Дьявольское дитя

— Итак! — Взбудораженная Сенджу так громко хлопнула дверью, что это определенно не осталось без внимания и Такеоми, и Харучие. Рико судорожно пыталась придумать пути побега, потому что разговаривать о таких вещах, когда дома оба старших брата Сенджу, она не была готова, но подругу было не остановить. Можно было бы выпрыгнуть через окно, конечно, но Рико все-таки хотелось бы выжить, а с ее везением она даже со второго этажа убьется. — В твоей личной жизни определенно произошли какие-то изменения, подруга! — С чего ты взяла, Сенджу? — поинтересовалась Рико, неосознанно сдвигая ноги. Низ живота до сих неприятно тянуло, особенно когда она садилась, но Рико добросовестно делала вид, что ничего не произошло. Да и, элементарно, Сенджу на два года младше, так что… с ней произошедшее совсем недавно обсуждать было вдвойне неловко. И даже не только из-за возраста! — Ну, понимаешь, ты… ты уже выглядишь не как девушка… а как женщина! — хитро подмигнув, протянула довольная Сенджу. Щеки Рико залились предательским румянцем, а подсознание ехидно напомнило — то есть, как ноги раздвигать, ей было вполне замечательно, а как с подругой поговорить, так все?.. Логика непробиваемая. — Так что давай, рассказывай. Кто он? Он старше тебя? Давно вы вместе? Как все произошло? Сильно больно было? И вообще, насколько у него большой? Покажи! Самое забавное было понимать, что ответ на большую половину этих вопросов Сенджу не понравится с вероятностью девяносто процентов. Рико неловко улыбнулась и попыталась воззвать к голосу разума подруги: — Может, потом, когда Харучие и Оми не будет дома? Вдруг они зайдут… — Оми? — переспросила Сенджу, за доли секунды переменившись в лице. — Оми, — повторила она уже мрачнее, и вот тут до Рико дошло, что она ляпнула лишнего. — Я тебя недавно только отучила его Акаши-сан звать, а тут вдруг Оми?! Рико, только не говори мне, что… — Тогда я помолчу? — глупо улыбнувшись, уточнила Рико. Сенджу взвыла, пряча лицо в ладонях. Реакция была вполне ожидаемая. — Мой старший брат-дед трахнул мою лучшую подругу!.. Рико, ну почему он, почему дед? Почему не Хару, не Манджиро, не Кейске… не Шиничиро хотя бы, в конце концов?! А у Рико и слов не было. Ну, не рассказывать же ей в подробностях, как это все произошло?

***

Семья Акаши жила в соседнем доме, и Рико частенько сбегала к Сенджу через окно. Но сегодня, уже поздно вечером обнаружив, что забыла у подруги тетрадь по математике — делали уроки вместе, а параллельно Рико объясняла Сенджу темы, которые у той провисали, потому что училась на два класса старше — и зная, что Сенджу и Харучие остались с ночевкой у Сано, и туда же пришел Кейске, Рико решила воспользоваться традиционным способом и зайти через дверь, очень надеясь, что хотя бы Такеоми сегодня дома. Можно было, конечно, забрать и завтра перед школой, но Такеоми обычно «выпинывал» младших перед школой очень рано, потому что и сам шел на работу, так что Рико опасалась, что не успеет, а учились они с Сенджу в разных школах. И, собственно, Такеоми действительно был дома. Не учла только Рико, что пришла в не самый подходящий момент. Когда Такеоми совсем не был расположен к разговорам. — Т-т-такеоми, — дыхание сбилось, за спиной — стена, прямо перед ней — старший Акаши, и от понимания того, к чему это может привести, у Рико затряслись коленки… или от того, как Такеоми закинул одну ее ногу на себя и сейчас скользил пальцами по бедру… выше. Слишком высоко, чем мог бы позволить себе старший брат ее лучшей подруги. Рико еще угораздило сегодня надеть короткую юбку… Она прошептала кое-как: — Такеоми, я… — Рико хотела сказать, что это ее первый раз, и она точно планировала провести его совсем не так, но не успела. — Это не проблема, — отрезал он слишком хриплым голосом. Пьяный до невозможности. О поводе Рико ничего даже ничего предположить не могла. Да и важно ли это? — Или проблема? — Вопрос двусмысленный. И сейчас, смотря в эти пьяные, но все равно очень хитрые глаза, Рико не без ужаса подумала — неужели Такеоми знает, что все три года своей дружбы с Сенджу она по уши в него влюблена? Рико шумно втянула носом воздух, когда рука Такеоми скользнула еще выше, задевая резинку трусиков. Что-то ей подсказывало, что даже если она сейчас скажет, что да, проблема, и попытается убежать или хотя бы просто ударить старшего Акаши, это будет бессмысленно. Как там называется «сомнительное согласие»? Или не такое уж и сомнительное… Рико прикусила губу — ей было до чертиков страшно даже подумать о сексе с пьяным Такеоми, но одновременно с этим внизу живота разгорался болезненный жар. — Только, пожалуйста, будь осторожнее. Как-то незаметно Такеоми перенес ее на диван. Горячие губы обожгли шею, и Рико сдавленно охнула, чувствуя сумасшедшие мурашки. Юбка задралась полностью, и Рико попыталась инстинктивно свести ноги, но Такеоми помешал, уперевшись между ними своим коленом. Делать что-то самой было страшно волнительно. Зато Такеоми определенно был не против занять лидирующую роль, и поэтому вскоре Рико осталась без футболки. Большая ладонь накрыла ее грудь, все еще остающуюся в лифчике, и Рико на секунду показалось, что ее ударило током. Конечно, бывало, что, оставаясь дома одна, она пыталась… узнать свое тело лучше, но ощущения от собственных рук никоим образом не могли сравниться с тем, что творил с ней Такеоми. — Не бойся меня, — хрипло попросил он. Рико дернулась в приступе внезапной вредности и прогнулась в спине, пытаясь дать ему возможность растегнуть ей лифчик. А Такеоми, словно специально хотел поиздеваться над ней, засмеялся. С груди рука плавно скользнула ниже по животу. И… черт, как он на нее смотрел! — Рико, ты такая красивая. Сначала было страшно даже подумать о том, что будет дальше. Это больно? С кровью? А в какой-то момент Рико овладело нездоровое нетерпение. Руки Такеоми гладили ее грудь, живот, бедра, и хотя Рико все еще оставалась почти полностью одетой — даже многострадальный лифчик не расстегнул, — возбуждение становилось все сильнее. Потом стало все равно и на некоторую неправильность всего происходящего, и на то, что будет завтра — а завтра ей точно будет очень и очень стыдно. — Пожалуйста, Оми, — это уже даже не просьба, а какой-то жалкий скулеж, потому что уже хочется, очень сильно хочется, — я уже… хочу… давай! С ее плеча упала одна лямка. Становилось все жарче, настолько, что дышать тяжело. — И чего же ты хочешь, цветочек? — все дразнился Такеоми. Не мог он не понимать, что еще немного, и Рико просто его… изнасилует! Она приподнялась на локтях и впилась в губы Акаши каким-то сумасшедшим поцелуем — кусая губы, касаясь неба… Рико, кажется, еще никого так за свою жизнь не целовала. А ноги она уже раздвинула по собственной воле, отчаянно желая получить долгожданную разрядку. — Тебя хочу, — выдохнула Рико прямо ему в губы и почти села на кровати. Руки совсем не слушались, и тройную застежку лифчика получилось расстегнуть только раза с третьего. — Я тебя хочу. Губы опустились на ее шею. Он то посасывал, то покусывал нежную кожу, и Рико металась по кровати, отчаянно желая получить больше. От даже едва ощутимого прикосновения к соскам ее выгнуло на кровати, и, черт… это было слишком. Да, Рико трогала себя сама так, но ее руки не шли ни в какое сравнение с руками Такеоми. Потом она рассталась и со злополучной юбкой. И тогда Рико повело настолько, что она сама потянулась к трусикам, отчаянно желая коснуться клитора и хотя бы немного избавиться от жара внизу живота — иначе уже точно не выдержит. Такеоми не дал, и Рико заскулила бестолково и завертела тазом. Нужно больше. Гораздо больше, и даже мимолетное прикосновение просто к его джинсам заставило все внутри взорваться. — Плохая девочка, — низко засмеялся Такеоми, прикусив мочку ее уха. И потом он начал спускаться ниже — скула, шея, грудь, живот… и ниже, ниже… — Оми! — едва ли не взвизгнула Рико, когда на ней больше не осталось одежды, и язык Такеоми коснулся клитора. Это уже точно было слишком. Жарко, слишком, медленно, неторопливо… Рико пришлось прикусить костяшку пальца, потому что иначе ей казалось, что она сорвет голос от стонов. И сколько у него было девушек до этого, чтобы довести ее до безумия одним только ртом? Внутрь легко прошло сразу два пальца, а у Рико дрожали ноги. Могло войти и три… Но Такеоми двигал ими так правильно, именно так, как ей нужно было, и Рико больше не могла сдерживаться. С губ сорвался особенно громкий стон, перед глазами заплясали радужные точки, спина выгнулась, и Рико сжимала пальцы Такеоми, так и оставшиеся внутри, чувствуя, что совсем теряет голову. Оргазм от собственных рук не сравнился бы с тем, что она испытывала сейчас. Ей понадобилось немного времени, чтобы прийти в себя. Ленивые влажные поцелуи поднимали новую волну возбуждения внутри, и когда Рико открыла глаза, довольно и пьяно улыбаясь, она четко поняла, что сейчас готова. И Такеоми понимал. Он уже был без футболки, и Рико снова потянулась его поцеловать. Звякнула пряжка ремня. Расстегнулась молния. Рико специально не стала смотреть вниз — что-то подсказывало ей, что Такеоми хорош во всех смыслах, и ей не очень хотелось думать о том, поместится ли вообще он в нее. И Ри попыталась просто… расслабиться. Было не очень удобно, но девушка села, обняв Такеоми за шею и прижавшись к нему голой грудью, и целовала, целовала, пока его твердый член замер рядом с ее входом. — Будет больно, — предупредил ее Такеоми. Рико и сама понимала, что ощущения от члена будут совсем другими, но останавливаться было уже поздно. Да и не хотелось. — Хочу тебя, — шально шепнула она. Такеоми не нужно было просить снова. Это было… необычно. Не было по-настоящему больно — возможно, потому, что она растягивала себя ранее (и очень часто). Но Такеоми действительно был хорош во всех смыслах, и Рико не сразу смогла принять его полностью. Зато, когда парень вошел до конца… от этого приятного ощущения заполненности у нее даже закружилась голова. Хорошо. Слишком. — Приятно, — выдохнула она, совершенно развратно скользнув языком по его шее. А потом… идея на секунду показалась глупой, но Рико не смогла удержаться. Словно в тех эротических рассказах, которые она иногда читала ночами, Рико прошептала ему на ухо: — Двигайся, папочка. Это было слишком. Темп оказался слишком быстрым с непривычки, он выходил почти полностью и тут же входил, и на глазах выступили слезы, но Рико даже и не думала просить остановиться. Прогнувшись в спине, она громко застонала — остатки здравого смысла начинали уплывать. Рико то запускала руки ему в волосы, то целовала, то пыталась укусить, совершенно не зная, куда себя деть, и в какой-то момент Такеоми силой уложил ее обратно на кровать, придавив к матрасу своим телом. Так было еще лучше. Так он, кажется, входил еще глубже, но потерявшаяся в удовольствии Рико хотела еще сильнее и пыталась подмахивать бедрами. Пусть он не останавливается. Пусть эта странная ночь никогда не заканчивается. В конце концов ее руки замерли на его спине, и ногти царапали кожу — с губ Такеоми сорвался почти рык. Ему тоже было хорошо. С ней. Это чувство было сильнее. Необычнее. Это было не так, как руками. Сильно. Так… безумно. От нахлынувших чувств хотелось сбежать, настолько это было чересчур, и Рико, как в лихорадке, попыталась оттолкнуть его от себя, и тогда рука Такеоми несильно сжала ее горло. Ри закричала — еще никогда ей не было так хорошо. — Я тебя люблю, — с трудом подбирая слова, в бреду шептала Рико. — Я тебя люблю, люблю, люблю… И этот оргазм было действительно не сравнить с прошлым. Это взрыв, ураган, безумие — тело было легким-легким, а потом наполнилось головокружительным удовольствием. Но она одурела еще сильнее, когда спустя пару быстрых толчков Такеоми с низким стоном излился в нее, наполняя внутри до краев. Было плевать. Слившись с Акаши в глубоком поцелуе, Рико могла думать только о том, что он буквально самый идеальный мужчина в ее жизни.

***

Рико сбежала сразу же ночью, удостоверившись, что Такеоми, с которым она еще немного понежилась в объятьях, уснул. Ноги совсем не слушались, между ними было влажно и липко, но душ Рико приняла только дома, а потом тоже уснула — быстро, совсем без сновидений. Осознание того, что стоило бы поискать методы экстренной контрацепции, пришло только сейчас, пока шла к Сенджу — тогда Рико просто было слишком хорошо, да и она испугалась, что если потащится в аптеку, мама что-нибудь заподозрит. И сейчас вот — тянущий низ живота и осознание того, что лучшая ночь в ее жизни могла привести к… неоднозначным последствиям. — Так, ты подожди. — Сенджу потерла виски, как будто бы не могла переварить все услышанное. — Но он сегодня утром был абсолютно адекватный. Наш типичный дед, разве что сильно с похмелья. Он что, даже ничего не вспомнил? — И тут же самая младшая Акаши ойкнула, понимая, что выдала немного лишнего. — Прости! Нет, скорее всего, он помнит, просто постремался мне говорить. — Да нет, — криво усмехнулась Рико. Неосознанно она отводила взгляд от Сенджу, боясь, что еще немного и просто расплачется. — Нет, скорее всего, он правда не помнит. И это не очень хорошо, потому что… — Боже, как же неловко было говорить об этом с его младшей сестрой! — Он… — аж в горле пересохло, словно все ее тело противилось произнесению слова «кончил», — он… в меня, Сенджу. — Чего он в тебя? — не сразу сообразила Сенджу. Рико многозначительно кашлянула — она ни за что этого вслух не произнесет, ей даже вспоминать-то о прошедшей ночи было стыдно. Сенджу уже собиралась выбивать из нее ответ силой, как учили братья… а потом все-таки дошло. — Да ну нет! Он же должен был подумать… — Не подумал, — буркнула Рико. И злилась-то главное не на Сенджу, не на Такеоми даже — на себя, потому что то, насколько все серьезно, начало доходить до бестолковой Рико лишь сейчас. — Сенджу, а если я вдруг… — Тогда я его так ушатаю, что он больше со своих дедовских колен в жизни не поднимется! — решительно воскликнула Сенджу, сжимая кулаки. А потом посмотрела на стремительно бледнеющую подругу и поспешно заверила: — Но он своего ребенка ни за что не бросит, ты даже не переживай, он в этом плане ответственный! — Сенджу! — вскинулась на нее Рико, а потом упала подруге на колени и горько зарыдала. Воображение у девушки всегда было живое, и она ярко представила, насколько будет больно рожать, как потом воспитывать ребенка… А реакция родителей? Да они же просто отрекутся от непутевой дочери, и будут совершенно правы! И Такеоми… не факт, что он действительно захочет со всем этим возиться. А аборт? Тоже больно? А потом в дверь вдруг аккуратно, но весьма настойчиво постучали. — Хару, если это ты, то сразу иди в задницу! — рыкнула Сенджу, продолжая гладить Рико по голове. К счастью, Рико не заметила, как дверь приоткрылась и в нее просунулась взъерошенная голова Такеоми, зато, когда он заговорил, Рико совсем забыла, как дышать. От страха? Черт. Черт. Ей ведь надо будет ему об этом сказать. Напомнить. «Ой, Такеоми, привет, если что, я вчера заявилась к вам домой и мы переспали, а еще я предположительно могу от тебя забеременеть, есть идеи, что мы будем делать»? Или сразу «Эй, Такеоми, не можешь занять немного денег в долг? На недельку буквально. Да мне на аборт»… Ближайшие месячные будут буквально через несколько дней, и там, наверное, еще будет ничего не понятно. А потом уже просто поздно? — Опять поругались с Харучие? — проворчал Такеоми — его ссорами младших давно было не удивить. А потом он увидел зареванную Рико, и, к ее искреннему ужасу, зашел в комнату. — Эй, цветочек, тебя кто обидел? Кому задницу надрать? Могу Ваку и Бенкея позвать, хочешь? От мыслей о том, как Вакаса и Бенкей будут избивать лучшего друга, с губ Рико сорвался нервный смешок. И нет, на самом деле, Такеоми-то виноват не был. И ей этой ночью было очень, даже слишком хорошо. Но… почему ей стало страшно, когда бояться по факту уже поздно? Раньше надо было думать и переживать! — Отвали от нее, старый пердун, — огрызнулась на старшего брата Сенджу. — Это наши девчачьи дела, понятно? Ты тут совсем лишний. — Сенджу! — Теперь огрызаться попыталась уже Рико — ей показалось, что Сенджу слишком грубо пытается выпроводить брата. Однако младшая Акаши определенно была настроена очень решительно. Скорее всего… неужели надумала себе… о нет! — Сенджу, я сама согласилась! Все было по согласию! — На что согласилась? — тут же спросил Такеоми, а потом за секунду изменился в лице. До него очень быстро дошло, что речь шла о сексе. — Эй, цветочек, он тебя обидел? — Тупой вопрос, тебе же сказали, что все было по согласию, — снова окрысилась на старшего Сенджу. Чем больше она язвила, тем более раздраженным выглядел Такеоми, и Рико между ними себя чувствовала как между двух огней. Ну, или героиней какой-то дурацкой мелодрамы. И пока Акаши продолжали препираться между собой, Рико сползла с коленей Сенджу и, даже не думая, бросилась к выходу из комнаты с настойчивым желанием сбежать ото всех Акаши, — и даже от Харучие, который еще не показался, но который тоже получил бы свою порцию злости, — куда подальше. Но ей помешали — Такеоми все-таки не зря состоял в «Черных драконах», рефлексы у него были отменные. Его пальцы сомкнулись вокруг запястья Рико аккуратно, но достаточно сильно, чтобы она не вырвала руку. Прямо как сегодня ночью… Рико снова всхлипнула, бездумно попытавшись высвободиться — Такеоми, ожидаемо, не дал. Хотя, получается, она все-таки имеет полное право после всего произошедшего звать его Оми? — Пусти, — рыкнула Рико воинственно и показала все иголки, которые у нее только были. Как дикий зверек какой-то — и хочется остаться, чтобы приласкали и полюбили, и страшно до ужаса. — Если тебе нужна помощь — расскажи, — заупрямился Такеоми, но Рико только покачала головой. Наверное, сейчас был бы отличный момент признаться ему в том, что произошло ночью, в своих страхах и опасениях, а потом начать вместе думать над тем, что вообще делать, именно вместе, потому что у Такеоми мозгов все-таки побольше, чем у бестолковой восемнадцатилетней Рико, но… она не могла. Язык присох к небу, во рту как будто песок, и слова нужные на ум не приходили. Хотя казалось бы, что может быть проще, чем выдать «Такеоми, мы переспали ночью, возможно, я залечу, и я совсем не знаю, что делать»? А он же ведь тоже себя считать виноватым будет. Рико согласилась сама, но тут точно сработает принцип — «я старше, я должен был думать головой, а не членом». Нет. Может… может не стоит заставлять его паниковать раньше времени? А потом, если все подтвердится… — Я потом все расскажу, — почти пообещала ему Рико еле слышно. — Честное слово. И тогда хватка Такеоми на ее запястье ослабла. Кажется, ответ его устроил. Рико на прощание неловко улыбнулась обоим Акаши и быстро направилась к выходу из дома. Да уж. И стоила забытая домашка по математике этого?