Эскапизм с щепоткой волшебства

Где-то в кабинете доктора Малфоя. - Он пропал. Этот чёртов мальчишка, будь он неладен, пропал, прихватив с собой и Грейнджер. - И что ты будешь делать? - участливо спросил Люциус, протягивая другу бокал с вином. Видя не совсем стабильное состояние Северуса, наливать что-либо покрепче он не решился. Сам же Снейп лишь слегка кивнул в знак благодарности, принимая бокал, но с ответом не спешил. По правде говоря, Северус уже сделал всё, что мог: всемерно усилил бдительность в своей зоне ответственности, а также замотивировал подчинённых молчать и скрывать до последнего исчезновение двоих пациентов. Все сотрудники понимали, как сильно рискуют, но привитая жёсткая дисциплина и вера в своего начальника поддерживали в них уверенность, что всё будет в порядке. Даже министерское начальство хвалило и восхищалось сотрудниками Снейпа. - Я уже сделал всё, что мог, - через силу признался вслух Северус, поморщившись от того, насколько жалко это по своей сути звучит. - Но если Гарри не справится... - Ты так в него веришь? - мягко перебил друга Люциус, задумчиво вертя в тонких пальцах изящный бокал. Малфой просто обожал венецианский стиль и, собственно, сами предметы утвари в этом стиле, так что не мог отказать себе в минимальной роскоши даже на работе. - Случай у твоего, кхм, пациента довольно неоднозначен и сложен, даже с учётом того, что Гарри не является буйным. - Знаю, - едко ответил Северус, после чего пригубил вино из своего бокала, - но это не значит, что я должен его бросать на волю судьбы. Думаю, ты должен меня понимать, Люци. На секунду лицо Малфоя болезненно исказилось, позволяя своему собеседнику увидеть настоящие эмоции мужчины: боль, страх, понимание и злость смешались в однородный коктейль, едва позволяя расчленить одно от другого. Для неподготовленного человека данная картина выглядела бы поистине страшно. О да, Малфой отлично понимал, что имел в виду Северус. Оставшись один в свои неполные двадцать два с ребёнком на руках, Люциус практически не знал, что делать. Его родители не так давно покинули этот мир из-за эпидемии странной болезни, что бушевала в столице Англии. После чего, спустя год, Малфоя оставила и молодая жена, но уже по совсем другой причине: сложности в её собственной семье и неожиданные тяготы жизни в богатом доме, с непреложными строгими правилами, сильно истощили её. Она хотела совершенно другого: не мужа, похожего на принца, и не особняк, похожий на золотую клетку, а вольную и далёкую от всех светских хлопот жизнь. Тогда Люциус, видя состояние жены, с болью в сердце отпустил её. Но не в тот мир, куда уходят все после смерти (если уходят. Люциус боялся думать об этом), а освободил от нежеланного брака, вручил на прощание солидную сумму и отпустил. И она спокойно ушла, даже не побеспокоившись о том, что их маленький сын остаётся без материнской заботы. И вот так ещё о чём-то мечтающий Люциус быстро спустился с небес на землю к обычной, трудной жизни, лишившись почти всей семьи. Но судьбе, видимо, этого было мало. Когда Драко немного подрос, у него зафиксировали тенденцию к развитию шизофрении, причём настолько стремительную, что удержать её в безопасных для ребёнка и окружающих людей рамках не представлялось возможным. Тогда Малфой благодарил всех богов на свете и почивших родителей за то, что убедили его поступать в медицинский. Он доучивался последний год на общем курсе, после чего мог пойти в магистратуру по какой-либо специализации. С его деньгами и умом выбрать нужное направление не представляло труда. И так он оказался на психиатрическом, где впоследствии познакомился с Северусом. - Прости, друг, я... - Северус отчётливо увидел на лице своего собеседника промелькнувшую застарелую боль. - Мне не нужны твои извинения, и ты прекрасно это знаешь, Северус, - резковато и немного холодно ответил Люциус, поджав губы и переведя взгляд на камин. - Так вот, - неловко кашлянул Снейп, решив, что лучше больше не касаться этой больной темы. - Как бы мне не хотелось признавать, но сейчас всё зависит от Поттера и его соучастников. Так что да, Люци, мне остаётся только верить в него. - Будь по-твоему, - хмыкнул Малфой, прекрасно понимая, как тяжело далось Снейпу это признание. - Похоже, ты меняешься. - Меняюсь? - переспросил мужчина, в присущей ему манере непонимающе изогнув бровь. - Не пояснишь? - Легко, - откинулся на спинку кресла Малфой, - думаю, ты сам это заметил, но ещё не хочешь признавать. Ты привязался к мальчишке. Это видно даже мне, причем только на основании твоих собственных слов. - И что тут такого удивительного? - изобразил непонимание Северус. - Я и к тебе привязался. Но волнение Снейпа сейчас было бы видно любому. Северус крепко сжимал свой бокал, словно пытаясь его раздавить, а заметив, что там ещё много вина, осушил одним глотком. - По-другому, - улыбнулся Люциус, наблюдая за нервничающим другом. - Как к сыну или вроде того. - Не говори ерунду! - резко ответил Снейп, категорически отвергая любое подозрение о том, что кто-то может быть ему по-настоящему дорог, но где-то в глубине души соглашаясь с мнением коллеги и друга. - Ладно-ладно, суровый ты наш, - примирительно махнул свободной рукой Малфой, пряча широкую улыбку за длинными волосами, - тебе лучше знать. Где-то поблизости от кабинета главврача. - Это очень хреновая идея, - проворчал Гарри, упрямо двигаясь темными коридорами в сторону цели. - Еще "хреновее" идея - ничего не делать, - тихо фыркнула Гермиона, следуя прямо по пятам Поттера. Никто из них не хотел быть обнаруженным. - Да уж, альтернатива такая ужасная, - съязвил мальчик и резко остановился, из-за чего в его спину врезалась Гермиона, едва не повалив их обоих на пол. - Осторожнее! Дверь приоткрыта, видишь? Гермиона выглянула из-за плеча напряженного друга и всмотрелась в окружающий полумрак больницы: впереди, словно бы в фильме ужасов, виднелась массивная дверь с табличкой, текст которой был почти неразличим, но ребятам стало сразу понятно, что они добрались до цели. Вдобавок дверь была приглашающе приоткрыта, словно заманивая незадачливых посетителей. - Идём? - сглотнула Грейнджер, ощутив, как по позвоночнику пробежался табун мурашек. Было страшно даже думать о том, чтобы приблизиться к этой двери, а не то что зайти внутрь. - Да. Зря, что ли, пришли? Больше ничего не говоря, Гарри стремительным шагом, стараясь не шуметь, зашёл в устрашающий кабинет. Внутри всё выглядело далеко не так страшно: спинка роскошного вида кресла возвышалась над массивным столом, на котором, в свою очередь, громоздились огромные кипы бумаг. И разобрать, что где, не представлялось возможным. С виду бумаги не были хоть как-то отсортированы, словно их хозяин был привычен жить в хаосе. И это немного удивило Гарри. Он-то думал, что порядок и дисциплина должны быть обязательными вещами для главного врача психбольницы, где хаос и без того властвует в полной мере. Если и не в умах всех обитателей лечебницы, так в чём-либо другом точно. - Чего встал? Вон полки с папками. Ищи нужные, - шикнула на него Гермиона, заставляя отмереть. И правда, в любой момент мог зайти какой-нибудь дежурный, что не обещает им ничего хорошего. Гарри прищурился и зашарил среди белеющих в тусклом сиянии луны папок. Те тоже стояли на полках кто как: одни были выстроены ровными рядами, другие громоздились друг на друга. - Ужасное пренебрежение столь важными документами, - недовольно бурчала недалеко от него Гермиона. Гарри был с ней согласен, поиск во всём этом бедламе лишь усложнялся. Где-то через полчаса сосредоточенного шуршания бумагами и папками, в руках у мальчика оказалось очередное дело. Он скользнул глазами по обложке и уже машинально собирался отложить папку в сторону, как вдруг застыл в оцепенении. Парень просто не мог поверить, что там написано его собственное имя. - Гарри, ты чего опять замер? - Гермиона с недовольством подошла к нему, но стоило ей увидеть имя на обложке, как настроение девочки кардинально поменялось. - Давай, открывай! Потом продолжим искать Рона. Поттер заторможенно кивнул, слегка дрожащими пальцами перелистывая страницу за страницей. Куча выписок, рекомендаций, показаний семьи и врачей о его состоянии круговоротом проносились перед глазами парня. Там было довольно подробное окончательное заключение с подписью Снейпа, где говорилось, что шансы на излечение крайне малы. Эта новость ударила куда-то в солнечное сплетение, переползая в глухую боль в затылке. Гарри не мог поверить, что его болезнь реальна. И вот сейчас он видит перед собой вещественные доказательства этого, со всеми датами, снимками, анализами, да даже с предоставлением его собственных письменных показаний и рисунков! Поттер мучительно застонал и зажмурился. Он никак не мог вспомнить все эти вещи, словно между ним и этими воспоминаниями стояла глухая стена. Однако чувства и ощущения упрямо утверждали, что всё это правда. Такая невыносимая двойственность буквально сводила с ума и где-то на краю сознания заставляла Гарри укрепляться во мнении, что всё происходящее - следствие ужасного проклятья. - Что тут?.. Внезапно в комнате включился свет, и Гарри с Гермионой оказались перед хозяином этого кабинета, который неслышной тенью зашел в помещение. И замерли, во все глаза смотря на самого главного из всех больничных начальников. Теперь-то им точно не отвертеться от наказания.