот закончится. Но, если так, – Селена поёжилась от одного только этого предположения – то она этого не переживёт. Переведя расфокусированный взгляд в сторону, девушка вдруг увидела свои туфли, тёмным пятном возвышавшиеся над травой. В лунном свете лаковая кожа заметно бликовала, что сразу притягивало к ним внимание. Детектив же по каким-то причинам их в упор не замечал. Он вообще искал в другой стороне. – Забудь, я их сама достану, – обратилась к нему Селена и даже успела шагнуть в нужном направлении, как вдруг резкая боль пронзила её лодыжку. – Ай! – Что такое? – мужчина в два счёта оказался возле неё. Он выглядел обеспокоенным. – Ты поранилась? – Не знаю, наверное. Роб присел на корточки у ног девушки и беспардонно задрал сначала одну её брючину, а потом другую. Пару секунд он не двигался, сосредоточенно разглядывая оголённую женскую лодыжку, а потом вдруг посмотрел на Селену с таким осуждением, что она отвернулась, внезапно заинтересовавшись видом пруда, до которого они, как оказалось, всё-таки добежали. Продолжая сверлить её своими серыми, как сталь, глазами, Роб холодно констатировал: – Так удирала от меня, что ногу вывихнула. А потом добавил уже мягче: – Но я сам виноват. Девушка даже сообразить ничего не успела, как он подхватил её на руки и направился к тропинке, что вела к выходу из парка. – Эй, а как же туфли? – растерялась Селена. – Куда ты меня тащишь? – В свою берлогу, чтобы сожрать на ужин, – сообщил он злорадно. Что бы Роб ни планировал делать на самом деле, мысли об этом доставляли ему удовольствие. Это девушка поняла по выражению его лица, как всегда суровому, но не пугающему из-за затаившейся в глазах улыбки. Поэтому она обхватила его мощную шею руками и порывисто чмокнула в щёку. После чего еле слышно призналась: – Я не вынесу, если всё это сон. – Это не сон, – заверил Роб, продолжая ступать по траве с такой лёгкостью, словно его ноша совсем ничего не весила. – А если даже и он, тебе нечего бояться, ведь я с тобой. Селена постаралась не обращать внимания на вставший в горле ком, но у неё не вышло. Роб и в мирах Таролога всегда был рядом с ней, но это не мешало ей раз за разом терять его, «просыпаясь» в новом измерении. Погружаясь в одиночество снова, снова и снова. До бесконечности. В очередной раз демонстрируя чудеса телепатии, детектив вдруг остановился, поймал её взгляд и серьёзно сказал: – Я всегда буду с тобой, Селена. Во сне, наяву, в этой жизни и во всех параллельных. Даже если я вдруг умру, я всё равно буду с тобой. – Как ты можешь разбрасываться такими заявлениями? – фыркнула она, стараясь не выдавать накатившего волнения. – Я говорю это, потому что знаю. Что бы с нами ни происходило, сколько бы раз мне ни стирали память, твой образ всегда всплывал в моей голове, а вместе с ним и чувства, которые я к тебе испытывал. Я не мог найти им объяснения, иногда даже упорно с ними боролся, но всё равно каждый раз проигрывал, – он помедлил немного, размышляя, и потом всё же добавил: – Похоже, даже когда от меня ничего не останется, мой несчастный дух будет продолжать тянуться к тебе. Сказав всё это, Роб поудобнее перехватил её и пошёл дальше, больше не встречаясь с ней глазами. Только кожа на его лице и шее предательски побагровела, выдавая внутреннее смущение от собственных слов. – Ты такой милый, – Селена не сдержалась и приникла губами к его раскалённой скуле, от чего он на один короткий миг смежил веки и осторожно выдохнул. – А ты точно не хочешь, чтобы я раздел тебя прямо здесь? – в шутку поинтересовался он, выгнув бровь. – На всякий случай сообщаю, что тебя от этого отделяет одно неловкое движение. – Ладно-ладно, я не шевелюсь, – девушка примирительно приподняла руки в знак того, что она сдаётся, и действительно перестала его провоцировать. Особенно по той причине, что из парка они уже вышли. Признание Роба дало ей осознать кое-что важное. Всё это время она стремилась к свободе от Таролога, но не он пленил её. В клетку из собственных страхов и стереотипов засунула она себя сама, при чем задолго до того, как её прокляли. Наверное, она вообще не представляла себе, что такое свобода, до этого дня, до этого разговора. Потому и воевала против Таролога, вместо того, чтобы договориться с собой. Ведь так же, как Роб мог быть рядом с ней вне зависимости от обстоятельств, Селена могла быть свободной вне зависимости от тех миров, в которых она находилась. Ведь свобода заключается не в том, где ты находишься, а в том, как ты себя ощущаешь. И теперь, не зная наверняка, действительно ли она вернулась в реальность или нет, Селена со всей очевидностью поняла, что это и не важно. Она может быть счастливой где угодно. Надо только себе позволить.

Эпилог

А в другой части города, в шатре, на полу, лежала праздничная коробка с лиловой лентой. Её крышка слетела. Внутри была только короткая записка, гласившая: «Когда-то я сказал тебе, что со временем ты сама всё поймёшь. Ты сопротивлялась неприлично долго, и всё же: я, наконец, могу тебя поздравить. Ты свободна, Селена».