Жертва любви и смерти.

Через три дня в Лихолесье прибыл Гэндальф. Узнав, что Трандуил уже вернулся, он велел Торину привести мужа в большой зал. Торин охотно выполнил эту просьбу, и скоро они вместе с Трандуилом стояли в зале, держась за руки. - Здравствуй, Митрандир,- поздоровался Владыка Лихолесья. - И ты будь здрав, Лесной Король, - ответил Гэндальф, и сказал: - Приступим к делу. Трандуил Ороферион, зачем держишь за руку супруга своего, Торина Дубощита, сын Трайна? - Я ... люблю его, - ответил Трандуил. - Ты лжёшь. Любишь ты Элронда, сына Эарендила, Владыку Ривенделла. В отсутствие своё ты вступил с ним в соитие, совершив тем самым тяжкий грех измены по отношению к супругу своему, - заключил Гэндальф. Трандуил покраснел и опустил глаза. Торин остолбенел от такого поворота и процедил: - Ты любишь его? - Да, я люблю его, - ответил Трандуил, - Его, а не тебя. В тебя я был влюблён, но страсть влюблённости - это не любовь. За Элронда я готов отдать жизнь, ты же для меня просто муж. - Я уничтожу его! - гневно завопил гном, сжимая кулаки. Ревность жгла его. Гэндальф же подошёл к Трандуилу и шепнул ему: - Ты должен выбрать, сын Орофера. Одного из двух. - Торин мой муж, я не могу его предать, - возразил Трандуил, - И выбирать я не хочу. - Тогда Эру покарает тебя, - предупредил Гэндальф. - Не боюсь я кары Эру, - ответил синда. Подойдя к беснующемуся Торину, Трандуил пытался убедить его, что по-прежнему готов быть с ним. Да, не по любви, но он не мог его предать. А Гэндальф неожиданно исчез, словно его и не было. - Транди... какая.... боль... - пожаловался Торин, а эльф обнял его и умолял простить. Торин слишком сильно любил синду, чтобы обижаться на него, и принял его извинения. Что же касается Элронда, то с этого дня гном возненавидел полуэльфа, и каждый раз бледнел от гнева при упоминании имени соперника. Он бешено ревновал Трандуила к Элронду, и считал, что эльф должен быть только его мужем, и ничьим любовником. Торин взял с Трандуила честное слово больше не ездить в Ривенделл. Синда с болью в сердце обещал, хоть это и было тяжело.