Дьявольское дитя

— Что-то рановато у деда отцовский инстинкт проснулся, — хихикнула Сенджу, крутя на столе ручку. Справедливости ради, Рико пыталась призвать ее все-таки сделать домашку по все той же злополучной математике, но Акаши возразила, что когда в ее семье творится такое, она не может решать унылые примеры. — Я-то думала, после того, как он нас с Хару воспитывал, — да, насколько Рико помнила, их родители погибли в серьезной аварии, когда Такеоми исполнилось восемнадцать, а бабушек и дедушек у них не было, так что вся забота о младших легла именно на его плечи, — он детей в жизни не захочет. Надо на всякий случай предупредить Манджиро и Эму, чтобы они следили за Шиничиро! — Ну, может у него поэтому с девушками не получается, знаешь, подсознательное, — хихикнула Рико. Ей бы тоже неплохо было заняться домашним заданием, которое пока никто не отменял, но сегодня утром Ри впервые познала все прелести токсикоза, поэтому решила, что математика и сочинение по английскому — это уже слишком. — Я сегодня опять сидела в интернете… там говорят, что токсикоз может быть сильным, если генетический код ребенка сильно не похож на генетический код матери. Не знаю, бред ли, но по-моему имеет смысл. — О боже, нет, я не выдержу еще мини-версию Такеоми, ты давай там как-нибудь разруливай это все! — с самым несчастным видом взмолилась Сенджу. — А представь, если это еще и мальчик будет. Не-е-ет, это чересчур. — А мне кажется, будет девочка. Харучие, как и всегда, появился в комнате младшей сестры незаметно — потому что не стучался. Рико приветственно махнула ему рукой и невольнл задержала взгляд на его шрамах. С семьей Акаши она была знакома давно, вроде бы, даже с самого детства, потому что ее мама училась вместе с мамой Такеоми, Харучие и Сенджу, но до сих пор Рико не знала об этой троице все. И самым проблемным в этом смысле оставался Хару. Например, очень много вопросов у нее до сих пор вызывали шрамы в уголках его губ. Рико, возможно, была девочкой не очень умной, но зато очень эмпатичной — она никогда не спрашивала напрямую, но иногда замечала, как в моменты ссор отношения между младшими Акаши накаляются до предела, хотя поругаться они могли из-за ерунды, как Сенджу ластится к нему, будто пытаясь раз за разом просить прощения, и как Харучие упорно отстраняется от Такеоми. Что-то произошло между ними, что-то, в чем, возможно, была виновата Сенджу. Такеоми мог ее защитить, а Хару… Хару не простил, но почему-то его, а не ее. Или он просто настолько хорошо скрывает истинные чувства к Сенджу? — А ты откуда знаешь? — спросила Рико, пытаясь немного сгладить обстановку — с появлением брата Сенджу явно напряглась. — Ну, вообще о… о моей беременности. — Ну, я просто умный? — иронично поинтересрвался Харучие. И Рико даже ему поверила — ладно, излишняя доверчивость была очередной ее слабой стороной, — но Сенджу вовремя выдала: — Да по-любому подслушивал. — Этот, — а еще Хару очень редко называл Такеоми по имени, — полночи Шиничиро душу изливал, так что у меня не было выбора. — Ох уж эти пьяные дедовские посиделки, — заворчала Сенджу, но Хару ее перебил: — Нет, наш трезвый был. Он, по-моему, больше никогда пить не будет. Если бы ирония вдруг решила воплотиться в человеческом облике, у нее точно было бы лицо Харучие Акаши. Сенджу, хохотнув, кинула в него удачно подвернувшейся линейкой, а Рико… ладно, наверное, это было не очень хорошей идеей, да и, как показал опыт, любопытство еще ни до чего хорошего ее не доводило, но девушка просто не могла не поинтересоваться осторожно: — А о чем они говорили? Ну, конкретно. — Так спроси у него сама, цветочек, — ухмыльнулся в ответ Харучие, совершенно по-наглому щелкнув ее по носу. У Рико от его поведения даже дар речи на пару секунд пропал. — С папашкой ребенка нужно иметь доверительные отношения. Или что, — а вот сейчас его усмешка стала особенно саркастичной, — после того, что между вами было, стесняешься его еще? Харучие как раз снова удачно подошел к ней очень близко, так что Рико, особо не церемонясь, его пнула. Злодей в последний момент успел лихо увернуться — только длинные светлые волосы взметнулись в воздухе. У Рико брови взлетели вверх от удивления — она знала, что Харучие хорош в драках, но… у него действительно оказалась очень быстрая реакция. — Цветочек, но в твоем положении нельзя нервничать, подумай о ребенке!.. — надрывно и очень драматично взвыл Хару, страдальчески заламывая руки. — Мы тебя сейчас числом задавим, дурак! — залилась счастливым смехом Сенджу. Рико согласно закивала и схватила с ее кровати самую большую подушку, чтобы кинуть ей в совсем обнаглевшего Харучие. С другой стороны в него полетел пенал Сенджу, и от такого двойного удара парень увернуться уже не успел, однако немедленно перешел к ответной атаке с двойной силой, и тогда завязался ожесточенный бой. Вернувшийся почти полтора часа спустя Такеоми застал их в разгромленной комнате. Сенджу в позе морской звезды растянулась на кровати, Рико — на полу, но закинув ноги на подругу, а Харучие досталось «почетное» место на пороге. И Такеоми готов был поклясться, что уже давно не видел своих младших брата и сестру такими абсолютно счастливыми.

***

— Кто отец ребенка? Вопрос мамы оглушил только выползшую на кухню Рико. Ее продолжало тошнить по утрам, но если до этого получалось это от мамы скрыть, потому что она уходила на работу раньше, чем Ри просыпалось, то сегодня у нее выдался незапланированный выходной. А Рико, как назло, скрутило так, что лишь чудом успела до унитаза добежать. Она вернулась на кухню, находу пытаясь сочинить что-нибудь про то, что чем-то отравилась, а тут… это. — А? — только и смогла выдавить из себя Рико. Мама устало вздохнула и подняла на нее глаза, но в них, вопреки опасениям Ри, не было ни капли злости. Улыбнулась даже. — Радость моя, я пока тобой беременная ходила, до последнего токсикозом мучалась, и уж от простого отравления его отличить могу, — терпеливо пояснила мама, а у Рико руки тряслись от волнения. Она злится? Сейчас будет скандал? Или… она довольна? А в такой ситуации вообще можно радоваться? Новости-то, ну… неоднозначные. — Не смотри так, радость моя. Я не буду на тебя кричать. И ругаться не буду. Садись. Обсудим все, как взрослые. Рико послушно села, положив руки на колени, но поднять глаза на мать у нее смелости все равно не хватило. Хотя ей, кажется, этот разговор тоже давался не так-то просто. — Это случилось… по твоему согласию? — продолжила мама осторожно. Рико готова была поклясться, что что-то такое она видела в статьях «Как правильно поговорить с дочерью насчет ее беременности», и внутри зародилось нехорошее чувство, что спалилась она уже давно, просто мама не могла подобрать удачный момент для разговора. Или, может быть, до последнего отрицала и не хотела верить, но сегодняшний концерт Рико ее убедил. — Да, — подтвердила она, однако о том, как на самом деле, при каких обстоятельствах прошел ее первый раз, благоразумно решила умолчать. — Я сама захотела. С этим проблем нет. — А с чем есть? — Со мной, — снова честно призналась Рико. — Я хочу этого ребенка, не смогу уже… аборт сделать. Но… все ведь будет по-другому. И это… совсем другая жизнь будет. Смогу ли я?.. — Да, все будет по-другому. Сначала выносить, потом родить, кормить, зубы, болячки разные… — Утаивать правду мама не стала, и Рико даже была ей благодарна. Все-таки это гораздо лучше, чем «рожай, не думай, беременность — это лучшее, что может случиться с женщиной». — Тяжело будет. Так все-так, что говорит Такеоми? А это она каким образом поняла? Рико, конечно, понимала, что мама у нее — невероятно умная женщина, но вот это вот сейчас какая-то чистая экстрасенсорика пошла. — Это же было очевидно, что это он… — мама явно хотела сказать что-то более жесткое, но в итоге ограничилась только: — кое-что в штанах держать не умеет. — Рико вот было совсем не очевидно, да и мама сама начинала разговор с вопроса об отце ребенка. Видимо, она опять чем-то себя выдала и сама не заметила? — Так что? Ты ему сказала?.. Боже, ну не смотри на меня так! Не буду я его убивать. Что сделано, то сделано. — Да. Сенджу уговорила. — Маме Сенджу всегда очень нравилась, так что она явно была довольна. — Такеоми сказал, что все в первую очередь зависит от меня. Но он тоже… хотел бы. «Тоже» она употребила совсем неосознанно, и мама явно за это зацепилась. Но разговор продолжился не сразу — мама переваривала все услышанное, а Рико ковырялась в тарелке. Ей стоило бы поесть хотя бы немного, но девушку снова мутило, и она не была уверена, что не расстанется с завтраком тут же. А еще было навязчивое желание сбежать к Акаши… Сенджу, вроде как, как раз должна быть дома. — Я за тебя решать не могу, — после долгого молчания наконец начала мама. — Ты у меня уже взрослая, сама понимаешь, что будет непросто. Но если решишься, я тебе буду помогать всем, чем смогу, одна ты не останешься. Да и Такеоми… все-таки он толковый. — Мамуль… спасибо тебе… Хотя простого «спасибо» в таком случае было мало. Рико ведь до последнего была уверена в том, что мама сначала убьет ее, а потом доберется и до Такеоми, но ее реакция… превзошла все ожидания Рико. О, ей стоило больших трудов не расхныкаться в очередной раз — пусть и от счастья, но все-таки, лучше не нервничать лишний раз… мама у нее самая лучшая. Самая-самая. — У него уже сердце бьется, — еле слышно выдохнула Рико, смущенно улыбнувшись. — Как же я могу… И мама ее понимала. — Но я все равно жду будущего папашку на разговор, как сможет! — в шутку пригрозила мама. — С ним тоже надо будет все обсудить. Как-никак, породнимся может быть скоро. — Ма-а-ам! — Что «ма-а-ам»? Как ноги перед ним раздвигать и ребенка его собираться рожать — это ничего, а как замуж выходить — так «ма-а-ам»? — Женщина в шутку щелкнула дочь по носу, и Рико зафыркала… честно стараясь не думать о том, что это, вообще-то, было бы замечательно. Могла бы она пару месяцев назад вообще мечтать о том, что окажется настолько близка к Такеоми? — Все, ты меня услышала. А потом мы как-нибудь поговорим еще о том, что я узнала обо всем в самую последнюю очередь!..