brothers secret

Под пасмурным небом возвышается чёрный как уголь мыс, без растительности, словно выгоревший. Его скалы и в вправду похожи на огромные угли, только что выпавшие из камина. Беспокойное море хаотично облизывает его своими волнами, которые в смертельном танце разбиваются об острые камни, а оставшаяся от них пена отплывает обратно к тем волнам, что только направляются к мысу не зная, что их там ждёт. Это шторм. Самое лучшее время для того, что задумала девушка, являющаяся центром этого пейзажа. Она – точка, в которой сошлись все линии. Она стоит на почти самом краю обрыва, её белое лёгкое платье, которое обычно носят в предсвадебную неделю невесты из её поселения, развивается по ветру. Порыв настолько силён и холоден, что кажется, будто он хочет сорвать с неё это платье и носить его на своих сквознякам и холодных дуновениях по миру. Но девушке всё равно. Ей и дела нет ни до этого ветра, ни до погоды, ни до этого платья. Она решила закончить всё сейчас, не отдаваться тому, кого она не любит, не ложиться с ним в одну постель, не прикасаться к нему, ни видеть его, даже не слышать о нём. Она ненавидела его, ненавидела тех людей, которые способствуют их союзу, ненавидела себя, которая не может найти выхода и из-за этого, от отчаяния стоит тут, у пропасти в никуда. Она громко выдыхает, поднимает полные слёз и боли глаза к небу и уже готовиться сделать решающий шаг, последний шаг, как вдруг её окликает кто-то сзади. – Стой!! Не смей! – она оборачивается и видит бегущую к ней пожилую женщину, придерживающую подол своего рабочего платья. Женщина подбегает к ней и за руку оттаскивает от края к дорожке, по которой пришла сюда. – Ты чего удумала? – спрашивает она, не выпуская запястье девушки из рук, – Как твоё имя? Но девушка уже не могла ответить на её вопрос – слёзы градом покатились из её глаз одна за одной, падая на белую ткань платья, насквозь пропитывая его солью. – Моя дорогая, – женщина обняла её за плечи и поглаживала по голове, – Пойдём, пойдём со мной, всё будет хорошо. * * * В большом тёмном зале с высоким потолком и плотно зашторенными окнами, при мягком свете свечей за длинным обеденным столом из красного дерева сидело двое мужчин. Стол изначально предназначался для большого количества людей, отчего сейчас казался совсем пустым. Первый из сидящих был невысокого роста, немного сутулый. Его русые волосы закрывали лоб и нависали над глубокими карими глазами. Он сидел оперевшись о стол локтями, сцепив пальцы в замок у губ. Кружевная рубашка тонкой работы выглядывала из-под пиджака, вздымаясь вверх при каждом вздохе взалельца. Второй сидел рядом, по правую руку от него. Он был выше, его лицо было не менее серьёзным, но не таким угрюмым как у первого. Его руки были сложены на груди, он смотрел впереди себя задумчивым взглядом и покусывал свои пухлые губы. У него уже лоб не был прикрыт волосами, они были аккуратно зачёсаны в бок, что давало понять, что он более сосредоточен на своей внешности, нежели первый. Одет он был не так изысканно – в обычный костюм, но зато это не мешало его выразительному лицу выделяться и светить своей красотой. Сложно было сказать сколько им обоим лет, но они выглядели достаточно молодо. Сидя за этим столом довольно долгое время они не проронили ни слова. Казалось, что им абсолютно безразлично, что они тут вдвоём, они будто не замечали друг друга, погружаясь всё глубже и глубже в свои мысли, будто у них полно свободного времени, которому они не ведут счёт. Они действительно чего-то ожидали. Или кого-то. Наконец, в зал тихо вошла женщина, это была кухарка. Она была немолода, в её волосах уже виднелись длинные седые пряди, а лицо обильно покрывали морщины, хотя она была не так уж и стара. Женщина поклонилась и остановилась, уставившись в пол, замявшись. – Милорды, – проговорила она. Мужчины лишь внимательно молча смотрели на неё, – Сегодня возвращаясь из города я увидела на скале девушку. У неё сейчас трудное время и вернуться домой она не сможет. Соизволите ли вы ли оставить её здесь на ночь? Я возьму с неё слово и она будет тиха как мышь. Я могу постелить ей и у себя. Не могли бы ваши превосходительства подумать на этот счёт? – наконец, она неуверенно подняла глаза на них. Первый тяжело вздохнул, выражая своё недовольство. – Приведи её сюда, пусть поест с нами, потом будет видно, – проговорил он. Кухарка поклонилась и поспешила удалиться. – Почему она так любит доставлять нам столько проблем? – спросил первый. – Человеческая жизнь коротка и пестрит проблемами, – смеясь ответил ему рядом сидящий, явно приободрившийся после этой новости. – Не смеши меня, – хмыкнул тот в ответ, глядя на него. * * * Девушку переодели служанки, в которых она заметила что-то неладное. Они были очень молчаливы, не произнесли ни звука. Даже выйдя из коморки, что примыкала к кухне, где они её переодевали, они были тихи. Их шаги по растеленному по полу ковру было еле слышно. "Верно, хозяева строги и не любят шума" – подумала она. Войдя в зал, где уже ожидали два господина, девушка поклонилась им, но ничего не успела сказать. – Приветствую в нашем скромном доме, – мужчина с открытым лбом подошёл к ней и раскинув руки в стороны с поднятой головой оглядел довольно большой зал, – Приятно познакомиться, моё имя Сокджин. Ваше? – Я Вивиан, – девушка была ошеломлена тому, что новый знакомый пожал ей руку, ещё никто не протягивал руки при знакомстве. Это считалось привилегией мужчин. Ладонь мужчины была холодной и мягкой, и в целом он располагал к себе своей улыбкой и дружелюбностью. Она перевела свой взгляд на человека сидящего поодаль, – А как зовут этого господина? – спросила она, обращаясь к Сокджину. – Тебе не понадобится моё имя, завтра ты всё равно уедешь отсюда на повозке, я обо всём договорился, – сказал тот поудобнее усаживаясь на стуле и откидываясь на его высокую спинку. – Его зовут Юнги, – ответил Сокджин за не настроенного на разговор лорда, и хихикнув добавил – К сожалению или к счастью, он мой брат. – Кончай шутить, – ответил тот, явно недовольный болтливостью брата и разглашению своего имени. Служанки, что срезали с уже подтаявших свечей стекший и застывший воск и зажигали их заново, чинно удалились, оставив молодых людей одних. Два господина и гостья принялись за еду. Это был большой кусок мяса, который всё те же служанки полили кислым соусом из небольшого чайничка. Под теплым мягким освещением он аппетитно переливался на тарелке. Вивиан озадаченно смотрела на свою порцию, в то время как Юнги и Сокджин уже во всю наслаждались своими порциями. Последний заметив замешательство девушки развернулся к ней и указывая своей вилкой на её блюдо сказал: – Это оленина, очень вкусно! – Правда? Как хорошо, – пожала плечами она, – Я ела мясо только по праздникам, а в последние недели перед свадьбой вообще нет – отец запасал для гостей. Немного непривычно. На лице Сокджина отобразилось крайнее удивление. – Если вам понравится, вам могут принести ещё. – Не стоо́ит, – ответила Вивиан, приступая к своей еде. * * * Ужин был приятным – Сокджин постоянно что-то рассказывал, шутил и уделял внимание Вивиан, в то время как его брат ни разу даже не посмотрел на сидящую напротив него, пусть и через длинный стол, девушку и не промолвил ни слова. Казалось, что он не замечал никого из присутствующих в комнате, был целиком в своих мыслях. – Да, вот так вот просто можно потерять целое состояние из-за плохого дня на скачках, – Сокджин встал из-за стола и помог встать Вивиан, – Скоро будет десерт, пока вы можете немного развлечься и отдохнуть. – Повозка приедет за тобой в шесть. Тебя проводят до твоей сегодняшней кровати, наберись сил, – нарушил своё многочасовое молчание Юнги. – Кровати? – воскликнул Сокджин, – О нет-нет, вы будете спать в комнате. – Что? Нет! – пытается остановить его брат, но старший его будто не слышит. – В комфортабельной, удобной, теплой комнате. И это не обсуждается! – тут он задерживает свой взгляд на брате, и подставив локоть Вивиан, которая приняла приглашение, показушно важно вывел её из комнаты за собой, оставив Юнги в молчаливом недовольстве. Прогуливаясь по длинным коридорам и показывая девушке за‌мок, который давно стал для него самого чем-то обыденным и даже банальным, но в глазах гостьи вызывал неподдельный восторг, Сокджин расспрашивал её о её жизни. – Мой отец решил выдать меня замуж за более состоятельного джентльмена, чем он сам. После банкротства нам вообще пришлось несладко, а этот брак мог спасти и восстановить всё. Но мне противна одна мысль об этом. Я не могу так просто и сухо отдаться человеку, которого едва знаю, и который мне противен. Только одна мысль об этом убивает меня. Я знаю, что это очень самодовольно и противоморально, но я ни за что не позволю этому случится. – Вы действительно очень сильная. Не каждая способна выдержать такое... Знаете, что за этой дверью? – лукаво улыбнулся он, взявшись за дверную ручку, – То, что я не должен показывать, но ради вас.. Он открыл дверь, заходя внутрь и таща ничего не понимающую Вивиан за собой. В комнате было мало свечей, оно и понятно, – иначе это могло бы привести к пожару – здесь в хаотичном порядке на деревянных манекенах висели женские платья. Они были тонки и изящны, из белоснежной ткани, на них не было груды нашивок и поддерживающих каркасов, как обычно одевались дамы, они были больше похожи на ночнушки, но в этом и была их прелесть. Комната была большой и платьев было не мало, но всё же в её конце можно было разглядеть мужскую фигуру, что стояла у одного из манекенов и завороженно рассматривала то, что на нём висит, кончиками пальцев проводя по невесомой ткани рукава. При появлении незванных гостей мужчина резко развернулся и теперь можно было разглядеть его лицо. Это был Юнги. – Какого.. – еле сдерживал он свой гнев, – братец?! – выдавил он из себя, очевидно, заменяя этим словом всем известное ругательство. Джин разразился хохотом. – Мой брат настолько не любит, когда тревожат его коллекцию. Меня это каждый раз забавляет. Вивиан стояла и не понимала что происходит, переводя взгляд с Юнги, которого распирала злость, на Сокджина, что смеялся как не в себя. – Ладно, – Сокджин вытер выступившую от смеха слезу, – Мы удалимся, чтоб не мешать тебе отдыхать. Взяв Вивиан за руку, он направился к двери, но его остановил Юнги. – Ты останься. – Подождите пожалуйста, меня в коридоре, – обратился Джин к девушке и закрыл за ней дверь. Юнги вплотную приблизился к брату и сквозь зубы прошипел: – Прекращай этот цирк. То, что ты живёшь тут на птичьих правах, БРАТЕЦ, не даёт тебе право распоряжаться где остано‌виться гость МОЕГО поместья, и тем более, заводить её СЮДА. Эта комната – показатель того, что это плохая затея. Ещё одна такая выходка и возвращайся туда, откуда пришёл, в адскую канаву откуда вылез, я сыт по горло. – Ты же знаешь, что если я уйду назад, то заберу и тебя, – Сокджин ухмыльнулся сунув руки в карманы брюк, – Ты это знаешь, и если имеешь смелость гнать меня, то будь готов к тому, что я уйду не один. – А если ты так уверен в себе и так не хочешь уходить, почему же ты делаешь всё ради того, чтобы это произошло? Какого братца ты поселил её, – Юнги ткнул пальцем в сторону двери, за которой ожидала Вивиан, – здесь?! – теперь палец указывал в пол, – Ты знаешь к чему это может привести, знаешь не хуже меня. Оглянись вокруг и подумай сто‌ит ли играть с огнём и нарушать наш договор пребывания здесь? – Мне просто нравится злить тебя, братец, – усмехнулся Джин. – Когда-нибудь твои шутки сведут нас в тот ад, откуда мы выбрались благодаря мне. * * * В это же время Вивиан стоя за дверью, разглядывала высокие потолки. Ей было не слышно, что происходит за дверью, поэтому всё, что ей оставалось – это восхищаться замком. Её не смутила коллекция платьев у мужчины, т.к. ещё будучи ребёнком, которого отец брал в гости к людям из верхушки, она заставала взрослых за странными вещами, которые её детский разум не в силах был объяснить, и ей никто ничего объяснять особо не хотел, потому что расчёт застуканных врасплох взрослых и был на "она ничего не поймёт", что и спасало их. Поэтому переодевания, странные костюмы и коллекции не были для Вивиан чем-то шокирующим. Она предпочитала об этом не думать, мало ли какие увлечения у этой элиты. Тут по коридору мимо неё молча поклонившись прошла очередная служанка с горкой из простыней в руках. Любопытство Вивиан взяло вверх и она нагнала её, спросив: – Который сейчас час? На что девушка вынула из рукава часы на цепочке и протянула своей временной госпоже. – Нет, ты можешь разговаривать? Служанка смотрела на неё испуганными глазами, будто была совсем не готова к такому вопросу. Вместо ответа она приоткрыла рот. Там не было языка. Можно было подумать, что она была рождена такой, но нет. – Кто это сделал..? – пролепетала Вивиан, крепко беря девушку за плечи. Та спешно вырвалась, приступив глаза и поспешила дальше по коридору. * * * Ужин проходил несколько напряжённо, не смотря на то, что Джин пытался разрядить обстановку своими историями и какими-то шутками. Юнги, сидевший напротив девушки, прожигал её взглядом насквозь. Та в свою очередь старалась отвлечься на Сокджина и не обращать на пристальный взгляд внимания, но это плохо получалось. Если до этого Юнги будто не замечал её, то сейчас он толком не притронулся к пище, лишь разглядывая её и почти не моргая. Сокджин видел это, но то ли боялся сказать, чтоб не нарваться на гнев обидчивого брата, то ли не считал нужным это сделать. Этот оценивающий взгляд, что не оставил без внимания ни один сантиметров тела, гулял по девушке весь вечер, что продлилось бы дольше, не напомни Джин, что уже поздняя ночь и гостье надо поспать перед поездкой и не отправил её вместе со служанками в свою комнату. * * * В комнате которая досталась гостье было также темно как и во всём поместье, она освещалась лишь свечами, что были расставлены пучками везде где можно. Кровать была очень большой и очень мягкой, над ней висел большой бархатный балдахин, из-за которого казалось, что ты птица запертая в клетку. Напротив кровати была тумба с умывальником и ещё одна тумба сбоку, на которой располагался элегантный подсвечник с тремя свечами. В целом комната была не большой, что было идеально для одной ночи здесь. Вивиан уже сидела в белой ночной сорочке, в которую её переодели служанки, вновь не проронившие ни слова и она уже знала из-за чего. Все они были лишены возможности говорить. В поселении Вивиан язык отреза‌ли девушкам, которые могли рассказать лишнее о каком-либо злодеянии и они автоматически становились непригодными для других. Их избегали и отвергали, единственное, что им могли доверить – это чёрная работа. И то не каждой бедняжке с этим везло. Эти, видимо, оказались более удачливыми. Если так вообще можно сказать о людях, которых лишили возможности общаться и они вынуждены нести тяжкий груз молчания у себя внутри. Наконец, свечи были потушены и девушки удалились. Вивиан легла в постель и её мысли унеслись, она не могла поверить своему счастью. Подумать только – завтра начнётся её новая жизнь, она уедет далеко отсюда, где всё начнёт сначала и будет жить так, как захочет. Где не будет отца, который видит решение всех проблем лишь в её замужестве, где нет её жениха, где всё по-другому. Где она сама построит своё будущее, без участия других, без их решений, принимаемых за неё. Так она и уснула. * * * Почуяв чьё-то присутствие Вивиан открыла глаза. Спросонья ничего не понимая, она смогла разглядеть лишь мужскую фигуру, что переместилась к ней на кровать. Над нею надвис Юнги. Немного прийдя в себя, но всё ещё ничего не понимающая девушка протёрла глаза. – Что.. Что вы тут делаете...? – спросила она, привстав на локти. – Я пришёл за своим. – В каком смысле..? – Ты думаешь, что ты здесь просто так? Вивиан окончательно ничего не понимала. – Вы про что..? – она начала отодвигаться на локтях назад, всё дальше от него. – Ну как же? – тот повернул голову, чтобы размять шею, но когда его голова повернулась на 180 градусов, а лицо окончательно оказалось вверх тормашками, девушка от страха не заметила как быстро она отползла назад, как упала с кровати и побежала к двери и вдоль по коридору, наткнувшись на старшего лорда. – Что-что, что такое, моя дорогая? – спросил тот, пока девушка вцепившись в его локоть и став за ним задыхаясь пыталась объяснить что произошло. – Там... там... – она не договорила – дверь её спальни открывалась и из неё показался силуэт Юнги. – Боже.. – вырвалось у неё и не выпуская из рук руку Сокджина она ринулась дальше по коридору. – Сюда, – невольно прицепленный к ней, дёрнул он её за собой в одну из комнат, мимо которых они пробегали, подперев спиной дверь. Пару секунд они ещё стояли и пытались отдышаться от пережитого поражения и парень заговорил: – Что там было..? Что вас так напугало? – Там.. Он... Там.. – девушка не могла произнести ни одного внятного слова из-за подступивших слёз. – Ну-ну, не надо плакать, успокойтесь и расскажите, – Сокджин взял её лицо в свои ладони, стирая большими пальцами мокрые дорожки от слёз. – Я не знаю как это объяснить... – смогла, наконец-то, выдавить из себя Вивиан, – Но это очень страшно. – Будем надеяться, что вам показалось, – подытожил лорд. – Нет-нет! Мне не показалось, я видела это своими глазами! – девушка замотала головой. – Ну хорошо-хорошо, не показалось, – улыбнулся Джин и его рот порвался в широкой чеширской улыбке до самых ушей. Девушка тут же вырвалась из его рук и подбежав ко второй двери (через которую обычно выходила прислуга) бросилась вперёд по коридору. И без того запутанная паутина коридоров с одинаково золотыми обоями, черными коврами и свечами, теперь казалась лабиринтом, что вот-вот замкнётся над головой и потопит под своей тяжестью. Мысли путаются, страх сменяется паникой остаться здесь навсегда без выхода и возможности позвать на помощь. Ноги становятся ватными, а дыхание всё прерывистей, заставляя замедлиться. Но это ненадолго. В конце коридора появляется фигура Сокджина и на паузы уже не времени. Вивиан забегает в соседний коридор, пробегает очередной зал, полностью опутанный в темноту, мчится, "собирая" все углы, задевая собою все стоящие на пути предметы. Но боль от столкновений сейчас не страшна‌, она не чувствуется. Главное – выбраться. Снова поворот в ещё один такой же тёмный коридор и столкновение с чем-то, а точнее с кем-то стоящим прямо на проходе перед ней. Это был Юнги. Чудом не свалившись с ног она оттолнулась от его груди руками и побежала в первый попавшийся холл – выбирать уже не приходилось. К счастью, это был выход в тот самый большой приёмный зал с огромной лестницей, по которой они с Джином поднимались на экскурсию по поместью. Сейчас эта лестница была спасительным путём на волю. Сбегая по ней вниз, Вивиан краем глаза заметила, что с двух разных сторон её уже нагоняют неспешным шагом Сокджин и Юнги. Добежав до середины лестницы ноги подкашиваются и Вивиан скатывается вниз, больно ударяясь о ступеньки, бессильно замирая на полу и через боль пытаясь подняться. Но у неё не выходит. Двое её преследователей спускаются по ступенькам и уже стоят над ней, жутко меняясь в лицах. Их глаза расплываются по лицу как яйцо по сковородке, рты искривляются, обнажая ряды остро заточенных зубов. Они наклоняются всё ближе к девушке и один из них (трудно уже различить в этих гримасах кто именно) набрасывается на неё, просовывая костлявую руку в рот, хватаясь за язык. Вивиан вскрикивает и просыпается в холодном поту, вскакивая. Она в отделённой ей комнате, в своей кровати, никого кроме неё здесь нет. Девушка заправляет прилипшие к мокрому лбу волосы за уши и пытается выровнять дыхание. Дверь открывается и в комнату быстрым шагом заходит Сокджин, за которым следует одна из служанок. – С вами всё хорошо, я слышал крик? – спрашивает он садясь у кровати и беря руку Вивиан в две свои. – Да, просто дурной сон, – ответила та, – Который час..? – Раннее утро. Вам уже пора собираться, скоро приедет повозка, – лорд погладил большим пальцем по костяшке Вивиан и встал, подошёл к окну и немного раздвинув наглухо закрытые занавески, оставив маленькую щёлку, принялся разглядывать рассвет. – Я не потревожила ваш сон своим криком? – Нисколько, всё в порядке, – ответил Джин, не отводя взгляда с горизонта. Вивиан выдохнула. Это был всего лишь плохой сон, но всё позади. Впереди лишь светлое будущее вдали от этих мест и всё будет хорошо. Она подняла взгляд на Сокджина, на своего спасителя, что стоял у окна и разминал шею, смотря в даль. И с ужасом увидела, что его голова с хрустом начала оборачиваться вверх тормашками...